Война Бессмертных...

Сначала была боль – обжигающая, пронизывающая, залившая тело от корней волос до ногтей на пальцах ног. Боль стала столько невыносимой, что вдруг исчезла, оставив тело в полной одеревенелости, и Сакура, оцепеневшая, скорченная, увидела, как сквозь окружающий мрак проступают смутно-алые линии, наливаются красками, становятся ярко-алыми, продлеваются, простираются в беспредельность, выгибаются, закручиваются в спирали и обволакивают саму ее, стаскивая в тиски и быстро отпуская. Она попробовала закричать, но не смогла зачерпнуть и глотка воздуха. Хотя, и удушья она не ощущала. Тело просто-напросто стало камнем, в котором жило только сознание. Головокружение она не ощущала. Но что она вообще чувствовала? Следовало бы испугаться, но это состояние тянулось так долго, что Сакура, как ни удивительно, не испугалась, а заскучала. Она долго ругалась, но истощила изобретательность и все старые запасы, все же она не Хидан, у которого был целый том мата при себе. Она попробовала бубнить себе под нос стихи и песни, но их запас исчерпал себя еще быстрее, потому что ругаться гораздо проще, нежели вспоминать стихи. Принялась мысленно разбирать – в строгой последовательности – сначала жизнь до начала войны, а потом и после, но ей это осточертело, плюнула мысленно… Мысленно?! Нет, самым натуральным образом. Губы шевельнулись, с языка сорвалась слюна и канула во мрак, ртутно сверкнувши. Сакура осторожно вздохнула. Дышалось. Теперь можно было и кричать, вот только зачем? Она протянула руку в попытке коснуться алой линии. Руку плавно отвело в сторону. Линии вокруг стали шире. Напоминали ленты, и с них стали срываться того же цвета искры, словно высекаемые невидимым ветром, угасали в черноте. Насколько она помнила, Бог в такой ситуации воскликнул: «Да будет свет!» Однако Сакура - демон и приспешница Сатаны. Да и неуместно здесь это – во всяком случае, стоит воздержаться. Тут ее начало кружить, словно насаженного на булавку жука. Линии стягивались в сужавшуюся ярко-алую воронку, где темноты убавилось настолько, что она сама стала лишь узенькими угольно-черными лентами, и в эту воронку засасывало Сакуру. И втянуло головой вперед. Показалось даже, что воронка явственно булькнула, цинично и торжествующе. И дальше ее несло сквозь голубоватую мглу, кувыркая, швыряя и подбрасывая, тыкая под ребра – то чем-то тупым и твердым, то чем-то мягким, упруго поддававшимся, а вокруг мелькали цветные пятна и смазанные силуэты то ли предметов, то ли живых существ. Хлынул звук. Выло, свиристело, скрежетало. Щемяще нежные ноты, обрывки песен, чудесные мелодии перемешались с отвратительным хрупаньем и волчьим воем. Звук накатывал тугими волнами, уши и мозг едва это выносили. Потом ее швырнуло, бесцеремонно приложило о твердую поверхность – затылком, лопатками, всем телом. И на этом, кажется, полеты окончились, она стала неподвижна. Вокруг царила темнота, поодаль светились силуэты, отдаленно напоминающие человеческие, - светились бледным, призрачным сиянием. Сакура шевельнула руками, ногами, приподняла голову. Казалось, совсем близко, всего в нескольких сантиметрах над ней, висела неощутимая плита, чуточку поддававшаяся, но тут же замиравшая броневым листом. Ветвистые желтые, черные, синие и красные молнии, шипя и свистя, сорвались откуда-то сверху, впились в лицо, в голову, в грудь, она дернулась, из груди вырвался сдавленный рык, который перерос в не подавляемый крик. Но через несколько минут Сакура попросту воспринимала окружающее, как оно есть, и не более того. Хотя воспринимать особенно и нечего, окружающее не баловало ее впечатлениями. Только