Во имя принцессы

      Айно нашла Кунцита в казарме. Дверь в личную комнату была не заперта, поэтому командир беспрепятственно вошла внутрь. Мужчина сидел на кровати, оперевшись на спинку и сложив руки на подогнутые колени. Его взгляд был пустым. Безликие серые глаза уставились на противоположную стену, однако их обладатель ушёл глубоко в себя. Он никак не отреагировал на вежливый стук и на то как командир присела на край кровати. - Я знаю, что тебе сейчас тяжело, но это жизнь, - Айно не умела утешать и не любила сюсюкать. Она всегда говорила так как есть, полагая, что лучше всего воспринимать и принимать реальность какой бы жестокой она ни была, а не жить с призрачной надеждой на лучший исход. - Я не знала Жадеита так как ты, но его поступок говорит мне о многом.       Минако ещё некоторое время смотрела на лейтенанта и, не дождавшись реакции, предпочла удалиться. Она сказала всё, что сочла нужным.Стоило ей встать с кровати, как рука Кунсайта обхватила её запястье, не давая уйти. Айно с удивлением и неким беспокойством посмотрела на мужчину. Теперь он глядел на неё всё те же бесцветным взглядом. - Командир, разрешите выпить, - на шутку это не было похоже, но брови Айно взлетели вверх от удивления. - По уставу не положено, лейтенант, - Айно дёрнула руку и приблизилась к двери. Однако вместо того, чтобы выйти, она закрыла её на внутренний замок: - Всю ответственность беру на себя. Девушка понимающе улыбнулась, наблюдая как на лице подчинённого появляется благодарная полуулыбка.       После второго стакана алкоголя, разговор начал понемногу клеиться. Минако и Кунсайт уже расположились на полу, удобно прислонившись к кровати. Она узнала, что Джед и Кун были друзьями ещё со школы, после которой они оба поступили в военную академию. Кунсайт назло отцу, который распланировал для сына будущее в Совете при императоре, а Джедайт за неимением других вариантов, поскольку он был бастардом, которого признал отец, однако по закону такому ребёнку не светило радужное будущее высшей знати. А Кунсайт, в свою очередь, узнал, что командир действительно была самой молодой среди командиров. Ей всего было двадцать три года и на этот пост её назначили в двадцать. Она экстерном окончила Академию и проявила себя будучи обычным солдатом. Во многом благодаря своей непоколебимости в отношении противника она и стала во главе элитного отряда. На её счету было голов больше чем у всего отряда вместе взятого. Не зря повстанцы объявили на Айно охоту. А ещё он узнал, что глаза командира небесно-голубые, полные печали и тоски, что волосы её пахнут мёдом и что белые пряди волос оказались седыми, а не крашенными в дань моде. И он мог только догадываться какой стресс или страх испытала девушка, что заставило волосы потерять свой цвет. - Можно вопрос, командир? - алкоголь давал о себе знать и Кунсайт решился-таки спросить то, о чём многие не рисковали спрашивать. - Слушаю, - Айно откинула голову на кровать, прикрыв глаза. - Почему ты позволила победить себя там, на задании? Айно будто бы ждала этого вопроса. Она глубоко вздохнула и медленно выпустила воздух через нос. Она открыла глаза и посмотрела прямо в глаза лейтенанту: -Потому что я не настолько крута и сильна, как все думают. Айно резко поднялась, поставив бокал на пол возле не до конца распитой бутылки. Кунсайт глядел вслед удаляющейся девушки и понимал, что она несёт на своих плечах слишком тяжкое бремя.

***

      Это пробуждение определённо возглавит список ТОП самых жутких и болезненных пробуждений Джеда, когда он в старости решится вспомнить свою бурную молодость. Но а сейчас он ощущал, что есть только голова. И нескончаемая боль, которая накатывает волна за волной. Первое, что он смог понять - руки были свободны и он лежал. Причём достаточно комфортно и удобно. Веки постепенно стали поддаваться, и он медленно открывал глаза, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чём-нибудь. Но мутная пелена не хотела отступать и Джед решил, что пока глаза пользы ему не принесут. Помимо физических ощущений своего тела он ощущал на себе настойчивый и требовательный взгляд. Кем бы ни был человек, он явно пришёл с вопросами, без ответа на которые не покинет эту комнату.       - Ещё немного и ты просверлишь меня взглядом...- Джед с трудом узнал свой голос. Во рту жутко пересохло и собственный голос оказался жутко хриплым и тихим. Ответа не последовало и лейтенант хотел было вновь попытаться открыть глаза, но в тот же миг ощутил на губах влагу и сразу же припал к ёмкости с водой, желая утолить жажду. Однако Джед всё же смог оценить, что рука, поддерживающая его голову была мужской. Вдоволь напившись, Жадеит всё же смог сфокусировать взгляд и встретился в холодными, но всё же дружелюбным глазами достаточно высокого и крепкого брюнета.       Повстанец отставил кружку с водой на рядом стоящий низкий стол и занял своё место прямо у кровати пленника, положив ногу на ногу и обхватив руками колено.       - Моё имя Чиба Мамору. Я возглавляю сопротивление.       - Чем обязан такой чести? - Джед предпочёл не поворачивать голову в сторону собеседника. Это доставляло жуткие неудобства и боль где-то в недрах мозга начинала пульсировать с удвоенной силой.       - Мы не часто принимаем у себя столь важных высокородных гостей, - озвучивая принадлежность пленника к чистым, голос подвёл Чиба.       - Спешу заверить, что из меня плохой пленник, командир Чиба. Я ценен не более,чем любой другой солдат.       - Вы себя недооцениваете, господин Жадеит. Сильно недооцениваете. - Джед краем глаза наблюдал, что Чиба поднялся и направился в сторону двери, в которой уже появилась хрупкая девичья фигурка. - Госпожа Мицуно присмотрит за Вами.       Девушка скользнула в дверной проём, позволяя командующему выйти, и тут же очутилась подле Жадеита. Голубые глаза и синие волосы. Неужели высокородная? Очень редко встретишь черноволосых японцев с таким дивным цветом глаз. Что сподвигло её перейти на сторону сопротивления? Все мысли и вопросы тот час улетучились из головы, стоило девушке приняться за работу. Руки невероятно нежные и прохладные. Непонятно как, но они унимали боль. Целительница, не иначе.       - Вы молодец, лейтенант, - тихий голосок прозвучал почти над ухом. Можно было различить лёгкую улыбку на губах.       - Не понимаю о чём Вы, госпожа, - Жадеит почти провалился в сон, находясь в состоянии блаженной полудрёмы.       - Вы не побоялись выступить против Рей. Теперь Вы что-то вроде легенды среди повстанцев.       - Полагаю, не больше, чем Ведьма среди имперской армии... - Рей. Подходящее имя для такой фурии. Девушка лишь многозначительно улыбнулась и отстранилась от пленника, давая понять, что процедура окончена. - У Вас волшебные руки, госпожа Мицуно.       - Можно просто Ами, - девушка застенчиво улыбнулась и направилась к выходу. - Отдыхайте. Сон лечит любые недуги. С этими словам Ами выскользнула за дверь, оставив её открытой. "Странно тут обращаются с пленными, подумалось Жадеиту. Ни замков,ни охраны. Неужели повстанцы так уверены в своей защите, что не считают нужным охранять пленников? Но об этом лучше подумать завтра." На этих мыслях Жадеит погрузился в спокойный лечебный сон.