Полицейская (основная история)

      Говорят, найдя что-то важное, что-то нужное и, казалось, почти жизненно необходимое, и потеряв это в один миг, человек, в первую очередь, ощущает не злость или страх, а какую-то детскую обиду. Надувая при этом губки и приговаривая про себя, что всё было так хорошо ещё минуту назад, а теперь... Чем, если честно признаться, позорно занималась я, выходя из кабинета шерифа и убиваясь на тему того, что подозревать во всех грехах детектива Дилана было так хорошо и удобно. А теперь у меня снова не было ни единой зацепки, я попросту не знала, что делать дальше. Рассказать мистеру Олрайту? Признаться, мысль вертелась в моей голове весь этот длинный день, шериф был единственным в целом мире, кому я доверяла. Единственный в отделе, к кому я была настолько близка, чтобы доверить все тайны. Почти что все, ведь Кассандра и наша странная связь, было для меня, пожалуй, тем, что хотела оставить одной только себе. А говорить о посылке шерифу, как мне казалось — точно доверить ему и это. И поэтому я, наверно, боялась. Боялась, что все узнают, что было. О матери Кесси, которая точно не должна быть втянута. И о моём грехе. Промолчав даже после того, что услышала от него, и не поделившись в ответ своей тайной, когда он предложил мне другую. В обмен? Я не знала об этом точно. Не всегда понимая чувства уж слишком умного для меня начальника, зная лишь об одном — он всегда будет на моей стороне. Так же, как когда-то в прошлом был и мой отец. Принимая меня, а не отвергая даже в тех случаях, когда я была совсем не права. И, пожалуй, поэтому, выходила я из конторы в совершенно растрёпанных чувствах. Думая лишь о том, что снова пролетела в своём расследовании, зато начала лучше понимать своего коллегу. Посмотрев на дверь в кабинет которого, я так и не решилась войти, чтобы извиниться. Что, впрочем, всё же сделала мысленно, решив лишний раз не бередить и без того открытую рану. После чего, задумавшись и выпав на пару минут из реальности, резко оказалась на довольно холодной улице. На которой, как и обычно для нашего города, сгорела парочка фонарей, отчего мне пришлось идти почти что во тьме. Более ощущая, чем слыша сзади чужое прерывистое дыхание неизвестного: не отставая, он вновь следовал за мной след в след. Не нападая пока, но и не отпуская из своих хищных лап. Словно хотел показать, что моя жизнь находится более не в моих руках. *** "Что же я делаю, чёрт возьми?!" — эта мысль крутилась в моей голове постоянно. Почти беспрестанно, пока я то ускоряла шаг, то старалась идти медленнее и тише, пытаясь хоть как-нибудь сбросить "хвост". Попутно думая, что уже давно должна была достать из кармана мобильник, чтобы позвонить коллегам. С чёткостью понимая, что я просто не справлюсь со всем этим одна. Что я просто погибну. Но, по какой-то неясной даже для меня причине, не делая этого. Была ещё не уверена в слежке? Ложь, ведь та посылка была вполне реальной. Хотела поймать врага на живца? Мне кажется, я думала лишь об этом, стараясь шагать всё быстрее, чтобы не опоздать, сжимая в кармане мобильник, но ещё не нажимая на "вызов". Отчаянно надеясь поймать маньяка хотя бы так. Ещё лелея в душе надежду, что сумею нажать на эту важную кнопку, когда всё станет совсем уж плохо. И бежала. То есть, мне кажется, что я бежала, ведь морозный вечерний ветер довольно сильно свистел в ушах, а бок периодически неприятно кололо. Я бежала вперёд. Всё ближе и ближе к своему дому и своему единственному спасению от всего, которое в последнее время стало пусть и не таким надёжным, но, всё же, до боли знакомым. Бежала, почти не осознавая этого — испуганному сознанию всё сильнее казалось, что я застыла на месте. Бежала в ночную мглу от неизвестного мне врага. Выдохнув в полной мере лишь в тот момент, когда глаза выхватили из полутьмы желтовато-красный фонарь, висевший у моего подъезда. К которому я бросилась со всех ног, остановившись как вкопанная всего через пару шагов. Почувствовав у горла острое лезвие. — Теперь ты уже не будешь такой рассказчицей, а, лесбияночка? — голос Джонса в этот момент звучал как-то непривычно глухо. Совсем не так, как он говорил с нами в офисе. И, разумеется, по-другому, чем со своей милой любовницей. Угрожающе. К тому же, я даже не смогла разглядеть в полутьме выражение его лица, наполовину скрытого капюшоном. — Так это ты всю дорогу следил за мной? — озвучила я самую верную из догадок. — А что, нельзя? — он усмехнулся совсем невесело, надеясь, кажется, малость