Черная роза

      Быстро соорудив себе завтрак, состоящий из кофе и пары бутербродов, я решила принять душ, чтобы окончательно проснуться. Солдат за это время на глаза мне не появлялся, впрочем мне было все равно. Закончив водные процедуры и одевшись, я уже хотела пойти и поговорить с Джеймсом, как услышала стук в дверь. Если бы это был Зимний, то стучать бы не стал, ибо у него есть ключ. Я напряглась. В квартире его не было, как я убедилась, осмотрев квартиру. Тем временем, стук не прекращался. Любопытство пересилило осторожность и я открыла дверь. Это был мужчина, около пятидесяти лет, довольно худой, с залысиной. На лице было несколько некрасивых шрамов, один около рта и второй чуть ниже переносицы, будто кто-то несколько раз ломал ему нос. Не самая приятная внешность. На его губах была какая-то странная улыбка, а в руках толстая серая папка. Я выжидающе на него посмотрела. -Здравствуйте, мисс Смит, – он говорил на очень ломаном английском с явным акцентом. -Кто вы? – я чуть наклонила голову в бок, пытаясь понять, что за человек передо мной. -Я друг, – он ещё шире улыбнулся, – это вам. Он протянул мне ту самую папку, что держал в руках. Немного поколебавшись, я взяла её. Хм, тяжелая. -Повторюсь: кто вы и что вам нужно? – слегка раздраженно спросила я. Естественно, мне не ответили. -Ещё увидимся, Schwarze Rose, – бросил он, уходя. Похоже, немец. Постояв немного, я закрыла дверь и посмотрела на папку, что держала в руках и села на диван. Немного подумав, я уже хотела открыть её, как услышала щелчок входной двери. Солдат. Спешно закидываю папку в свой рюкзак и закрываю его. Ещё успею прочитать.       Он от чего-то был хмурым, как туча. -Что-то случилось? – я осторожно посмотрела на него. -Объект завтра возвращается, нужно подготовиться. Мне все ещё не по себе, когда я слышу как он называет этого человека. Он же живой все-таки. Хотя, уже ненадолго. Я предполагала, что Барнса тогда обнулили. Видимо, сочли "нестабильным, как они любят говорить. Он тогда смотрел на меня холодно и уж слишком отстранённо, будто ничего не было. Хотя это и к лучшему. Я так и не рассказа Джеймсу, кто он на самом деле. Времени постоянно не было. Ну, пора это исправить. -Солдат, – позвала я его, – нужно поговорить. Я была серьёзна, как никогда. Он медленно повернулся кивнул. Я сделала глубокий вдох. -Когда мы были в бункере, ты возвращался с задания. Был весь мокрый и истекал кровью. Там ты встретил одного человека из своего прошлого и начал вспоминать. И даже рассказал кое-что. Я обещала помочь тебе, разузнать больше информации о тебе и твоём прошлом, – он смотрел на меня внимательно, ловя каждое слово, – и я узнала. А теперь слушай: тебя зовут Джеймс Бьюкеннен Барнс. И официально, ты погиб в 1944-ом, – он нахмурился, но перебивать не стал, – ты служил в сто седьмом пехотном, твоего лучшего друга звали Стив Роджерс. Он всегда называл тебя Баки, – на последнем слове Зимний поморщился, кажется, начал вспонинать, – теперь его знают как Капитана Америка, уверена, именно его ты и увидел тогда. А потом ты ушёл и тебе опять промыли мозги. На этом мой рассказ закончился и наступила звенящая тишина. Ему потребовалось где-то пять минут, чтобы осмыслить услышанное. А потом он вдруг схватился за голову и упал на колени, при этом крича. Такого я не ожидала и сразу бросилась к нему. -Джеймс! Черт возьми, Барнс! -Голова... – простонал он. Я пощупала лоб. Он просто горел. Казалось, ещё немного и его мозги воспламенятся! Нужно что-то делать. Я быстро отвела его в ванну и включила холодную воду. Намочив ей полотенце, я приложила его ко лбу. Кричать он перестал, но было видно, как ему больно. Температура не спадала. Ванна была полная, вода ледяная. Сняв с него толстовку и штаны, я помогла ему забраться в неё, при этом насквозь промокнув. Похоже, немного полегчало. Сбегав за аптечкой, что была в одном из шкафчиков, я принялась искать в ней различные обезболивающие и таблетки от головной боли. Ну а после принялась вливать их в Барнса. Спустя где-то полчаса, ему стало получше и он довольно вежливо сказал, что дальше справится сам. Вечер прошёл уж слишком напряжённо, на все вопросы Джеймс отвечал что в порядке. Как только голова коснулась подушки, я поняла, как сильно устала. И сразу же уснула.       Сегодня мне не давали спать кошмары. Но не мои, как вы могли подумать, а Барнса. Всю ночь он извивался, кричал и метался по кровати. Ну как здесь уснешь?! Я принялась бить его по щекам, кричать и трясти за плечи. Спустя пару секунд я была прижата к кровати, а железная рука сжимала мою шею. Все произошло слишком быстро, я даже не успела среагировать. Он тяжело дышал и все ещё продолжал душить меня. -Джеймс.. – говорить, когда тебя душат, было не очень удобно, – это я... Алекс... пусти... – хрипела я. Хватка ослабилась, а после меня и вовсе отпустили. Я начала кашлять и судорожно хватать воздух. На его лбу была испарина, а голубые глаза вглядывались в моё лицо, казалось бы, раскаиваясь. Тут мне стало немного неловко. Он с меня все таки, ещё не слез. -Алекс.. – еле слышно прошептал он. Черт, а при лунном свете он выглядет ещё красивей. С трудом отведя взгляд от серо-голубых глаз, я посмотрела вниз. Как оказалось, он не стал одевать футболку...       А пока я залипала на его правый сосок, он стал неумело гладить мои волосы живой рукой, опираясь на бионическую. Ещё раз посмотрев в его глаза, которые, несмотря на непроглядную тьму, разбавляемую лунным светом, были отчётливо видны, я впилась в столь податливые губы долгим поцелуем.