Уже не верю в сказки

POV Эктелион.       Черт, ненавижу людей. Все они только и хотят наполнить карманы, совершенно не задумываясь о последствиях... Они ловят нас, обрывают крылья, продают их. Но ведь крылья — главный источник нашей силы, и именно поэтому тот, кто их лишается, обречен на медленную и мучительную смерть... Как же я ненавижу это! Конец POV Эктелион.       Первый выстрел приходится прямо в плечо. Тонкими, но уверенными струйками начинает сочиться алая кровь. Раздается второй выстрел, и перед глазами всё резко мутнеет, а парализующая боль уже гуляет по всему телу, лишая воли, заставляя мир уходить из-под ног. Но останавливаться было нельзя. Он бежал так быстро, насколько это было возможно, спотыкаясь о никому незримые преграды, и хотел лишь одного: всей душой он желал счастья своему народу. Стекающие по щекам слезы, перемешиваясь с кровью и грязью, оставляли после себя своеобразные разводы, отчего лицо парня принимало выражение крайней степени безысходности. А в покрасневших глазах читалась душераздирающая боль, страх, отчаяние... Идиоты, вы же ничего не понимаете! Думаете, что горы золота спасут, сделают счастливыми?! Но разве может быть счастливым человек, когда кругом страшные мучения, одна смерть?.. Ноги предательски подкашиваются, но если ничего не предпринять, они догонят его. Что это, свет? Нет, машины полицейских... Однако вы заблуждаетесь, если думаете, что эти отбросы, играющие в «справедливость», помогут ему: выстрелов стало лишь больше. Завернув на следующем повороте, кровавый силуэт сумел запрыгнуть в окно заброшенного здания. Полиция еще долго искала его, и наконец, смирившись, все разошлись. — Нужно возвращаться, — хриплым голосом проговорил человек. Он поднялся и вышел из здания. А повернув в сторону дороги, направляясь по тротуару на юг, прошёл ещё пару метров и обессилено свалился на асфальт.

***

      Прозвенел звонок с седьмого урока, и ученики 9-Б направились домой. Среди них ярко выделялся мальчик: улыбаясь во все тридцать два зуба даже под ливнем, он шёл под ярко красным зонтиком, излучая добро. Во внешнем виде его не было ничего необычного: молодой человек среднего роста с изумрудными глазами и аспидно-черными волосами, он был слегка худощав, что, в общем-то, не так заметно. Вот только глядя на него, можно было сразу с уверенностью сказать – мечтатель. И это весьма странно: обычно мальчики его возраста, чтобы привлечь внимание противоположного пола, из кожи вон лезут, лишь бы создать образ ко всему равнодушного бунтаря. Он же не такой: Никита до сих пор смотрит на мир глазами ребёнка и уверен, что в душе каждого человека обязательно кроется что-то хорошее, светлое.       И вот, подходя к своему подъезду, он замечает лежащего на дороге парня лет двадцати: волосы до плеч, предположительно золотистого оттенка, были безнадёжно чем-то перепачканы и прилипали к лицу. А сам он весь истекал кровью: плечи и правая нога были прострелены. Мальчик в ужасе подбегает к нему и первым делом проверяет пульс. Жив. Но почему никто ему не помог? Да, время от времени люди с любопытством поглядывают на раненого, однако подойти так никто и не решился. Никита же без раздумий заваливает его на себя и, мысленно поблагодарив судьбу за то, что он живет на втором этаже, направляется к подъезду. Но даже такое смягчающее обстоятельство не могло изменить тот факт, что незнакомец оказался тяжёлым, а Никита едва ли был физически подготовлен к совершению подобного рода «подвигов». Но выбора у него не оставалось. Так, поднимаясь по лестнице и делая остановки чуть ли не на каждой второй ступени, Никита неожиданно заметил простирающуюся прямо за ним кровавую дорожку, явно не сулившую чего-то хорошего, и означавшую, что следует поторопиться. И вот, дрожащими руками хозяин уже открывал дверь.       Никита ещё с младшей школы решил стать врачом, поэтому уже успел прочитать множество книг по и приобрести некоторые хирургические инструменты. Но Никита никогда и подумать не мог, что свои знания в области медицины ему предстоит применить так скоро. Положив неизвестного парня на заранее застеленный стол, Никита приступил к делу. POV Эктелион.       Я должен вернуться, должен. Но я ничего не чувствую, а вокруг лишь пустота... Неужто умер? Не в силах пошевелиться, чуть приоткрываю глаза и вижу, что лежу на асфальте. Как и ожидалось, зеваки проходят мимо и с любопытством смотрят на меня. Думают, что сдох... Мерзкие люди! Черт, больно дышать... Перед глазами всё плывет, и, кажется, я теряю сознание... Красный зонтик? Конец POV Эктелион. POV Никита.       Получилось! Он лежит в спальне, весь перебинтованный, но живой. Но как же я устал за эти два часа... Интересно, кто его так? А может, он преступник? Хотя не важно, преступник он или нет, ведь я будущий врач, поэтому не могу оставить человека умирать... Но с другой стороны, если он преступник, то меня могут посадить как соучастника... А если не преступник, а просто человек с несчастной судьбой? Блин, всё! На сегодня с меня хватит, пойду-ка спать. Очнётся он дня через три, учитывая то, какие ранения получил. К тому же у меня совсем нет опыта... Как же он остался жив? Так, что это еще такое? Человек после твоей операции жив остался, а ты причитаешь? Всё, спать. Конец POV Никита.