темнота и маячившие немые силуэты. Но была во всем этом некая мрачная неотвратимость, убеждавшая, что это – всерьез и надолго. Отчего-то Сакура была в этом уверена. Силуэты шевельнулись и словно бы подступили ближе. Харуно дернулась – невидимая преграда держала по-прежнему, равнодушно и надежно. - Она жива, - услышала она голос полный надежды. У нее складывалось такое ощущение, что эти слова были сказаны со слезами на глазах и с улыбкой на губах. Да и голос ей показался смутно знакомым. Сакура шевельнулась. Все это было всерьез, окружающее проявляло признаки чего-то разумного, разговаривало с ней членораздельно, одним словом, вступало в игру, в какие-то отношения, а в любой игре есть игроки – и есть спортивный инвентарь. Каковым Сакура становиться совсем не хотела. Пусть и не прятала в рукаве пока что никаких козырей, да она даже правил игры не знала. - Вы кто? – спросила Сакура. И зажмурившись, охнула – Темнота полыхнула багровыми и синими языками пламени, огонь был со всех сторон. Это было страшно даже для нее, демона огня. Но Сакура, подергавшись в тщетных попытках освободиться, очень скоро определила – огонь словно бы замер на некоем рубеже и дальше не распространялся. Лицо и руки пекло, что было странно. Но пламя не переступало границы. Прищуренными глазами Сакура наблюдала за колыханием огненных языков вокруг. Багрово-золотистые и бело-синие, они сплетались и дергались, вздымались и опадали и отчего-то ничуть не походили на вырывавшийся на свободу пожар. Скорее на дерганье и ломание марионетки. Их пляска не повторялась механически – но и кукла в руках мастера способна на многое и может показаться даже живой. Так вот огонь был мертвый, как марионетка. - Как ты себя чувствуешь? – голос был мужской, но при этом довольно мягкий и с нежностью. Бледное лицо, с черными волосами, собранными в высокий хвост, шрам на носу. Черная голова склонялась к лицу Сакуры, ровным желтым светом с красными крапинками глаза с вертикальными кошачьими зрачками сияли. - Скажи что-нибудь… - Время уходит, уходит, его не совсем… - Что делать? - Мы бессильны? - Мы не можем быть бессильными… Голоса искажались странным эхом, плыли, слова растягивались, тягучие гласные и резко, как выстрел, звучавшие согласные превратили шумевшие вокруг разговоры в шум, и Сакура уже ничего не понимала. Голоса исчезли – незаметно, словно повернули выключатель, только что орали над самым лицом – и вот их нет. И только темнота и тишина пришли им на смену. Ровный неяркий свет без теней поблек, сквозь него стали проступать непонятные контуры, путаница наливавшихся четкостью и чернотой линий проявлялась в нечто знакомое. Голова ощутила мягкую прохладу податливой подушки, тело – легкое свежее одеяло. Сакура лежала в постели. Черно-красная комната, черное небо и дождь вперемешку с грозой и громом за окном, темно-красные розы на столике у изголовья. Несколько человек сидело у постели, еще примерно столько же стояли по периметру помещения. Лица были у всех обеспокоенные. Парень, сидевший ближе всех к Харуно, радостно улыбнулся и склонился к Сакуре: - Очнулась… Ну и задала ты нам хлопот, Лилит. Знаешь, сколько ты тут лежишь и бредишь? Очень долго… Сакура медленно расслаблялась, вытянула руку вверх – ну, конечно же, никакой невидимой преграды. Лишь пальцы дрожали, но в этом нет ничего удивительного. - Бред, - сказала она. - Бред, - торопливо подтвердил Роуг. – А теперь напрягись, тебе следует все вспомнить. Сколько там было людей? Кто тебя схватил? Кто пытал? - Немного, - ответила Сакура. – В темнице было три человека. Два пытали, а третий руководил… Что-то странное