поиздеваться. Или сыграть какую-то нужную ему роль. В чём я была уверена только наполовину. Бессильно сжимая кулаки и повторяя в голове слова шерифа о том, что Джонс ничего не сделает мне. — Чего ты хочешь? — я спросила это тоже довольно негромко, стараясь тембром голоса не выдаваясь своего волнения. Стараясь оставаться на месте и не двигаться, чтобы не показать свой страх. Я должна была стоять ровно, даже несмотря на то, что поджилки ещё тряслись от бешеной гонки. — Где сейчас находится Белая Роза? — разумеется, он задал мне тот вопрос, который и ожидала услышать. Ведь я проникла в его кабинет сегодня с какой-то целью. Он считал, что для Розы. А я считала его чуть ли не нашим серийным маньяком. — Я не знаю, — разумеется, ответ был бы всё равно один. Потому, что я и сама облажалась, упустив её просто так. И сейчас у меня не было даже сил, чтобы дать детективу липовую наводку. Но острый нож, разумеется, прижался к горлу ещё чуть ближе. — Ты думаешь, я бы стала так врать с "пером" у горла?! — крикнула я, нервы окончательно сдали. Меня прорвало. — Да ещё, к тому же, ты считаешь меня такой распрекрасной, что наша умница Белая Роза, которая, смею напомнить, годами водила за нос всех, и полицию и интерпол, руководила подпольной лабораторией, сделала ради меня одной исключение? Рассказав при этом о себе всё только из-за того, что парочку раз меня трахнула, да? Так ты считаешь? Я выкрикнула это слишком уж громко. Говоря эти слова детективу Джонсу или, всё же, самой Кассандре. В пучине отчаяния надеясь, что они достигнут и её милых ушей. — Так знай же, Роза использовала меня так же, как и других, пытаясь выудить знания о преследующем её маньяке. Получив которые тут же пропала, будто призрак в ночи. Она выбросила меня из своей жизни! Закончив последнюю фразу, я всхлипнула, только в этот момент, поняв что по лицу текут слёзы. Бесспорно и безнадёжно выдавая во мне просто обиженную брошенную предательницу, что разом захотелось стонать. Потому что, по факту, я почти что всё рассказала. Потому что сделала это даже не тому, кому бы хотела. Только через пару минут, после моей дурацкой тирады поняв, что нож от моего горла пропал. — Это так глупо, ты сказала почти всё, что я услышать хотел, — детектив снова невесело усмехнулся. — Но я всё равно не чувствую к тебе злости. Он наконец-то снял капюшон и я увидела перед собою просто уставшего человека. Не злого гения, не так, и не пойманного маньяка, а просто мужчину. Который всё это время считался моим коллегой. Будет ли теперь? Это ещё вопрос. Ну, а сейчас, именно в этот момент, в своей усталости, даже это не казалось мне таким уж важным, ведь первое, что я начала делать, это ощупывать горло, намереваясь найти там, как минимум царапину от ножа. Я же стояла к лезвию слишком близко. Я искала царапину, которой на самом деле и не было. Только в этот момент осознав, что детектив Дилан держал лезвие обратной от острия стороной. А я, только почувствовав металл рядом с горлом, запаниковав, сразу не поняла этого. Что он действительно только пугал меня. Что шериф оказался прав — Джонс не пытался мне навредить. Даже если это произошло бы случайно. — Бывай, — мужчина махнул рукой, видимо, удовлетворившись моим ответом. И пошёл в обратную от моего дома сторону. А мне, разумеется, не хватило сил, чтобы попытаться его остановить. И не ночевать в резко ставшей опасной квартире одной. *** — Пошло всё к черту! — многозначительно прошептала я себе под нос, выходя из лифта на своём этаже. И понимая, что с меня просто хватит. Всего. И этих поисков, и преследующего маньяка и этой дурацкой несчастной любви. Одновременно подводя к чёткой идее, что мне нужно отдохнуть. Хотя бы сегодня. Без мыслей об этом деле и своих постоянных страхах. Попросту налить ванну и полежать. Быть может, открыть бутылку вина... Я думала так, уже "плавая" в своих предстоящих планах и идя к квартире снова почти вслепую, ведь лампочка на этаже "сдохла" в очередной раз. Не думая и не желая думать ни о чём плохом до тех пор, пока не почувствовала в спину странный толчок. — Детектив Джонс, что Вам ещё нужно? — немного недовольно спросила я, сочтя, что он, всё-таки, следил за мной. И, уже начав оборачиваться, почувствовала лёгкий укол в плечо. Такой простой и, одновременно, такой знакомый, что сердце неожиданно пропустило удар. Это снова играется Кесси? Но, уже падая, в полутьме разглядела лицо стоящего рядом мужчины. Который был странным образом мне знаком.