Мы умираем, чтобы жить...

Одним декабрьским вечером Сириусу пришло письмо от Люпина. Прочитав его, он быстро оделся и, выйдя за антитрансгрессионный барьер, исчез. Перед тем как кузен спрятал письмо, я увидела последнюю строчку, а точнее одно слово из последней строчки. Там было написано "МакКиннон..."       С того вечера прошло уже... Эм-м, а сколько уже прошло? Я посмотрела на часы и поняла, что прошло-то немного — всего два часа. Из размышлений меня вырвала сова, которая громко стучала в окно своим огромным клювом! О Боже, птица, стучащая клювом по стеклу — плохая примета, она говорит о скорой смерти кого-то из членов семьи! Ужас и паника охватили меня, но позже я успокоила себя тем, что я волшебница, живу в магическом мире, где совы стучат в стекло каждый день. Но в голову снова пришла странная мысль — совы у некоторых народов — символ смерти! "Так, стоп, не накручивай себя!" — сказала я сама себе. Всё же у некоторых народов совы — символ мудрости. Просто символ мудрости. Мудрости. Я открыла окно, и наглая толстая рыжая птица, чем-то напоминавшая моего кота из прошлой жизни, клюнула меня в руку. Наверное, это было наказание за промедление. Ох уж эти коты, тьфу, то есть совы. Итак, я открыла письмо, там очень странным почерком было написано следующее: "Дорогая Цисси. Вернусь завтра, сегодня не жди, ночую у Люпина". Все стало ещё страннее, чем было. Почему? Да потому что, во-первых, Сириус Блэк отчитывается передо мной — это подозрительно. А теперь о почерке, он тоже очень подозрительный, такое ощущение, что начал писать один человек, а потом пришёл и второй, который и дописал письмо.       Утро следующего дня было наполнено неожиданностями. За окном что-то громко зашумело, я даже подумала, что сосед включил газонокосилку, но потом вспомнила, что никаких соседей, а тем более вышеназванных приспособлений, нет. Тогда я всё же заставила себя встать с тёплой постели и посмотреть в окно. Я не могу нарадоваться тому, что у тела Нарциссы прекрасное зрение, ведь в прошлой жизни я носила линзы. Ох, а что же бывало в том случае, если я забывала утром надеть контактные линзы, лучше не вспоминать. Окно утром покрылось тонкой корочкой льда, нужно заставить эльфов помыть стёкла водой с солью... Ах да, забыла, мы же волшебники — это постоянно вылетает из головы. В нашем дворе приземлился... мотоцикл? Точно! Сириус! Наверное, он забрал свой мотоцикл у Хагрида. Оттуда кроме братца высадились ещё двое — девушка и парень, их я не знала. Я быстро оделась и спустилась вниз к парадному входу. — Привет, сестрёнка! — отсалютовал мне Сириус. За ним вошёл русоволосый парень, который вежливо поздоровался. Последней в дом вошла девушка, она испуганно посмотрела на меня и тихо промолвила приветствие. — Привет, братец, не познакомишь меня с друзьями? — я с интересом разглядывала гостей. — Ремус Люпин, мой лучший друг; скажу по секрету — берегись его, Цисси, — хм, и почему же? Неужели Сириус разбалтывает секреты друзей просто так? — Он человек-энциклопедия, заболтает до смерти, — а, вот он про что. Мы все дружно рассмеялись. — А эта милая особа — Марлин МакКиннон, моя невеста, — о, как быстро развиваются события, и глазом моргнуть не успеешь, а твой младший брат уже женится. — Надеюсь, ты не начнёшь причитать, как моя "прекраснейшая" маман. "Сириус, не общайся с грязнокровками", "Сириус, не ходи сюда", "Зачем ты плюнул в Лорда?!", — Сириус так смешно передразнивает свою мать, что я снова непроизвольно засмеялась. — Ты что, правда в Лорда плевался? — Конечно, а что он мне предлагал непристойные вещи — вступить в Пожиратели, — я снова рассмеялась. — О, тогда всё понятно, я бы тоже в него плюнула за такое. — А ты изменилась. — Надеюсь, в положительную сторону. — Конечно. — Нарси, спускайся завтракать! — Люциус позвал меня на завтрак, похоже, он думает, что я до сих пор сплю. — Сейчас, секунду! — крикнула я на второй этаж. — Ребята, мне очень приятно познакомиться с вами, может, позавтракаете с нами? — А ваш муж не будет против, миссис Малфой? — проговорила Марлин. — Если он будет против, я сдам его в Азкабан, — пошутила я. Марлин улыбнулась и вроде бы больше не смотрела на меня глазами загнанного в угол зверя. — Мы торопимся, Цисси. Сегодня утром я купил квартиру и приехал за вещами, — сказал Сириус. — Я вас никуда не отпущу, пока не позавтракаете с нами. Снимайте мантии, а я пока пойду предупрежу домовиков о том, что у нас гости. Я быстренько взбежала по лестнице и, плотно захлопнув двери, начала инструктировать семью. — Приехал Сириус с другом и невестой, — на лицах Люциуса, Абраксаса и даже Драко застыли немые вопросы. — Если кто-то из вас упомянет слово "грязнокровка" или выкинет что-то ещё подобное, вам не поздоровится, — Малфои были в лёгком шоке, но это им только на пользу. — Но... — попытались возразить Люциус и Абраксас. — Тихо! У нас гости! На лестнице послышались шаги, я снова открыла двери в кухню.

