За чертой страха

       Девушка очнулась в комнате заполненной мраком. Недолго думая, брюнетка вызвала огненный шар и, покрутившись вокруг себя, она разглядела на каменной полке подсвечник. Взяв его в руки, Реджина зажгла фитиль и быстро затушила шар.        Комната наполнилась немного тёплым светом. Тогда Миллс смогла получше рассмотреть, где она очутилась. Это была совсем не комната, а лестничный пролёт между башней, в которую когда-то Злая Королева отсылала на вечные свечения служанок и много других, которых в конце выносили вперёд ногами из башенки... И между лестницей ведущей вниз, которая выходила в сад, разделявший башню от замка Королевы.        Реджина не знала куда идти. Немного постоя между лестницами, которые обе вели в неизвестность, неожиданно брюнетка услышала крики. – Откуда это? - спросила Реджина и посмотрела на вверх, но оттуда был слышен лишь вой ветра, проникающего на чердак башни через узкие бойницы.        Звуки становились всё сильнее и сильнее Миллс стала спускать.        Спустившись в сад, Реджина смогла увидеть во что она была одета. Брюнетка стояла в своём любимом королевском красном платье, с красивым и очень дорогим ожерельем на шее, в обтягивающих латочных брюках. Девушка ещё не соединила все кусочки пазла. Их было мало, как она считала. Но её раздумья прервали крики. – Злую Королеву сжечь!!!        Реджина отвыкла от этих раньше ласкающие уши слова. Девушка не успела очнутся как увидела рядом с собой Румпельштильцхена. – О, дорогуша. Как я рад снова тебя видеть. Не привычно, наверно, наблюдать за своим садом и людьми, которые готовы тебя разодрать на части, со стороны. Я вот знал тут одну Злую Королеву, так она бы уже натворила свою стражу на этих никчемных крестьян! - Румпель стоял как ни в чем не бывало. – Мис... Темный! Ну что ж? Выкладывай, где я, черт возьми, нахожусь? И ты снова решил из меня сделать плохую девочку? – Ох, Реджина. Ошибаешься. Я лишь хочу напомнить кем ты была до встречи с Генри. Кем ты была и как тебя все боялись! – Боялись? Ты издеваешься? Все надеялись и ждали, что придёт их белая и пушистая Белоснежка и спасёт их крестьянские задницы! - осматривала простолюдинов. – Дорогуша! - засмеялся своим неизменным смехом. - Что я вижу? Эта искра мести в твоих глазах снова зажглась? – Возможно. Как я хочу воспользоваться темной магией. Ты был знал! – Так чего мы ждём ? Действуй, дорогуша!        Реджина махнув рукой, подозвала к себе стражу и приказала убрать людей или трупы с её сада. Миллс недолго решала как о себе напомнить крестьянам. Брюнетка изящно стала сворачивать головы не прикасаясь к ним. Вместо "сжечь Злую Королеву" люди стали бежать и кричать. Но раз они пришли на территорию Реджины, то им уже не было куда бежать.        Когда в саду не осталось не единой души Румпель истерически засмеялся. Реджина смотрела на него с недоумением. – Что не так? - наконец спросила брюнетка. – Наигралась? А теперь давай я расскажу где ты. – Будь добр, - подошла к своему любимому яблочному дереву. – Мы находимся в твоём подсознание. А я твой проводник на неопределённое время! – А нельзя было найти кого-нибудь по приятнее? Например... – Белоснежку? Ахахах. Ну так вот. Пройдёмся по твоим боевым местам, так сказать. Но с этого момента ты будешь сторонним наблюдателем. – И что мне теперь смотреть на себя? И критиковать наряды или делать выводы какой я раньше плохой была? Не дождешься! – А ты всё такая же умная девочка, дорогуша! Давай начнем с того момента, когда ты спасла маленькую Белоснежку.        Положив яблоко на мраморную ограду, Реджина грациозно пошла впереди Румпельштильцхена.