произошло с глазами. В той точке, куда она в данный момент смотрела, все виделось резким и четким. Сакура моргнула. - Как я тут оказалась? – спросила Харуно, оглядев комнату. Роуг и Хидан, который сидел напротив него, переглянулись. Вздохнув, Ченни ответил: - Я забеспокоился, что ты так долго не возвращалась. Я решил идти в Совет. Тебя забрать, да заодно и силу твою вернуть. Как видишь, у нас все вышло. И тебя освободили, и силу забрали назад. Тебе ребята помогут ее вернуть обратно в себя. Повисло молчание. На глазах Сакуры заблестели слезы. Если бы ни ее брат, то вероятно, что ее бы сейчас не было на свете. - Лилит, почему тебя пытали? И кто? – спросил Хидан. Сакура перевела на него взгляд. Вельзевул выглядел уставшим, но довольным, что не могло не радовать. - Кто?! Я не помню, - соврала Сакура. – Но точной причины я не знаю. Он говорил, что я погубила тысячи жизней, за что должна понести наказание, но я не успела выслушать все, что он сказал – потеряла сознание. - Ну, это ничего страшного. – Роуг погладил сестру по голове. – Мы не дадим тебя больше в обиду. - Спасибо, - улыбнулась Сакура.

***

Во время ужина все вели себя так, будто ничего не произошло. Надо было всем набраться сил, ведь этой ночью произойдет ритуал по возвращению сил Сакуре. Требовалось немало энергии и терпения. Все шумели и шутили, мысленно готовя себя к ночи… - Хватит шутить, Майкл, - смеясь, прервала своего друга Сакура. – Лучше расскажи, как вы смогли вернуть силу? Все, кто сидел рядом с Харуно, начали наперебой рассказывать о той судьбоносной ночи, когда оборотни, люди, вампиры, ангелы и демоны действительно объединились. Им уже были не нужны никакие свадьбы для сплочения рас. Им нужны были просто командная работа и немного мирного времени, проведенного вместе. Одна цель объединяет разных людей, так же как и один враг. Этим врагом был Совет. Оказалось, что Совет Высших специально запутывал представителей рас с городами в заданиях, например, как Наруто и Сакуру. Они хотели поработить всех людей, чтобы остались только бессмертные существа, но многие были против этого. Не будет людей - не будет и других существ. Ангелы, вампиры и демоны питаются, грубо говоря, за счет людей, а оборотни находят себе пропитание в здоровых животных, которых не было бы, если бы не люди. - Ты представляешь, Лилит, я смогла объединить свою магию воды с магией огня брата, - Наруко после той тренировки была просто на грани, она никогда не делала нечто подобное. – Это было так красиво. Просто потрясающе. Вода, окруженная синими языками пламени, будто это одно целое. Красное пламя Наруто превратилось при контакте с моей водой в синие. Я в восторге. Сакура рассмеялась. Не часто ангелы и демоны сидят и ведут непринужденную беседу. - Приходи ко мне на тренировки. Я научу скрещивать тебя воду не только с огнем, – предложила Харуно. – Как я поняла, Азазель провел лишь поверхностное обучение и, небось, на примере Оливии и Люцифера. Красные молнии Миры и вода Зерефа. Сильное сочетание. Но это я научила их этому. - Ты научишь меня? - с надеждой в горящих глазах спросила Узумаки. - Конечно, – просто и с улыбкой ответила Сакура. – Лина, если я смогла обучить Люцифера магии острых волн, то смогу и тебя. Сакура поднялась со своего места и встала на кресло. Подняв бокал, чтобы на нее обратили внимание, она громко воскликнула: - Если вы хотите научиться большему, чем на тренировке с моим братом, то приходите завтра в три часа дня в Рубиновый зал. Ну а если вы считаете, что готовы к войне с Советом, у которого на самом деле очень много сторонников, то гуляйте. Все закричали, что