Hitchups

      — Вот ты и попался.       Эти слова были последним, что услышал Иккинг от девушки, которую так долго и, к сожалению, безответно любил. Слышать их оказалось даже больнее, чем видеть выражение постоянного пренебрежения на её лице. Но эта короткая фраза очень ёмко описывала ту пропасть, что их разделяла.       Астрид было ничуть не интересно, почему сын вождя скрывал в овраге оседланную Ночную Фурию. Она никогда не задавала лишних вопросов, безропотно слушалась старших и верила всему, что они говорили.       Не думай. Делай.       Настоящий Викинг. Полная противоположность Иккингу.       — Та-тада, нам конец, — выдохнул он, когда Астрид скрылась за камнями. Проклятье, какая же она быстрая.       Сперва Иккинг хотел броситься за ней следом. Догнать и заставить ее принять тот факт, что все знания викингов, все, чему их учили - в корне неверно.       Достаточно вскочить в седло, перехватить ее на пути в деревню и прокатить на спине Беззубика. Это помогло бы изменить её мнение. Должно помочь. Разве можно остаться равнодушным пережив ощущение легкости, которое дарит полет? Ощутив нежность облаков, касающихся лица? Разве можно сдержать восторг, глядя на самые большие дома и горы их острова с высоты птичьего полёта, когда размером они чуть больше ногтя? И все это со спины их «кровного врага»...       Если бы ему только удалось усадить Астрид в седло. Она бы узнала, что с дракон может стать другом. Он бы показал ей, какие они чуткие и добрые существа, и что война с ними не имеет смысла. Быть может тогда бы они с ней подружились, и ему больше не было бы так одиноко...       Иккинг опустил плечи и грустно усмехнулся. Снова он навоображал какой-то ерунды. Как всегда.       Это же Астрид. Он может отнести её к северным звездам и обратно, и все равно она с готовностью поднимет на Беззубика оружие.       Да и какая уже разница, кому она расскажет? Он все равно улетает. Вещи и припасы собраны. Даже письмо отцу, объясняющее его поступок, но не раскрывающее всех деталей, готово... правда ворвавшаяся в деревню Астрид с воплями о его предательстве и союзе с драконами может несколько исказить его изначальный смысл.       Краем глаза он заметил, как рядом с ним шевельнулась огромная тень. Беззубик, раздраженно фыкрнув вслед сбежавшей Астрид, отправился обратно спать.       — Эй, эй, куда это ты собрался? — поинтересовался Иккинг. Беззубик ещё раз фыркнул через плечо и легким шагом потрусил к своей любимой лежанке в корнях большой сосны. Иккинг понуро отправился следом.       — Беззубик! Беззубик, перестань! Я не приводил ее сюда, клянусь! Скорее всего, она за мной следила...       Дракон резко остановился, так что Иккинг на него едва не налетел, и бережно ткнул носом в распухшую руку парня – следствие короткого противостояния с Астрид.       — Она просто не рассчитала силу, — поморщился Иккинг, оправдываясь.       Дракон оскалился в ответ.       Ну и что. Она мне все равно не нравится.       Иккинг прижал руку к груди и бросил обеспокоенный взгляд на вход в овраг.       — В-в любом случае, нам нужно убираться отсюда... отец уже вернулся из похода и, похоже, думает, что я собираюсь завтра убить Ужасное Чудовище. Как будто я действительно на это способен!       Ссутулившись, он вяло зашагал к оставленным на земле припасам.       — Да и кого я обманываю? Неужели я всерьез думал, что это будет долго продолжаться? Хотя, вот в этом-то и проблема. Я вообще не думал. Не думал, чем это все может закончиться. И, конечно же, должен был наступить момент, когда мне придётся выбирать... Какой же я дурак... — бормотал Иккинг по дороге.       Рядом со снаряжением лежала забытая Астрид секира. Та самая, которую он чудом умудрился выбить у нее из рук. Не эта ли девчонка требовала от него определиться, на чьей он стороне?       — Теперь уж я точно определился, — вздохнул Иккинг. Больше сомнений не оставалось.       Иккинг не притронулся к оружию. Вместо этого он ухватился за кожаную лямку плетёной корзины и, чуть пошатнувшись под её тяжестью, перекинул через плечо. Встреча с Астрид все никак не выходила у него из головы, и он снова едва не налетел на Беззубика, который, как оказалось, стоял позади.       Беззубик боднул корзину носом и вопросительно муркнул.       — Нет, — Иккинг оттолкнул драконий нос в сторону. — Там нет рыбы. Только немного одежды и припасов для меня. Но как только мы где-нибудь устроимся, я снова буду хранить там твою рыбу, ленивая ты задница.       Дракон утробно заурчал и потерся шеей о бок Иккинга. Беззубик чувствовал, что его человек совсем не в порядке: он напуган, расстроен и ранен, и даже отсутствие наглой девчонки никак не помогает. За время общения с Иккингом, Беззубик понял: если он говорит таким голосом – наигранно веселым и саркастичным – ему нужна поддержка.       Дружеский жест помог Иккингу несколько расслабиться: ласковое тепло, исходившее от Беззубика, придало ему уверенности. Улыбнувшись, он погладил чешуйчатого друга по голове.       — Идем, братец. — Сейчас он чувствовал себя уже куда лучше, чем минуту назад. Глубоко в душе, Иккинг знал, что принял правильное решение и для себя, и для своего дракона. — Надо бы выбираться отсюда, пока не примчалась орава разъяренных Викингов. — Было как-то странно и в то же время правильно говорить о своем народе так, будто он никогда не был одним из них. Возможно потому, что он никогда не чувствовал себя их частью. — Для начала давай отправимся на юг. Что-то мне подсказывает, что теплый климат для выживания гораздо благоприятнее.       Беззубик радостно взмахнул хвостом и чуть присел, чтобы Иккингу было проще забраться в седло.       Иккинг поставил ногу в стремя и на секунду замер, последний раз посмотрев в сторону секиры – оружия, олицетворяющего жизнь, от которой он отказывается навсегда. Одинокую жизнь всеми непонятого изгоя. Жизнь в деревне Викингов, где нет места такому, как он.       Почему-то, глядя на нее, Иккинг испытывал чувство жгучей обиды.

########

      — Ночная Фурия!       Несмотря на белый день, чистое небо и полное отсутствие драконов над головой, треть деревни бросилась на землю, закрывая головы руками.       Остальные жители тоже обратили внимание на вопли Астрид, но падать на землю не стали.       — Там в лесу... Ночная Фурия... в овраге... Иккинг ее там прячет! — Она подбежала к ближайшему Викингу и теперь пыталась отдышаться и одновременно рассказать о своём открытии. — Нам срочно нужно туда, пока они не сбежали!       Любого другого после таких идиотских обвинений уже подняли бы на смех. Но это была Астрид Хофферсон – одна из самых умных и дисциплиннированных Викингов среди своих свертников.       Как только стало очевидно, что деревню не атакует Злобное Порождение Молнии и Самой Смерти, вокруг Астрид стала собираться толпа.       — Тише, девочка, — крепкого вида женщина постаралась ее успокоить. — Расскажи по порядку: что случилось?       Глубоко вздохнув, Астрид, постаралась как можно спокойнее и внятнее объяснить всю серьезность ситуации. Чтобы все узнали об обмане Иккинга. Ведь тогда она снова займет место лучшего драконоборца.       Астрид рассказала о своих подозрениях, о том, как решила проследить за ним и, наконец, о лагере за Вороньим Мысом.       Но ее, очевидно, никто не понял.       