Константа

Заметь, как в глазах меркнет мир.

      21.05.2014 года.       23:14 — Вам будут заданы вопросы, по четыре каждому. Отказ от ответа будет стоить заложнице номер три жизни, — все тот же низкий, неприятный голос, нарушил тишину. Раздался негромкий треск и возня. — Галина Николавна, пожалуйста, сделайте то, что они попросят. Иначе меня убьют, — попросила Амелина, то и дело всхлипывая. — На мне пояс. — Ее-то за что? Эй вы, отморозки, отпустите девушку! Вопросы к нам, зачем вам лишние жертвы?! — Тихонов задергался, попытался привстать на стуле, но наручники помешали банально встать на ноги. — Хватит истерить, время дорого. Ваня, понимая бесполезность своих воплей, замер и замолчал, но продолжал смотреть на стеклянную стену. Ему, разумеется, не хотелось, чтобы навредили Оксане, и уж тем более не хотелось, чтобы сработало взрывное устройство. Оно продолжало мигать красной лампочкой, вызывая неприятный холод вдоль позвоночника. — Итак, товарищ полковник, начнем с вас. На размышления всего десять секунд, — голос неизвестного, измененный «голосовой маской», неожиданно дрогнул. — Вопрос первый. На вашем счету, Галина, загубленная человеческая жизнь. Операция прошла неудачно, помните, одна из первых? Расскажите, как все было. Находящиеся в совещательной затаили дыхание. Оксана в общей суматохе куда-то исчезла, телефон ее не отвечал. Все оказалось просто и страшно — преступники решили использовать Амелину как живой щит, чтобы прикрыться в случае отступления и заставить двух сотрудников ФЭС делать то, что нужно им. — Ничего не получается! Эх, Ванька бы в два счета… — кусая губы, нервничал Холодов. Он, с Тихоновского ноутбука пытался взломать или хотя бы засбоить канал, по которому террористы-злоумышленники передавали информацию. — Ну зачем? Зачем они это делают? — Валя, не сдержав эмоций, отвернулась. Она прекрасно знала, на какие «болевые точки» преступники могут нажать и боялась ответов. — Тише, пожалуйста, — Султанов мягко попросил тишины, и все уставились на экраны. Картинка из заминированной допросной была черно-белой, четкой и пугающей. Рогозина сидела, опершись лбом о сцепленные пальцы, программист безотрывно смотрел перед собой, устав пялиться в зеркальную стену. — У каждого врача есть свое кладбище. У кого-то побольше, у кого-то поменьше. На моем — десятки имен, потому что врач, увы, не всесилен. Что вы хотите знать? Что борьба за жизнь той пациентки длилась несколько часов? Что не хватило крови для переливания и ее сдавал мой ассистент? Что? — на мгновение показалось, что Галина вот-вот сорвется. Но голос, зазвеневший было металлом, снова стал негромким, а тон — сдержанным. — Зачтено. Иван, ваша очередь. Вы употребляли наркотики? — Я? Нет, никогда, — завозмущался Тихонов, в глубине души понимая — что ложь его видна, начертана чуть ли не красными буквами на лбу. Футболка на спине взмокла от напряжения, пальцы сильнее сжали край столешницы. — Сформулирую иначе. Вы употребляли наркотики вместе со своей сестрой, Ларисой? И вы же помогли ей умереть, сделали «золотой укол». Рассказывайте, если дорога жизнь вашей красотки, — неизвестный усмехнулся и в эфире повисла тишина. Галина, с ужасом глядя на подчиненного, думала, что хуже дня в ее жизни не случалось давно. И отчаянно жалко было Ваню, поникшего и как-то постаревшего разом. Ужасно непривычно, дико, было видеть на его лице, с огромными, по-детски распахнутыми глазами, резче проступившие морщины, темные круги на тонкой, словно пергаментной кожей. Помертвевший взгляд пугал. Но когда Тихонов заговорил, стало еще хуже.       07.05.2014 года.       16:35 Двойные двери морга распахнулись и в помещение вбежала референт Яна. Из прически выбились пряди, узкий черный галстук сбился в сторону, в левой руке девушка сжимала телефон. — Извините, что отвлекла, но… Галина Николаевна, задержанный Брегов повесился в камере, его Котов успел снять! — Я сейчас подойду, — Рогозина отпустила секретаршу и буквально накинулась на Ивана. — Вань, ну кто? Кто? Антонова, с аптечкой в руках, выбежала следом за Волковой, что-то на ходу у нее спрашивая. — Котов, Дунаева и лаборантка, из новых… Вера, кажется. — Вот как. Материалы никому не показывай, даже Оксане с Андреем. Пока. Все, Вань, давай в лабораторию. Поговорим позже, — Рогозина, казалось, даже не удивилась прозвучавшим фамилиям. Отправив хакера обратно в лабораторию, полковник намеревалась разобраться с задержанным и поговорить с Костей, но совсем не на тему таблеток.