обязательно придут, даже сам Роуг. Застолье продолжалось не так уж и долго. Никто не пил, все готовились к ночи, в особенности Сакура. Не смотря на то, что всем своим видом девушка показывала, что она не волнуется, внутри нее было черти что. Складывалось такое ощущение, что кто-то перевернул внутри все органы, будто патологоанатом переложил все внутренности и сверху какой-нибудь тряпочкой прикрыл…чтобы не нервничала. Время. Ровно 00:00. Все встали и прошли в покои Роуга. На полу были заранее нарисованы иероглифы и символы. Все молчали. Было трудно и страшно. Вдруг ничего не получится?! Ведь в случае провала может произойти неизвестное, даже смерть. Но даже страх перед последствиями не остановил никого. Они бессмертны. Тем более что сила не чужая, и вживлять ее будут в старого хозяина. Должно же получиться. Сакура молча встала в центр иероглифа «возвращение». Хидан, Сасори, Орочимару, Дейдара и Сай находились вокруг Харуно по периметру иероглифа «сила». Остальные застыли на знаках смерти, жизни и контроля, которые были нарисованы в углах комнаты. Представители людей смотрели с любопытством: они впервые наблюдали за каким-то обрядом. Все выглядело совсем иначе, не так, как они себе это представляли. Теперь же неискушенным наблюдателям ясно было, что данное занятие превратилось из романтического предприятия в смертельную игру с жизнью Сакуры. Они уже прожили в мире бессмертных достаточно, чтобы знать, насколько здесь опасно, нежели в мире людей. - Волнуешься? – полушепотом спросил Хибики у своей лучшей подруги - Джувии Локсар. Стоявшая рядом на символе «контроль» Джувия, словно выйдя из задумчивости, дернулась и размяла шею: - Что-то такое есть. В первый раз таким занимаюсь. - А что так? – снова спросил Хибики. - Не доводилось. И они надолго замолчали, напряженно глядя на Сакуру, не отводя глаз, ожидая неизвестно чего – должно же что-то быть. Но ничего не происходило. Было тихо, никто не двигался. Но, прислушавшись, можно было расслышать монотонное бормотание Хидана, который и начал первым обряд. Сакура, глубоко вздохнула и, выдохнув, легла на своем месте, раскинув руки в стороны. Мацураси медленно подошел к подруге, держа в руках меч Сакуры и пустой бокал. Меч он положил с правой стороны от девушки, а фужер так и остался у него в левой руке. Достав кинжал, демон полоснул по руке Лилит, и кровью, сочившейся из раны, наполнил бокал. Сакура лежала молча, будто не живая, но подрагивающие ресницы выдавали ее. Было видно, что она чего-то боится. Хидан подошел к Итачи и отдал тому кровь. Все, что делал Итачи, проходило в мертвой тишине. С помощью своей способности контролировать кровь Учиха окутал сферу, в которой была запечатана сила Сакуры. «Кровавая» сфера повисла над девушкой. Хидан снова подошел к Сакуре, но на этот раз он просто открыл ей рот. Сфера, которая была больше похожа на обычный красный кристалл, погрузилась в тело девушки. Тишина. Пронзительный крик, и Сакура Харуно погрузилась в темноту… Сакура медленно открыла глаза, но она ничего не увидела, как бы она не пыталась хоть что-то разглядеть. Одна пустота, она была не только вокруг девушки, но и внутри нее. Такое ощущение, будто в ней черная дыра, которая не поглощает ничего, кроме негативных мыслей и депрессивных эмоций. Слезы начали душить Сакуру. Хотелось кричать, но не было никаких звуков, лишь слезы бесшумно покатились по щекам и падали в темноту. Чернота стала поглощать Харуно, а сама девушка зажгла в своей правой руке небольшой огонек. Тьма отступила, но пустота никуда не пропала. Искорки, что отлетали от маленького языка пламени в руке демона, стали указывать