Sweetest

День съёмок. Джехван рад своим декорациям, но все еще негодует по поводу пиджачка на голое тело и различные ошейники. Стеклянный угол с цветами ему подходит как нельзя кстати, впрочем, он доволен им, в отличии от Хонбина и Хёка. Один должен мерзнуть в воде, а другой как-то разбираться с лестницей. - Что мне тут делать? Рави-хён, ну скажи, это же была твоя идея. - Макнэ явно дуется на недостаток декора в его декорациях. По одному щенячьему взгляду видно как он обижен. Но рэпер в этот момент совсем не озабочен проблемой младшего, он больше поглощен тем, как Лео изящно красуется между десятками тоненьких золотых цепочек. Они струятся по белому пиджаку, задевая кожу, и так идеально сочетаются с его новым цветом волос. Воншик перестает понимать в какой момент они просто стоят и смотрят друг другу в глаза, долго, испытывающе. Но в итоге Тэгун ехидно улыбается и уходит, а сердце Рави пропускает пару ударов, и он чувствует, что это определенно будет тяжелая съемка не только для тех, кто озадачен своими ролями в декорациях. Тяжелой съемка показалось и Хакену. Основной его задачей, как лидера, было обеспечение качественного выполнения своих обязанностей его подопечными. Тэгуна начали снимать одним из первых, но тот никак не мог войти в образ и всем своим видом вместо заявленной томной сексуальности излучал тихую агрессию. Наконец съемочная группа, так и не добившись желаемого, и, решив вернуться к Тэгуну позже, махнула на него рукой и отправилась снимать следующего участника группы. Менеджер, отведя Хакена в сторону чуть ли не за ухо, как нашкодившего котенка, потребовал сделать что-нибудь с их принцессой-несмеяной, который вроде бы уже и перестал быть таковой, но вот все же периодически впадал в состояние «не подходи - убью», что никак не способствовало качественной съемке. Эн, впрочем, не пошел прямиком к Тэгуну, так как после всего произошедшего прямой разговор с ним мог только усугубить его воинственный настрой, а отправился искать Воншика. Он точно знал, что, а точнее кто сейчас нужен Лео, чтоб тот точно передал нужный образ в клипе. Но Тэгуна и след простыл, а с ним куда-то подевался и Воншик. Потратив не одну минуту, проверив все открытые и не очень двери, Эн пытается найти хотя бы одного из одногруппников, про себя отчаянно рыча и сжимая кулаки, как слышит грохот на три лестничных пролета. - Блять, - выдыхает Хакен и движется к источнику шума. Он приоткрывает дверь и слышит лишь мелодично-матерное рявкание Лео, который видимо нехило припечатал рэпера к стенке. - Да что ты вообще можешь знать о моих мыслях, а тем более о том, что я чувствую! - Мэйкапу Тэгуна пиздец, - Думает лидер, видя, как Тэгун хоть и сдерживается до последнего, но все-таки шмыгает носом, что явно предвестник последующих слез, и не решается подавать виду, что он явился свидетелем довольно личной сцены. Его замечает Рави, и весь его вид говорит лишь о том, чтобы он ушел, что "Спасибо, было классно, но дальше я сам". Хакен что-то сам себе кивает, надеясь, что эти двое разберутся между собой в ближайший час, он умывает руки и возвращается в съемочный павильон, где как раз Хек, несмотря на его причитания, довольно неплохо справляется со своей частью. Воншик, прижатый к стене злым Лео, который вспыхнул как спичка уже после его ничего толком не значащей оброненной фразы о том, что для хороших съемок ему надо отпустить все свои мысли и расслабиться, вздыхает, и понимает что разговор, который назревал уже очень давно, состоится именно сейчас. - Хватит убегать от проблемы и создавать драмы Тэгун, мы уже все всем доказали, включая нас самих, - Рави отодвигается и пытается смотреть в глаза, но Лео упорно отводит взгляд. – Мы совершили слишком много ошибок, и я виноват перед тобой, и я не боюсь это