***

      Мы мило завтракали, и вдруг меня осенило: что здесь делает МакКиннон? Она же мертва? — Сириус, у твоей невесты фамилия точно МакКиннон? — поинтересовалась я. — Конечно. — Но... — А, ты про это, — Блэк улыбнулся и, посмотрев на Марлин, начал рассказ. — Она восстала из мёртвых. — В смысле? — Хорошо, про "восстала из мертвых" я, конечно, пошутил. Её бабушка серьёзно приболела, но... — дальше продолжила сама девушка. — Моя бабушка-волшебница была серьёзно больна, и мне пришлось уехать к ней, но семью я не могла оставить без защиты, поэтому мне пришлось решиться на тёмный ритуал — создать двойника. Итак, копию себя я оставила с родителями, а сама отправилась в путь, но ритуал сказался на мне. На целый год моя магия пропала, я ухаживала за бабушкой, и вскоре ей стало лучше. Из газет мы узнали, что всю мою семью убили, меня тоже считали мёртвой. Я решила затаиться. Всё это Марлин говорила с лёгкой опаской, озираясь на моего муженька. А я-то почти забыла, что в моей семье Пожиратель. Как это было безответственно с моей стороны. Но пока во мне таится хоть капля жизни, я никого в обиду не дам! Похоже, эта фраза станет девизом на следующие лет сто. Вскоре Блэк, МакКиннон и Люпин уехали, а я четко начала осознавать, что жизнь вокруг меня меняется, но в какую сторону? Этого, пожалуй, я не понимаю.