***

       Доктор Вейл не хотел раньше времени ставить окончательный диагноз и поэтому ходил вокруг до около. В один день Свон не вытерпела его бурчание под нос и, не сдержав себя, прижала Доктора к стенке. Если бы неожиданное появление Генри, то Вейл ходил бы с фингалом под глазом, но прикосновение сына вернуло Эмму на землю. – Мам! - положил ладонь на плечо блондинки.        Почувствовав руку сына, Эмма отпустила врача и поторопилась извиняться: – Ради Бога, простите меня! - дрожащими руками поправила воротник доктора. – Неизвестность,она же, убивает!        За три дня состояние Реджины не изменилось. Всё это время Эмма ни на секунду не оставляла брюнетку одну в палату. Иногда приходил Робин и сменял Свон, когда той приходилось ловить новых неплательщиков.        Обычно Эмма ночевала на неудобном стуле возле кровати брюнетки. Когда Реджина лежала можно было её спутать с Белоснежкой. Кожа бледна, как снег, губы алые, как кровь и волосы черные.        Блондинка боролась сама с собой, чтобы не взять Редж за руку. " А что такого? Ну возьму её за руку и что? В конце-концов это я её спасла от того ублюдка! Я же не поцеловать её хочу, но эти алые губы так и манят..." - каждый день рассуждала у себя в голове Эмма, но мысли это лишь внутренний голос, размышления, а действия - это прикосновения от которых сердце начинает сильнее биться, это поступки, от которых сносит башню и которые делаешь ради любимых. "Хотя бы раз и больше не трогать её... Да и забыть к чертям всё. У неё муж и дети!" - подумав, беловолосая осторожно потянулась к руке Реджины и,взяв в свои руки ладонь брюнетки, долго не отпускала.

***

       Был слышен громкий стук копыт лошадей. Мимо Реджины и Румпеля пробежали две лошадки. На первом коне, который мчался впереди сидела маленькая испуганная Белоснежка, зовущая на помощь. Следом не отставая, бежал конь юной Реджины и в один миг, догнав Белоснежку, Миллс поймала девушку. – Не бойся. Всё позади! - сказала юная Реджина.        Злая Королева наблюдая за этой сценой, почувствовала легкое покалывание руки. – Что? Назад уже тянут? - посмотрел Румпель на немного ошарашенную Реджину. – Нет! Просто закололо что-то. Уже прошло... Что за глупые мысли, Темный? - но это было очень странно, считала брюнетка и старалась прогнать преглупейшие мысли прочь, но всё было безуспешно. – Так зачем мы здесь? - спросила Редж, надеясь хоть как-то забыть о неожиданном прикосновение. – Напомнить какой ты была милой, без властной и готовой помочь беспомощному. И которая не знала, что такое месть и магия. – И что? Ну была, да сплыла. Хочешь сказать, что сейчас я не такая добрая и не милая с Генри? – Конечно. Не спорю. Но у тебя всё равно остался вкус мести на губах, так и не сбывшийся! Не так ли? - закончив, Румпель провел рукой перед глазами, и они уже стояли в обеденном зале, когда Реджина не хотела больше продолжать занятия, а Темный её стал вправлять в мозги, но сегодня проводник хотел сделать акцент на словах:"Лебедь-Свон. Это забавно. Ты поймешь позже.. Как забавно. После поймешь!" – Интересно, ты поняла в итоге? – О чем ты? Я тогда даже и не думала о этих словах. Они пролетели мимо ушей. – А ты всё такая же. Юная, глупая Реджина... – А что я должна была по твоему понять с тех слов? - продолжала смотреть на себя молодую. – Ну смотри. У тебя появилась подружка по имени Эмма Свон, не так ли? – Какая чушь! Нет у меня подружки с таким глупым именем. Может только биологическая мать Генри... - Реджину бросило в дрожь. – И что? Ты ничего к ней не чувствуешь? – Конечно, чувствую. Лишь отвержение, злость и ненависть. – Эх ты. А помнишь как в таверне тебе Зеленая фея показала якобы истинную любовь, так вот возможно она ошиблась... - резко замолчал. – Что? -Реджина округлила глаза.       Но Румпель сделал вид, что ничего разрушительного не говорил и сказал лишь: – Когда вернешься туда, - показал наверх указательным пальцем. – Вспомни этот разговор. А сейчас время прогулять по уничтоженным деревням, которые тебя просто не любили.        Реджина закатила глаза.

