Перекрёсток

      О чём думают люди, когда смотрят на звёзды? О чём угодно. Обо всём и ни о чём одновременно. Не думают вообще.       Но каждый хоть раз ловил себя на мысли: «А что там? Насколько далеко тянутся эти световые лучи? Как много их ещё там? И на скольких из них есть такой же человек, который так же сидит и думает…»       Элина поёжилась, потирая голые плечи. Ночь была прохладной. Но девушка не спешила одеваться. Слишком редко удавалось побыть на улице, не боясь получить ожоги, а просто чувствовать приятную свежесть.       Мать, её приёмная — настоящей Элина не знала, говорила ей, что звёзды — это души ушедших людей. И после смерти все попадают на небо и встречаются со своими любимыми.       Такая красивая сказка для маленькой девочки. И такая ложная надежда, разбившаяся о реальность год назад. Никуда души не уходят. Они просто есть.       Раздробленные на части, которые сменяют друг друга.       И вот перед тобой уже другой человек…       Элину до сих пор жгла потеря мужа. И даже то еле дышащее чувство того, что Кит сможет и захочет заменить его, сейчас буквально рассыпалось с прибытием той девушки. Лианы.       Девушка тряхнула фиолетовыми волосами, отгоняя глупые мысли. Лиана — та девушка, которая не сдалась, не предала себя и свои чувства. Которая преодолела само время, чтобы вернуть любимого.       А Элина надеялась на утешение в объятиях пусть выглядящего так же, но всё же другого мужчины. Сейчас она как никогда остро почувствовала себя предательницей, и непрошеные слёзы тихо потекли из глаз.       А смогла бы она вот так бросится за любимым, не имея почти ни малейших шансов на успех? Вряд ли. Она никогда не была смелой. Заниматься сборкой и перепрограммированием роботов много смелости не нужно.       Утерев тыльной стороной руки слёзы, она услышала за спиной лёгкие шаги, но не торопилась оборачиваться. В следующее мгновение ей на плечи опустился мягкий плед. Вслед за этим раздался женский голос:       — Незачем сидеть здесь и мёрзнуть.       Лиана. Неожиданно.       Элина поправила плед и подняла глаза на девушку, опустившуюся рядом с ней.       — Спасибо, — поблагодарила она, пытаясь улыбнуться.       — Это тебе спасибо, — ответила шатенка.       — За что? — не поняла Элина.       — За Кита, — серьёзно произнесла Лиана, — за то, что была рядом. За то, что заботилась.       Элина хмыкнула, опуская голову и упираясь взглядом в колени:       — Мне было не сложно.       — Правда? Поэтому ты сидишь здесь одна уже минут двадцать?       Девушка вскинула голову и снова посмотрела на Лиану:       — Ты наверняка уже знаешь, что раньше на месте Кита был мой муж. Поэтому, права выбора мне никто не дал. Я не могла его бросить. Да и мысли не возникало. Между нами ничего не было, — добавила она.       — Я знаю, — Лиана улыбнулась, но тут же снова стала серьёзной, — я действительно благодарна тебе. И могу представить, как тебе было сложно. Я соболезную твоей утрате.       Элина отвернулась, следя глазами за падающей звездой. Помолчав немного, она начала говорить, но так тихо, что Лиане пришлось прислушиваться:       — Знаешь, он ведь ни минуты не сомневался, что вы встретитесь. Мы, конечно, не говорили об этом каждый день, но всё было понятно. Я даже была удивлена такому бесконечному доверию. Если не ты к нему, то он к тебе. Других вариантов даже не существовало. Я ревновала. Я не верила. Я надеялась. А на следующий день отчаивалась. А потом снова надеялась. Желала, чтоб ты никогда не появилась. Чтобы продолжить жить в иллюзии того, что ничего не изменилось. Но сейчас, — Элина сделала глубокий вдох и продолжила, — когда я вижу вас вместе, то понимаю, что всё идёт правильно. Что мне дана возможность начать всё заново. Я помогу вам, чем смогу. Если вообще смогу. Своим примером Кит показал мне, что сдаваться нельзя. И я не буду сдаваться. Начну новую жизнь. После всех потерь мы это заслужили.       