Лепестки одной дьявольской розы

Пианист начинает наигрывать звучные мелодии. Отовсюду доносятся прекрасные мелодии этой вечерней атмосферы. Во мне так и играет музыка. Я балдею от всего этого… и мне так приятно, что даже улыбка и то тянется до ушей. Я на балу. Зал огромный. По бокам его охватывают две искривленные лестницы, ведущие наверх. Вместо ламп и шикарных люстр на каждом шагу буквально аккуратно выложены ароматные свечи. Я медленно вдыхаю их аромат. Всё так идеально, однако мне грустно, мне грустно оттого ли, что окружающие меня люди находятся вдали от меня, ибо подтанцовывают под мелодию пианино, а я стою одна и, тайно похищая радость ближайшего, выдаю её за свою. Почему я одна, когда все в парах танцуют? Возникает глубочайшая обида и недопонимание. Я что, какая-то особенная, или со мной что-то не так? Вдруг издалека высвечивается новая интересная фигура. Я узнаю её не сразу — это Хакеру в изумительном тёмном смокинге. Моё сердце трепещет. Он смотрит на меня, я краснею и отвожу взор. О, боже сам Хакеру… Он смотрит на меня! Смотрит!.. Я так влюблена в этого парня, с ещё нашей первой встречи, когда мы на улице случайно столкнулись лбами при повороте за угол. Хах! Я тогда чуть со стыда не сгорела… Было так неловко. Но он… Я очень хорошо запомнила тот момент… Он осторожно встал, отряхнулся, поднял свои упавшие книги, посмотрел на меня и лишь затем, с дружелюбно протянутой рукой, заговорил: — …Какая весьма изумительная встреча! Меня зовут Хакеру Отояши. А вас как, прекрасная миледи, величать? Ну, я ему промолвила своё имя и, слегка запинаясь в ответе, глубочайше извинилась за такое происшествие. Он косо посмотрел на меня и продолжил: — Сущие пустяки. Вы зря извиняетесь. Ведь, если бы не это столкновение, я бы с вами толком и не познакомился, и потому грустил бы до конца всей своей жизни. Ну, тут он переиграл. Я усмехнулась. После он заявил, что у меня чрезвычайно милая улыбка и просил ещё раз улыбнуться… ему на прощание. Я улыбнулась во второй раз, и, собираясь уже уходить, оставила ему свой номер телефона. Эта была любовь с первого взгляда. И эту встречу я навсегда запечатала в своей памяти: её я никогда наверно не забуду. Такой яркий момент… Конечно! В грусти или в печали начну вновь перелистывать прошлое и вспомню эту встречу, станет так радостно и приятно, аж, слёзы, выражавшие полное одинокое бессмысленное существование, превратятся в слёзы счастья и понимания того, … что я ещё не совсем обречена. Мне просто нужно существовать и вдыхать этот, хоть и отвратительный, но со временем ароматный воздух. Ради этого момента я и живу, ради полного ощущения любви и человеческой радости… В конце концов, хотя бы ради счастья других, ради их пронизывающих и доводящих до слёз улыбок. Ах, Хакеру, я люблю тебя!… Продолжу… И после тех взоров в мою сторону, он уверенно направляется ко мне. По моему телу пробегают мурашки. Он смело продвигается и, пытаясь обхватить своим мой взор, отдаёт всю радость незначительной улыбки. Когда наши взгляды пытаются соприкоснуться, я оборачиваюсь на окно, обвешанное королевскими золотыми шторами, подавая вид, что я его не замечаю. — Какой прекрасный цветок!… - (Кланяясь по пояс, показывая вид почтения). - О, не составите ли вы мне чести закружить вас в танце? — какой джентльмен, какие слова! Я начинаю таять. Я соглашаюсь. Хакеру медленно хватает меня за маленькую изящную ручку, снова мило улыбается и мы начинаем кружить в танце. Сейчас, однако, я нисколько думаю о танце, сколько о нём, хоть и танцевать я не умею. Хакеру моё неумение не смущает, наоборот, он тоже больше заинтересован мною. — В такой прекрасной атмосфере хотелось бы танцевать вечно. — Хорошие слова. Я тоже так думаю. — И давно вы тут меня поджидали, моя прекрасная роза? Я боялся опоздать к вам навстречу…постоянно думал о вас,… как вы?