***

       После очередного посещения Реджины в больнице. Робин пригласил своих давних друзей в бар.        В помещение, где все становятся неадекватными, разбойными Гуд пришел первым. Давний вор не был джентльменом в душе, да и в привычках у него никогда не было ждать друзей, если это касается выпивки. Робин крикнул бармену, который не обратил внимание на новошедшего клиента. Подойдя наконец к омраченному мужчине, официант внимательно выслушал заказ Гуда и быстро обслужил его. Не прошло и минуты Робин закинул все рюмки с виски в себя. Бармен сделал повтор заказа и только он решил убрать бутылку, почувствовал руку клиента на запястье. – Будь добр, оставь её здесь, чтобы я тебя не дергал! – на лице появилась немного опьяневшая улыбка, но в ту же секунду с нотками добра. – Ну, пожалуйста, тебе же нетрудно. Я оставлю хороших чаевых.        Молодой человек посмотрел на бывшего разбойника и, ничего не сказав, оставил бутылку с виски на барной стойке. Налив себе ещё пару рюмок, Робин посмотрел на ручные часы и негромко сказал: – И где их Аид таскает? Ай, да ну их, - махнул рукой. – Мне больше хватит, - недолго думая, налил ещё одну рюмку и выпил.        После десятой рюмки Робин стал думать о произошедшем неделю назад. « Что за белая особа такая дерзкая и не знает, когда ей остаться в своей долбанной норе?» - договорив, сильно ударил по барной стойке, что даже пустые рюмки немного подскочили. – Прости, парень. Я больше не буду бить, - быстро стал извиняться перед барменом и вытирал «обиженную» стойку. – И правда, откуда эта спасительница, - показал знак скобочек. –Свалилась? Вот не сиделось ей дома? – на секунду замолчал и продолжил с таким же возмущением. – Уже сам с собой говорю. До чего дожил? Это всё друзья-братишки запаздывают! Так, скачу с темы на тему. Эмма… Не, конечно, она молодец. Так быстро среагировала и побежала спасать мою жену... МОЮ, - замахнулся на стол, но тут поймал взгляд бармена и,улыбающийся, быстро погладил поверхность стойки.        В это время зашли его запоздавшие приятели, Грэм и Дэвид. Мужчины сразу же заметил своего друга. Было сложно не увидеть среди более-менее спокойных людей, мужчину, разговаривающего то с барменом, то с самим с собой и который был уже готов осушить весь бар или же разгромить его. – Что за повод, Гуд? - положив руку на плечо разбойника, с хитрой улыбкой на лице спросил Грэм. – Хороший на этот раз или как всегда? - подсев слева, заговорил Дэвид. – Ооо. Мои трезвые друзья пришли, но мы это сейчас исправим! А то с трезвыми мне не хочется говорить с вами об одной девушки, а то вдруг вы станете её защищать! - Робин махнул бармену и тот незамедлительно обслужил мужчин.        Давние друзья без остановок выпили почти бутылку виски. Робин, как ни странно, был ещё в состояние думать и формулировать нормально свои мысли. В этом деле ему можно было позавидовать как и в стрельбе из лука. Грому и Дэвиду было не в терпёж узнать причину, данной встрече связанную с алкоголем. – Ребят, вот объясните мне обычному бывшему вору, может, я, что не понимаю в отношениях или в женщинах, поступках, действиях? Или как действовать в таких ситуациях, как неделю назад? В конце концов, я же муж Реджины! Почему какая-то биологическая мать Генри позволяет себе выносить мою суженную из здания полуголой? – Стоп. Какая мать? И ты про какой случай? - Грэм смотрел внимательно на Робина. – Грэм, да он про то, что произошло уже неделю назад. Дружище, пора бы уже остыть за неделю! – Так я может быть остыл, но эта же Свон не перестаёт ходить к ней в больницу!        