Лиана переваривала услышанное. Весь монолог Элины произвёл на неё сильное впечатление. В ней одновременно зашевелилось столько чувств. Уважение к этой девушке, любовь к Киту, и дикая ненависть к Айвоне и к тому, что она сотворила с этим миром. С миром, в котором живут такие люди как Элина и Анерин…       Сжав руку в кулак, Лиана ответила:       — Да, потерь довелось пережить немало. Как мне, так и Киту. Потеря родителей, друзей, родных. Предательства… Наверное, поэтому, мы никак не могли смириться с тем, что потеряем ещё и друг друга. Но, мне сложно представить, каково это — жить в умирающем мире и даже не быть уверенным в завтрашнем дне.       Фиолетововолосая девушка усмехнулась:       — Проще, чем кажется. Ведь другого мы не знаем.       — А хотела бы?       Элина непонимающе посмотрела на шатенку.       — Я не эксперт, — продолжила Лиана, — но может быть есть возможность забрать тебя и Анерина отсюда.       — И перенести в мир, где вода греется часами, за едой нужно побегать по лесам, а чтоб отправить и получить сообщение придётся ждать месяцами?       Лиана пожала плечами:       — Ко всему привыкаешь. Зато какая полная жизнь. И вы ведь не будете одни.       — Это…стоит обдумать.       Девушки замолчали, продолжив наблюдать за звёздами. Элина не помнила, когда в последний раз ночь казалась ей такой безмятежной и волшебной.       Присутствие той, появления которой она так боялась, успокаивало и давало сил. Но это лишь затишье перед бурей, как любили писать в книгах.       Всё самое трудное впереди. Но теперь она была не одинока. И уже никогда не будет. Девушка чувствовала это.       — Обдумай, — неожиданно заговорила Лиана, — разве ты хочешь ждать, пока здесь всё рухнет. Смотреть, как умирает всё, что тебе дорого. А если у тебя появятся дети, ты готова смотреть, как умирают они?       Элина вздрогнула. Шатенка затронула больную тему, и отчаяние снова медленными шагами подкрадывалось сзади.       — Я… — Элина вздохнула, — детей очень тяжело завести при нашей экологии. Мы с Кеннетом пытались. У нас даже получилось, но ребёнка я потеряла. Сомневаюсь, что такой шанс мне выпадет ещё раз. Но я бы и не хотела рисковать. Это больно.       Лиана дотронулась до пальцев собеседницы. Та, не ожидая такого жеста, удивлённо дёрнулась, но руку не убрала. Лиана же, сжав её руку, сказала:       — Я тоже не могу иметь детей. Узнала об этом буквально за неделю до…разлуки с Китом. Это было ударом более сильным, чем когда я, как и ты, потеряла своего ребёнка.       — А…Кит знает?       — О ребёнке? — Лиана отвела взгляд, — нет. Он был не от него. Просто один из эпизодов бурной молодости. Я на тот момент и не подозревала. До тех пор, пока меня сильно не ранили на задании. Бесследно это не прошло. Кит знает только о ранении. И думает, что бесплодие — последствия этого. Он принял новость не так стойко, как я, но жизнь на детях не завязана. Мы найдём, чем заняться.       Элина сжала руку девушки в ответ и сказала:       — Лиана, спасибо тебе за доверие. Это неожиданно и очень приятно. И спасибо, что наконец забираешь Кита отсюда. Он мозолит мне глаза, — закончила она с улыбкой.       Лиана усмехнулась:       — Могу представить.       Элина посмотрела куда-то себе за плечо и мягко высвободила свою руку:       — А вот и он сам.       Затем, она встала, и улыбнувшись Киту, пошла по направлению к дому, плотнее кутаясь в плед.       Возле дома стоял Анерин, наблюдая за ней.       — Всё в порядке? — заботливо поинтересовался он.       — Да, — Элина стянула с себя плед и накинула его на плечи мужчины, ласково растрепав его волосы, — даже лучше, чем я могла бы представить.       