… Не терзают ли вас плохие мысли?… Обижает ли кто вас? — я краснею ещё больше. Теперь я похожа на помидор. -… С чего сразу такие мысли? …В смысле? Мы же не договаривались о встрече. Откуда вы знали, что я буду здесь? Улыбка Хакеру принимает дьявольский облик. Это мне не нравится… Что-то здесь не так! Не может быть всё так идеально! Сейчас он что-то мне раскроет, от чего моё настроение должно превратиться в скверное, ибо от чего такая устрашающая улыбка. Мне охотно хочется от неё спрятаться… Отпусти меня! — О, вижу, вы забыли. Разве не помните?… Наша встреча была предугадана ещё триста пятьдесят лет назад. И теперь всё свершилось. Я долго поджидал этого момента… — Триста пятьдесят лет назад? Но, как такое возможно? Это же полный бред! — Нет. А, вы забыли. Мы с вами договаривались, и я точно помню. — Но тогда, следуя вашим словам, мне сейчас должно быть триста пятьдесят лет. Это же смешно! Я ясно недоумеваю, и в его тёплых объятиях мне сразу становится страшно. — Нет же. Мы постоянно перерождались в новых телах. И наша память со временем не терялась… Странно, что вы всё забыли. Теперь я так опечален!… О, вы… — Ну, хорошо. Предположим всё, что вы сейчас сказали это правда. Но зачем тогда встречаться через триста пятьдесят лет только ради того, чтобы сейчас, здесь, вместе со мной потанцевать? Глупо. Хакеру ещё раз улыбнулся мне, и от одной его фразы разрушилось буквально всё: — … Наша встреча должна была свершиться только по одной причине, — (крепко хватает меня за талию).  — Я обязан вас убить в своих любовных объятиях, а затем и умереть сам. Я очень пугаюсь этим словам и пытаюсь оттолкнуть Хакеру от себя, но он же обхватил меня так крепко, что какие-либо мои действия сейчас бессильны. Я боюсь, … мне кажется, вот-вот и он меня убьёт. Я плачу и кричу! — Отпусти! Хакеру только улыбается мне и успокаивает. — Глупенькая, успокойся! Ты заслужила такую смерть. А теперь прими её отрадно и безо всяких усилий… Просто наслаждайся последней минутой и медленно вдыхай от меня удушающий аромат любовной смерти… Да пусть Господ тебя простит! — Но за что?! За что мне такое? Что я такого сделала? — Прекрасная актёрская игра. Твои ходы безупречны, … однако уже напрасны. Я знаю, что это ты! Что ровно триста пятьдесят лет назад тобою были убиты мои родители. Ты адская грешница! Твоей дьявольской рукой были обречены на смерть два светлейших ангела, приносивших в мир истинный свет… Но ты… Как ты могла?… Так подло и жестоко… Все, ровно триста пятьдесят лет я очень долго ждал только одного… Одного! — (Трясёт меня всю).  — Я ждал услышать твоего ответа… Я яро жаждал узнать… За что ты их убила? За что?! Я рыдаю и, проглатывая скатившиеся слёзы, пытаюсь, хоть что-то сказать, но от такого сильнейшего испуга вся моя речь стала невнятной. Хакеру начал успокаиваться, а пока я приходила в себя, то была чрезвычайно удивлена: люди, танцевавшие под музыку пианиста — исчезли, сам пианист тоже, однако пианино всё ещё играло… — Ну что, пришла в себя? Говорить можешь? — М…могу. — Тогда слушаю тебя внимательно. Я набираюсь сил и начинаю собираться с мыслями. -…Я никого не убивала. — Опять за старое? Карты уже раскрыты, глупо предпринимать уже что-либо — лучше сразу сдаться. Я даже тебя пощажу. Твоя смерть будет не настолько мучительной, — (делает улыбку до ушей, будто бы чем-то доволен). — Но как я могла причинить любимому мне человеку боль? — А кто его знает. Времени много прошло. …В сторону Хакеру производится резкий выстрел. — А ну отошёл от неё! Хакеру оборачивается. Затем отталкивает меня чуть подальше и включает всё своё внимание на этого удивительно появившегося парня. Незнакомец и Хакеру выглядят почти одинаково, только у незнакомца волосы короткие, чёрные и опущены вниз, на лице мрачная маска, прикрывающая лицо. Смокинг у них одинакового цвета и фасона. Рост один и тот же… Даже взгляд. Но что за незнакомец ринулся меня спасать? Что здесь вообще происходит? Я хочу испариться и навсегда исчезнуть отсюда… Хакеру представляется парню и кланяется в пояс. — Хакеру Отояши, — тот не роняет ни слова, молчит.