Через несколько стульев сидел мужчина. Одна рука у него была замотана в шарф, а другой он запрокидывал одну за другой рюмку дорогого рома.        Гуд после очередного бокала уже не замолкал о Свон. Дэвид слушал его, но был полностью в своих мыслях, воспоминаниях. Нован вспоминал слова Румпельштицхена о том, что спустя 28 лет вернётся его дочь и узнает он её, когда она будет выносить Злую Королеву. У Дэвида было двояко чувство. Он был очень рад, что дочь Прекрасного Принца не заставила себя долго ждать. Но в тот же момент он чувствовал осадок. Как теперь ему смотреть в глаза Белоснежки, после того как всё давным-давно забытое всплыло.        Робин резко поднялся с места и, вскочив на барный стул, стал уверенно говорить. – Я поставлю эту белую выскочку на место. Я покажу, - пригрозил указательным пальцем. – Покажу ей кто здесь муж и кому надо... - подняв руку, он потерял равновесие и если бы ненастоящий друг, Грэм, то он бы хорошо стукнулся о барную стойку во время падения. – Спасибочки, дружище. Так, о чем это я? А. И кому надо отвалить от моей семьи и вернуться к своей. – Робин! Остынь! Она просто спасла твою жену. Ты ей должен быть благодарен, черт тебя побери! - не выдержал Нолан. – Оппа, а у нас тут появился заступничек Эммы Свон? Может ты еще ее адвокатом станешь?! – Робин, успокойся! Дэвид прав. Ты должен ей быть благодарен, что не остался без жены. – Может, я ее должен благотворить? Да и вообще, я бы и сам мог ее вынести из дома, - спрыгнув со стола, стал презрительно смотреть на друзей. – Дэвид, а чего это ты ее защищаешь? Ты ей случайно не папочка? А может, она тебе понравилась? А? И вообще, вы чьи друзья в конце концов? Мои или этой белой шмары? Эммы, А?        Мужчина, сидевший по соседству внимательно слушал пьяных дружков. Когда они выкрикивали имя Эммы незнакомец со злостью в глазах посматривал на них, но сдерживал себя, чтобы не врезать им! Когда уже терпения вышило, он решил присоединиться к разговору. – Извините! Вы говорите о Эмме Свон? - пересел на другой стул, чтобы быть немного ближе к ребятам!        Мужчины немного ошарашенно посмотрели на новоприбывшего юношу. Первым делом их внимание привлекло, что у молодого человека нет одной руки. Парень был весь в черном, смахивал нарядом на пирата. Синяки под глазами говорили, что он не спал нормально уже около недели, если, вообще, спал. Троица никак не могла отвести глаз от необычной внешности парня и это напрягало его. – Парни, это как бы неприлично рассматривать другого мужчину. Такое чувство вы собираетесь меня затащить в постель, - запрокинул рюмку рома.        Придя, наконец, в себя, Робин решил всё же поинтересоваться: – А тебе какого черта нужно? Тут друзья общаются на серьезные темы, не видишь, что ли? – Да вижу я. Но я не присел к вам, если бы одной из ваших тем не являлась моя девушка. Эмма Свон.        Все сидевшие перед Киллианом впали в небольшой ступор. Какой же Нью-Йорк маленький и хороших баров в нем тоже маловато,как оказалось.        Но у Дэвида снова был двойной ступор. Он узнал, что с дочерью все в порядке, жива, немного играет в спасительницу и в придачу у нее есть молодой человек, странно было бы если в 28 лет и нет. Но в ту же минуту Нолан чувствовал неприятный осадок на душе. Прошло целых 28 лет. Он многое пропустил из жизни Эммы. Первые шаги, первое слово, первый поцелуй. Вернулась дочь, но она чужая. Дэвид ее не знал и какой толк, что спустя 28 лет Эмма к нему вернулась.

