Э-сен. Ангел собственного монстра

Дмитрий сделал приглашающий жест, и Есения впервые за всё время увидела этот коридор, именно такой, каким она его помнила, разве что плитка потрескалась, покрыв узор из ромбов паутинообразной сеткой. - Идём, прогуляемся. Двое охранников с автоматами стояли по обе стороны от двери и к удивлению Сени не двинулись вслед за ними. Логинов направился по коридору, сунув руки в карманы джинсов и выжидающе глядя на неё. - У тебя глаза светятся, - сказал он без какой-либо ярко выраженной интонации. - А у тебя руки в крови по локоть. У каждого свои недостатки, - Сеня отвернулась и стала рассматривать двери классов, в которых когда-то училась. Некоторые двери были ещё на месте, некоторые отсутствовали, открывая печальное зрелище – целые парты, похоже, забрали при переезде, а сломанные оставили догнивать вместе со всем зданием. Их обломки, наряду со строительным мусором, выгоревшими квадратами на стенах и обклеенными старыми газетами стенами создавали гнетущее впечатление разрухи и заброшенности. - Зачем ты это делаешь? Зачем огрызаешься? – с искренним удивлением спросил Дмитрий. - Скажи мне, Логинов, - Сеня остановилась и повернулась к нему лицом, - здесь мало классов? Или это такой способ меня помучить ещё сильнее? Какого хрена ты запихнул их именно ко мне?! - Кабель питания для камер вышел из строя, и под наблюдением остался только этот класс, - чуть пожав плечами, ровно ответил Дмитрий, но на следующих словах его голос приобрёл зловещую интонацию, - но это и к лучшему. Видишь, мы выяснили любопытный факт. Она тебя слушается. - Почему? Из-за того, что вы вкололи ей мою кровь? - Нет, тут всё гораздо интереснее. Это психология стаи. Слабые подчиняются сильному, лидеру. Для неё ты лидер. Она интуитивно чувствует, что не может бросить тебе вызов, - слегка задумчиво произнёс Дмитрий и неожиданно неприятно усмехнулся, - а в школе она наверняка считала лидером себя. - Она тебе ничего плохого не сделала, - поморщившись, напомнила Сеня, - почему не наоборот? Не вколол мою кровь Лебедеву? - А вдруг бы это его убило? Это не та смерть, которую он заслуживает. - Дашка не набросится без моего разрешения, ведь так? Выходит, твой план не сработал. Дмитрий рассмеялся, поддев носком ботинка мелкий камешек на полу. - Представь, каково ему сейчас, там. Он не знает, что с Дашкой, не уверен, что она не набросится на него в следующую секунду. Благодаря тебе, Есень, мой план сработал гораздо лучше, чем ожидалось. Сеня сжала руки, впиваясь ногтями в ладони и всей душой желая ощутить под ними не свою кожу, а горло Логинова. - Только не говори, что ты купилась на эту его показную любовь и заботу. Несомненно, люби он Дашку по-настоящему, я получил бы ещё больше удовольствия. Но такие, как Лебедев, не умеют любить, так что я особенно и не рассчитывал. Я тщательно изучил биографию этой сладкой парочки. Бизнес Лебедева держится на плаву только благодаря Дашкиному наследству. И если что с ней случится, он лишится всего, согласно брачному контракту. Есения промолчала. Ей не верилось, что такую заботу и любовь к жене, которую она видела у Артёма в глазах, можно было сыграть. Коридор наконец закончился и вывел на открытую площадку с окнами. Есения приблизилась к подоконнику. Окна выходили во внутренний дворик, смотрели прямо на соседнее крыло. Именно там когда-то нашли в стенах вредное вещество; теперь вместо стёкол проёмы были затянуты прозрачной плёнкой. Дворик производил такое же удручающее впечатление – асфальт в крупных трещинах, повсюду листья и вездесущий строительный