Анерин удовлетворённо кивнул головой, а девушка скрылась в доме. Там, сидя на диване тихо беседовали Рениана и Дэмьен.       — Самокопание окончено? — встретила её Богиня.       Богиня. Элине было немного неловко в её присутствии. Странно осознавать, что в твоей гостиной сидит Богиня. Настоящая. Одна из создательниц, как все говорят, этого мира. Благоразумно решив не дерзить недружелюбной женщине, Элина сказала, проходя на небольшую кухню:       — Окончено. Разговор по душам с Лианой помог.       — А мы, — вступил в разговор Дэмьен, — с Леди Ренианой как раз о душах говорили.       — Да, — сказала волчица, откинувшись на подушки, — ты везучий смертный, принц. Твоя душа связана с душой твоей Жрицы. И при определённых условиях она может вернуть тебя обратно без помощи Перекрёстка.       Но слух Элины зацепился за одно слово.       — Принц? — удивилась она, наливая воду в кружку.       Дэмьен скромно улыбнулся:       — Да, мой отец был королём. Но я снял с себя этот титул, посвятив жизнь служению Валире. И связав свою душу с душой Мерьем. Жрицы и подруги.       — Как эксперт, — вклинилась Рениана, — могу повторить, что выбор удачный. Но это и так случилось бы. Ваши души связаны и без ритуала. Все люди, что встречаются в жизни — не случайны. И все оказываются связаны. Ты со своей жрицей, Кит с Лианой. Таковы законы судьбы.       Элина печально хмыкнула.       — Странно получается. Я была замужем за Кеннетом, мы любили друг друга. Но у Кеннета и Кита, как я поняла, душа одна. Но сейчас получается, что Кит предназначен Лиане. А я одна.       — Девочка, — снисходительно обратилась к ней Богиня, — не пытайся опошлить труд всей моей жизни. Твоя душа и душа Кита-Кеннета связаны, но не так, как тебе хотелось бы. У тебя другая судьба, но даже не пытайся узнать у меня больше. Не скажу.       Дэмьен повернулся к ней:       — Интересно узнать о душах больше. Вы знаете об этом больше всех нас, расскажите.       Рениана раздражённо откинула волосы назад, но было видно, что ей льстит любопытство рыжеволосого Защитника.       — Хорошо, детки, послушайте сказку. Представьте, что наш мир — это большой клубок ниток. Разноцветных ниток. Каждая нитка имеет свой конец и начало, но так же нитки могут переплетаться, спутываться…       — И рваться, — тихо произнесла Элина.       Рениана прожгла её взглядом:       — Ты хоть раз пробовала порвать нитку из середины клубка, например? Но даже если каким-то невиданным образом она порвётся, то из клубка никуда не денется. Собственно, мне теперь неинтересно рассказывать, ты всё испортила.       — Зачем вообще, — поинтересовалась Элина, проигнорировав выпад, — было делать так, чтобы люди были связаны? Не проще было пустить всё на самотёк?       — Зачем? — волчица сделала вид, что задумалась, — чтобы потом собрать всех в один клубок, разумеется.       Дэмьен и Элина переглянулись, не сказав ни слова. Зеленоглазая же Богиня встала с дивана и не говоря ни слова пошла к выходу из дома.       Когда дверь за ней закрылась, наступила привычная тишина. Дэмьен погрузился в свои размышления, но Элине, почему-то, не хотелось молчать.       Поэтому, она решила заговорить с мужчиной:       — Почему ты отказался от власти и решил посвятить себя вере?       Дэмьен моргнул, обращая внимание на девушку:       — Потому что в своё время моему отцу было выгодно отдать меня на службу. А мне, неожиданно для всех, понравилось. Год назад отец погиб, а я, зная, что могу отказаться, отказался от трона. В пользу своего дяди. Мать была разбита, но мой дядя именно тот человек, который был нужен народу. Отец таким не являлся.       Девушка усмехнулась:       — Но ты видишь, что в итоге мир такой. Поэтому, у тебя хотя бы было время сделать то, к чему лежала душа. Большинство из тех, кого я знаю, никогда не будут иметь такой выбор. Мы родились-то чудом. Всё остальное же — магия.       