Meow

Все надежды Галлагера на такой желанный в последние дни продолжительный и спокойный сон были разрушены в полдевятого утра субботы острой коленкой, смачно заехавшей студенту в живот под аккомпанемент отрывистого мяканья откуда-то сверху. – Мя а-а мя, – раздавалось из приоткрытого рта гибрида, восседающего на Йене, навострившего уши и нетерпеливо дергающего хвостом, сосредоточенным взглядом хищника следившего за каждым движением маленькой птички, скачущей по веткам большого дерева за окном. – Мя а-а мя, – утрамбовывая коленками кишки рыжего и собирая пальцами мурашки на его груди, Микки чуть наклонился, прижимая свои кошачьи уши к макушке, раскачивая из стороны в сторону облаченной в черные боксеры задницей, с торчавшим над ней хвостом, заметно увеличившим свою толщину за счет стоявшей дыбом шерсти. – Ми... уф, – выпустив из груди весь воздух от нового пинка, на сей раз угодившего прямиком в пах, попытался Галлагер позвать увлеченного охотой брюнета. – Микки, – повторил он, наконец, сумев произнести имя взгромоздившегося на него гибрида, успевшего уже вдавить свои острые ногти в бледную кожу, рождая приятного характера щекочущие ощущения внизу живота. – Ауч, – резко подтягивая ноги от ощутимого давления коленки ушастого на чувствительную зону, тем самым пиная его в ответ и роняя на себя, вскрикнул рыжий, хватаясь пальцами за бока брюнета в попытке освободиться от тяжкого груза. – Микки, ты не мог бы... – хотел попросить он его подняться самостоятельно, но, кажется, забыл все содержимое когда-то изученного букваря, стоило, наконец, хвостатому переключить свое внимание со скачущей за окном птицы на лежавшего под ним парня, ярко горящими с утра чистыми голубыми глазами встречаясь с потемневшими зелеными. – Бля, прости, – быстро облизнув кончиком языка пересохшие за время сна губы, прошептал гибрид, виновато улыбнувшись, но сползать с теплого мягкого лежбища не спешил. – Эта зараза так громко чирикала, – оправдался брюнет, вновь поднимая взгляд на разбудившую его птичку, щурясь и приоткрывая рот, из-за довольно близкого расположения своего лица к лицу собеседника позволяя тому рассмотреть пару верхних клыков, лишая Галлагера возможности сгенерировать хоть какой-то вразумительный ответ. – Мяк, – неосознанно выдал он, когда пернатая жертва перелетела на подоконник, дразня инстинкты хищника мелкими прыжками по металлическому отливу, заставляя ушастого подскочить и вновь усесться поверх хватающего ртом воздух рыжего, на этот раз располагая свои коленки на матрасе рядом с его боками, не замечая определенного рода реакции недавно пробудившегося тела на близость полуобнаженной фигуры. – Микки, – сделав пару глубоких вдохов и собрав по закоулкам сознания разбросанные буквы, позвал Йен вновь увлеченного происходившим за окном молодого человека, чуть приподнимая бедра, чтобы освободиться от давления упругой задницы на затвердевший в его трусах орган, лишь усугубив свое незавидное положение подобными действиями. – Черт, Микки, слезь, пожалуйста, – попросил он, хватаясь пальцами за тазовые косточки не обращающего внимания на его слова парня, толкая его в сторону и роняя на кровать, спеша отвернуться и принять сидячее положение, чтобы скрыть от вернувшегося в прежнюю стойку, только без рыжего между ног, гибрида заметную выпуклость в паху. – Мяк, – в очередной раз качнув перед носом Галлагера хвостом, повторил брюнет, опускаясь на локти и оттопыривая вверх задницу, дважды поведя ей из стороны в сторону, прижимая уши к макушке и напрягаясь перед прыжком, не замечая тихого хихиканья студента в ответ на свои действия. – Сучка, – фыркнул он, резко бросаясь вперед и приземляясь грудью акурат на мягкую подушку, ухватив руками воздух, а расширенными зрачками голубых глаз – прощальный взмах крыльев улетевшей жертвы. – Пизда пернатая, – недовольно пробубнил гибрид, признавая поражение в несостоявшейся охоте, отползая ниже и зарываясь лицом в пуховый прямоугольник, делая несколько больших глотков пропитавшего его запаха. – Ты такой забавный, – озвучил свои мысли Йен, не пытаясь больше сдерживать в груди