мусор. - Они ведь и над тобой издевались, Есень. Почему ты их жалеешь? Сеня вздохнула, продолжая смотреть вниз, на несколько тощих голубей, тщательно выискивающих в трещинах какие-то крошки. - Ты ведь слышал, о чём мы говорили, да? – краем глаза уловив кивок, Есения продолжила, - до этого я не задумывалась, но… Неужели так и есть? Ты сделал это со мной… из ревности? Дмитрий молчал, и поторапливать его с ответом желания не было. Сеня изучала внутренний дворик, сжимая пальцы в замок, и вспоминала его совсем другим, оживлённым и людным, с цветущими клумбами, новенькой плиткой и дворничихой тётей Галей, которая вечно ругалась из-за рассыпанных кем-то семечек. - Вовсе нет. Я сделал это из прихоти, - просто ответил Логинов спустя пару минут. Есения подумала, что ещё три дня назад это вызвало бы у неё вспышку ярости или истерику, но сейчас не зацепило внутри ни одной эмоции. - Когда я уже составил список тех, кто будет на банкете, буквально накануне начала, я съездил домой к отцу. И он отдал мне школьный альбом. Сеня помимо воли улыбнулась, вспомнив этот альбом. Вместе с ним пришли воспоминания о тех прекрасных последних днях, когда экзамены уже позади, и мысли лишь о выпускном и взрослой жизни. - Мы с Ванькой разрисовали все страницы, - чисто физически не сумев вернуть лицу серьёзное выражение, произнесла она, - хотели, чтобы хоть что-то у тебя осталось хорошего от школы. - Если бы оставалось ещё время передумать, ещё хоть один день, я никогда бы вас не пригласил, - Дмитрий не оправдывался, он вообще был не из тех, кто считает нужным оправдывать себя. И поэтому Сеня сразу поняла, что Логинов говорит искренне. - Потом я вспоминал бы этот импульс и сам не понимал бы, что на меня нашло и как я вообще мог хотя бы допустить такую мысль. Но в тот момент я листал альбом и вспоминал, что чувствовал, когда узнал, что ты идёшь с Ванькой. - Ты сам собирался меня пригласить? Только честно. Собирался? - Нет. Конечно, нет. Установилась тишина. Не то, чтобы Сене не хотелось ничего сказать Логинову, но никакие слова не казались достаточно отражающими смысл. Спустя какое-то время на её плечи легли руки, и Есения с большим опозданием осознала, насколько Дмитрий выше неё. - Давай ты пойдёшь и разрешишь ей напасть, - горячее дыхание обожгло Сене ухо, и смысл фразы дошёл не сразу. - Это с чего вдруг? - Подумай. Она попробует человеческое мясо и станет такой же, как ты. Даже лучше – она станет такой, как любой, кому вколют твою кровь. Мы проведём оставшиеся опыты на ней, и тебе не придётся больше мучиться. Только не говори мне, что ты настолько благородна, чтобы отказаться. - Благородство не при чём. Я это делаю тебе назло. - И ты готова терпеть все эти мучительные процедуры назло мне? У нас много образцов твоей крови, мы из каждого бомжа можем сделать подопытного. К чему это твоё упрямство? - К тому, что ты не хочешь ставить опыты на бомжах. Ты хочешь сделать это именно с Артёмом. И ты хочешь, чтобы он понял перед смертью, кто его убивает и за что всё это с ним происходит. - И ты хочешь сказать, он этого не заслуживает? – Есения обернулась как раз успев увидеть, как глаза собеседника недобро сверкнули. Отчего-то Сене, со всей её сверхъестественной силой, на секунду стало страшно перед этим больным умирающим человеком. И она отвела взгляд, нашарив на полу какую-то зигзагообразную трещину. - Ну, ответь – не заслуживает? - Не мне решать, - глухо ответила Есения, - и не тебе. Дмитрий неожиданно рассмеялся. - А знаешь, я всё же рад, что пригласил тебя. Такой ты нравишься мне всё больше и больше. Сеня