***

      Вскоре наша маленькая семейка Малфоев снова осталась одна в огромном родовом гнезде. Андромеда и Дин собираются сыграть свадьбу, теперь сестричка и малышка-племянница обживаются в поместье Селвинов. Мама и папа, как я уже привыкла называть Друэллу и Сигнуса, часто приходят погостить, они перемещались по камину. Сириус объявил о своей помолвке с магглорождённой волшебницей Марлин МакКиннон, Вальбурга и Орион были категорически против этого брака, так что пришлось вмешаться мне. Что же сделала я? Ну, мне ничего не пришло в голову, кроме Гринготтса. А куда идут попаданцы во всех фанфиках для того, чтобы проверить свою кровь? В волшебный банк, но моя кровь, слава Мерлину, не подлежала проверке, ибо я Нарцисса Малфой, а вот МакКиннон вполне могла оказаться чистокровной леди, по крайней мере, я на это надеялась. После недели общения я и невеста моего кузена очень подружились, она оказалась настоящим бойцом и могла переспорить кого угодно. Однажды она переспорила даже Абраксаса и Сигнуса, после чего добилась их уважения. Теперь мы, Малфои, и часть Блэков в лице Друэллы и Сигнуса стали болеть всей душой и сердцем за их с Сириусом брак. Своими качествами она подкупила всех, даже Люциуса — человека, который во всём ищет свой подвох. Марлин как-то раз помогла ему с какими-то жутко важными документами, а ещё вскрыла сейф, к которому Люциус год не мог подобрать код; старый он забыл, а вспомнить не мог даже под действием сильных зелий. Итак, мы, сильнее закутавшись в шарфы и надев шапки, направились в Гринготтс. Там нас приняли без очереди, ввиду того, что я Нарцисса Малфой. Эх, всё-таки приятно быть влиятельной фигурой. Я спросила о такой услуге, как определение родословной, на что гоблин ответил, что об этом никто не спрашивал почти сто лет, но, если мы заплатим, персонал банка с радостью вспомнит былые навыки. Что ж поделать, пришлось платить, хотя мне хотелось врезать этому коротышке хорошенечко. Может, и без денег вспомнил бы, но чистокровные леди так не делают и всё в этом роде. Марлс очень долго отговаривала меня от оплаты, но я все же настояла на своём. Нас отвели в странную круглую комнату. Из предметов мебели там был лишь стол из чёрного стекла. Гоблин закрыл дверь на множество замков и развернул крупный лист пергамента, принесённый им, на столе. Потом чудик, по-другому и не назовешь этого самого гоблина, сказал какую-то абракадабру и щёлкнул пальцами; какой-то школьный спектакль, если честно. Внезапно гоблин дернул МакКиннон за руку и порезал её правую кисть, окровавленная ладонь коснулась пергамента, и там начал проступать рисунок. Кровавый чертёж стал проявляться, и вскоре мы увидели имена и фамилии, тонкие нити тянулись одна к одной. Затем над всем семейным древом появилась табличка "Осберт — горды на века". Марлин прищурилась и увидела имя, видимо, как-то ей знакомое — "АНКТУОУС ОСБЕРТ". — Это же один из министров магии! Он руководил Министерством в тысяча семисотых годах. — Откуда такие познания? — Это же каждый школьник с уроков истории магии знает. В первый раз вижу человека, который не спал на истории магии. Осберты оказались древним чистокровным родом. Но почему Марлин считали магглорождённой? Да потому что отца её прабабки отсекли от семейного древа, второй наследник погиб от драконьей оспы, таким образом, законных наследников у этого рода не осталось. Но ведь отец её прабабки женился, а все его потомки на древе уже не отображались. Бабушка Марлин, как мы все помним, была волшебницей, но её мама родилась сквибом и вышла замуж за маггла, таким образом, наследница некогда великого рода стала всего лишь бедной магглорождённой. Нам пришлось ещё доплатить, чтобы гоблины показали нам рукописи и документы, связанные с этой семьей. Из старых бумаг неожиданно выпал чек, написанный последним законным наследником перед смертью, видимо, он рассчитывал, что когда-нибудь брат узнает об этом, но этого не случилось. В пересчёте на нынешние деньги этот чек давал состояние, равносильное двум малфоевским сейфам. Ну и, конечно, нам пришлось снова доплатить, чтобы Марлин и её семью признали законными и единственными наследниками рода Осбертов. Но чистокровной Марлс являлась только по материнской линии, а Вальбурге нужна была только абсолютно чистокровная невестка, поэтому мы снова... что? Правильно! Доплатили, и отца Марлс с помощью крупной суммы денег, вранья и маленьких поправок в некоторых документах назвали объявившимся наследником старого, давно вымершего чистокровного рода. Из Гринготтса мы вышли поздней ночью, но это того стоило!

***

      Мы готовились к двум свадьбам, которые уже называли самыми пышными в истории — свадьбе единственного наследника Блэков, а так же торжеству наследницы Блэков — Андромеды. Казалось, ничего не предвещало беды, но в один вечер метка Люциуса потемнела и начала жечь, это означало лишь одно...