Джинн и одно желание

      Дин Винчестер редко попадал в лапы чудищ. Потому что это могло значить только одно — шанс выбраться живым сводится к ужасающему минимуму. Но в этот раз не спасло ни чутьё, которое почему-то молчало, ни предостережения взволнованного брата. Дин всё равно поехал на чёртов заброшенный склад, где, по определению, должен прятаться злобный джинн.       Наверное, зря он не взял брата с собой. Охотиться, когда твою спину не прикрывает верный напарник, было стрёмно и непривычно. А этот гадюшник казался на редкость зловещим местом.       Просто дурное предчувствие, не более. Дин вообще не страдал манией преследования. Но то, что среди пыльных коробок есть кто-то ещё, казалось очень вероятным.       Кап-кап-кап… С потолка падала вода, нервируя. С пистолетом наперевес Дин делал осторожные шаги, осматриваясь.       И вдруг нечто навалилось сзади, обхватывая медвежьим захватом. Началась борьба.       Когда голову Винчестера обхватила синяя рука, а глаза начали закатываться, последней мыслью было: «А ведь я даже не попрощался с ним по-человечески».       Блядь, а ведь Сэм предупреждал… Просился поехать с ним…       Чернота сгустилась вокруг тёмным маревом, выключая сознание.       Но, как ни странно, всё обошлось!       После глубокой, словно кома, отключки, старший Винчестер очнулся. Нет, не на пыльном и вонючем складе. В кровати. Обычной, но очень большой кровати. Странная мебель вокруг: шкаф из белого дуба, похожий столик у окна, на котором стоял пышный фикус; мягкое ложе, с ярко-зелёным постельным бельём. Явно не отель. И розовые занавески! Что за хрень такая?       — Сэм! — позвал Дин брата.       Но ответом ему послужила тишина.       Странно, он спал совершенно голый. Как же он оказался здесь, в этой уютной комнате? И почему джинсы Сэма висят на спинке стула? Он тоже ночует здесь? Неужели во всём доме не нашлось свободной кровати для брата?       Сумятицу в голове старшего Винчестера перебил звук автоответчика:       — Мистер Винчестер, это Тиффани. Хочу напомнить Вам, что срок арендной платы за мою квартиру истекает в конце недели. Если не надумали выезжать, то обязательно сообщите мне. Я заеду к вам за авансом, скажем, около пяти, вас устроит? Привет Сэму!       — Что за чёрт? — Дин задал вопрос в ноосферу, выуживая свои джинсы из-под кровати. Почему они валяются там, а Сэмовы километровые штаны аккуратно висят на спинке?       Прошлёпав босиком на кухню в одних джинсах и найдя там свою футболку, явно второпях оставленную на кухонном столе, Дин поморщился. Пятно от кетчупа красовалось на самом видном месте — расползалось на груди кровавым островком. И кто её зашвырнул на неприбранный стол? Щёлкнув кнопкой чайника и взъерошив копну короткостриженых волос, Дин пошёл искать стиральную машину.       В ванной его тоже ждали сюрпризы. Две зубные щётки, баночки с шампунями и гелями, свечи… Неужели они осели тут с Сэмом? Но ведь Дин ничего не помнит! Что с ним сделал тот джинн?       Мысли о полувыгоревших свечах с чёрными фитильками Дин решил проигнорировать. Мало ли что… может, от бывшей хозяйки остались.       В грязном белье он не нашёл кровавых рубах в пулевых отверстиях. Следы от муки, масла, и… чего-то странного. Братья что, забросили охоту и поселились здесь?       Он кинул испачканную футболку в корзину и выпал из дверей ванной комнаты как раз на Сэма. Тот только что пришёл с улицы с бумажным пакетом из супермаркета. Яркий логотип почему-то заставил Дина поморщиться: они как будто попали в сериал про счастливую семейную жизнь!       — О, уже встал. Привет, — и коротко чмокнул офигевшего Дина в губы.       Пока Дин поражённо пялился в пустоту, зависнув, на кухне уже шуршали пакетом и хлопали дверцей холодильника.       — Тебе чай налить или кофе сварить?       — Чай. То есть кофе. Не знаю…       Дин осторожно прошёл следом за братом и настороженно уставился на него, не решаясь переступить порог. Кажется, Сэм не замечал ничего странного. И они уже давно живут здесь — брат явно чувствует себя здесь как дома. Как же спросить так, чтобы это не выглядело подозрительно? И с каких это пор младший лезет целоваться без страха схлопотать в челюсть?       — Я нашёл нам новую работу, — не оборачиваясь, рассказывал Сэм, расставляя яйца в ячейки холодильника, — призрак в Индиане. Ничего серьёзного, за пару дней управимся. Надо оставить аванс для Тиффани и поедем, что скажешь, Дин? Не против пожить тут ещё месяц? Это место уже почти как настоящий дом, да и привыкли вроде… Дин?       Сэм обернулся, встречаясь взглядом с братом.       — Да. Хорошо, Сэм. Как скажешь, — настороженно вымолвил он, всё ещё пытаясь разобраться в происходящем.       — Надень что-нибудь наверх. Или завтракать ты будешь нескоро! — Сэм фыркнул и снова принялся копаться в пакете.       