смеха, запуская руку в растрепанные сном волосы брюнета, почесывая кончиками пальцев основания мохнатых ушек и широко улыбаясь. – Ты эти полгода сам себе еду ловил? – поинтересовался он, продолжая беззвучно хихикать, параллельно другой рукой укрывая свои бедра уголком одеяла, надеясь на скорое успокоение встрепенувшегося от неожиданно приятного пробуждения члена в трусах. – Поэтому ты такой тощий? – подметил рыжий, легко ущипнув хвостатого за бок. – Иди нахер-р-фррр, – попытался огрызнуться Микки, тряхнув головой в желании освободиться от ласкающей его голову ладони, но, признав неудачу первой попытки, другую совершать не стал, блаженно прикрывая веки и наслаждаясь приятными прикосновениями длинных пальцев к мягкой шерсти. – Если бы ты мне не помешал, я бы ее поймал, – поворачивая голову и подставляя студенту второе свое ухо, проговорил он, мурлыкнув, совершенно не беря в расчет разделяющий его и жертву двойной стеклопакет окна, не желая признаваться рыжему в безуспешности затеянной охоты. – Знаешь, я как-то не ожидал проснуться от пинка под ребра, – оправдал свои действия Галлагер, подтягивая ноги на кровать и усаживаясь по-турецки, чувствуя, что уже может позволить себе двигаться гораздо свободнее, не ощущая больше прежнего давления между ног. – И планировал проспать гораздо дольше, чем до девяти утра, – напомнил он брюнету, медленно переползающему по матрасу и укладывающему свою голову к нему на бедро, купаясь в дарованной рукой Йена нежности и ласке. – Ну, спи, кто тебе мешает? – проворчал Микки, не открывая глаз и тихо урча, слегка поморщившись от первого прикосновения длинных пальцев к его скулам, молчаливо удивившись отсутствию в груди и голове желания переломать им все суставы. – Может, тот, кто скакал на мне пять минут назад? – усмехнулся Галлагер в ответ, продолжая движение ладони по расслабленным чертам лица, обрисовывая его изгибы, не прекращая второй рукой чесать брюнету макушку. Йен заставил Микки побриться ночью, и теперь его щека не была такой колючей, позволяя подушечкам пальцев легко скользить по мягкой коже, постепенно приближаясь к заветной цели, занимающей сейчас все мысли рыжей головы и приковывающей внимание зеленых глаз. – Можно? – тихо прошептал студент, замирая в нескольких миллиметрах от уголка губ ушастого парня, про себя умоляя того дать разрешение, но зная, что, даже если он и не получит его, под страхом потери всех пальцев он все равно их увидит. Но расслабленный нежностью и подаренной теплотой Микки не стал сопротивляться, в ответ на просьбу молодого человека чуть приоткрывая рот, позволяя ему заглянуть внутрь. – Как у вампира? – надавливая на верхнюю губу брюнета указательным пальцем для улучшения обзора, выдохнул Галлагер, чуть наклоняясь к его лицу, подушечку среднего царапая о кончик одного из острых клыков, превосходивших в размерах ровный ряд зубов на седьмую часть дюйма. – Ой, нет, у тебя и нижние есть, – заметив еще пару, улыбнулся он атрибуту любого хищника, с таким восторгом и интересом рассматривая предоставленную картинку, что не заметил, как голубые глаза напротив успели распахнуться и теперь внимательно следили за каждой эмоцией, появляющейся на конопатом лице. – Острые, – напомнил себе рыжий, мельком глянув на когда-то укушенную руку, надавливая на верхний клык и убеждаясь в правдивости сделанных выводов, но тут же поспешил убрать палец изо рта Микки, когда кончик языка того задел его подушечку на пути к получившему комплимент зубу. – А они тебе не мешают? – тяжело сглотнув на облизавшего губы гибрида, поинтересовался Йен, возвращая внимание рук к волосам и ушкам, продолжая изучать его клыки теперь только взглядом. – Не-а, – задумавшись на мгновение и проверив расположение предмета разговора во рту языком, ответил хвостатый, пытаясь вспомнить хоть раз, когда он жалел о наличии у него этой детали челюсти. – По ложке, правда, стучат, но я не часто ей пользуюсь, – усмехнулся он, чуть прищурившись, заметив яркую искру интереса, вспыхнувшую на изумрудной радужке. – А, эм... ну, целоваться? – преобразованную в слова студентом уже в следующее