Уличная магия 1: Бал

Иллюзионист. Иначе: «вводящий в заблуждение». Шокирующий, изумляющий и пугающий публику. Так уж сложилось, что я никогда не пользовался запугиванием. Не хочу и никогда не хотел видеть в глазах зрителей страх. Я веду свою, особенную игру. Соединяю в цельное полотно малейшие частицы доверия зрителя. В наше время по-настоящему тяжело сломить барьеры разума. Сколько сидящих в зале людей способны поверить в чудо? Один из ста - это уже удивительно. Мы, жители мегаполисов, погрязли в пучине серости и жестоких реалий, забыли про то, что нас окружает таинственное, интересное, невероятное и прекрасное. Я творю чудо. Вызываю улыбки. Слышу смех и растворяюсь в нем. Меня называют Призраком - такой уж сценический образ. Так получилось совершенно случайно. Я уснул в одной комнате с непрошибаемым придурком, и Киба посчитал весьма забавным приклеить мне на лицо салфетку. Чуть не придушил его тогда, но позднее поблагодарил за идею. Итак, сейчас я стою у входа в «Каллапсо» - самый крупный концертный зал в городе. Обычно сюда приглашают самых известных, самых лощеных глянцевых звезд. Для меня это честь. Жаль, что такое приятное событие омрачит встреча с этим паучьим выродком. Надеюсь, он хотя бы на первую встречу явится без своей змеюки. Как ни странно, пожелание оказывается осуществлено. Учиха Саске своей несравненной чем-то недовольной персоной восседает на одном из шикарных кожаных кресел, закинув ногу на ногу и возюкая пальцем по краю стола. Выглядит он представительно, но небрежно, как всегда одним видом сообщая: «вы недостойны». Я, наоборот, надел всё самое лучшее: дорогущие брюки и белоснежную рубашку, сшитую на заказ. Мои туфли начищены до зеркального блеска, а волосы в кои-то веки приведены в порядок. Такое кощунство по отношению к организатору мероприятия бесит в первую очередь. Отчаянно хочется засунуть в чью-то бледную задницу красивую бежево-мраморную вазу, одиноко стоящую в углу, из которой торчат искусственные коричневые ветки. Сомнительное украшение, но не об этом речь. В этой вазе можно спрятать голубей, или платок, или... - Опаздываешь, - едко комментирует Саске. Честно говоря, на его мнение мне как-то фиолетово, но промолчать я не могу. В этом мы похожи. - На часах ноль-ноль, слепня, - громко хмыкнув, падаю в соседнее кресло. О, какое мягкое! О да! О боже! - Ну и прикид. Ты бы еще губы накрасил, раз такой гламурный. - Как-то испокон веков повелось на важные встречи одеваться представительно. Ты, видимо, ледниковый период пережил, раз с этими правилами не знаком, - демонстративно осматриваю его подростковую толстовку с какими-то фиолетовыми уродцами. - Неандерталец? Учиха пытается сверлить глазами жалкого ничтожного меня, но сейчас ничто не может поколебать мою уверенность в себе. - Не считаю эту встречу важной. Особенно с тобой. Тварь. Подловил же, гадюка. Продолжаю ухмыляться. Ну кто додумался оставить двух непримиримых иллюзионистов вдвоем в одной комнате на столь долгое время? Целая минута прошла! Еще немного, и тут начнется что-то ужасное. - А говорить ты научился. Все-таки решил воспользоваться моим советом и повысить уровень харизмы? - Клоун, - ответил Саске, вытаскивая из большого кармана колоду карт. На самом деле кто-кто, а на клоуна он похож куда больше, особенно в этой толстовке. - Покажи мне что-нибудь особенное, и я решу, достоин ли ты выйти со мной на сцену. - Это уже решено, придурок. - Я могу отказаться. Чтобы не позориться. Так. Тихо. Я начинаю закипать. Как можно быть настолько мерзким?! Саске мешает колоду, перекручивая ее в руках, подбрасывая карты в воздух, подснимая. И в результате разворачивает веером. Манипуляции идеальные: быстрые, резкие, отточенные, профессиональные. Высочайший уровень. Он гениальный кардист. Шулер хренов. - Покажешь что-нибудь