Что бы это могло значить? Сэму неприятно видеть его без футболки? Что вообще может значить эта странная фраза? Дин озадаченно почесал в затылке, а затем поплёлся обратно в спальню — искать что-нибудь из одежды. В шкафу он обнаружил целую кучу аккуратных стопочек и собственные рубашки на перекладине, висящие на вешалках рядом с рубашками Сэма. В ящиках обнаружилось нижнее бельё, носки, майки. Затем старший Винчестер переключился на прикроватный столик и…       — Что это ещё за хуйня? — Дин с ужасом смотрел на содержимое ящика. Во всей красе ему предстала раскуроченная упаковка влажных салфеток «Интимный поцелуй». А также тюбик любриканта, в котором почти ничего не осталось. А рядом лежал точно такой же, совершенно новенький, ещё не открытый. А рядом, поражая воображение, лежало совершенно ужасающее розовое дилдо и прозрачный пакет с анальными шариками.       Дин с силой шарахнул ящичком, мечтая сделать себе трепанацию черепа или выколоть глаза. Только бы забыть и не видеть то, что он только что видел! Это точно какая-то ошибка! Это явно осталось от Тиффани, потому что абсолютно точно не может принадлежать братьям Винчестерам. Надо обязательно выкинуть всё это дерьмо в мусорный контейнер!       Внутри всё кипело от злости и непонимания. Дин развернулся, натянул на себя первую попавшуюся футболку, носки и решительно зашагал назад на кухню.       — Что за хуйня лежит в тумбочке в нашей спальне?!        «Нашей?» Твою мать!       Сэм, заботливо наливающий чай в большую кружку, обернулся. Его напряжённое выражение лица и милые бровки-домики охладили боевой пыл старшего Винчестера в ту же секунду.       — Странно, вчера ночью эта «хуйня» была очень к месту, и ты бесконечно просил ещё и ещё.       — Какого черта ты несёшь! — окончательно вспыхнул Дин. Абсурдность ситуации становилась просто невероятной. — Я не знаю, что здесь происходит, но обещаю, что выясню!       С этими словами Дин практически выбежал за дверь, наспех засунув ноги в ботинки. Обеспокоенной Сэм, уже нацепивший поварской фартук, остался в одиночестве соображать какого чёрта стряслось с его старшим братом. Ведь ночью он был так нежен с ним!       Погода была чудесной, светило яркое солнце, и всё вокруг казалось приторно-счастливым и беззаботным. Вот только Дину было не до беззаботности. Он шёл, вдыхая полной грудью чуть прохладный воздух, пытаясь собрать в голове хоть какой-то паззл. Но собираемая картинка была похожа скорее на бред сумасшедшего художника, чем на что-то осмысленное. Срочно нужна помощь хоть кого-то разумного! Дин достал телефон и набрал Бобби.       — Привет, Дин, что у тебя? — раздался в трубке чуть хрипловатый голос старого охотника.       — Бобби, тут у меня… у нас проблема. Короче, происходит что-то странное. С Сэмом… Или со мной… Не знаю как и сказать…       — Дин, что ты тянешь кота за яйца, давай к сути! Что у вас стряслось, парни? — голос в трубке явно занервничал.       — В общем, Сэм… он ведёт себя очень странно. Может, он одержим, или у него крышу снесло. Я не знаю. И я сегодня проснулся в незнакомом доме, а Сэм ведёт себя спокойно, будто так и должно быть. Ещё и целоваться лезет, как озабоченная тёлка, — Дин был готов провалиться сквозь землю от таких слов.       — Вы — идиоты! — неожиданно очень эмоционально отозвался Бобби. — Сначала я застукиваю вас, когда вы тискаетесь в моей гостиной. Потом я слушаю безумно увлекательную лекцию о том, что в этом нет ничего неправильного. И как только я немного смирился с вашими «отношениями», ты звонишь и говоришь такое?!       Дин открыл рот, но оттуда не вылетело ни звука. Не хватало ещё дар речи потерять. Блядь! Дин скинул вызов и ошарашенно поднял взгляд куда-то в небо. Тискаетесь в гостиной? Что за бред? Когда это он успел променять грудастых дамочек на родного брата?       Дин бродил по улицам до позднего вечера, пытаясь хоть в чём-то разобраться или отыскать хоть что-то подозрительное. Но ничего не выходило — мир казался беспечным, цветущим и точно таким же, как помнил его Дин. Не найдя всему разумного объяснения, он решил вернуться к Сэму, от которого уже накопилось приличное количество пропущенных звонков, понаблюдать за его поведением, а может, даже и поговорить, попытаться собрать хоть какую-то информацию об этом кошмарном сне.       Входная дверь оказалась не заперта. Дин переступил порог и окликнул брата. В ответ — тишина. Старший прислушался. В ванной шумела вода. Дин скинул ботинки и пошёл на звук. Дверь в ванную комнату была чуть приоткрыта. Он подошёл к двери и прислушался. Мерно шумел душ, но даже сквозь этот шум явно слышалось тяжёлое дыхание Сэма и приглушённые стоны. Дин нахмурился, но всё же сильнее приоткрыл дверь. Неожиданно желание провалиться сквозь землю вернулось. Сэм стоял под струями воды в душевой кабине, дверца в которую была широко распахнута, и размашисто дрочил стоящий колом член. Из его горла вырывались хриплые стоны и имя старшего брата. Протяжно и сладко. Дин отступил назад.       