сейчас признать. И я говорю это даже в большей степени не потому что нам сейчас нужно хорошо отработать, и не потому что я хороший донсен, а потому что.. – тут он замялся, чуть не ляпнув «потому что люблю тебя», но не смог этого сказать. Замявшись на секунду, он продолжил, – Потому что для меня важно то, как ты относишься ко мне. Сейчас для меня важнее всего знать, простишь ли ты меня за все плохое, чему я был причиной, и что причинило тебе боль? Тэгун, все время пока слушал эту проникновенную речь, почти не дышал, он ожидал совсем не таких слов, которые сейчас проникали все глубже в него, наполняя своим смыслом. Он, наконец, отважился поднять взгляд на Воншика, и увидев в его глазах такую нежность, все же не удержался и сморгнул набежавшие слезы. Еще тише, чем обычно, он только и смог произнести, - Да.. И ты меня тоже прости. Руки Лео опустились вдоль тела, уже не прижимая Воншика к стене, он склонил голову вперед и уткнулся лбом в его лоб. С минуту они так простояли, каждый не решаясь сделать или сказать что-нибудь еще. А потом Тэгун, просто сделал шаг вперед, и прижался всем телом. Рук он по-прежнему не поднимал, но склонив голову провел кончиком носа по шее Воншика, вдыхая аромат парфюма, по которому он так успел соскучиться. Рэпер почувствовал как жар, разгоревшийся во всем теле, охвативший его от такого близкого присутствия давно желанного человека, устремился прямо в низ живота, и неловко переминувшись с ноги на ногу, он все таки спросил, - Это же означает что мы снова вместе, да? Тэгун, подняв на него глаза, только молча кивнул, а потом добавил, - А более подробно мы обсудим это вечером, когда все лягут спать. И резко развернувшись, почти убежал в направлении съемочной площадки. Рави медленно отправился за ним, сжимая руки в кулаки, чтоб унять внезапно накатившую дрожь возбуждения. И вдруг, осознав, что только что случилось, он широко и счастливо улыбнулся сам себе. До конца дня оставалось не так много времени для съемок, приближалась ночь. И хотя парни выкладывались по полной, к двум часам после полуночи было решено перенести на следующий день неотснятые партии Хакена и Воншика в декорациях, которые уже успели собрать в съемочном павильоне. - Так, парни, сегодня я ночую с вами, - приговор менеджера, который довез одногруппников к общежитию, и вышел вместе с ними в холод зимней ночи, намереваясь двинуться в тепло жилья, обжалованию не подлежал. Тэгун и Воншик переглянулись. За все то время после их разговора, они не общались больше, поглощенные работой. Но судя по всему у обоих, соскучившихся друг по другу, планы на остаток этой ночи были весьма схожи. И только что менеджер эти планы обломал. Прошло не более часа с момента возвращения группы в общагу, но все уже разбрелись по комнатам с целью хорошенько отдохнуть после тяжелого дня. Из комнаты менеджера доносился заливистый храп. Санхек нагло ввалившись в комнату где спал Воншик заявил что сегодня будет спать с ним, ибо доставучий Хакен решил обсудить на ночь глядя прошедший день, а он не намерен выслушивать все словоизлияния, а хочет качественно выспаться, после чего рухнул на кровать Лео, который как раз последним был в душе, и практически мгновенно заснул. Тэгун, войдя в комнату спустя десять минут, молчаливо окинул взглядом дрыхнущее тело на своей кровати, а затем перевел взгляд на Воншика, сидевшего на своей кровати с ноутбуком, и, кивнув ему в сторону двери, вышел обратно в коридор. Свет во всей квартире был уже выключен, и коридор, лишенный подсветки ноутбука, был освещен лишь ночными огнями из окна гостиной. Как только Воншик вышел за дверь, щурясь и пытаясь привыкнуть к отсуствию освещения, он почувствовал, что прохладная рука Тэгуна легла ему на шею, привлекая к себе. Он сделал еще шаг вперед, ногой