***

       В то время пока Киллиан распивал горячительные напитки с новыми друзьями. Эмма находилась дома и не находила себе места, но не из-за того, что её пиратик неизвестно где шлялся, а, потому что уже несколько недель состояние Реджины не менялось и подходило время отключение аппарата искусственного поддержания жизни. Свон не сиделось на месте и все, что попадалось под руку не в самый подходящий момент, сразу же летело в стену. – Боже! Эта чертова неизвестность убивает. Доктор Вейл на вопросы не отвечает. Ходишь как идиот по этой больнице. Чего ждать? На что надеяться? Не, конечно, надеяться нужно на лучшее. Реджина выздоровеет... Снова будет жить с Генри... С мужем. Да и что я парюсь? - оперлась на барную стойку, которая стояла напротив плиты в кухне. - Почему меня волнует её жизнь? Я её толком не знаю. Приёмная мать Генри, адвокат, стерва, - ухмыльнулась. - Властная женщина. Не моя, вот и бешусь, - молчание. – Стоп. Это я сказала? Да не, я и влюбилась в девушку? Да ну бред какой-то. - запихнула сладкий пончик в рот. - Так-с, надо выпить кофейку и успокоиться, и все-таки разобраться в себе, - беловолосая проглотив пончик, поставила чайник на плиту и прилегла на диван в ожидание кипения воды. – Сама для себя Свон не заметила как задремала.        Во сне перед ней предстала точная копия её самой. Эмма от удивления икнула. Она хотела сойти с места, но что-то ей запрещало. Двойник смотрел на неё с усмешкой. – Ну что ты улыбаешься? Помогла бы мне! - дергалась на месте Эмма. – О, я тебе, конечно же, помогу, но не с этим, показала на ноги, обходя вокруг свой оригинал . - Как ты, возможно, уже догадалась. Хотя в чем я очень сомневаюсь. Нам предстоит серьезный разговор, а,может, и монолог. Но в общем посмотрим как дело пойдёт... - с нотками хитрости улыбнулась.        Выглядела копия как Эмма, но характером, действиями, говором была похожа на Румпеля, но откуда Свон могла его знать? Ниоткуда, поэтому перед ней стоит она сама. – Стоп, стоп. Ты, вообще, кто? Выглядишь точно также, как я, но ведёшь себя иначе. – Как бы выразиться. Я как бы твоя совесть, но и нет. Скорее я твоё внутреннее я. Храбрее, не боюсь отрицать, что нравятся девушки. Можно сказать, что я почти твоя мужская копия , тогда почему я не в обличье парня? Хм. Это не главное. Я здесь для того чтобы ты, наконец, могла разобраться в себе, дорогуша. Итак, первый вопрос, кто для тебя Реджина Миллс? И да только ответы. На твои вопросы я больше не отвечаю. – Я что на допросе? А, никаких вопросов... Ну не знаю, - хитро смотрела на свою копию. – Друг? Пр... - не дав сказав ещё одна предположение, двойник её резко перебил. – Полнейшее враньё. Самой то верится в это? – Фи, беспардонная какая. Верится с трудом. Может... Может... – Ну скажи это! - заглянула прямо в глаза. – Да хватит меня перебивать. Может, приемная мать Генри? - сдерживая смех, Эмма смотрела с ожиданием дальнейших действий своего двойника.        Копия резко отскочила, стала рвать и метать. – Нет, снова неправильно ! Ты должна сама сказать кто она для тебя здесь и сейчас. У меня уже терпения не хватает. Ааа, - состроила рожицу. – Да успокойся ты. Она является предметом воздыхания. Довольна? – Ехуууу. - стала прыгать, радоваться, но резко остановилась и посмотрела из-за плеча на Свон. – А что ты к ней чувствуешь? – Я думала будет один вопрос... Я? Я чувствую к ней...        На всю комнату раздался раздражительный свист чайника. Свон резко вскочила, тем самым прервав допрос во сне. Она подбежала к плите, чтобы поскорее избавиться от этого противного свиста. Отключив горелку, Эмма остановилась и вспомнила сон. – Спасибо копией моей за тот разговор. Она реально помогла. Теперь понятно почему она мне так дорога и почему я волнуюсь о ней.        Эмма быстро переоделась и решительно направилась в больницу.