мгновение. – Хер его знает, – пожал плечами ушастый, не замечая подвоха в продолжении фразы, – Света не жаловалась, – честно признался он, не сумев выудить из памяти ни единого раза, когда целующая его девушка выражала бы недовольство. – А вы с ней..? – пытаясь выдать свое разочарование за любопытство, озвучил новый вопрос Галлагер. – Ну, она всегда целует меня при встрече и прощании, – не понимая, с чего вдруг так напряглось бедро, служившее ему подушкой, и изменилось выражение усыпанного веснушками лица студента, нахмурился Микки, – по-дружески, – уточнил он, улавливая чувствительным слухом вздох облегчения, самовольно вырвавшийся из груди собеседника. – Ну, а не «по-дружески»? – полюбопытствовал рыжий, выдавая гибриду свою заинтересованность в будущем ответе. – Да че ты приебался? – вынуждая того огрызнуться на заданный вопрос, чтобы не признаваться Йену в том, что проверить, мешают ли клыки при французском поцелуе ему пока не довелось. – Тебе какая, хуй, разница? – прорычал Микки, тряхнув головой и сползая с бедра чересчур любопытного парня, укладываясь на успевшую остыть подушку и отворачиваясь от закусившего губу рыжего, разочарованного подобной реакцией. – Никакой, – тихо соврал Галлагер, спуская ноги на пол и вставая, – Я пойду, умоюсь и позавтракать что-то куплю, – сообщил он, пересекая комнату и открывая створки шкафа. – Ты же поспать подольше хотел, – обернувшись через плечо, напомнил хвостатый, чувствуя легкий отголосок вины за проявленную грубость. – Выспался уже, – пробормотал себе под нос Йен, натягивая футболку и спортивные штаны. – Твои чистые вещи на второй полке, можешь пока одеться, я скоро вернусь, – распорядился он, даже не посмотрев на лежавшего на кровати парня, закидывая в сумку щетку с тюбиком пасты и обуваясь. – Поедем к Мэнди, как договаривались, – бросил в дверях и скрылся в коридоре. – Пиздюк бесчувственный, – нанося очередной удар кулаком по груди брата, сокрушалась девушка-гибрид, сопровождая каждое произнесенное слово недовольным фырканьем и шипением, пытаясь вырваться из крепких объятий брюнета, лишь тихо посмеющегося на ее агрессию. – Сколько ты еще собирался от меня прятаться, а? – наконец, сдаваясь, спросила она, обнимая Микки в ответ и утыкаясь носом в мягкую ткань худи. – Если бы я не проследила за твоим парнем, вообще не узнала бы, жив ли ты, – всхлипнула Мэнди, сжимая пальцами толстовку на спине родного человека. – Он не мой... – Я не... – Ой, рассказывайте, – перебила девушка сразу двоих молодых людей, решивших очертить границы своих отношений хором. – От него тобой пахнет больше, чем от тебя самого, – втянув носом, сообщила брюнетка, тепло улыбнувшись Микки и подмигнув начинающему краснеть рыжему, напоминая тому о прозрачных уликах, позволивших ей вычислить место нахождения брата. – Так, где ты пропадал все это время, Мик? – поинтересовалась она, чуть отстранившись, но не отпуская парня от себя дальше, чем на пять сантиметров. – То тут, то там, – уклончиво ответил ушастый, бросая быстрый взгляд на Йена, прося его не уточнять, в каком виде и где именно он повстречал его впервые, получая от молчаливого собеседника кивок понимания. – Эм, ребят, может, мне лучше оставить вас одних? – улыбнувшись обнимающейся паре, спросил Галлагер, чувствуя себя лишним на этой встрече, понимая, что его небольшая миссия по привлечению внимания и уводу из-под наблюдения девушки-кошки выполнена успешно, и здесь он больше не нужен. – Вы мне тут напомнили, что я со своей сестрой уже несколько недель не виделся, – почесал затылок он, подсчитав в уме примерное количество дней, в которые он даже не созванивался с Фионой, чувствуя острые когти совести, заскоблившие по ребрам. – Еще один, – закатила глаза на его признание Мэнди, наконец, отпуская своего брата и в два шага подскакивая к новому знакомому, поднимаясь на цыпочки и отвешивая тому смачный подзатыльник за наплевательское отношение к семейным узам. – Немедленно пиздуй к своей сестре, неблагодарный, – приказала она не терпящей возражений интонацией, разворачивая рыжего на сто восемьдесят градусов и придавая ему