Твою мать! Лучше бы не возвращался в этот дурдом!       Сэм широко распахнул глаза, услышав посторонние звуки, и встретился затуманенным взглядом с ошарашенным взглядом брата.       — Дииин… — прохрипел он, немного замедлив темп. — Ну наконец-то… Присоединяйся, видишь, как я соскучился, — добавил он шёпотом, обводя тёмную головку большим пальцем.       Дин на секунду завис на ней. Головка была ярко-багровой, сочной, сочащейся. И это зрелище вызвало смущение, вытекающее в нездоровое возбуждение.       — Иди к чёрту, Сэм! — выкрикнул он, хлопнув дверью с такой силой, что посыпалась штукатурка.       — Но я так волновался о тебе… Чёрт, Дин… Я что-то сделал не так? — тихий голос брата из-за дверей затронул нечто в душе старшего Винчестера. И от этого стало больно и горько. Так было всегда, когда он отталкивал Сэма от себя. Их раздор всегда выбивал Дина из колеи. Но раньше Сэм никогда не смотрел на брата так… Откровенно? Призывно?       Дин плюхнулся на их огромную кровать в уютной спальне и устало зарылся пальцами в короткий ёжик волос. За окном стремительно темнело, и начал накрапывать мелкий дождик.       — Если это дурацкий сон, то неужели мне не могла привидеться, к примеру, Деми Мур, а не голый дрочащий брат? — горько усмехнулся Дин. Но что-то внутри него обрывалось… Он не хотел обидеть Сэма. Но в этом проклятом сне для Сэма такое поведение в порядке вещей. И единственный неадекватный и агрессивный — он сам. Но не может же он пойти и помогать дрочить собственному брату?! На такое Дин не подписывался!       Его рассуждения прервал громкий протяжный стон из ванной. Сэм кончил и, по всей видимости, очень бурно. Дин устало закрыл глаза, игнорируя собственное волнение по этому поводу. Спать он явно не собирался, но насыщенный событиями день дал о себе знать, и через пару минут он уже проваливался в беспокойный сон.       Будто сквозь туманную дымку Дин почувствовал, как кто-то большой и тёплый прижался к нему. Руки ласково обвили за талию, а шею пощекотало влажное дыхание.       — Я волновался… и соскучился по тебе очень… не знаю какого чёрта с тобой творится сегодня, — невесомый поцелуй в висок, — спокойной ночи, Дин.       Уже проваливаясь в более глубокий сон, Дин краем сознания подумал о том, что ещё никогда не засыпал так — словно в уютном коконе. Чувствовал себя любимым и защищённым. А над остальными проблемами можно подумать и завтра!       Ему показалось, что он проспал всего несколько минут, но открыв глаза, тут же захлопнул их, так как по ним ударил яркий утренний свет солнца. Несколько секунд Дин приходил в себя, стряхивая с сознания сонную негу, пока не ощутил странное движение где-то внизу. Дин вскинул голову и… вот блядь! Он был полностью обнажён, и по его полувозбуждённому члену жадно скользил язык Сэма. Дин дёрнулся, пытаясь увернуться, но Сэм с силой прижал его бёдра к матрасу своими огромными ручищами и, хитро взглянув на него, промурлыкал:       — Тише, тигр, я всё сделаю по высшему разряду, как ты любишь… — Сэм только что спародировал его самого. И, о чёрт! Из уст мелкого это прозвучало очень горячо! И когда только его ботаник успел стать таким искушённым?       — Сэм, лучше пусти! — угрожающе прошипел Дин, хотя в таком положении у него это получилось не очень убедительно.       Но Сэм словно не слышал его. Он лишь медленно облизнулся своим чуть раздвоенным на кончике языком, глядя прямо в глаза брата. Дин с ужасом и жадностью впитывал в себя эмоции нового Сэма, чувствуя, как они адреналином разливаются в крови. Наконец, Сэм что-то понял для себя и наделся влажным и горячим ртом на член Дина, прикрыв свои лисьи глаза. Дин неосознанно выгнулся в спине, ощущая, как его член против воли увеличивается в этом узком и сладком плену. Нега разливалась внизу живота, и он сам уже жаждал ласкающих рук на бедрах, которые так правильно оглаживали и сжимали его.       — Сэм, чёрт, не надо! — пытался противиться старший, хотя его тело просило ещё и ещё.       — Если это такая игра, Дин, то вызов принят! — выгнул бровь младший, на секунду отрываясь от своего занятия.       Теперь Сэм брал глубже, до самого основания, расслабляя горло и впуская уже полностью вставший член Дина. Он приподнял язык, прижимая член к нёбу, и сделал глотательное движение, тем самым дразня чувствительную головку. Дин сдался. Не выдержал. Головка так туго и правильно проезжалась по ребристому нёбу. Невыносимая мука… Старший Винчестер запрокинул голову назад, сгребая в охапку отросшую копну Сэмовых волос и, низко закричав, мощно выплеснулся тому в рот.       