яростно вскрикнула и с силой схватила его за горло, вдавливая в стену. - Тебе смешно, да?! Смешно?! Люди погибли! Ванька погиб!! Неожиданно тишину коридоров прорезал высокий звук, мгновенно вызвавший ассоциацию со школьным звонком. Есения вскинула голову и тут же закричала, закрывая руками уши. Звук нарастал и нарастал, проникая сквозь ладони, прямо в мозг, который, казалось, вот-вот взорвётся. Она упала на колени, подсознательно стремясь свернуться в клубок, и тихонько застонала сквозь стиснутые зубы. Звук прекратился, и Сеня в изнеможении легла на спину, тяжело дыша и буквально чувствуя, как бешено сердце рвётся наружу сквозь футболку. - Неприятно, да? – Дмитрий, как ни в чём не бывало, подошёл к ней и встал, глядя сверху вниз, - интересно, на Дашку подействовало? Последняя фраза дошла до Есении не сразу, но очень болезненно, вонзившись в и без того измученную голову раскалённой иглой. - Нет! – выдохнула она и, вскочив, кинулась обратно по коридору к классу Химии, однако внутрь попасть не смогла: один из охранников на входе, не размениваясь на предупреждения, с силой ударил её в живот прикладом автомата. Сеня согнулась пополам от боли, и солдаты схватили её за руки, прижимая грудью к закрытой двери. Никакого окошка в ней не было, но характерные рычащие звуки и крики подсказывали, что ультразвук на Дашку всё же подействовал. - Нет, Дашка, не надо! – хотелось кричать во весь голос, но его просто не было – из горла вырывался лишь хрипловатый шёпот. Подошёл Дмитрий, глядя в экран телефона с неприкрытым интересом и очень явным злорадством. Даже гадать не нужно было, чтобы понять, что там транслируется. Есения сжала зубы и зажмурилась, уткнувшись лбом в холодную пыльную стену. Звуки за дверью стихли спустя минут десять. - Шоу закончилось, - с явным сожалением протянул Дмитрий, - отключите её и отнесите вниз, к Марии. - А с этой что делать? – спросил один из солдат, очевидно, про Есению, - вырубить её? - Нет, не нужно, - задумчиво ответил Логинов, пока один из охранников с усилием распахнул тяжёлую дверь и с ходу выстрелил, видимо, транквилизатором. Скрывшись внутри, через минуту он вернулся с Дашкой на руках. Сеня судорожно выдохнула, глядя на её перепачканное кровью лицо, и тут же отвернулась. Второй охранник швырнул её в класс и захлопнул дверь. Есения невольно бросила взгляд в самый угол, где сюрреалистичной кляксой расплывалось то, что осталось от Артёма. Она сползла вниз по стене, спрятав лицо в ладонях, и всхлипнула. - Ты сделала всё, что смогла, - задумчиво и несколько меланхолично протянул Ванька, присев рядом в аналогичной позе. Сеня подняла глаза на мужа и спросила: - Тебе его не жаль? - Почему мне должно быть его жаль? – искренне удивился Ванька, - что-то не припомню, чтобы он хоть раз кого-то жалел сам. Есения прислушалась к себе, скосила взгляд на труп и неожиданно поняла, что не жаль и ей. А ещё через секунду поняла, что смотреть туда было плохой идеей. Голод, до того оттесняемый волнением и гневом, вернулся при виде окровавленного тела, уже потерявшего человеческий облик и похожего на самый настоящий кусок сырого мяса. - Ваня… Вань… не дай мне его сожрать, - не отрывая глаз от тела Артёма, в ужасе пробормотала Сеня. Однако призрак не отозвался. - Вань? – из последних сил выдавливая из себя ещё какие-то обрывки человеческих мыслей, снова позвала она. Не дождавшись ответа и в этот раз, Есения сдалась, не в силах в одиночку загнать жаждущего крови монстра обратно вглубь себя. Она на четвереньках подползла к трупу и склонилась над перегрызенным горлом.