толкнув дверь за собой, закрывая ее. Тэгун был так близко, и они не могли сделать ни одного лишнего движения, не нашумев и не разбудив остальных. Лео практически по кошачьи потерся всем телом о Воншика и вполголоса предложил, - Может прогуляемся? - Далеко? - в голосе прозвучало недоумение. - Не очень, - Воншик скорее почувствовал, чем увидел или услышал, как Лео улыбается, и это чувство заполнило его какой-то дурацкой трепетной теплотой. - Вариантов у нас мало, а точнее - всего один - ванная. Стараясь ступать тихо, они на цыпочках пробрались до нужной комнаты, и заперли за собой дверь. Джехван проснулся среди ночи, до конца не осознавая, что же именно его разбудило. Покосившись в сторону Хакена, сладко спавшего на соседней кровати, разбросавшего в стороны руки и ноги, Кен попытался нащупать на полу домашние тапки. Тапки не нашлись с первого раза, и парень решил, махнув на них рукой, прошествовать до кухни босиком, чтобы попить водички. Практически беззвучно выйдя из комнаты, он двинулся по коридору к кухне, уже почти прошел мимо ванной комнаты, как услышал оттуда полузадушенный всхлип, в котором его тонкий слух отчетливо распознал голос Лео. - Наверное, ему плохо, - Джехван уже потянулся к дверной ручке, но тут, вместе с еще одним таким же, только более протяжным тихим всхлипом услышал басовитый стон Воншика. Так невовремя проснувшийся, он сразу отдернул руку, как будто боялся обжечься, потому что в этот момент в его сонной голове происходил активный мыслительный процесс, итоги которого заключались в том, что эти звуки можно издавать только во время секса. - О, ну не могут же они… - Недоверчиво зашептал сам себе Джехван, резко передумавший пить, и тем же путем, каким пришел, начав пятиться обратно. – Друг с другом? Нет, может, мне все это снится. Вернувшись в комнату, он даже не задумался о том, что будить Хакена именно сейчас может быть плохой идеей, ибо лидер не выспится, и на следующий день будет плохо не только ему, но и всей группе. - Хакен хен, ты можешь на минуточку проснуться? - громко зашептал Джехван старшему другу прямо в ухо. Тот недовольно сморщил во сне лоб, но просыпаться пока не собирался. - Ну Хакен-а, ну пожалки, это пиздец, - Кен не унимался и скулил над ухом. Эн на самом деле уже проснулся, и только делал вид, что спит, надеясь, что Джехван оставит его, наконец, в покое до утра. Но тот не оставлял своих попыток докопаться до истины. Он уже вовсю залезал на цветастое одеяло, под которым лидера прижимало к мягкой поверхности от тяжести чужого тела. Это окончательно вывело Хакена из себя. Он, в конце концов, тоже человек, тоже хочет спать, но в то же время, как и нормальный парень определенной ориентации, когда на нем елозит пахом, пусть и через одеяло, симпатичный одногруппник, крайне привлекательный жопец которого постоянно маячит перед глазами, все-таки заинтересовался ночным визитом. Эн открыл один глаз, посмотрел на назойливую муху в лице младшего и невразумительно простонал, изображая муки. - Да да, именно так сейчас стонет Лео! Наши одногрупники они.. - Не успел Кен договорить, как его валят рядом с собой и утаскивают под мягкий плен цветастой воздушной ткани. - Заткнись и спи, эти два барана наконец-то помирились, я не дам тебе все испортить, - Хакен бормотал хриплым заспавшимся голосом Кену куда-то в затылок, от чего у младшего вдоль позвоночника пробежала толпа мурашек. - Пиздец. Все геи, - Уже без запала, скорее даже сонно сказал Кен, внезапно ощутив, что он сам ведь совершенно не против лежать в объятиях уютного теплого лидера. - Может даже я? - Это была его последняя связная мысль перед тем, как погрузиться в сон. В этом сне Джехван скакал на розовом пони среди сахарных облаков. Скакал вместе с тем, кто его обнимал до самого утра.