Дэмьен улыбнулся:       — Ну, магия — это не так уж и необычно. Только здесь уже почти невозможна, как просветила меня Рениана.       — Почему ты вообще здесь? — перевела тему Элина.       Мужчина ответил, не задумываясь:       — Потому что мне это показалось правильным. Потому, что я, как ты сама сказала, делаю то, к чему лежит душа. Я решил, что могу помочь моей кузине. А моя Жрица, Мерьем, отправилась с подругой Лианы. Понятия не имею, где они. Но, может, однажды мы ещё встретимся.       Весь подъём, который девушка испытала после разговора с Лианой, начал потихоньку сходить на нет. Ей это не нравилось. Нужно не дать тоске снова забрать себя.       — Дэмьен, — обратилась к мужчине Элина, — не хочешь прогуляться? Возможно, после того, что я тебе покажу, ты сможешь эффективнее помочь своим родственникам.       Защитник заинтриговано встал с дивана:       — Полагаю, мне пока лучше не задавать вопросов. Веди.       Девушка скромно опустила голову и украдкой улыбнулась.

***

      Кит смотрел на профиль сидящей на камне Лианы. Самая красивая девушка.       Он всегда считал её такой. Даже когда они были совсем маленькими и только лупили дуг друга, носясь по поместью. Но тогда она была всего лишь сестрой.       Много раз молодой мужчина пытался вспомнить, с какого момента всё изменилось, но безуспешно. Поэтому, вскоре он оставил попытки.       Но тогда, беззаботно заворачивая друг друга в шторы и получая нагоняи от нянек за снесённые картины, он и подумать не мог, что эта маленькая, худая и вздорная девчонка будет готова отдать за него жизнь, преодолеет само время, чтобы вернуть его, а в итоге станет ему женой.       Им, разумеется, выбора никто не давал. Но сопротивляться не было смысла.       Да и не хотелось.       Он смотрел на её расслабленную позу — девушка подставила лицо лёгкому ветру, подтянув одну ногу к груди и положив на колено руку. Кит видел такой образ слишком часто. Не только у Лианы. У Вайлет, у Лис, даже у Анджелиты. У многих девушек — шпионок. Они все были похожи между собой. Ловкие, смелые, острые на язык и немного безрассудные. Со стороны могло показаться, что Лиана не выделялась ничем. Но для него она была самой особенной, самой ценной и родной.       Поэтому, в очередной раз он отказался от анализа.       — Ли, — обратился Кит к шатенке, теребя себя за рукав.       Девушка обернулась к нему, улыбнувшись. Но, бросив взгляд на его рукав, нахмурилась:       — Кит, с тобой всё нормально?       — Да, — немного отстранённо ответил мужчина, — более нормально, чем за весь этот год.       — Тогда, может оставишь в покое свой рукав? — спросила Лиана серьёзно.       Кит обошёл её вокруг и встал между её ног, беря её руку в свою. Лиана опустила ногу и выжидающе посмотрела на возлюбленного.       — Выслушай меня, — начал мужчина.       — Ну, я же здесь, — Лиана хотела ещё что-то добавить, но осеклась, увидев, что Кит нервничает. Она редко видела его таким, поэтому ей стало ещё интереснее.       — Я в голове целую речь подготовил. Она вышла красивая и складная. Но сейчас, стоя перед тобой, мне почему-то совсем не хочется её произносить, — он выдохнул, собираясь с мыслями, — я знаю, что мы попали в непростую ситуацию. Любой неверный шаг, и наши жизни окажутся на волоске. От нас требуют совершения какого-то неприятного ритуала, который мягко назвали свадьбой. Мы сделаем это, чтобы шансы вернуться домой возросли. Но, я должен спросить. Ты хочешь стать моей женой? Не той, женой, которой хочет тебя видеть Айвона. А моей женщиной. Прожить со мной жизнь и делить все радости и невзгоды? Ты хочешь этого?       — Да, — простой ответ, который оказался самым большим облегчением, и который звучал настолько искренне, что Кит даже не сразу сообразил, что должен делать дальше. Но девушка продолжила, — не знаю, правда, долго ли мы проживём с такими авантюрами. Но я люблю тебя. Я твоя. И готова всем объявить об этом.       — Прости, что я без кольца, здесь с этим туго, — Кит усмехнулся.       — Ничего, думаю, мамочка с папочкой найдут нам что-нибудь.       — Это, наверное, один из самых счастливых дней в моей жизни.       — Начинай записывать, — Лиана закусила губу.       Кит покачал головой, дотронувшись до её лица двумя руками.       — Ты лучшая, — и с этими словами резко притянул к себе её лицо, целуя в губы. И в этот момент, который казался таким волшебным, с неба посыпались тяжёлые капли дождя. Но целующиеся влюблённые, одежда которых промокла моментально, не замечали этого.

***

      Анерин возвёл глаза к небу, улыбаясь своим мыслям. Долгожданный дождь. Даже удивительно. Когда он шёл в последний раз? Полгода назад? Год? А сейчас вместе с живительной влагой пришло ощущение чего-то волшебного. Он подставил лицо под холодные капли, проводя рукой по влажным волосам.       — Такое милое зрелище, — услышал он женский голос и открыл глаза, — меня даже не тошнит.       Анерин проследил за взглядом Ренианы и снова улыбнулся при виде целующихся Кита и Лианы.       — Любовь — это всегда прекрасно. Необычно видеть друга детства не со своей сестрой, но она, вроде, нашла себе утешение. Повела Дэмьена на прогулку.       Женщина — волчица подошла ближе к нему и облокотилась на стену дома:       — Элина ведь не сестра тебе. Ты прекрасно это знаешь. Но ты так к ней привязан.       — Что тебя так удивляет? — немного резко ответил мужчина, — ты, вроде как, Богиня, а не наивный ребёнок, чтоб задавать такие вопросы.       Рениана тихо рассмеялась:       — Ты весь в своего отца.       — Мы совсем не похожи.       — Я не про того, в чьей семье ты вырос.       — Что же, — Анерин отвернулся, — для меня не существует другой семьи, кроме той, что приняла меня, когда мне было семь лет. В этой семье уже была приёмная девочка, которая стала моим первым другом и самой любимой сестрой. Поэтому, я не понимаю, что тебя удивляет. И даже не хочу спрашивать, откуда ты знаешь моего «отца».       — Смертные удивляли меня всегда. И я никогда не понимала логики ваших поступков и чувств. И вообще, с самого начала, когда мы только привели своих детей в этот мир, они всегда пытались всё поменять или разрушить. Вот, например: Кит и эта его девка, Лиана, брат и сестра. Нет, нужно зачем-то влюбиться друг в друга. А вы с Элиной чужие люди друг другу, но ты опекаешь её, как сестру. И вспоминаешь своих якобы родителей с таким теплом…       — Я вспоминаю, — перебил её Анерин, — потому что это они, а не те, кто меня бросил, дали мне всё. Дом, семью, даже имя. Так как «Мразтвар» мне явно не подходило.       Рениана нахмурилась:       — С чего ты взял, что это твоё имя?       Мужчина не сразу нашёл, что ответить. Он продемонстрировал женщине браслет на его руке:       — Здесь написано.       — Это не имя.       Теперь уже нахмурился Анерин:       — Объясни, будь добра.       Зеленоглазая Богиня покачала головой:       — Слишком рано. Но, раз тема уже зашла…       Она задрала рукав и показала мужчине такой же браслет как и у него.       Десятки самых нелепых догадок ворвались в его голову.       — Что это значит? — он не хотел озвучивать ни одну из них.       — У тебя ведь есть дар, Анерин. Ты видишь ауру. Что ты видишь у меня?       — Только слепящий свет, — мужчина даже прищурился, — все твои чувства скрыты от меня. Их будто нет.       Рениана, казалось, была удовлетворена ответом.       — Я всё объясню, обещаю. Но после свадьбы Кита и Лианы. А сейчас, мне нужно уйти.       Анерин лишь кивнул, погружаясь в свои раздумья, и стараясь отгонять от себя лишние, казавшиеся фантастикой, мысли.       Дождь всё ещё не прекращался.