***

       Эмма ворвалась в палату с ожиданием, что там будет находиться только Реджина, но к её глубочайшему сожалению в помещение была почти вся семейка Миллс, только не хватало Робина. Все яростно взглянули на растрепанную, запыхавшуюся беловолосую девушку. Кора только по слова дочери знала как выглядит биологическая мать Генри, но она не могла догадываться, что их первая встреча произойдет в палате Реджины.        Эмма стояла и не могла не проронить ни слова. В голове уже представила все самые страшные вещи, которые могли собрать всю семью Реджины, но она даже не подозревала, что одно из тех предположений окажется правдой.        Генри увидел растерянную Свон и, извинившись перед бабушкой, подошел к маме. Он, конечно, не знал, что могло привести его биологическую мать в воскресенье в больницу, но что-то ему подсказывало, что это связано с его второй мамой и что Эмма переживает, хотя это было видно по ее выражению лица. И из-за этого чувства младший Миллс не знал как сказать ужасную новость, которая может разозлить Свон. Генри положил руку на плечо и поздоровался: – Привет, мам, - мальчик старался вести себя сдержано, но его глаза, которые были наполнены слезами, выдавали парнишку. – Привет... - она взглянула на сына и сердце ёкнуло. "Нет, этого не может быть..." - быстро промелькнула мысль у Эммы. Её глаза тоже стали наполняться слезами, но она быстро взяла себя в руки. – Что происходит, Генри? – Мам, давай выйдем в коридор, пожалуйста, - мальчик взял ее за руку.        Эмма повернула голову и через плечо успела увидеть лицо самой красивой женщины, которая мило спала и было чувство, что она вот-вот проснется...        Мама с сыном стояла в коридоре в полнейшей тишине. Помещение было наполнено запахами медицинских лекарств и не только в воздухе чувствовались нотки страха, смерти, может, это из-за холода, но нет... По спине Эммы пробежали мурашки...        Генри набирался храбрости,чтобы сказать новость, хоть Реджина являлась никем для Эммы, он не хотел, чтобы спасительнице его матери это сказал кто-то посторонний. – Мам, присядешь? - показал на стул возле палаты. – Нет, спасибо. Так, ты мне скажешь,что происходит? - голос повышался, она боялась, что её мысли подтвердятся. – Доктор Вейл позвонил бабушке, Коре - это мама Реджины. И сказал, что нужно прийти в больницу. Она пришла. Он стал говорить издалека. Сказал, что все помнят заслуги адвоката Миллс и помнят как она помогла в одном деле, в котором был задействован сам. И тут он сообщил, что они всё делали, чтобы помочь Реджине, но срок искусственного продления жизни подходит к концу и нужно,чтобы бабушка подписала согласие на отключение аппарата...        У Эммы подкосились ноги, Генри, подхватив под руки, быстро посадил её на стул. Он был слегка удивлен такой реакции Свон. А Эмма в тот момент почувствовала как вся земля уходит у нее из-под ног, как круто поменяется её жизнь без Редж. Но в ту же секунду она безумно хотела задушить Доктора Вейла и вдолбить ему, что есть случаи, когда люди возвращаются из комы. – Мам, с тобой всё хорошо? Может принести воды? - присел на корточки и взял её руки в свои ладони. – Спасибо, Генри. Ты очень добр, но не нужно, - слабо улыбнулась. - Скажи лучше, что решила твоя бабушка... – Завтра аппарат отключат, поэтому мы все сегодня здесь... прощаемся. Только не знаем, где Робин. – Вы ещё тут долго будете? – Нет, ещё несколько минут и уйдем... – Только никому. Ок? Я останусь здесь на ночь. Пусть, если кто захочет остаться сегодня, уходит. Хорошо? – Хм... Как скажешь, мам. – Хороший парень, - взъерошила волосы сыну. - А сейчас я схожу к Доктору. Ох, он у меня получит, - Эмма встала со стула и быстрым шагом направилась в кабинет главного врача.        Генри посмотрел в след с улыбкой на лице и быстро ей вдогонку сказал: – Эмма, только не бей его!        Услышав слова сына, она лишь только улыбнулась и, подняв руку, сжала в кулак.        Эмма стала барабанить в дверь кабинета Доктора Вейла. От неожиданного заявления гостей Вейл поперхнувшись кофе, испачкал белый халат. Он не стал его очищать, а быстро пошел открывать посетителю дверь.        Вместо доброжелательного приветствия, Эмма протянула ему сильный удар в нос, что Док упал на рядом стоявший диван. – Слушай. Ты не отключишь аппарат, пока я не разрешу. Понял? - сказав, развернулась и с довольной улыбкой пошла обратно к Реджине.        Когда Эмма вернулась, в палате уже не было никого. Закрыв дверь за собой, она тихо пододвинула стул к кровати Редж. Свон тихо любовалась как её любимая женщина спит, именно спит. Взяв в свои ладони руку Реджины, она без всяких колебаний кратко, но с огромной нежностью поцеловала ее ручку и стала умалять: – Реджина... Прошу тебя вернись к нам. Да, согласна, мы мало знаем друг друга. Ты вообще меня ненавидишь, - улыбнулась. – Но... это мне не мешает переживать за тебя... Ты нужна Генри, ты... в конце концов нужна мне... Прошу вернись к нам. Они любят тебя!