новенькое? - стараюсь выглядеть уверенно. Против такого умения мне не пойти. Зато я могу кое-что другое. Незаметно нащупываю в кармане картонку, захваченную специально для такого случая. Саске выполняет сложнейший вольт. Потрясающе. Протягиваю руку, клянча карты. Перекидывает колоду на мою ладонь. Как же без показушничества? Внимательно рассматриваю. Черные рубашки с красно-белым веером и змеиным силуэтом. Наверняка делал на заказ. Карты мягкие, не лакированные. Я выполняю простейший карточный трюк, вытаскиваю одну карту и рву у него на глазах. Удивлен и ошарашен. Ха-ха, шикарное выражение лица, дайте мне фотоаппарат! - Ты что творишь, придурок?! Встаю и, увернувшись от кулака, достаю настоящую карту у него из-за пазухи. Такой великий Магистр, а попался на детскую уловку. Саске негодует и ухмыляется. Съел, урод? - Это твой лучший фокус? - Всего лишь иллюзия, дорогуша, - снова падаю в свое кресло, кладу колоду на стол и быстрым скольжением возвращаю хозяину. Каждая карта на одинаковом расстоянии друг от друга. Учиха таким же быстрым движением собирает дорогущие картонки. Вот так и проходят наши редкие встречи. За иллюзорными баталиями мы можем проводить всё свободное время. И горе тому, кто в такую секунду встрянет между нами. Это только наша забава, которая доставляет удовольствие и одновременно до одурения злит обоих. Прилипающие монетки, исчезающие булавки, левитирующие ручки и вездесущие карты - наши вечные спутники. Мы бы и дальше продолжили издеваться друг над другом, иногда перекидываясь едкими оскорбительными фразочками, если бы не явился директор «Каллапсо» и по совместительству организатор мероприятия. Из глаз Учихи исчезает лихорадочный блеск, лицо становится еще более недовольным, чем раньше. - Добрый вечер, господа! - весело улыбается представительный седоволосый мужчина в пиджаке. Хатаке Какаши, собственно, директор. Легендарный опоздун. - Угу, - Саске продолжает вертеть свою колоду одной рукой. Я же ограничиваюсь заигрыванием с чудо-ручкой, которая так удачно оказалась на столе. Мы еще долго не сможем успокоиться после такого. Возбуждение. Иногда кажется, что мы совершенствуемся только ради того, чтобы схлестнуться друг с другом снова. - Добрый, Какаши-сан. - Итак, я хочу, чтобы вы совместно выступили на нашей сцене. Десять процентов прибыли уйдут рабочему персоналу, остальные девяносто разделим на три части. Любой реквизит в вашем распоряжении. Насчет фонового оформления поговорите с Сакурой Харуно. Музыка, свет и все остальное должно быть проработано со мной. Вот бумаги для вашего спокойствия. Хатаке кидает на стол листы формата А4. Хочется сделать с ними что-нибудь эдакое, шикарное, чтобы Саске стыдливо залез под стол. Эх, мечты-мечты. Учиха долго изучает бумаги, дотошно перечитывает все примечания. И подписывает. Я не так придирчив, мне достаточно того, что этот мудак подписал. Он не стал бы подписывать подозрительный документ. И как так получается, что я, практически не общаясь с человеком, знаю такие вещи? Мы хорошо изучили друг друга, просто наблюдая за фокусами. Блин, да это все равно, что заниматься сексом. Готов поклясться, что он грубый, резкий, властный, изящный и хитрый. Что он не будет стонать в голос, не желая показаться слабым. Он тихий, но мощный, как первый подземный толчок в девять баллов… О господи, о чем я думаю?! Осознав, в каком русле обитают мои мысли, краснею. Саске надменно приподнимает бровь, директор показательно зевает. - У нас впереди месяц упорной работы. Жду вас во вторник, сегодня обязательно осмотрите сцену. Подскакиваю чересчур поспешно. Буквально бегу к выходу, но потом вспоминаю, что держу в руках дорогую ручку. Возвращаюсь, отдаю и снова убегаю. Саске как назло идет следом. Наверное, интересно наблюдать за таким нервным мной. - Что тебя