Это было похоже на атомный взрыв. И мозги Дина взорвались вместе с оргазмом. Потому что не может всё это происходить между братьями! Никогда!       Сэм выпустил ещё подрагивающий член изо рта, глотая сперму до капли, лучезарно улыбаясь и обнажая игривые ямочки.       Всё это время Дин пытался отрешиться от происходящего, представляя на месте Сэма абстрактную девушку, лишь бы не осознавать всей чудовищности ситуации.       — Где ты научился так сосать? — подозрительно сощурился Дин, задавая свой коронный вопрос, когда ему слишком хорошо делали минет. И тут же прикусил язык, Боже, ну не с Сэмом же обсуждать! Просто вырвалось, чёрт!       — Так ты же и научил, — как ни в чём не бывало признался Сэм. — Хватит прикидываться, что ничего не помнишь.       — Боже… меня сейчас стошнит… — Дин вырвался из объятий брата, из плена ярко-зелёных простыней и помчался в ванную комнату.       Но, как ни странно, его не вырвало. И, как назло, организм был тих и расслаблен. Даже немного голоден, если честно.       — Эй, Сэм! Сваргань там какой-нибудь хот-дог! — крикнул Дин в дверную щель, ощущая жгучий приступ стыда. Похоже, между ним и Сэмом тут явно происходило нечто большее, чем «просто братья», а он вёл себя как полная сволочь по отношению к человеку, который его любил.       И которого он любил тоже… Чёрт подери! Как всё запуталось!       Дин решил просто принять душ и почистить зубы — небось ответ на вопрос «что делать дальше?» придёт сам собой.       — Так значит мы типа пара? — через несколько минут посвежевший Дин уже развалился за обеденным столом. Сэм вылил из турки кофе в его чашку и кивнул:       — Мы всегда к этому шли. Просто никогда бы не подумал, что ты рано или поздно позволишь нам любить друг друга по-настоящему. Так, как мы всегда оба желали этого.        «Я этого не желал!!!» — хотелось заорать Дину во всё горло, но он лишь сжал челюсть и мрачно кивнул.       — Прости… Я слишком много болтаю, да? — Сэм виновато посмотрел на него, и внутри Дина всё перевернулось. — Ты сам сказал, что нам следует больше говорить о чувствах, не замыкая их в себе. Это всё ещё сложно для меня. Но я работаю над этим, правда.       — Сэмми… — с горечью сказал Дин и опустил голову. Кажется, эти и без того сложные отношения усложнились ещё больше. Единственное, что знал Дин, — что всё это не может больше продолжаться в таком духе! Надо найти того несчастного джинна и заставить вернуть всё как было! Чтобы они с Сэмом снова стали нормальными братьями! Разве джинн не должен выполнить три желания? Или это только в сказках?       Они молча поели домашние хот-доги и выпили кофе. Дин чувствовал неловкость, а Сэм из кожи вон лез, пытаясь соблазнить Дина. Ненавязчиво, незаметными уловками, которые никто другой, может быть, и не заметит. Но только не Дин.        «Случайно» расстегнувшиеся верхние пуговицы рубашки, непослушная прядь, которую тот медленно заправлял за ухо, низкое, глубокое дыхание… И будто случайно касался рукой, расставляя тарелки и протягивая салфетку.       Это не возбуждало Дина — это дико раздражало! Хотелось от всей души набить брату морду, чтобы перестал! Но старший Винчестер понимал, что младший ни в чём не виноват. С ними случилась беда — злобный джинн. И Дин обязательно это исправит… Ведь исправит же?       Дин чувствовал, как в помещении сгущается воздух, заряжаясь электричеством и напряжением. Это вело к чему-то, чего Дин боялся больше всего.       Когда посуда была вымыта, а со стола убрано, Сэм наконец не выдержал.       — Чем займёмся? — нервно спросил он, его грудь ходила ходуном от сбившегося дыхания. Дин почувствовал, что ему тоже не хватает воздуха.       — Я… не знаю… может… ты предлагал съездить поохотиться?       — Дин.       — Что?       — Хватит притворяться, что не хочешь. Я вижу, что ты хочешь. И… знаешь, — его щёки вдруг запылали, — я готов дать то, что тебе нужно. Сейчас.       — Что? — Дин уже всё понял. Но чудовищность предложения Сэма парализовала его.       — Трахни меня, Дин.       — О, боже! НЕТ! — кажется, струна оборвалась. — Я ни черта не понимаю из того, что тут творится! Меня поймал джинн на заброшенном складе и отправил сюда — в эту безумную реальность! Я знать не знаю кто ты такой и что нас связывает! Но я хочу назад моего младшего брата, о котором заботился и который предпочитал в постели всё же цыпочек! Ну, или ноутбук с порнушкой, на худой конец. А тут творится это чёрт-те что! Я сейчас же возвращаюсь на тот склад и ищу джинна.       — Но… Дин… Ты сейчас серьёзно? — казалось, Сэм был растерян и взволнован.       — Абсолютно!       — Дин, — Сэм тяжело вздохнул. Хотелось кричать от досады и непонимания. — Мы столько всего прошли ради этих отношений, ради этой любви обошли все запреты, все предрассудки. Чёрт, да если бы отец был жив, он бы нас прикончил за такое! Нам было так хорошо — до вчерашнего дня, по крайней мере, — а теперь ты что-то там решил для себя и тупо сваливаешь всё на джинна? Значит это он виноват?! В нашем счастье виноват он?! — от досады Сэм сжал кулаки.       Дин смягчился:       — Всё, что я рассказал, — это абсолютная правда. Просто помоги мне разыскать джинна, и мы вернём всё как было. Я обещаю тебе, брат, у нас всё наладится.       — Поцелуй.       — Сэм…       — Дин, пожалуйста… Просто один… последний… поцелуй, и поедем. Найдём твоего джинна.       — Нет, я не могу. И не проси.       — Пожалуйста.       — Нет!       — Дин…       — Я сказал — НЕТ!!!       Дин вскочил на ноги и направился к выходу.       — Собирайся, поехали. Или я еду один.       Когда Сэм подошёл к Импале, она уже довольно урчала, готовая сорваться с места в любой момент. Сэм сел в машину и взглянул на брата. Тот не обратил на него никакого внимания, а только вдавил педаль газа.       Ехали молча. У Дина в голове вертелась куча вопросов. И самый главный был, пожалуй, только один: почему именно это? Разве он когда-либо желал, чтобы родной брат делал ему минет по утрам? Почему джинн не закинул его в мир, где живы отец и мама, к примеру? Ну, или хотя бы в мир, полный пива и цыпочек, чтобы хватило и ему и Сэмми? Дин краем глаза видел, что Сэм периодически поглядывает на него, скользит взглядом, рассматривает каждую пусть и наизусть изученную чёрточку. Он знал, чего хотелось Сэму. Хотел отговорить, не пустить его, оставить всё как есть, не искать этого чёртового джинна. В этом мире Сэм был счастлив, обнимая и прижимая брата к своей груди каждую ночь. Дин успел понять наверняка. Здешнему Сэму всё происходящее казалось правильным и нужным. И это очень волновало Дина. Он просто хотел вернуть прежнего, вечно ворчащего и правильного младшего братишку.       Погрузившись в подобные мысли, с трудом следя за дорогой, Дин сам не заметил, как они доехали до злополучного склада. Внутри было сыро, холодно и противно. С потолка что-то капало, посылая звонкое эхо вокруг. Братья огляделись. Склад был абсолютно пуст. Только четыре стены и царящий полумрак. Ничего подозрительного видно не было. Даже странных коробок, которые помнил Дин, перед тем как мир погрузился во тьму.       — Дин, вот видишь, здесь ничего. Никакого джинна. Я же говорил тебе, — Сэм явно был рад отсутствию искомого монстра. — Так что, может, ты прекратишь выдумывать, и мы поедем домой, ну, или хотя бы на поиски того призрака в Индиане?       — Сэм, чёрт тебя дери! — выкрикнул Дин. — Этого не может быть. Он должен быть где-то. Пойми, всё, что происходит в последние два дня, — это его проделки. Пару дней назад ты был обычным занудливым братом, рылся в своём ноуте и ел на обед мерзкий салат. А сегодня утром ты взял у меня в рот! И считаешь, что это нормально! — от последних слов Дин непроизвольно залился краской, что было ему абсолютно несвойственно. Воспоминания о прошедшем утре всплыли в мозгу слишком яркой картинкой.       — Дин, — Сэм подошёл к нему практически вплотную и провёл кончиками длинных пальцев по напряжённой скуле. Тот отшатнулся и отступил на шаг от брата. — Я не понимаю, зачем ты всё это говоришь? Зачем отталкиваешь? У нас всё было так прекрасно. Мы были счастливы. Слышишь меня, по-настоящему счастливы. Счастливы впервые за много лет. Мы обошли и плюнули на все запреты, позволили друг другу… любить. Но не просто как братья, а ближе, как мы хотели, помнишь? — Сэм тяжело вздохнул и облизнул пересохшие губы. — Я не знаю, зачем теперь — после того что между нами было, — ты выдумываешь эту историю про джинна и нереальный мир. Всё вокруг реально. Сейчас мы вместе, и это лучшее, о чём только можно мечтать!       Сэм снова шагнул навстречу Дину и шёпотом добавил почти в самые губы:       — Даже если ты прав и это проделки джинна, то знай, ты сам хотел этой реальности!       Дин взглянул на губы брата, которые впервые были так близко к его собственным губам.       — Ты сошёл с ума, Сэмми, — прошептал он, уже устав бороться и доказывать что-либо, и вновь отступил на шаг. — Я не мог хотеть трахать тебя. Это противоестественно.       — Ошибаешься! Ты и сам знаешь, что джинн исполняет желания своей жертвы.       Может ли такое быть? Дин не знал. Его до чёртиков пугала эта реальность. Но он не мог понять, чем именно. Потому что Сэм постоянно пытается залезть к нему в штаны? Или потому, что это развращает всё мировоззрение старшего Винчестера со всеми его нерушимыми устоями и идеалами? Кто, чёрт возьми, виноват во всём происходящем?       