Тень её крыльев

Память – чайка с пробитым крылом, что заходится криком, Безуспешно пытаясь угнаться за радостным прошлым. И война, с её зверообразным, ощеренным ликом, Наслаждается зрелищем, равно жестоким и пошлым. Прежде ты, мастерица рассказывать страшные сказки, Посвящала сраженьям немало своих выступлений; Но болота Морфала вмиг сделались тихи и вязки, Затянув голый остов твоих и чужих преступлений. Помнишь, Ульвар, герой с волчьим именем, с волчьей судьбою, На потеху сестрицам и брату гонял остроухих? И за подвиги прозван был Ульвар-храбрец Свинобоем, Ведь эльфийское свиньи ему – как навозные мухи! Он ту’умом однажды разрушил эльфийскую башню, А потом и вторую, вот только, устроив засаду, Возле третьей враги его ждали, и Ульвар бесстрашный, Очень многих сразив, путь в Совнгард получил как награду… Но тебе не вернуться домой, не вбежать по ступенькам На резное крыльцо, не обнять хлопотливую маму, Не снимать с молока для сестрицы противную пенку… Что ты, плачешь? Так плачь не таясь: помни – нет в этом срама. Пусть твой разум – трясина, а волю сковало бессильем, И в глазах – пустота, за зубами – язык святотатца, Рвётся к небу драконья душа, и в тени её крыльев Очень трудно не вспомнить, как биться и как улыбаться.