так напугало, Узумаки? Мы вроде не брачный контракт подписали. Всё жалкое имущество останется с тобой. Урод! Сволочь! Убью гада! Не давайте в руки оружие, я его порежу, не сдержусь! Не желая разворачивать боевые действия, молча сворачиваю по лестнице вниз. Нам надо в концертный зал. Насколько я помню, вход на втором этаже. - Язык проглотил? Я бы спросил: «чем занят твой рот, что ты не можешь ответить?», но звучит как-то... - Тебе обязательно столько болтать? Словесный понос прошиб? Иди в туалет сходи, унитаз с удовольствием выслушает твою дристню! - Какие мы злые. Не ты ли у нас «белый придворный маг»? Слишком уж нервный для доброго волшеб... Резко разворачиваюсь и сверлю его взглядом. Мы одинакового роста: сантиметр в сантиметр. Да и комплекции похожей. Только души, рожи и мозги у нас разные. Так сказать в противоположные стороны повернутые. - Просто заткнись. Учиха закатывает глаза и проходит мимо. Он должен идти впереди, что ли? Тоже продолжаю путь, неосознанно стараясь его обогнать. До входа в концертный зал долетаем почти бегом. В дверях врезаемся друг в друга, пихаемся, силясь пролезть в проход. Вообще тут двойная дверь, но сейчас открыта только одна. Вот так мы и добираемся до зала. Ну как добираемся: спутанным клубком пролезаем в дверь, стремительно, как струя через мочеиспускательный канал. И растягиваемся на полу. Два Магистра, тоже мне. Розововолосая девушка, сидящая прямо на сцене, разглядывает нас с нескрываемым ужасом. А потом начинает громко ржать, прихрюкивая от усердия. Я снова краснею, но, заметив на рубашке грязное пятно, мгновенно забываю о смущении. И вспоминаю о желании убить одного иллюзиониста-смертника. - Ты!.. - хватаю первый попавшийся атрибут - стойку для микрофона - и угрожающе размахивая ей, начинаю бегать за Учихой. Он, впервые чувствуя от меня настоящую опасность, предусмотрительно и очень ловко увиливает от расправы, как глист, проскальзывая между кресел. В результате я решаюсь использовать последний шанс и на манер копья запуливаю стойку прямо ему в спину. Уворачивается и хватает какой-то шнур, мирно лежащий на полу. Вот теперь не до смеха, ведь я не так проворен! А вот его импровизированный «хлыст» очень даже. Девушка-оформитель просто в шоке. Вряд ли она когда-нибудь видела настоящую битву мастеров своего дела в прямом смысле этого слова. Такой фигней мы страдаем еще не меньше десяти минут. В результате появляются настоящие боевые отметины. Я пытаюсь достать его, он пытается достать меня, а победа за Сакурой. Ей надоедает наблюдать, и она раздает тумаков обоим. - Да что же вы за артисты такие! - возмущается девушка, с интересом разглядывая темного властелина и бросая на меня презрительные взгляды. - Мужики, а ума ноль! - Да кое-кому он и не нужен, - фыркает Учиха. - И так неплохо живет без мозгов. - Это ты о себе? О, сочувствую. Думаю, за этот месяц мы еще многое выскажем друг другу. Ах да, забыл сказать, что пытаться нас расцепить - бесполезно. - Решили, что вы хотите видеть на сцене? - Свет. - Тьму. Кто бы сомневался. Придется нам как-то это... - Стоп. Предлагаю разделить сцену на две части, - девушка обводит ее рукой. Поверхность сцены деревянная, а все вокруг глянцевое, светится и переливается от бликов. - Сделаем две платформы с каждой стороны, с небольшим подиумом в зал. - Ряды двигаются? - Саске проводит рукой по бархатной светлой ткани, которой обтянуты стулья. - Конечно. Короче, у вас у каждого будет свое пространство. Для начала... Саске, объясните, что вы хотите видеть. Кто бы сомневался, что она выберет его. Уже влюбилась, наверное. Ну уж нет, если уж на то пошло, я отобью у него всех фанаток. - Обращайся на «ты». Подойдет лес или замок. Все жуткое, в холодных тонах. Минимум подсветки, всё внимание должно быть приковано ко мне. Зеленоглазая