путь девушке. Слезы давно высохли, но при этом в голове было совершенно пусто, никаких мыслей, нуль эмоций, лишь тяжелое дыхание. Сакура даже не слышала собственных шагов. Хоть она и ощущала твердую поверхность под ногами, но все же она ее не видела. Она лишь шла в неизвестном ей направлении. Харуно сама не знала, сколько она уже шла, но вдалеке она увидела огонь. Девушка побежала туда. Через минуту она видела перед собой бойню. Сомнений не было – вампиры и оборотни, но третьи лица ввели Сакуру в заблуждение. Что в схватке среди таких рас делали демоны?! Она не понимала, да какое там понимание, она даже не думала, что делает. Как на автомате девушка прошла вперед на несколько шагов и вдалеке увидела замок, охваченный огнем. Ее будто манила какая-то неведомая ей сила в его сторону. Сакура не боялась огня, поэтому спокойно вошла внутрь. Недолго думая, она поднялась на второй этаж. Все ее действия были в тумане, само сознание покинуло ее. Харуно была будто в трансе, ничего не соображала…овощ. Именно в таком состоянии она прошла в одну из комнат. Когда девушка перешагнула порог комнаты, она пришла в себя. Ничего не понимая, она огляделась, но все равно видела все как в тумане. Тут она услышала крик по левую сторону от себя. Сакура резко обернулась и увидела…себя. Вернее, девушка была очень похожа на нее. Нежно розовые волосы были завиты на концах и распущены, они были длиннее пятой точки девушки сантиметров на двадцать. Красивое алое, пышное платье было в некоторых местах пропитано кровью, принадлежащей девушке. Сама она была придавлена огромным камнем, а из ее живота торчал кинжал. Дыхание было неровное, а сама она была бледна, как снег. Красивые губы, накрашенные темно-красной помадой, что-то шептали, но Сакура не могла расслышать ни единого слова. Именно поэтому Харуно подошла ближе и наклонилась к девушке. То, что она услышала, заставило ее немного войти в ступор. «Алан» Она не ожидала услышать имени одного из чистокровных вампиров. Вздрогнув, Сакура вытащила холодное оружие из плоти девушки. Немного подумав, она отдала частичку своей силы ей, что спасло ей жизнь. Теперь этой девушке ничего не угрожало. - Как тебя зовут? – сразу спросила Сакура. Девушка слегка оторопела, но немного погодя, ответила: - Элис, а Вас? - Лилит, – ответила демон. Сакура села на колени и положила голову Элис себе на колени. Только сейчас она заметила, что волосы девушки были, как и ее платье, пропитаны кровью. - Что произошло? – поинтересовалась Сакура, нежно, с неведомым ей интересом перебирая и поглаживая нежно-розовые волосы, пропитанные кровью. - Мы праздновали день рождение Минервы, наследницы чистокровной семьи Орландо, но на нас напали, – дышать ей было все так же тяжело. – Мы думали, что это были люди, но это были оборотни, а возглавлял их какой-то человек в капюшоне. - Ты видела, кто это был? - Нет, - покачала головой Элис. – Я поняла только то, что он не оборотень, но и не вампир, также он сто процентов не был человеком. Мне показалось, что это был демон. Сакура вздрогнула. Внутри нее что-то упало, оборвалось. - Ты называла имя. Кто это? – Харуно решила перевести тему, с этим она еще точно успеет разобраться. - Алан?! – спросила Элис, сразу оживившись. – Мой жених. Только вот не знаю, жив ли он. Послышались шаги, Сакура вскочила на ноги и спряталась в тени, а девушке она приказала лежать и не показывать признаков жизни. В помещение вошли три человека. - Мы нашли ее, – произнес грубым голосом один из них. Как поняла Сакура, это были оборотни. Самый высокий взял Элис на руки, девушка все равно не подала виду, что жива. Уже вчетвером