***

      Дэмьен был удивлён, когда увидел место, в которое его привела Элина. Это снова был бар. Но, в отличии от того, в котором он очнулся, этот был под землёй. В помещении было душно, шумно и тесно, но до странного уютно и спокойно. Когда они вошли, к нему сначала отнеслись насторожено, но Элину здесь знали. И уже вскоре за стол, который освободили специально для его спутницы, подсели двое мужчин и одна женщина с механической рукой. По их весьма необычному разговору, наполненному различными техническими, строительными и военными терминами, он понял, что попал в своеобразное убежище местного ополчения.       Там, дома, он уже бывал в подобных местах. Они некоторое время путешествовали с Мерьем, оказывая помощь пострадавшим от зверств Магистра магам и простым горожанам. И даже поучаствовали в нескольких диверсиях.       Здесь же о восстании речи не шло. Люди чётко знали, под чьим гнётом находятся. Они просто собирались выжить и защитить свои семьи.       Как выяснилось, муж Элины был для этих людей своего рода вдохновителем.       Поэтому, некоторые удивились, что она пришла не с ним, а с неизвестным рыжеволосым мужчиной. Дэмьен заметил, что Элина немного смутилась, но убедила всех, что с «Кеннетом» всё в порядке, а это их старый друг, который наконец-то был посвящён в тайну.       Такое простое объяснение, казалось, удовлетворило остальных и они продолжили выпивать.       Дэмьен так и не понял, чем его поили. Он потерял счёт времени и заметил, что перед глазами всё плывёт, но чья-то тёплая ладошка ещё удерживает его в сознании.

***

      У Кита и Лианы не получилось, как в самых романтичных историях, вернуться промокшими, но счастливыми — их одежда имела функцию быстрого высыхания и обогрева.       Но счастливы они были без сомнения.       Попрощавшись с Анерином и договорившись встретиться днём в лабораториях, будущие муж и жена, отправились на гиперлёте обратно в поместье.       Оставшись незамеченными, они дошли сначала до комнаты Лианы. Кит хотел остаться здесь же, но девушка сказала ему, что лучше пока не играть с огнём, и он нехотя согласился.       Первое, о чём им сообщили на персональных скринпадах — то, что их ожидают к себе на завтрак Повелитель и Повелительница.       Встретившись перед дверьми помещения, где их ожидали, они вошли вместе.       Но перед этим Лиана напустила на себя немного грустный и покорный вид, а Кит «давайте-уже-всё-закончим» вид.       Завтраком это назвать было сложно. Потому как Айвона и Фуркас к своим порциям не притронулись, а молодым людям кусок в горло не лез. Поскольку один лишь вид Айвоны заставлял внутренности сжиматься до размеров горошины, хоть она и пыталась разыграть из себя заботливую мать. Но в каждом слове, обращённом к Киту слышалась смертельная угроза. Поэтому, они соглашались со всем, что говорила безумная Богиня.       Свадьба состоится через неделю, а в брачную ночь будет проведён ритуал, который должен помочь родиться нужному ей ребёнку.       Все обсуждения деталей свадьбы были просто омерзительны, хотя ни Кит, ни Лиана не высказали своего мнения.       Когда «завтрак» подошёл к концу, Кит и Фуркас встали из-за стола, кланяясь светловолосой Богине, и покинули покои. Лиана-же объявила, что хочет обсудить с матерью «ещё кое-что» и осталась внутри.       Фуркас, когда они оказались за дверью, молча поманил Кита за собой.       