***

       Реджина с Румпелем ходили по известным боевым место Злой Королевы и в те минуты она снова почувствовала покалывание на руке. Редж постаралась быстро отвлечься на другую вещь, но за рукой последовал громкий зов в голове:"Реджина!" Королева присел на ограду вокруг своего любимого дерева и взялась за голову. Румпель присел рядом и с хитрой улыбкой начал: – Что? Снова зовут. И вон как сильно. Не хотят отпускать тебя, Реджина. – Нет, что ты? Просто, что голова заболела. – Ха. Ты пытаешься обмануть Темного. Тебе ещё учиться и учиться, дорогуша. А если по правде, то тебе уже пора. – Ты не шутишь? - подняла на него свои карие божественные глаза. – Нет. Мы прошлись по всем местам. И я надеюсь, ты поняла, что я хотел показать, напомнить какой ты была и никогда не намекал на то, чтобы ты вернулась на темную сторону. Ты проделала большой путь и пора тебе бы отдохнуть и быть самой счастливой Королевой на земле, - посмеялся над собой. - Видишь до чего твоя доброта доводит. Аж Темный желает тебе быть счастливой. Пора Реджина. Они тебя дождались. И да, не забудь про лебедя, - в знак доброты положил руку на спину Королевы.        Реджина не ожидала такого от Темного, что немного даже сама растрогалась. – Сама за такие теплые слова, Румпель и за прогулку. Была даже немного приятно вспомнить, что я натворила, - ухмыльнулась. – До встречи, Темный, - поднявшись, она подождала пока его темнейшество тоже встанет и нет, чтобы просто уйти, Реджина крепко обняла его. Румпель сначала был в шоке, но потом тоже в ответ приобнял ее.        После обнимашек Реджина незамедлительно побежала к башне, от которой начиналось ее маленькое путешествие по забытым местам. Перед тем как вернуться к своей семье, она немного постояла и смотрела вверх, и в то мгновение она снова услышала: – Реджина! Вернись к ним. Они тебя любят! - девушке голос был незнаком, но почему-то она ему поверила...        Миллс приподняла платье и почти взлетев на ступеньки, побежала к своим дорогим людям. Она больше не останавливалась, Реджина целенаправленно бежала. Вот-вот она будет уже у цели. Реджине оставалось преодолеть один этаж. Оказавшись на последнем этаже, её встретил яркий белый свет...        В комнате было слышно как работает аппарат, были слышны разговоры врачей, падение подносов со шприцами явно молоденькая медсестра уронила, а кто-то спорил с врачом, было слышно как кто-то горько плачет.        Голова резко дала о себе знать. По всему телу пробежали мурашки будто снова ударили электрошоком. Реджина стала медленно открывать свои прекрасные очи. Перед глазами все было размыто. От яркого белого света было сложно разобрать, где ты находишься и кто есть в палате. Реджина хотела подняться, но тут же ощутила препятствие. Она нащупала дыхательную маску и, не церемонясь, сняла ее. Зрение стало приходить в норму. Теперь можно было увидеть свое месторасположение. Реджина увидела зашторенное окно, рядом с кроватью стоял аппарат, который всё время поддерживал жизнь. "И сколько я пролежала в этой безвкусной палате?" - думала Миллс пока рассматривала помещение. Её взгляд остановился на мило спящей блондинке.        Устроившись поудобнее на стуле, беловолосая скрестила руки на груди и за долгое время уснула. Во время сна она напоминала маленького щенка. – Эмма? - удивленно спросила Реджина.