злюка записывает пожелания и поворачивается в мою сторону. - Больше белого и серого. Я должен быть ярким и хорошо видимым на достаточно блеклом, но жизнерадостном фоне. Обожаю оранжевый. Можете добавить его, только не очень много. Записав сказанное, девушка садится на стул и начинает делать наброски, иногда бросая взгляд на сцену. Я пытаюсь оттереть ужасное пятно на любимой рубашке, а Саске снова перебирает свои карты. Очень скоро нам демонстрируют эскиз оформления. Девчонка знает свое дело - мне очень нравится. Как бы между делом я пытаюсь пригласить ее в кафе. Но тут меня ждет разочарование. Когда рядом этот укротитель чешуйчатых презервативов, всегда так происходит. И что девки в нем находят? Он же урод! По цвету еще не вышел из стадии сперматозоида, глаза эти его как у срущей совы, волосы - черная солома, торчащая непонятным ежиком, глядя на руки хочется бежать без оглядки! Черты лица правильные и аккуратные, но всё остальное-то? Примерно так было и на той злополучной вечеринке, когда мы познакомились. Все классные девчонки липли к нему как мухи к говну. Тогда-то я и решил привлечь внимание простеньким фокусом. Он и тут умудрился отличиться, достал свою вездесущую колоду! И пошло поехало... Это просто снежный ком какой-то. Только ком, летящий с горы, в результате все равно куда-нибудь врежется. А наша гора бесконечна. Может быть, это просто закольцованная петля, по которой катается здоровый ледяной шар. Постоянно возникает ощущение дежавю. Вот и сейчас всё входит в первую стадию цикла. Нет, ну чем я ей не угодил? Я же симпатичный. Ну, так Киба говорил. Нда, нашел кому верить… Итак, похоже, на сегодня все. Пора сваливать, и поскорее, иначе я точно познакомлю чье-то магическое табло со стеной. - Завтра я устрою вам встречу со световиками и техниками. Пожалуйста, продумайте детали за ночь, чтобы не было задержек. Ах да, завтра в двенадцать вы должны прийти на фотосессию для плакатов, - Сакура выдает нам по визитке. Фотограф - какой-то таинственный Хьюга Неджи. О нет, мы же должны быть вместе на этих треклятых плакатах! - А можно без Узумаки, боюсь, когда люди его увидят - побоятся прийти, - тут же озвучил свое мнение засранец. Та-а-ак. Как там... Я маленькое беленькое облачко? Хотя нет, я чудо-дерево. С мелкими-мелкими красивыми листьями. Я расту в центре леса, вокруг меня гарцуют единороги. Над моей кроной раскинулась радуга. В моем мире добро, свет и бабочки. Отбросить желание убивать. Почему я так сильно хочу брелок из его кишок? Нет, лучше из глаз. - Ты можешь хоть пару секунд не плеваться ядом, а? Достал, тайпан хренов. - Откуда ты знаешь о тайпанах? - о, мгновенная смена настроения. Да этот псих помешан на змеях! Я их терпеть не могу, просто однажды задался вопросом, что за шипящий шнурок он вечно таскает на шее. И полез искать информацию о ядовитых змеях. Тайпан - самая ядовитая змея в мире. Я просто полюбопытствовал. А он, оказывается, носится с обычным относительно безопасным удавом. - Интернет тебе в помощь, - хихикаю. Ну, тупица, получи гранату. - Или у вас, неандертальцев, искать информацию в интернете это богохульство? Оскорбление высших природных сил? - Ты искал информацию о моей змее? Вот, черт. Ну, бли-и-и-ин, ну как так. Он снова на коне. Ухмыляется, как будто выбросил на стол роял-флэш. - Ничего я... - Ведешь себя как давняя фанатка. Я чего-то о тебе не знаю, мистер придворный маг? - Иди к черту, болван! - Так, ну-ка заткнулись! - Сакура замахивается на меня планшетом. Эй, я что, один базар развожу?! А Учиха всё ухмыляется. Надоело. Встаю и быстро иду к выходу. - Пока-пока, Сакура-чан. Не хочется оставлять их вдвоем, но я больше не могу. Мне срочно надо в лес, к единорогам и радужным какашкам. Пожалуйста, всё, что угодно: какашки, лужи крови, грязь. Но только не рожа Учихи.