- Как неприлично… — Неприлично девушек обижать, а это называется неуважением. — Нет же. Мы с милой дамой просто беседовали, — (смотрит в мою сторону).  — Правда же? Я нервно киваю головой, ибо боюсь его. — Д..да. — Тогда, почему она дрожит и вся трясется? — Холодновато тут. — Хах! Тот, кто играет не по правилам — всегда проигрывает. Особенно, когда его побивают двумя тузами, — (показывает два туза и обороняет их на пол).  — Твоя игра окончена. Пора бы сдаться. — Ты, так думаешь? Но ведь игра только началась…- (Принимает ангельский облик). Ангел! … Чёрт меня побери! … Куда я попала?! Да, не может быть такого… Незнакомец принимает его вызов и обретает дьявольский облик. — Тьма против света. Как думаешь, что сильнее? — Конечно свет. Добро всегда побеждает зло. — … Хмм. А мне кажется, что мы равны. Твои ангельские действия не очень-то и благородны. От них тоже исходит тьма. Так, почему же тебе не стать демоном? У нас одинаковая цель — месть. Для ангела такое неподобающе. Хакеру прикрывает глаза и задумывается… -… Я уже думал о таком. Но месть, произведенная из моих рук, имеет исключительно благородную цель, ибо я защищаю достоинство ангелов. А, так как ты являешься демоном, то это будет называться моим долгом. — Ежели так… убей лучше меня, а ту дрянную девчонку оставь в живых. …Почему он хочет меня спасти? Незнакомый мне парень, хочет обменять свою жизнь в обмен на мою. Но, так не правильно! Никто не должен рисковать своей жизнью! … Если мне уж мне и суждено умереть, то… — Хакеру! Хакеру внимательно смотрит на меня. -… Я, — (в тот момент, когда я начинаю говорить, незнакомец, с помощью таинственно появившейся сабли, со спины производит Хакеру удар и прорезает его тело насквозь). Хакеру вопит и падает на колени. Отовсюду хлынула его кровь… От такого ужасающего зрелища я прикрываю глаза руками и съёживаюсь, покрывая верхнюю часть тела коленями. Я сижу. В мою сторону доносятся шаги. На меня снова наводит страх. Я хочу бежать, но не могу, … там кровь… я до смерти боюсь вида крови, поэтому уж лучше сидеть и не двигаться. — Кем бы ты ни был, не подходи! — (снова плачу, ощущая уже полное приближение) . Таинственный незнакомец наклоняется ко мне, аккуратно убирает мои руки с лица и, лишь на мгновение успев ещё раз взглянуть в моё оплаканное бедное лицо, целует в губы. …Я испытываю, что-то между шоком и удивлением. Не могу сказать, что-то одно… Наверно всё вместе. Затем он приближается к моему уху и нежно шепчет: — …Я хочу, чтобы ты скорее отошла от этого сна и пришла в реальность. Запомни одно: чёрные и фиолетовые розы стремительно ведут к смерти. Оберегайся их! Незнакомец встаёт и уходит. Я смотрю ему в затылок. -…Как тебя зовут? Тот приостанавливается. — «Зови меня Акатсуки.» — Ты ещё придёшь в мой сон? — Надеюсь. Прощай. Я неохотно повторяю: «Прощай.» …Так всё это … Был сон… Но так правдоподобно. Я с легкостью выдыхаю воздух. Аж, как камень с души упал. Так радостно, всё это не правда, я сплю, сплю…и это лишь моей фантазии игра была. Я громко смеюсь и мне кажется, что всё… Это полный конец моей психики. Затем обеими руками хватаюсь за волосы. Так значит, мне пора проснуться. Всего лишь…