Удивление и настороженность на лицах односельчан к концу ее рассказа сменились недоверием и открытыми насмешками. Некоторое время Астрид простояла в растерянности. Еще никогда ее не выставляли на посмешище. Шок, однако, быстро сменился гневом: Иккинг улетел, сбежал с острова как последний трус, и все равно эта рыбья кость умудрилась ее подставить!       — Иккинг? Мой Иккинг? — рассмеялся Стоик. Она только сейчас заметила его в толпе.       Астрид, как ее учили, выпрямилась и расправила плечи перед лицом Вождя.       — Так точно, Вождь, — твердо ответила она. — И с ним был дракон. Ночная Фурия, не иначе.       — Чушь! Драконы разбегаются по своим норам, стоит ему только ступить на арену! — крикнул кто-то с задних рядов толпы.       — Это все трюки! — ответила Астрид, стараясь подавить дрожь в голосе и не отрывать взгляд от Стоика. — Дракон едва не напал на меня! А когда я приготовилась защищаться, Иккинг атаковал меня. Он заставил дракона остановиться, заставил его себя слушаться! С тем же успехом он мог приказать ему снова напасть! Он перешёл на сторону драконов!       Никто не воспринимал её всерьёз. Многие качали головой. Многие недоверчиво перешептывались.       Астрид захотелось кого-нибудь ударить. Хорошенько вмазать всем, кто предпочел поверить сбежавшему предателю.       — Отправьте отряд к оврагу за Вороньим Мысом! — отчаянно закричала она. — Я несколько недель наблюдала, как он постоянно убегает в лес! Хоть кто-нибудь видел его днем после тренировок?! Он бегал к дракону! К Ночной Фурии!       Наконец-то! Наконец-то в серо-зеленых глазах вождя промелькнула тень сомнения. В конце концов, Стоик Обширный должен знать, на что способен его сын.       Он видел сына на арене всего один раз. И все еще думал, что тот не сможет стать настоящим Викингом.       «Наверняка все придумала...»       «...завидует...»       «Вот от нее я такого точно не ожидал...»       Астрид заметила, как расслабился Вождь, услышав разговоры.       — Спокойно, спокойно, — громко пробасил Стоик, поворачиваясь к толпе. — Давайте не будем делать поспешных выводов. Дождемся возвращения Иккинга и у него все узнаем. А пока оставим эту тему.       Негодующая толпа притихла, и, предпочитая верить в добрые намерения своего любимого вождя и его одаренного сына, Викинги стали расходиться.       Астрид осталась стоять одна, снедаемая яростью и отчаянием, пока к ней не подошли её друзья – остальные ученики Плеваки.       — И что это было? — поинтересовалась Забияка, качнув головой в сторону расходящейся толпы. Остальные встали поодаль.       Астрид покачала головой, все еще оказываясь верить в произошедшее.       Сморкала решился и подошёл поближе.       — Иккинг захапал себе Ночную Фурию?       Астрид круто развернулась в его сторону.       — Назвал ее Зубастиком или как-то так, — прорычала она. Астрид прекрасно помнила, что монстра звали «Беззубиком», но у нее язык не поворачивался назвать кровожадное чудовище кличкой безобидного питомца.       Вот как Иккинг стал лучшим учеником, обойдя даже ее: он учился своим трюкам у первоисточника.       Астрид думала, что злее уже стать не сможет, но поняла, что ошиблась.       Это было так... так... подло. Драконы сотни лет нападают на деревню. Они воруют скотину, оставляя семьи умирать от голода зимой, калечат и убивают...       Астрид тяжело вдохнула, стараясь успокоиться.       Иккинг пошел против всех писаных и неписаных правил Викингов. И весь этот фарс сработал настолько хорошо, что многие охотно ему верили. А ей – нет! Месяц назад даже мысль об этом была смехотворной!       Грубо оттолкнув с дороги Задираку и проигнорировав его возмущенный вопль, Астрид направилась к тренировочной арене. Желание хорошенько кого-нибудь или что-нибудь избить только усилилось.       Как ни странно, остальные ребята пошли за ней, позабыв о ее злости и вовсю обсуждая произошедшее.       — Это не ее ли он якобы сбил? — спросил Рыбьеног, ни к кому конкретно не обращаясь. Астрид едва не сбилась с шага: она уже и забыть успела о том случае. Но сейчас...       — Подожди... Ты имеешь в виду во время последнего налета? — переспросил Задирака, щурясь от солнца. Почесав свежий шрам от ожога, он ускорил шаг, чтобы не отставать от широко шагающей Астрид.       — Ни за что в это не поверю, — уже не так уверенно возразил Сморкала.       Быть может его двоюродный братец и заслужил немного уважения за успехи в тренировках, но чтобы Иккинг Никчемный сбил Ночную Фурию? Ну уж нет.       — Смотри, — возбужденно затараторил Рыбьеног. — Сначала Иккинг с помощью своего изобретения сбивает Ночную Фурию и ему, естественно, никто не верит. А потом вдруг начинает показывать успехи в тренировках с драконами, практически наплевав на все, чему нас учили, и черпая знания из ниоткуда...       Астрид не сбавляла шаг, но внимательно слушала рассуждения Рыбьенога. Уж больно хорошо все складывалось...       А сколько вообще Ночных Фурий может быть в Гнезде? Они, конечно, редкие, но все же...       — А еще он целыми днями где-то пропадал. Ну, или почти целыми... — добавила Забияка, вспоминая сбивчивый рассказ Астрид. — И всегда находил повод сбежать из деревни...       Задирака потер подбородок:       — Если подумать, это действительно странно...       — Ага, если бы не я, ты бы до этого и не догадался, — буркнула Забияка, совсем не вспомнив, что никто кроме Астрид этого, в свое время, не заметил.       — Я по крайней мере не фанател от него!       — Да конечно! — выкрикнула в ответ Забияка и, посчитав слова брата отличным поводом для драки, вцепилась ему в волосы.       Сморкала, воспользовавшись завязавшейся между близнецами потасовкой, обогнал их и оказался рядом с Астрид.       — Ты сказала, что дракон напал на тебя.       Не обращая внимания на близнецов, Астрид твердым шагом ступила под свод арены.       — Да, — коротко ответила она. — Иккинг пытался меня отвлечь, чтобы я его не нашла. Он защищал его, защищал дракона от Викинга! Насколько сумасшедшим надо быть, чтобы учудить такое?       Астрид раздраженно выдохнула, а Сморкала сочувственно закивал.       — Я должна была догадаться, — продолжила убиваться Астрид. — Сначала это его странное снаряжение, а теперь оседланный дракон...       — Он летает на драконе?! — удивленно воскликнул Сморкала.       — Круто! — Забияка и Задирака позабыли о драке и обратили все внимание на Астрид.       Рыбьеног выглядел одновременно удивленным и до ужаса напуганным.       — Это не круто! — развернувшись к ним, рявкнула Астрид. — Он – обманщик и предатель! И сегодня он будет изгнан! Вот увидите. Я видела его корзину с вещами, слышала, как он рассуждал о том, что «надо делать отсюда ноги». Он не вернется. Он бросил нас. Рано или поздно им, — она ткнула пальцем в сторону деревни, — придется это признать. Он был ничтожеством. Ничтожеством и остался.       После этих слов она немного успокоилась. Нет ничего крутого в полетах верхом на драконе, прирученном или просто управляемом. Ни-че-го. Потому что это неправильно. В Иккинге Кровожадном Карасике не было ничего выдающегося. Он не был великим воином. Он не был лучше, чем Астрид. И уж тем более он не был помощником или спасителем деревни.       Иккинг плюнул им в лицо своей ложью и бросил на произвол судьбы.       В мире Астрид все снова стало на свои места. Как только все уляжется, она снова будет среди лучших, снова поведет соратников в бой на драконов. Как и положено любому Викингу.       Астрид снова развернулась к арене и потянулась к древку секиры за спиной...       Ее пальцы ухватили пустоту. И новая волна гнева захлестнула её.       — Аргх! Иккинг!