На дне

Кирилл сидел в приёмном отделении. Ему стало лучше. Михаил был с ним, а Глеба попросили остаться в коридоре. У Кирилла взяли анализы и просили немного подождать. Конечно же его привезли в клинику, где все хорошо знали омегу. Это прибавляло лишь неуверенности и стыда Кириллу. После получения результатов анализов, омеге предложили остаться для дальнейшего обследования. Михаил уговаривал Кирилла лечь, но тот был категоричен. Альфа в гневе покинул палату, чтобы ждать мужа в более спокойной обстановке и не видеть его. Глеб все это время сидел, уткнувшись в телефон. Появление Михаила заставило его спешно подняться. — Как он? — Отказался оставаться. Сказал, будет лечиться амбулаторно.- Михаил был раздосадован. Он прошел в сторону выхода мимо Глеба. — Хотел избавиться от него? — Что? — Михаил повернулся к Глебу. — Хотел слить его хотя бы на несколько дней? Думаешь я не чувствую? Ему нужна помощь, но не только врачей, но и твоя. — Что ты несешь? Закрой свой рот! Мы сами разберемся. Иди в машину, я заберу Кирилла, и мы отвезем тебя в школу. — Я не пойду. Смысл. Успею только на последний урок. Да и с ним кто-то должен остаться — Нет! Ты пойдешь! — Михаил жестко указал пальцем на Глеба.- Я устал! Этот пьет беспробудно, ты абсолютно не слушаешь, прогуливаешь, пропадаешь не пойми где. За что мне такое наказание! — Я не просил тебя забирать меня. Оставил бы меня в детдоме в Ярославле. Думаешь я не смог бы там выжить? Я такой, какой есть, и меняться не собираюсь! Михаил лишь тяжело вздохнул. Он вновь указал на дверь Глебу. Альфа, зло взглянув на Заславского, пошел к выходу. Сам Михаил направился за ним. *** Получив указания и направления, Кирилл уже собрался уходить, но его остановил заведующий отделением гинекологии, где и работал омега. — Здравствуй, Кирилл.- Строго начал он, снимая очки. Альфа буквально втолкнул омегу обратно в палату и закрыл дверь за собой. Он сел на стул, а Кириллу указал на постель. — Давай начистоту. Ты сын моего друга. Ты хороший человек. Ты талантливый врач. Но в этом и вся суть. Ты врач. И я не могу допустить человека с зависимостью и периодическими запоями до пациентов. Я все вижу и чувствую. Частые простуды, трясущиеся руки. У тебя серьезные проблемы с алкоголем. Кирилл молчал. Сердце билось с бешеной скоростью. — Сделаем так. С сегодняшнего дня ты на больничном, а потом в бессрочном отпуске… — Прошу…- перебил альфу Кирилл. — Это не обсуждается. Я не хочу увольнять тебя, но и ждать, когда это придется сделать по статье, не собираюсь. Отдохни, соберись с мыслями, подлечись. И да,  я советую хотя бы пару дней провести здесь. — Спасибо, — все, что смог произнести Кирилл. Альфа встал, подойдя ближе к омеге, он похлопал его по плечу и поспешил удалиться из помещения, оставляя Кирилла наедине с собой. Омега еще некоторое время просидел в ступоре. Вновь заболел бок и закружилась голова. Кирилл медленно встал. Хотелось напиться, но это уже был край. Он давно привык заливать свое горе спиртным. Так он смог выдержать измены и предательство Заславского, гибель родителей и собственное бесплодие. Алкоголь оказался крепче даже его любви к Михаилу. А она была сильной. Они познакомились в институте, только Кирилл хотел стать врачом, а Заславский фармацевтом. Альфе всегда был ближе бизнес. На лекарствах и чужих болезнях он хотел зарабатывать, что у него блестяще и получилось. Кирилл вышел из палаты. Он медленно прошел к Михаилу, стоящему у стойки регистратуры. — Уходишь все-таки, а может останешься? Кто с тобой будет дома?  — Миш, со мной все хорошо. — Сегодня ты можешь побыть пациентом, а не врачом. Хотя бы один день. Тебе сделают адекватное обследование, как своему, или хочешь мотаться по поликлиникам? — Не надо, я не хочу, чтобы они все знали. — О чем? - резко спросил Михаил, как бы пытаясь уличить в чем-то мужа. — Да, я знал, что у меня цирроз печени. Да, я запустил болезнь. Но, Миш, меня же никто и не спрашивал никогда, почему я плохо себя чувствую, никто не останавливал меня, когда я пил, никого не было рядом. — Хочешь сказать, что я виноват? Кирилл промолчал. — Не время показывать свой характер. Пойдем. Между прочим у нашего сына послезавтра собрание, — перевел тему Михаил.- Не хочешь сходить? А то слишком неравномерно разделили мы обязанности по воспитанию. В начальной школе явно было попроще. — А его истерики, бессонные ночи, сидение за уроками до самого вечера. Мы не могли его на продленке оставлять. И я несся после работы… — Все, все, все. Я же пошутил.- Заславский улыбнулся. Ему уже промыли мозги, что мужу нужна забота. Заславский довел Кирилла до машины. Омега сел на заднее сиденье к Глебу. Альфа осматривал Кирилла их глаза встретились, но омега тут же отвел взгляд. Ему было стыдно перед ним. Уже дома Глеб и Михаил слили все имевшееся спиртное в раковину. Кирилла их действия не трогали. Он и без этого всегда найдет способ напиться. *** На собрание по традиции приехал Михаил. С переходом в среднюю школу он начал заниматься всем, что касается воспитания Глеба, но справиться с ним не смог. Упустил. Альфа вырос слишком самодостаточным, вольным, но при этом он чувствовал ответственность за все свои поступки. Михаил прошел к последней парте, где и сидел Глеб, попутно поздоровавшись с несколькими знакомыми родителями. Он был расстроен и подавлен. Трезвый Кирилл дома сходил с ума. Сначала он занялся уборкой, вылизав всю квартиру до чиста, а потом дела резко закончились. Все перестирано, переглажено, приготовлено и убрано. Омега за два дня изменился. Он всегда успевал совмещать работу и домашние хлопоты, а теперь занять себя стало нечем. Даже Глеб сбежал от него в школу сегодня вечером по предлогом репетиций к новогоднему празднику для младших классов. Одиночество сводило с ума Кирилла еще больше. Он остро ощущал свою никчемность и ненадобность своим альфам. Родственников у омеги давно не осталось. Три года назад погибли родители. Теперь Кирилл остался вовсе один и идти ему некуда. Развод станет решающей точкой. Так он для себя решил. Приветливый омега с блокнотом подскочил к Заславскому. Несколько секунд он изучал его глазами, а затем начал свою речь, о том, что он новый член родительского комитет. — Заславский Михаил Михайлович, — представился Михаил. — Сколько нужно? — прервал он долгую речь о предстоящих экзаменах, выпускном и подарках. Омега покраснел и выдавил из себя сумму, которую Михаил тут же вытащил ему. Поблагодарив альфу, омега поспешил на свое место. Собрание началось. Новый классный руководитель Глеба понравился Заславскому. Он показался ему мудрым и уверенным омегой. Отец Добровольского пришел с опозданием. Он пожал руку Заславскому и сел рядом. В след он получил слегка насмешливый взгляд преподавателя, в котором читалось: «Теперь понятно, кто из альф на самом деле опаздывает.» Тем временем Глеб сидел за аппаратурой в зале. Репетиция была в самом разгаре. На коленях альфы сидел миловидный омега. Глеб начал жить с омегами достаточно рано. Он не скрывал того, что любил внимание противоположного пола и был не обделён им. Глеб опустил глаза в телефон. Несколько сообщений от Кирилла о том, что он пойдет прогуляться. Они насторожили его. Было почти восемь вечера. Куда мог пойти омега зимой вечером гулять, да еще и находясь в таком состоянии, как Кирилл? Несмотря на просьбу не говорить Михаилу, альфа решил все же сообщить ему о Кирилле. Любезно сняв со своих колен омежку и ласково поцеловав его, Глеб двинулся по лестнице вниз. Проходя по первому этажу ему в голову вдруг ударил резкий, но приятный запах. Он манил и дурманил. Запах был до боли родной. Но откуда он здесь. Не предав особого значения случившемуся, альфа поднялся на третий этаж. Он осторожно постучал в дверь кабинета и, извинившись, попросил Михаила. — Кирилл ушел прогуляться. — Чего? — глаза альфы округлились. Он был взбешён, прекрасно понимая, куда тот направился.- Подожди меня. Заславский зашел в кабинет и через пару минут вернулся с вещами. — Ты освободился? — Не то чтобы… — Ладно! Я сам. Не хочешь видеть? — Нет, — тихо произнес Глеб. — Ну и правильно. Михаил быстро побежал по лестнице вниз, оставляя расстроенного Глеба. Он был не уверен, правильно ли поступил, и что теперь будет между приемными отцами. Глеб решил выйти, перекурить. Идти нужно было не далеко. Кусты за школой — слепое пятно для камер. Там курили все: от шестиклассников до завуча Ярослава, который часто выступал с пропагандой здорового образа жизни. Глеб вышел на крыльцо. Вновь в нос ударил тот самый родной запах. Но как? Это было невозможно. Последний раз он видел Павла в детдоме девять лет назад. Глеб завертел головой. Несколько омег стояли у входа в школу, а среди них он. Мечта детства с длинными вьющимися волосами. Паша был совсем такой же, как несколько лет назад, что еще больше подстегнуло интерес Глеба. *** Кирилл сидел в знакомом баре. Когда-то на его месте был тот самый бордель. Дно, откуда не смогли выплыть ни Антон, ни Макс. Почему-то Кирилл вспомнил Павла. Омега въелся в его памяти. О нем часто говорил Глеб. Еще одна кружка, и он пойдет домой. Состояние было никакое. Кирилл был сильно пьян. Печень напоминала о себе тупой ноющей болью. Внезапно сзади его кто-то схватил под руку и стащил со стула. Заславский с презрением смотрел на мужа. Затем он вновь взял его и поволок прочь из бара. — Пойдем! — то и дело подтягивал за собой еле идущего Кирилла Михаил. — Да иду я! — Завтра же поедем в ЗАГС! На развод подадим. Садись в машину! — зло проговорил Михаил, открывая автомобиль. Кирилл остановился и замер. Он смотрел мутными глазами. Морозный воздух немного отрезвил омегу. — Хочешь развестись со мной? — еле выговорил вопрос Кирилл. Михаил тоже замер в ожидании, что скажет муж.- Тогда я прыгну вон с того моста! — омега указал в сторону железнодорожных путей, попутно обратив внимание на изменившееся выражение лица мужа.- Что? Забыл? — усмехнулся Кирилл. — А я помню! Прыгну и все! Не будет меня, не будет проблем. Не нужно будет разводиться! Хочешь, я устрою тебе это прямо сейчас! Я прыгну вслед за ним. Что ты будешь чувствовать, когда еще один твой омега сдохнет из-за тебя! У омеги заплетался язык. Он не мог ничего внятно сказать, но Заславский все понял. Последнюю фразу Кирилл прокричал, надрывая связки, достаточно четко. Чистой воды шантаж, жестокий и глупый. Омега облокотился на капот внедорожника Михаила. На глазах слезы, а в сердце сплошной бардак. — Садись в машину! — сквозь зубы вновь процедил альфа. На секунду он отвернулся, а когда вновь посмотрел в сторону мужа, увидел, что тот медленно сползает на землю, теряя сознание.