они покинули комнату, оставив Сакуру совершенно одну. Туман, который был практически прозрачным, снова стал сгущаться. Харуно побежала за Элис. Выбежав на улицу, она увидела множество трупов вампиров, а посреди всего этого стоял Сасори Акасуно. Все вокруг стало расплывчатым, но, несмотря на это, Сакура все же пошла к вампиру. Он не видел ее, но зато Харуно все видела, хоть и не четко и через туман. На земле, прямо под ногами Акасуно, лежало три трупа. Как поняла Сакура, два трупа принадлежали его родителям, ну а третий она узнала сама – Элис. Харуно четко чувствовала, что девушка была мертва. Сасори стоял и беззвучно рыдал, тут он упал на колени и прижал тело своей невесты к своей груди. Но что было дальше, Сакура уже не увидела. Все исчезло. Не ожидав такого, Харуно резко зажмурила глаза, но секунд через десять снова открыла. - Наконец-то ты пришла в себя, – прокричала Мира и бросилась ей на шею. Сакура лежала дома, в своей кровати. Рядом сидела Мира и плакала от счастья. Что-то заставило Сакуру выдавить из себя улыбку, но она выглядела натянутой, будто она была не рада видеть подругу. - Что со мной произошло? – спросила девушка. Почему-то та пустота, что была вначале, вернулась к ней. Голос был безразличным, глаза не выражали ничего, кроме усталости. - Ты не помнишь? – резко прекратив плакать, спросила Штраус. Сакура на вопрос лишь покачала головой и уставилась в окно. - Ладно, не буду тебе рассказывать, тебя это видно не интересует, - вдруг вспылила Мира, ей не понравилось поведение Лилит. – Скажу лишь одно, Тебе вернули часть силы. Сакура вздрогнула. Она вспомнила. Изумрудные глаза вновь загорелись. - У нас получилось? – спросила Сакура, уже наперед зная ответ. - Как видишь, - разведя руки в стороны, съязвила Штраус. Резко вскочив с кровати, Сакура побежала к своему шкафу с платьями. Открыв его, она начала в нем энергично рыться. - Что ты делаешь? – изумленно спросила Мираджейн. - Оливия, я хочу бал, - воскликнула Сакура. Но тут она резко замерла. Дрожащими руками Харуно достала из своего шкафа красивое пышное платье алого цвета, точь-в-точь такое же, которое было надето на Элис. Сакура аккуратно положила его на бархатный черный диван и стала внимательно его разглядывать. - Оливия, - задумчиво, сверля недоверчивым взглядом платье, крикнула Сакура, - откуда оно у меня? Мира подошла к подруге и посмотрела на платье. Немного подумав, она ответила: - Оно у тебя давно, я помню тебя в нем только один раз, – задумчиво пробубнила Штраус. – Я познакомилась с тобой именно тогда, когда ты была в нем. Сакура посмотрела на Миру. В ее глазах читался животный страх и испуг. - Опиши меня в тот день. Я помню все лишь с того момента, как прошли выборы, но тогда мы уже были знакомы. - Ну~у, - протянула Оливия, что-то вспоминая. – У тебя были длинные волосы, практически до колен, они были завиты на концах. Одета ты была в это платье, на руках черные кружевные перчатки, а на ногах черные туфли на каблуке. Еще помню, что тебе перетянули корсет, - с усмешкой произнесла Мира. – Ты тогда чуть ли не задыхалась. - А ты случаем не помнишь, как именно мы познакомились? Сакурой овладела паника, а в голову лезли самые неприятные мысли. - Нет, - растерянно ответила демон, - этот кусок как будто вырезан из моей памяти, да и все оставшееся время до этого и после, до выборов, тоже. Недолго думая Сакура надела на себя платье, в шкафу она так же нашла черные кружевные перчатки и черные туфли. С помощью магии Харуно удлинила свои волосы и завила их на концах. Теперь она выглядела точно как Элис. Сорвавшись с места, Сакура ринулась в «Рубиновый» зал.