ускорения легким пинком под задницу. – Вы, парни, такие бесчувственные сухари, – пожаловалась гибрид небесам, встречая недовольный взгляд обернувшегося через плечо Йена, – месяцами можете проебываться хер знает где, пока ваши сестры преждевременно седеют, – выговаривала она, приближаясь к остановившемуся в паре метров Галлагеру, угрожая новой порцией ударов, но не совершая задуманного из-за того, что получивший уже свое Микки, обхватил девушку руками: – Иди уже, пока она не начала пересчитывать блох, пойманных у тебя в детстве, – посоветовал ушастый, прижимая сестру к своей груди, взглядом указывая студенту на горизонт, позволяя тому безболезненно ретироваться. – Ты придешь сегодня? – отступая, спросил Йен, понимая, что сейчас они с Микки расстаются впервые за долгое время затворничества в комнате, и есть вероятность того, что его хвостатый сосед не захочет теперь в нее возвращаться. – Вряд ли, – соврал брюнет, не желая показывать ни сестре, ни самому Галлагеру степень своей привязанности к нему, но прекрасно зная, что этой ночью он будет спать с рыжим в одной кровати. И завтра. И послезавтра. Если, конечно, тот позволит. – Я оставлю окно открытым, – печально выдохнул Йен, пряча за натянутой улыбкой искреннюю надежду на вечернюю встречу и страх перед отказом в ней. – Пока, Мэнди, – махнул рукой студент девушке, смотревшей поочередно то на него, то на брата, в зрительном контакте двух пар глаз находя что-то, что ее развеселило. – Он придет, – ответила сестра за Микки, усмехнувшись, и подмигнула Галлагеру, поспешившему отвернуться и ускорить шаг, чтобы скрыть появившееся на лице ликование, а в руках пару невидимых помпонов. – Значит, через окно к нему лазаешь, – ткнула она брюнета в бок локтем, не скрывая радости от нового повода поиздеваться над ним, – это так романтично, что пиздец просто, – рассмеялась девушка, наслаждаясь розовой краской на щеках парня и средним пальцем перед своим носом, означающим только одно – она попала в точку и ответить брату на это нечего. Пустая комната встретила студента вечером темнотой и гладкостью еще с утра заправленной кровати, восстанавливая в рыжей голове разрушенные Мэнди на мгновение опасения о нежелании Микки возвращаться в эти стены. Проверив никогда теперь не запираемую створку окна, Галлагер обреченно вздохнул, не находя в ней причин к отсутствию гибрида, и несколько раз пробежался внимательным взглядом по веткам деревьев, не заметив и там силуэта брюнета, разворачиваясь и оставляя на столе принесенный ужин, от которого он отказался в доме Фионы, намереваясь разделить его с обладателем мохнатых черных ушек. Сходив в душ и вернувшись в спальню, Йен провел несколько часов нежеланного одиночества за подготовкой к намеченным на следующую неделю занятиям, постоянно оглядываясь на приоткрытое окно в надежде услышать знакомое шуршание на подоконнике, или увидеть в его проеме фигуру хвостатого молодого человека, но встречал лишь прохладу осеннего вечера, просачивающуюся через оставленную для гостя щель. Грустно улыбаясь воспоминаниям утренней охоты Микки на скачущую за стеклом птицу, понимая, что каждый новый день открывал для него все больше его кошачьих повадок, рыжий вынужденно признал тот факт, что за проведенное в компании своенравного гибрида время он успел привязаться к нему и реально боялся момента, когда тот решит его покинуть. Кажется, наступившего именно сегодня. Стрелки настенных часов убежали далеко за полночь, когда студент поднялся со своего места, расправляя затекшие плечи и щелкая позвонками, выключая компьютер и раздеваясь в намерении отправиться в кровать, в последний раз перед сном решив проверить, не запер ли он случайно окно, но, шагнув навстречу раскачивающейся от легкого ветерка тюли, смог убедиться в этом, находя взглядом вместо опущенной щеколды два голубых глаза. – Привет, – выдохнув с облегчением и даже не пытаясь скрыть радости от возвращения ушастого, улыбнулся Галлагер, подходя ближе и протягивая руку, чтобы помочь спуститься гостю, по каким-то причинам не торопившемуся осуществить последнего движения навстречу. – Блять, мне