Попробуй еще раз

      Утром Гарри разбудил Блейза пораньше – для разговора.       - Доброе утро, Блейз, – громко позвал Гарри, входя в комнату.       - Доброе, – послышался из-под одеяла сорванный голос.       - Вставай, я принес тебе зелья. Нужно поговорить, а для этого я должен хотя бы видеть тебя, – Гарри потянул за одеяло, стягивая его с лежащего.       Блейз сел и устроился на кровати, облокотившись на подушки. Он оглянулся вокруг и удивился. Гарри разместил его в огромной комнате как дорогого гостя, а не в какой-нибудь каморке, как слугу. Гарри подал ему фиал, и Блейз беспрекословно его выпил. Горло запершило, и боль в сорванных связках прошла.       - Спасибо, – поблагодарил Блейз и вернул флакончик, – и за зелья, и за то, что нашел в себе силы простить меня.       - Пустяки, – отмахнулся Гарри, – я и не сердился на тебя, просто было бы обидно терять столько лет дружбы. Как ты себя чувствуешь?       - Как это ни странно, но ничего не болит.       - Хорошо, – сказал Гарри, – Блейз, я должен тебе кое-что рассказать. Вернее, ты должен знать правила, по которым мы теперь будем жить. Во-первых, у меня есть партнер, с которым мы в скором времени заключим помолвку.       - Дай угадаю – это наш декан? – Блейз улыбался.       - Это так очевидно? – спросил Гарри.       - Не для всех, но после того случая в его комнатах я немного наблюдал за вами…       - Ты прав. И я хотел бы, чтобы для остальных это оставалось тайной. Кроме тебя, знают только Малфои. Во-вторых, ты не должен рассказывать обо мне никому. Мало кто знает о моем положении и настоящей фамилии, и я не спешу это афишировать. У меня много тайн и постепенно ты узнаешь многие из них. И в-третьих, ни о чем не переживай, ты не будешь ни в чем нуждаться. Я открою счет на твое имя, ты можешь без стеснения им пользоваться, но при одном условии – ты не должен брать деньги от родных. С этого момента ты будешь находиться полностью под моей опекой. Я знаю о финансовых трудностях вашей семьи, Блейз, поэтому, будь добр, не отказывайся. Ну, в общем-то, и все. Ах, да, и ничему не удивляйся.       Они все втроем переместились камином в личные комнаты декана и отправились на завтрак. Блейз, умница, без подсказки попросил прощения у Снейпа за свое поведение и клятвенно заверил, что с этого дня он не посмотрит на Гарри иначе, чем на своего сюзерена. Северус принял извинения, и они пожали друг другу руки.       Во время завтрака Гарри все время поглядывал на двери, он ждал, когда в зал войдут Уизли. В том, что это кто-то из их семейства напал на него и напоил подчиняющим зельем, Гарри не сомневался. И вот в дверях замаячили рыжие макушки. Близнецы и Рон уселись за стол и начали завтракать.       - Блейз, – обратился он к брюнету, – если будет нужно, станешь моим секундантом. Драко, я потом тебе все объясню, хорошо?       - Хорошо, Гарри, – ответил Драко, удивленный тем, что Блейз абсолютно подчиняется Гарри.       Поттер вышел на середину зала и встал спиной к ученическим столам. Разговоры постепенно стихали, и все взгляды устремились на него. Директор с приторной улыбочкой поправил очки и спросил:       - Ты что-то хотел, мой мальчик?       - Да, мне нужна пара минут, чтобы сказать кое-что всем учащимся, – Поттера передернуло от обращения директора.       Стало абсолютно тихо. Никто не ожидал, что вечно тихий и смирный Гарри Поттер потребует слово.       - Говори, раз тебе нужно, – позволил директор, ухмыляясь себе в бороду и посверкивая очками.       - Недавно на меня было совершено нападение в стенах школы, – начал Гарри свою речь, поворачиваясь к ученикам, и директор поперхнулся, – должен сказать, что нападавший не дал мне возможности защититься, напав со спины. Я предлагаю этому человеку встать и принять мой вызов на дуэль.       Все начали переглядываться, пытаясь понять, о ком говорит Гарри.       - Что, слизень, тебе надавали тумаков и ты решил пожаловаться? – послышался голос Рона.       - Нет, Уизли, на меня напали со спины, как шакалы. А я предлагаю честную дуэль, лицом к лицу.       Гарри немного подождал, но никто не вышел, только гриффиндорский стол мерзко комментировал ситуацию и хихикал над ним.       - Если этот трус не хочет отвечать самостоятельно, то я помогу ему набраться храбрости. Тот, кто напал на меня и побоялся ответить на вызов, будет наказан по-другому.       Все замерли, не зная чего ждать от тихони Поттера. Даже учителя ощутимо напряглись.       - Я буду ждать сегодня до обеда, – сказал Гарри и вернулся за свой стол.       Гарри, вернувшись на место, подхватил сумку. Блейз и Драко поспешили за ним. Они заперлись в первом же пустующем классе и запечатали заклинанием дверь.       - Гарри, что ты творишь? Ты понимаешь, чем рискуешь? – накинулся на друга Драко.       - Не кричи, я отдаю полный отчет своим действиям. Ты просто не все знаешь.       - Тогда расскажи мне, но сначала объясни, с каких это пор ты так близко начал общаться с Блейзом? Без обид, Забини.       - Это все звенья одной цепи. Если ты помолчишь, то я расскажу.       Драко сделал вид, что замыкает губы на ключ и выбрасывает его.       - Надеюсь, это поможет, – посмеялся Гарри.       Блейз молча устроился на стуле, предоставив Гарри самому все рассказать.       - Скажи, Драко, что случится с магом, если он будет знать, что на него напали «предатели крови» и простит им это? Молчи, – махнул он на него рукой, – я сам отвечу. «Предатели крови», как носители заразы – если против нее не принимать меры, она перейдет на тебя. Сегодня я позволил им с минимальными потерями выйти из положения, но, зная Уизелов, не думаю, что им хватит ума и чести воспользоваться моей добротой. Поэтому сегодня за обедом будет исполнена вторая часть «Марлезонского балета». Не буду рассказывать тебе наперед, но поверь на слово – это стоит ожидания. Теперь по поводу Блейза. Ты же в курсе его настойчивых и не всегда законных ухаживаний за мной. Чтобы ему не прилетело наказание, он принял вассалитет, и мы между собой решили все наши проблемы. Все, можешь спрашивать.       - Гарри, а он в курсе, кто ты на самом деле? – спросил Драко.       - Блейз знает не все, но то, что я Певерелл, точно.       - Блейз, – позвал его Драко, – как же тебя угораздило?       - Лучше вассалитет у Гарри, чем откат от Магии, – ответил Блейз и улыбнулся. После вчерашнего Блейз чувствовал, что с его плеч спал тяжкий груз. Он почему-то ни секунды не сомневался в Гарри, и ощущал себя не слугой, а, скорее, подопечным.       Как чистокровные, они не нуждались в долгих пояснениях. Люциус хорошо вымуштровал Драко, он знал и законы, и наказание, следующее за нарушением этих законов. То, что пережил Блейз, не было тайной для Малфоя. Но раз сам Забини не против такого положения дел, то кто такой Драко, чтобы вмешиваться?       - Давайте поторопимся, у нас урок у Маккошки. Опоздаем, и уже наш декан с нас шкурки поснимает за баллы, – засобирался Драко.       И ребята поторопились на урок. До обеда время пролетело незаметно, только Гарри постоянно ловил на себе взгляды, когда заинтересованные, а когда и откровенно враждебные. Заинтересованные были в основном от представителей чистокровных семей, которые прекрасно понимали, чем грозит отказ от дуэли. А враждебные, в основном от львят, от рыжих-рыжих львят. Рон бросал злобные реплики на каждый шаг и вздох Гарри и не поинтересовался – хотя бы у той же Гермионы – чего ему ждать. На обед Гарри с друзьями пришли в числе первых. Гарри, конечно, не очень ждал, что к нему кто-нибудь подойдет принять вызов, но надежда умирает последней.       - Никто не явился, – сказал Поттер, оглядываясь в поисках рыжего семейства, – что ж, не хотели по-хорошему, будет по-плохому.       Он достал палочку. Сделав пасс, будто накидывает петлю, он шепнул заклинание. Эффект проявился незамедлительно, дико завизжавшего младшего Уизли невидимой силой стащило со скамьи и, как бы он ни цеплялся за все выступающие поверхности, как бы ни пытались удерживать его за руки и за ноги гриффиндорцы, потащило по полу. По пути с него слетела почти вся одежда, остались только брюки и стоптанные башмаки, и на шее образовался рабский ошейник, поводок от которого прилетел Гарри в руки. Все произошло так быстро, что ни Дамблдор, ни МакГонагалл не успели отреагировать. Несколько секунд, и Рон стоит на коленях у ног своего хозяина.       - Мистер Поттер, потрудитесь объяснить, что здесь происходит? – громыхнул директор на весь зал.       - Вы уверены, что это нужно делать перед всеми? – спросил Снейп, наклонившись к уху директора. – Может лучше пройти к вам в кабинет?       - Да, Северус, ты, как всегда, прав. Бери Гарри и Рональда, а я пока пойду вызывать его родителей.       Северус подошел к Гарри и, подхватив его за локоть, молча повел к Дамблдору. Рон, как собачка на поводке, потрусил следом. В кабинете директора их уже ждали Молли и Артур. Гарри устроился рядом с Северусом на маленьком диванчике, а Рон уселся на пол у их ног.       - Ронни, сынок, – кинулась к нему Молли, – что они с тобой сделали? Вставай, иди к маме.       Артур с трудом удерживал разъяренную жену, чтобы она не бросилась с кулаками на двоих абсолютно спокойных слизеринцев.       Рон сидел на полу в ногах ненавистного Поттера и ничего не мог сделать, чтобы хоть как-то изменить ситуацию. У него было такое ощущение, что он заперт сам в себе. Его тело послушно следовало за хозяином, занимало положенное для раба место у его ног, а внутри Рон умирал от негодования. Ему претило прогибаться под Поттера, но воли к сопротивлению, да хотя бы к управлению собственным телом, не было. Это была настоящая тюрьма, а его глаза были окнами из этой тюрьмы.       - Миссис Уизли, успокойтесь, – рявкнул Северус, – ваши вопли не смогут освободить вашего недоумка, а меня из себя вывести – вполне. Ты же не хочешь видеть меня в гневе, правда, Молли?       Она икнула и молча села рядом с мужем. Артур вообще молчал, как только он заметил разгорающееся темное пламя гнева в глазах зельевара, то сразу тихо сел в уголке. Он и так всегда побаивался Снейпа, а уж видеть его разозленным не имел ни малейшего желания. Дамблдор понимал, что ему придется самому разбираться с этими проблемами. Кто же мог подумать, что попытка подчинить Поттера обернется таким неприятным образом.       - Гарри, мой мальчик, – начал Дамблдор елейным голоском.       - Господин директор, мы не в борделе, а я не ваш. Будьте так любезны обращаться ко мне, как положено, – перебил его Поттер, его просто коробило директорское «мой мальчик» до зубовного скрежета.       - Ч-что? – опешил Дамблдор, но быстро взяв себя в руки, начал заново. – Мистер Поттер, как вы объясните то, что вы сделали с Роном Уизли?       - Я с ним ничего не сделал. Сегодня на завтраке я предложил тому, кто на меня напал, дуэль. Вы сами мне давали слово. Никто не отозвался, поэтому на обеде я произнес одно очень простое заклинание, которое решает судьбу труса. Если бы Рон принял утром мой вызов – ничего этого бы не было, а так…       - Какое именно заклинание? – спросил Артур.       - «Quaero et poena»*, – ответил Гарри с невинной улыбочкой. Он прекрасно знал, что против этого заклинания бессилен любой маг. Это не проклятие и не чары, которые при желании можно разрушить. Это приговор от Магии.       Дамблдор схватился за голову – этот мелкий засранец сделал так, что даже он бессилен. Сделать ничего было нельзя, теперь нужно как-то втолковать это Молли. А эта женщина слышит только то, что хочет.       - И что же ты теперь намерен делать? – спросил директор, глядя на поганца с затаенной злобой.       - Я – ничего. Только от самого Рона зависит, как долго он будет ходить в рабском ошейнике. Стоит ему осознать и исправить сделанное, он тут же будет свободен, – как малым детям, втолковывал Гарри.       - Ронни, сынок, извинись перед мистером Поттером и все наладится, – запричитала Молли.       - Я вам поражаюсь, – вступил Северус, – ваш «Ронни» проломил голову Поттеру и напоил его не самым светлым зельем, а вы думаете, что он просто должен попросить прощения?       Северус ненавидел глупость, жадность и лицемерие. В Молли Уизли все эти качества наличествовали, поэтому Снейпу было сложно просто находиться с ней рядом, а уж терпеть ее недалекие идеи было вообще выше его сил.       - Какое зелье? Про это и речи не было, и вообще, это еще доказать нужно. Мой сыночек, конечно, не ангел и мог ударить, но напоить человека зельем…       - