Лара и Коннор.Непростая любовь эпичной пары.

Утром, открыв глаза, Коннор понял, что спит один. Девушки рядом с ним не оказалось, и куда она ушла, он не знал. Рана от пули, как и другие, больше не беспокоила, но повязку лучше было пока не снимать - они только начинали заживать. Первое, что сделал Коннор, встав с кровати – стал искать своё оружие. И тут его постигла неудача. Ассасин перерыл всю сторожку, но ни лука со стрелами, ни томагавка не нашёл, как бы ни старался. Единственное оружие, что осталось у Кенуэя - это его скрытый клинок. Но одного клинка недостаточно. И тут Коннора осенила догадка: «Вот ведьма. Сначала усыпила, а потом забрала моё оружие. Значит, она меня сдаст британским солдатам, если еще не сдала. Оставила меня почти безоружным, чтобы им легче было меня схватить. А ещё добренькой казалась, вылечила меня, кормила… Вот и верь после этого женщинам». Внезапно Коннор услышал шаги. Кто-то явно шёл к сторожке. Спрятавшись у двери, ассасин достал скрытый клинок и приготовился. Через секунду дверь отворилась, и в сторожку с улицы вошла Лара. Но не успела она еще ничего понять, как Коннор прижал её к комоду, приставив к ее горлу клинок. - Ведьма! Ты решила сдать меня британцам! - закричал Кенуэй. Но расхитительница не растерялась, и ударила коленом по слабому месту любого мужчины – в пах. Не ожидавший от неё такого подлости, Коннор согнулся в позу эмбриона, приложив руки к адски заболевшему органу. Оттолкнув Коннора так, чтобы он упал на спину, Лара достала лук, и, натянув стрелу, прицелилась в ассасина. - Ты с ума сошёл?! Никаким британцам я тебя не сдавала! - сказала она в сердцах. Столько возни – и вот она, благодарность. - Тогда где ты была? И где мое оружие? – хрипло произнес Коннор, неуклюже поднимаясь с пола. Лара опустила и перекинула за спину лук, убрав в колчан стрелу. Подойдя к кровати, она нагнулась и достала из-под неё лук с колчаном и томагавк Коннора. Теперь Кенуэй, глядя на своё оружие, всё сильнее чувствовал свою вину. Мало того, что он обвинил ее в предательстве, так еще и угрожал расправой. - Меня не было, потому что я охотилась. Еда, что здесь была, по большей части испортилась, - пояснила ему расхитительница. Коннор чувствовал, что должен извиниться перед Ларой. - Ты уж меня извини. Не стоило мне думать о тебе так. Да еще и чуть не убил, - примирительно сказал Коннор, смущенно почёсывая затылок. - Ладно, с кем не бывает, - ответила Лара, устало опускаясь на кровать. Она не сердилась. Самой приходится быть настороже со всеми новыми знакомыми. Кенуэй убрал клинок, и, подойдя к кровати, надел колчан со стрелами, лук, и взял в руки свой томагавк. И только отошёл от кровати, Лара вдруг спросила: - Куда ты? Ты же ранен! - Мне уже лучше. Спасибо тебе за то, что подлечила меня, - ответил Коннор. Ему было неловко перед ней, и он решил избавить ее от своего присутствия. К тому же, ему нужно было двигаться дальше. - Скажи, где здесь ближайшая дорога до Бостона? - спросил он. Крофт давно про себя отметила, что этот похожий на индейца парень был очень странным. Одет был странно, носил средневековое оружие, разговаривал с непривычным, старинным акцентом. А сейчас спросил, где находится дорога до Бостона, хотя тут и дорог-то нет. - Бостон? Он в Америке вообще-то, - ответила расхитительница, посмотрев на ассасина, и думая «А не сумасшедший ли он?» При ней по голове ему не «прилетало», но мало ли что. - Естественно, в Америке. А ты хочешь сказать, что мы в Канаде? –прищурившись, спросил Коннор, про себя размышляя «А не дура ли она?» - Нет, мы не в Канаде. Мы в России, - поражаясь еще больше, ответила Крофт. Нет, наверно по голове ему тоже досталось. - Что? Как в России? Мы же в Америке! На дворе 18 век! - возразил Коннор, считая теперь Лару сумасшедшей. «Точно… У него с головой не в порядке. Переиграл в компьютерные игры, и мнит себя рыцарем» - решила про себя Лара. Не везет ей на адекватных людей. А она еще и ночевала рядом с этим чокнутым. - Нет, дружок. Сейчас 2015 год. И мы России, а точнее - в Сибири. В самой непроходимой части. Приди в себя и не играй больше в компьютерные игры! - выходя из себя, ответила расхитительница. «У неё наверно рассудок помутился от страха после нападения волков, вот и несёт всякий бред», - подумал ассасин. - Знаешь, я понимаю, я тебе понравился и всё такое. Вот ты и всякими небылицами меня и путаешь, чтобы я не уходил. Но пойми, я - Коннор Кенуэй, и я не могу остаться с тобой. Хочу, но не могу. Так что я сам найду дорогу. Прощай, - сказал Коннор и решительно вышел из сторожки. Эти слова окончательно ввели Лару в ступор. «Он что, думает, что я в него влюбилась?» - пронеслась мысль у неё в голове. Отчасти это была правдой. Ларе приглянулся этот статный и высокий мужчина, который спас её от стаи свирепых волков. Но, если бы он не нёс всякую чушь, возможно, они бы сдружились. Красавец, но сумасшедший на всю голову. Замерзнет же. Столько стараний пропадет… Радунхагейду шёл по лесу, в надежде отыскать дорогу. Погода опять была пасмурная, так что по солнцу определить стороны было невозможно. Лишь по густоте веток на дереве, и по расположению подмороженного мха он понял, где север и юг. Он двинулся на юг, так как, по его соображениям, там должен был быть большой тракт. Он все больше недоумевал, откуда взялся снег. Даже в Канаде сейчас не должно быть так холодно. Там, где он был вчера, деревья еще и не думали осыпаться. К его большому удивлению, здесь на редких лиственных деревьях не было ни намека на листья. Он попал в середину зимы. Шёл час, другой, третий. Коннор уже порядком устал, да и холодно было идти в плаще и в кафтане в зимнем лесу, а тракт так и не показывался. Тогда он решил залезть на ель повыше, чтобы осмотреться и понять, как далеко ещё до тракта. Сказано - сделано. Найдя высокую ель, Коннор полез на неё. Ломая старые ветки, он добрался до верхушки. И то, что он увидел, его потрясло. Кругом был один снежный еловый лес. Нигде не было ни дорог, ни деревень. Даже птицы не летали. И этот лес был ему абсолютно незнаком. Ассасина начало одолевать отчаяние. Ведь как обьяснить, что позавчера ты уснул в одном лесу, а очнулся в совершенно другом месте, где кругом был снег. И тут Коннор вспомнил историю, которую слышал в одном трактире. Дескать, в лесу недалеко от Бостона живёт ведьма. Она заманивала путников к себе в хижину, опаивала их каким-то зельем, и её жертвам виделись галлюцинации. Она обворовывала их, и заставляла блудить по округе. А вскоре их тела находили везде, на дороге, в огородах, в озёрах. Везде, где их настигала странная смерть. И теперь Коннор решил, что Лара и есть та ведьма. Она опоила его чем-то. И этот лес и снег - это просто его галлюцинации. Слепо веря, что Лара ведьма, он слез с дерева, и побежал по своим следам к сторожке. Снег забивался ему в сапоги, ветер дул в его сторону и был он очень холодным для галлюцинации, но Кенуэй не обращал на это внимания. Он решил, что если убьёт ведьму, то иллюзия исчезнет, и всё будет как прежде. На несоответствия в этой догадке ассасин не обращал внимания. Ему было слишком холодно, чтобы нормально думать. И то, что сначала Коннор очнулся в этом лесу, и только потом встретил Лару, ему в голову не пришло. И аргумент с бесплатным лечением тоже весомым не показался. Через час бега, Кенуэй, распахнув дверь, чуть не влетел в Лару, которая все еще была в хижине. - Ведьма!!! Ты околдовала меня!!! Подсыпала мне какого-то зелья, это из-за тебя я нахожусь в этом месте! Я убью тебя, и тогда твои чары рассеются!! - закричал Коннор, и, достав томагавк, кинулся в атаку. Лара увернулась от удара Коннора, и врезала ему по лицу. Вот же идиот. Стоило оставить его в сугробах рядом с трупами зверей. В долгу ассасин не остался и ногой пнул Лару в живот, отчего она отошла на несколько шагов назад. Переубеждать психа словами – плохая идея. Придется драться. Коннор обнажил скрытый клинок. Лара тоже достала охотничий нож и между ними завязалась драка. Оба владели прекрасными характеристиками ближнего боя, так что никто друг другу не уступал. Но от усталости и ран ассасин быстро выдохся, Лара уличила момент и сделала ему подножку. Коннор упал, потянув Крофт за собой. После вчерашних мирных событий эта ситуация была довольно странной. Коннор лежал на полу, а на нём, словно всадник, восседала Лара. В правой руке у неё был нож, которым она могла проткнуть глотку взбесившемуся ассасину, но левая рука Кенуэя не давала сделать это. Левая рука Лары была сжата сильными, словно тиски, пальцами индейца. Неизвестно, как долго бы продолжалась эта сцена, если бы Коннор не услышал хруст сухой ветки на земле. - Тсс! Лара! Сюда кто-то идёт, - прошипел Коннор, замерев, но не отпуская ее руку. Она только подумала, что это тактический ход, чтобы убить ее – но вслед за этими его словами через окно в сторожку влетела граната. Быстро встав с пола, ассасин и расхитительница выскочили из дома и упали в снег, когда тут же раздался взрыв, и сторожку разнесло в щепки. Коннор встал со снега и увидел, как к сторожке шли какие-то люди. У них было невиданное для него оружие. И он приготовил лук для стрельбы. Лара тоже встала, и, достав лук, натянула стрелу. Условно они разделились, хотя даже и не разговаривали. Кенуэй пошёл по левой стороне сторожки, а Лара - по правой. Коннор сильнее натянул стрелу, и один из тех, кто на них напал, схлопотал в шею стрелу. Повернувшись, ассасин натянул вторую стрелу, и та, свистнув в воздухе, угодила в шею второму нападавшему. Тут среди нападающих началась паника и беспорядочная стрельба. Лара укрылась за деревом, и, натянув тетиву, выстрелила в следующего наёмника, а это были именно они. Люди из ЧВК, как она успела определить. Стрела угодила тому в голову. Затем ещё двоё расплатились жизнью за то, что напали на неё. Но тут она, повернувшись, получила от наёмника удар кулаком в лицо, отчего упала. До лука возможности дотянуться не было, а мужчина уже навёл свою М-16, чтобы пристрелить Лару. Но выстрела не прозвучало. Был лишь глухой звук удара. Тело наёмника с разбитой головой и торчащим из нее топором тут же упало в сторону. Позади стоял Коннор. Подходивший сзади него ещё один нападавший, упал с торчащим из лица томагавком, а Кенуэй резко развернулся и сделал выстрел из лука. Стрела угодила в область сердца и пригвоздила последнего наёмника к дереву. Вернувшись к трупу, Коннор достал из его головы томагавк. Лара поднялась и осмотрела тело одного из наёмников. Кроме нашивки с волком и запасных боекомплектов, больше у них ничего не было. Когда Лара забирала у наемников магазины с запасными патронами - к доставшимся ей двум автоматам, ее кто-то тронул за плечо. Она резко обернулась. Перед ней с виноватым видом стоял Коннор. До него, наконец, дошло, каким образом он попал в Россию какого-то другого для него века. Чужое, незнакомое оружие нападавших явно не было наколдованным ведьмой 18-го века. Он вспомнил про магические свойства «частиц Эдема» перемещать людей во времени. Ему явно досталось кольцо не с теми свойствами, каких он ожидал. Когда-то он читал в записках Альтаира, что при помощи «яблока Эдема» тот попал в мир Skyrim. Но тогда это показалось ему полной чушью. - Лара. Прости меня. Я не знаю этого места, этого леса, и решил что ты ведьма. Прости. Увидев, что она продрогла без своего полушубка, Коннор снял с себя плащ и накинул ей на плечи. - Так теплее, - сказал он. Реакция Лары удивила Кенуэя. Он думал, что она все еще злится. Но она… обняла его. Не зная, что делать, Коннор обнял ее в ответ. - Ладно. Я тебя прощаю, - оторвавшись от него, сказала Лара. - Куда пойдём теперь? - спросил Коннор, оглядываясь. От сторожки остались дымящиеся щепки, вокруг валялись убитые наемники. Здесь задерживаться нельзя. - Есть одно место, - ответила Лара, - Но придется пройтись. А на тебе одежды почти нет. Снимай с кого-нибудь подходящую куртку и пошли. Коннор брезгливо оглядел тела. На наёмниках поверх бронежилетов были тёплые зимние куртки. - Им одежда больше не пригодится. А лечить тебя еще и от простуды я не собираюсь, - добавила расхитительница. - Можно подумать, мой плащ тебя согреет в такой холод, - ответил Коннор, поёжившись. Хотя ему самому без плаща было намного холоднее. А теплая одежда Лары, что на ней была, взлетела на воздух вместе с домиком егеря. Если днём холод еще можно было терпеть, то ночью здесь будет такой мороз, что можно замерзнуть насмерть. Ассасин уже сейчас приплясывал на месте, пытаясь согреться и растирая замерзшие ладони. Подумав, что дальше будет хуже, Коннор стащил с тел солдат пять курток, две пары штанов и теплые берцы. Переобулся. Одну куртку надел на себя, еще одну отдал девушке, которая накинула ее поверх плаща. И Лара только ей знакомой тропой повела его в пещеру, где пряталась сама, пока не встретила Коннора. Индеец с ворохом теплой одежды тащился следом.