не три года, – недовольно фыркнул Микки, спрыгивая с подоконника на пол возле рыжего и выпрямляясь, освобождая голову от капюшона, предоставляя взору зеленых глаз кровоточащую рану в пару дюймов вдоль линии роста волос. – Что случилось? – тут же поспешил стереть алые подтеки с лица брюнета Йен, оставляя ладонь на грязной щеке Микки, рассматривая разорванную кожу. – Не важно, – отмахнулся гибрид, – друга старого встретил, – все же решил объясниться с хозяином комнаты он. – Блядский Игги, сука. Бухой, а бегает быстро, – вкратце отчитался брюнет о непродолжительной погоне по улицам ночного города, закончившейся разбитым лбом ушастого и несколькими царапинами на шее работника питомника. – Блять, знал же, что не стоит мне с Мэнди встречаться, – прорычал он, сжимая челюсти. – Он вас поймал? – обеспокоено спросил рыжий, понимая, что, возможно, теперь и сестра хвостатого подвергнется опасности. – Слава яйцам, нет, – разрушил его опасения Микки. – Наткнулся на него, когда домой возвращался, почти три квартала гнал меня, мудила – уточнил он, запнувшись на середине фразы, понимая, как только что назвал он эту маленькую комнатку в общаге, но не стал акцентировать на произнесенном слове большого внимания, даже не подозревая о том, что услышав его Галлагер на пару секунд задержал дыхание. – А потом как последний еблан еще десяток крутил, чтобы он не смог проследить, где я живу, – фыркнул ушастый, скидывая с ног тяжелые ботинки и снимая испачканную кровью многострадальную толстовку через голову, поморщившись от неприятного жжения в разорванной ране. – Дай, промою, – быстро сбегав к столу за салфетками и перекисью, поставив себе жирный плюс за то, что прихватил новую бутылочку в последний свой визит в аптеку, Галлагер усадил ворчавшего под нос новые оскорбления в адрес Игги брюнета на край кровати и опустился рядом, смачивая прозрачной жидкостью мягкую ткань. – Фшхшш, – получая знакомую реакцию Микки на первое прикосновение к травмированной плоти. – Такими темпами мы с тобой скоро дисконтную карту в CVS получим, – усмехнулся он, стирая кровь и грязь с поджавшей в недовольстве губы физиономии. – Черт, не останавливается, – намочив новую салфетку, прошептал рыжий, оглядываясь через плечо на раскрытую на столе аптечку. – Надо заклеить, – прижав рукой гибрида влажную материю к его же лбу, Йен со скоростью пули совершил еще один вояж до спасительной коробки, вернувшись к фыркающему на кровати брюнету с упаковкой разноцветных клейких кусочков бумаги с пропитанной антисептиком тканью в центре. – Ты, блять, прикалываешься? – заметив в длинных пальцах рыжего яркую пачку, скривился Микки, отползая подальше от приближающегося парня. – Были только детские, – оправдал наличие мультяшных рисунков на пластыре Галлагер, доставая один. – Иди сюда, пока кровью тут все не залил, – потребовал он, хватая брюнета за штанину и потянув на себя. – Я не буду как мудак с Микки-Маусом на лбу ходить, – сопротивлялся хвостатый, отпихивая от себя студента ногами. – Тут есть с Твити, если хочешь. Слышал, ты любишь птичек, – рассмеялся Йен, запрыгивая на кровать и прижимая гибрида к матрасу, забираясь на него сверху и блокируя любые попытки к бегству того своим весом. – Смотри, канарейка, прям как по заказу, – веселился он, освобождая кусочек бумаги от прозрачного слоя. – Нет, блять! – замотал головой Микки, мешая рыжему совершить задуманное. – Убери от меня эту хуйню, Галлагер, а то укушу, – начал угрожать он, когда Йен наклонился и зафиксировал его руки своими локтями. – Видел я твои зубы, хищник, не боюсь, – улыбнулся студент, приклеивая пластырь на рану под недовольное шипение снизу, радуясь своей маленькой победе и замирая напротив лица ушастого в паре дюймов, встречаясь взглядом с ярко горевшими возмущением голубыми глазами. Не задумываясь совершая последнее движение навстречу. «А клыки не будут мешать?» – синхронно пронеслось в двух головах, когда Йен, обведя губы Микки кончиком языка, проскользнул им внутрь приоткрывшегося рта. «Определенно, нет» – пришли к одинаковому выводу оба, закрывая глаза и углубляя поцелуй.

Tbc...