Сэм теснил брата к стене. Пространство вокруг ожило и начало покрываться неестественной рябью. Но Дин едва ли замечал это.       — Сэм, не подходи ко мне, — грозил он, продолжая отступать к грязной стене, исписанной граффити. — Клянусь, я разукрашу тебя так, что мать родная не узнает.       — Наша мама умерла, — странным тоном отозвался младший, чем ещё больше напугал Дина. — Но если хочешь… она тоже будет присутствовать. Ты ведь хочешь? Просто останься, Дин. Тебе понравится. И мама вернется, и отец. Мы заживём очень счастливо, Дин, — убеждал незнакомец в теле его брата.       — Кто ты, мать твою, такой? Ты не мой брат! — это было последнее, что успел произнести Дин, перед тем как его рот накрыли требовательные губы. Язык по-хозяйски попытался раздвинуть мягкие диновы половинки, но тот сжал зубы, не отвечая.       Оттолкнуть и врезать. Но отчего-то не было сил. Руки и ноги стали ватными, как и искажённое пространство зловещего склада.       Тогда Сэм ласково положил тёплую ладонь на мягкий пах Дина. И слегка сжал. Дин вскрикнул от неожиданности, вырываясь. И Сэм, воспользовавшись этим нечестным приёмом, проник в желанный рот. Даже застонал от удовольствия, тем самым запуская мурашки по спине старшего. Странный коктейль из неловкости и отвращения.       Но не успел Дин прикусить Сэму язык, как что-то изменилось. Его секунду назад свободные руки оказались прочно зафиксированы на потолке. А голова раскалывалась от адской боли. Дин с трудом разлепил глаза, осознавая, что его обессиленное и исхудавшее тело оказалось на этом самом складе вовсе не десять минут назад. А уже очень и очень давно.       Мир приобрёл очертания и запахи. Что-то пыльное и протухшее. Но уже настоящее.       — Сэм… — из последних сил прохрипел Дин пересохшими губами.       — Дин, о Господи, ты очнулся! Я так перепугался, Дин! — тёплые ладони легли на щёки и приподняли голову. Дин наконец сфокусировал зрение на паре внимательных и обеспокоенных глаз.       — Ты сосёшься как девчонка, — защитная реакция, не более, но обратить в шутку надо было срочно. Пока им обоим не стало не до шуток…       — Что ты несёшь?       — Если ещё раз поцелуешь, я тебя убью, понял?       — Кажется, этот джинн здорово прочистил тебе мозги. Ты всё ещё в бреду! — Дин ощутил, что его руки наконец-то были освобождены. Запястья затекли, и страшно хотелось пить.       Теперь Сэм освобождал брата из плена, и старший потихоньку начал понимать…       — Бля-а-а… Сэмми, это ты? В смысле, настоящий ты?       — Да, я. Ты попал в плен к джинну, Дин. Я чуть с ума не сошёл, пока искал тебя. Не смей больше уезжать без прикрытия, понял? Так, иди сюда. Обопрись о плечо. Вот так. Пошли. Медленно, Дин… Осторожнее!       Сэм вёл слабое тело, практически тащил на себе. И Винчестер благодарил Бога, что всё закончилось. Что на самом деле он не сошёл с ума. Всё, что случилось, — просто сон, навеянный злым существом, чтобы одурачить его. Выпить из него всю кровь и жизненные силы… Таковы уж эти монстры!       — Где он? — последнее, что успел спросить Дин, рухнув на заднее сидение Импалы.       — Мёртв, — мрачно отозвался Сэм и решительно захлопнул дверцу. Дин сполз на сидении и уронил голову. Всё кончено.       Сэм сел на водительское сидение и завёл мотор. Детка заурчала, успокаивая нервы и убаюкивая Дина.       — Поспи. Ты потерял много крови.       — Угу, — уже отрубаясь, в сгущавшуюся вокруг темноту.       Дин приоткрыл глаза, выпадая из объятий Морфея. Он почувствовал, как ему осторожно помогают выйти из Импалы, обнимают уверенно и надёжно за плечо и ведут в мотельный номер. Дин медленно повернул кажущуюся невероятно тяжелой голову и взглянул на своего помощника.       — Сэмми, — тихо и неуверенно.       — Тише, Дин. Это я, я. Пойдём, я уложу тебя в кровать. Тебе нужно хорошо выспаться и прийти в себя.       Дин тихо выдохнул и сильнее опёрся на предложенную сильную руку. Почему-то стало невероятно спокойно и тепло на душе. Появилась какая-то нерушимая уверенность, что теперь всё будет хорошо.       Он проспал практически сутки. Ему снились десятки джиннов, сотни охотников и одни губы… тёплые, мягкие, родные, нежные. Они ласкали, манили, успокаивали и даже дразнили. И порой казалось, что совсем не хочется просыпаться.       Пробуждение пришло незаметно. Дин разлепил тяжёлые веки и огляделся. Мотельный номер был пуст и безлик. Судя по ленивому пейзажу за окном, было раннее утро. Голова не болела, и состояние было, на удивление, вполне сносным. Дин сел на кровати и потянулся, пытаясь хоть немного размять затёкшие суставы.       — Хей, приятель! Ты проснулся! — раздался бодрый голос Сэма. — Как ты?       Дин резко обернулся. Сэм стоял возле входа, держа в руках пару стаканчиков ароматного кофе и пакетик с не менее ароматной свежей выпечкой.       — Ужасно голоден, — прохрипел Дин, чуть улыбнувшись.       — Отлично! Я как раз принёс завтрак! — Сэм, широко улыбаясь, подошёл к сидящему брату и с энтузиазмом протянул тому стакан с кофе.       Дин взялся за стаканчик и случайно коснулся тёплых пальцев Сэма. По телу прошёл электрический разряд как минимум вольт на 500. Дин резко отдёрнул руку, чуть не пролив горячий кофе себе на колени.       — Осторожно, горячий! — мягко улыбнулся Сэм. — Обжёгся?       — Ага… обжёгся… немного, — процедил Дин, переводя дыхание.       Сэм сделал большой глоток и присел на соседнюю кровать, вытягивая длинные ноги.       — Слушай, всё хотел спросить, — прищурился он. — Куда этот джинн тебя отправил? Что ты видел по ту сторону?       Что ж, вполне ожидаемый вопрос от младшего. Ожидаемый, но почему ж к лицу тогда резко прилила кровь, и сердце сорвалось в галоп?       — Я видел мирную жизнь, Сэмми. Мама и отец живы. У нас большой дом, собака, белый забор и прочие штуки примерных семьянинов, — врать, конечно же, врать.       — Неудивительно, — пожал плечами Сэм. — Джинны умеют исполнять желания своих жертв. Даже самые сокровенные и тайные. О которых порой мы и сами, наверное, не задумываемся.       — Уверен? — Дин поставил почти нетронутый кофе на прикроватную тумбу.       — В чём? — Сэм вопросительно глянул на брата, тоже отставляя стаканчик.       — Насчёт тайных желаний? Может он, напротив, всё извращает? — Дин скорее не спрашивал, а убеждал себя в этом.       — Абсолютно уверен, — Сэм задумчиво почесал бровь. — Мы с Бобби всё проверили. Джинн создает идеальный мир для жертвы, вынуждая её тем самым остаться там навсегда наслаждаться той реальностью, а он тем временем преспокойно поглощает замечтавшегося беднягу.       Сэм встал и в два шага преодолел расстояние от кровати до ванной комнаты.       — А почему ты спрашиваешь? — младший обернулся на пороге уборной. — Разве это не твоя мечта — живые родители?       — Конечно, моя. Просто так, проверяю твою подготовку, ботаник! — подмигнул Дин.       — Тоже мне, учитель нашёлся! — хмыкнул Сэм, закрывая за собой дверь.       — Знал бы ты, Сэмми, чему ещё я тебя там научил, — нервно усмехнулся старший, уставившись на потёртое дерево двери. За ней глухо зашумел кран, потекла вода.       Дин опустил потяжелевшую голову и теперь разглядывал свои руки. Какого чёрта происходит с ним? Сэм и Бобби ошибаются. Либо на Дина напал какой-то неправильный джинн. Потому что никогда, ни за какие сокровища Дин бы не лёг в кровать со своим младшим братишкой. Да это просто смешно — желать такое! Ведь он никогда не думал о Сэме… гмм… в таком ключе! Мелкий, своевольный, амбициозный, верный, надёжный, импульсивный — всё это можно было сказать о Сэме. Но… сексуальный? Привлекательный?       Пожалуй, если взглянуть с объективной точки зрения, то Сэм хорош собой. Своей нестандартной мужской красотой. У него широкие плечи и мощная грудная клетка с развитыми мышцами. Да и вообще, мелкий давно качается, следит за собой. Его волосы, хотя и в постоянном беспорядке, — они красивые, блестящие, густые. Лисий прищур, если он злится, или глаза бездомного щенка, если он волнуется или подмазывается к Дину. Это всё — его Сэмми. И Дин чертовски любит его, несмотря ни на что. Пусть этот проклятый джинн и наложил свою синюю лапу на его мозги, но серое вещество он ведь не переплавил, верно?       НЕТ!       А значит Дин будет продолжать жить как раньше: охотиться на нечисть, помогать людям и присматривать за братом. Вот и всё. Конец истории. И поскорее выкинуть из головы все эти страшные игрушки для взрослых, что притаились в шкафчике, в уютной спальне с розовыми занавесками. И уж тем более не думать о том последнем происшествии!       Старший Винчестер страстно желал испытывать по этому поводу отвращение или хотя бы подобие этого чувства. Но внутренний голос молчал, и сердце билось спокойно. Внутри было пусто… и немного грустно. Ведь он на секунду поверил, что у них с братом может быть нормальная жизнь. Свой дом (пусть и арендованный), уютное постельное белье, которое не пахнет мотельной хлоркой, и удобная кухонька, где можно печь пироги и просто сидеть утром за чашечкой кофе…       Дин тяжело вздохнул и поднялся. Надо просто двигаться дальше, найти новое дело…       — Эй, ты чего там застрял?! — раздражённо буркнул Дин, окончательно отгоняя видения, — Давай живее, мне отлить надо!       Сэм очень быстро уступил Дину ванную. Проходя мимо, он кинул через плечо:       — Как думаешь, ты достаточно пришёл в себя для нового дела? — Сэм, кажется, умеет читать мысли. — Или возьмём небольшой тайм аут?       Дин не привык жалеть себя. Да и не собирался валяться вечность на кровати, как томная девица.       — Глянь, что там нового стряслось!       И захлопнул за собой дверь.       Но дела для них не находилось. А Дин злился. Он лежал ночью в своей кровати — жёсткой, промятой в середине, безликой.        «Надо было валить в бар и склеить там девочку», — подсказывал раздражённый внутренний голос. — «Какого хрена остался тут вместе с Сэмом? Этот зануда уже свернулся в калачик и отрубился, там, на своей кровати».       Так незаметно пролетело несколько дней. Дин постепенно начинал приходить в себя. Да, он немного больше обычного пил по вечерам в баре, но это же ничего не значит, верно? А ночами лежал практически без сна, непроизвольно слушая мерное сопение на соседней кровати.       Но вот везение! В один из вечеров в бар заглянула, наконец, именно та девочка, на которую у cтаршего Винчестера моментально упал взгляд. «Ну наконец- то, хоть что-то стоящее», — мелькнуло в затуманенной после выпитого виски голове Дина. И вот он – фирменный взгляд, несколько нужных слов, пара девчачьих коктейлей, и готово — она уже выходит с ним из заведения и ведёт его к себе домой.       Всё как обычно. Страстные поцелуи, маленькие женские ручонки на затылке, постепенно скользящие ниже и царапающие спину, летящая прочь одежда… И вот Дин уже лежит на широкой кровати голый, возбуждённый, а девчонка старательно выцеловывает узоры на его широкой груди, спускается ниже, ласкает живот. Дин чуть тянет её за волосы и хищно улыбается. Мягкие девичьи губы умело опускаются на налитой член. Дин закидывает голову назад, на подушку, и прикрывает глаза. «Умелая девочка», — мелькает в голове. Но вот её губы чуть расслабляются, и она заглатывает член до самого основания, расслабляя горло и впуская. И Дин вспыхивает. О нет! Чёрт! Это ощущение. Почему в голове моментально всё взрывается от воспоминаний? Джинн. Другой мир. Сэм. Сэм рядом. Сэм внизу. Сэм делает ему минет. Твою мать!       Дин зажмурился, буквально сдернул девчонку со своего члена и, резко притянув её к себе, опрокинул на спину. Закинул её стройные ножки себе на плечи и просто начал трахать. Трахать, наверное, грубее, чем следовало бы, но по-другому он сейчас не был способен. Да и девка вроде не против. Даже, кажется, подмахивает. И пошло стонет. Срочно необходима разрядка — бурная и яркая, чтобы быстрее отогнать все ненужные мысли. Дурацкие мысли. Ненужные мысли. Абсурдные мысли. Мысли о брате. Сэм.       Дин вернулся домой под утро. На улице уже было почти светло и по-утреннему прохладно. Он аккуратно открыл дверь, зашёл в мотельный номер. Внутри было душно и пахло приторным лимонным мылом. Дин скинул ботинки и куртку и пошёл прямиком в ванную. Почему-то дико хотелось в душ, смыть с себя всю прошедшую ночь, пропитанную ароматом дешёвого женского парфюма.       — Ты где был? — чуть хриплый после сна голос Сэма остановил Дина на пороге в уборную.       Дин обернулся, тут же словив на себе внимательный взгляд зелёно-карих глаз.       — Цыпочку трахал, — честно и без эмоций кинул Дин.       — Нужно срочно найти дело, иначе ты тут полгорода осеменишь, — сонно констатировал Сэм.       — Придурок! — хмыкнул Дин, закрывая за собой дверь. И только уже за дверью как-то тяжело выдохнул.       И Сэм не обманул. Уже к полудню работа, наконец, была найдена. В другое время Дин бы поворчал, что придётся тащиться аж через два штата, но не на этот раз. Он схватился за новое дело как за спасательный плот, способный вернуть его в привычную среду.       — Мэнсфилд, штат Огайо. За неделю погибло шесть человек, задушены, — внимательно зачитывал Сэм, когда они уже ехали по пустынной дороге из города. — Причём все трупы найдены в своих запертых квартирах и в радиусе всего пары километров.       — Между жертвами есть какая-либо связь, кроме территориальной близости? — Дин приподнял бровь, честно сосредоточившись на работе, при этом успевая внимательно следить за дорогой.       — А как же! — кивнул Сэм. — Все работали в крупном издательстве одной местной газеты. Более того, все жертвы около года назад работали над скандальной статьёй о маньяке-убийце Ричарде Томпсоне, который якобы насиловал и убивал студенток колледжа. Они собрали множество фактов и свидетельств, что в итоге помогло полиции в его поимке.       — А теперь, наверное, его призрак мстит им за разоблачение, — уверенно предположил Дин, разминая начинающую затекать шею.       — Не угадал, — покачал головой Сэм. — Насколько я знаю, этот Ричард жив и доживает свой век за решёткой.       — Это уже хуже, но тем интереснее, правда, Сэмми? — Дин повернулся к брату и криво улыбнулся.       — Интересней не придумаешь, Дин, — вздохнул он, невольно улыбнувшись в ответ, и перевёл взгляд на бесконечное серое полотно дороги.