Заметив, что мужчина кидает на него косые взгляды, Бог-тюремщик обратился к нему:       — Если есть, что сказать, говори. Охрана не услышит тебя.       Кит отозвался сразу:       — Мне интересна одна вещь. Когда ты и твои люди забрали меня в том баре, ты сказал, что родители ждут меня. О ком ты говорил? Или ты солгал?       — Лишь наполовину, — ответил Фуркас, — твоя мать здесь. Её и её воспоминания держит в плену Айвона. О твоём отце мне ничего неизвестно и известно не было.       Кит пожал плечами:       — Ну так освободи её или узнай как это сделать. Я, конечно, знать не знаю, кто она такая и как выглядит в этом времени, но ты же Бог и муж этой ненормальной, тебе это под силу.       Губы Фуркаса исказила кривая ухмылка:       — Твоя мать — Страж Перекрёстка. Освободить её могут только Йаварис или Рениана. А её воспоминания, повторюсь ещё раз, хранит у себя Айвона, и тем самым полностью её контролирует.       — Звучит совсем дерьмово, — блондин растерянно потёр затылок, оглядываясь по сторонам. Они спускались куда-то на глубину, освещение стало в два раза ярче, ему даже пришлось немного прищуриться.       Приложив свою ладонь к сенсорной панели, Фуркас посторонился, пропуская Кита вперёд в просторную лабораторию.       — Наденьте халаты, — услышали они серьёзный голос и незамедлительно выполнили требования.       Кит поднял голову и узнал в говорящем Анерина. Тот кивнул ему, перевёл взгляд на Фуркаса, поклонился и произнёс:       — Повелитель. Есть новость. Объявилась Рениана.       Тюремщик даже не стал скрывать своего удивления:       — Вот как? Неожиданно.       — Она разбрасывалась какими-то странными намёками. И у неё браслет как у меня.       — Пооостооойте, — вклинился, не успевающий за сутью разговора, Кит, — так ты, Анерин, не удивлён тем, что перед тобой не настоящий Повелитель. И что за намёки? Что там с браслетом?       Анерин покачал головой:       — Да, мы с… Господином Фуркасом работаем над одним проектом. Вместе. А на твои вопросы у меня так же нет ответа.       — Их нет и у меня, — Бог покрутил в руках какую-то колбу, — Рениана со временем расскажет всё сама, я думаю. И сможет нам помочь. С планом, который уже возможно привести в исполнение, Анерин, я надеюсь.       Мужчина кивнул. Кит раздражённо скрестил руки на груди.       — Такое многозначительное молчание, друг мой, — Анерин усмехнулся, — я думаю, господин, можно посвятить в план Кита. И затем леди Лиану так же.       — Я не против, — Бог смахнул с гладкого стула несуществующие пылинки, и сел на него.       Анерин сделал глубокий вдох и начал излагать:       — Ты ведь знаешь, Кит, что Айвона сбежала из тюрьмы. Мы даже видели этот момент вместе — в твоих воспоминаниях, природа которых нам по-прежнему неясна. Короче говоря, мы хотим…нет, мы должны повторить это ещё раз. Запереть её в тюрьму.       — А почему её просто не убить?       — Потому, — Фуркас прожёг его взглядом, — что мы не можем нарушить шаткий баланс ещё больше, чем он уже нарушен. Амизале убита. И нет возможности её воскресить, ибо магия умерла вместе с ней. А любые попытки использовать её приводят к катастрофам.       — Как же тогда, — нахмурился Кит, — вы собираетесь запереть её?       — Наука, — Анерин улыбнулся, — немного везения, небольшая диверсия и доступ к Перекрёстку.       — У твоей нынешней жены, — снова вмешался Фуркас, — есть знания, как проложить путь к Перекрёстку. Он скрыт, хотя я точно знаю его расположение.       — Откуда у Элины… — начал Кит.       — От родителей. Они не из этого времени. Они убегали от чего-то, и в итоге мать оказалась здесь и родила её. Но, чтобы получить это знание, нам нужно вернуть воспоминания твоей «здешней» матери, Кит.       Молодой мужчина сел на стол и снова потёр затылок:       — Как всё сложно. Нам нужна Элина, чтобы найти Перекрёсток. Страж Перекрёстка моя «мать», которую держит в плену Айвона. И она нужна нам, чтобы узнать у Элины, как вернуть знания об открытии Перекрёстка…       Фуркас поднял ладонь, останавливая его поток речи:       — «Мать» будет на вашей свадьбе. Это важное событие, и все союзники Айвоны знают о Страже и о том, что она является матерью жениха. Я уверяю тебя, она будет там. Остальное уже зависит от нас. В конце-концов, впереди целая неделя.       Кит уставился на него, не понимая, шутит тюремщик или нет. Подумав немного, он спросил:       — Хорошо, допустим, с этой частью мы справились. Что дальше?       — Говорим Айвоне, что Лиана беременна, устраиваем праздничный приём…       — Стой, стой, — Кит слез со стола, — я не планирую здесь задерживаться настолько. И ко всему…       — Тут и приходит на помощь наука, — перебил его Анерин, — Айвону может и легко обмануть, но беременность она способна определить сразу. Поэтому, я дам Лиане лекарство-приманку. Богиня не знает о таком, ей, в принципе, не интересны химические эксперименты. Она увидит мнимого ребёнка. Ваш приём состоится. И здесь в игру вступает то, над чем я работаю уже год. Ослабляющая эссенция, которую должна выпить Айвона. У нас будет ровно десять минут, чтобы доставить Айвону на Перекрёсток. А дальше уже всё зависит от Господина…       Киту казалось, что он внезапно стал очень туго соображать, но резкая догадка буквально поразила его:       — Перекрёсток, пленение Богини и открытие тюрьмы… В этом мире всё может рассыпаться, как песочный домик…       Анерин отвёл глаза в сторону, резко мрачнея. Фуркас поднял подбородок и ответил со сталью в голосе:       — Может. Но если оставить её на свободе, то шанс краха равен ста процентам, а не девяносто девяти.       Кит снова задумался:       — А кто гарантирует, что она не убежит ещё раз?       — Рениана, — отозвался сразу Фуркас, — она поможет запечатать тюрьму раз и навсегда. Я уверен.       — Вместе с тобой.       — Да, — просто ответил Бог, — вместе со мной, Айвоной и Адрамалехом. Самыми бесполезными Создателями. Баланс сохранится. Но миру станет проще дышать.       — Безумный план, — Кит развёл руки в стороны, — да даже планом тяжело это назвать. Но разве есть у нас выбор?       — Нет, — Фуркас взглянул ему точно в глаза.

***

      — Эх, — устало выдохнула Лиана, — падая в мягкие подушки своего ложа, — ну хоть что-то женское и человеческое есть в матушке. Разрешила выбрать мне платье и музыку. Трис!       — Да, госпожа? — отозвался мягкий голос.       — Показывай мне все самые шикарные варианты свадебных образов. Гулять так гулять. Всё равно не мне платить.       — Одну минуту, госпожа.       Девушка бодро подскочила к кровати и пошла в сторону скринпада.       У неё осталась неделя.       Затем она будет под самой усиленной защитой.       И в самой смертельной опасности.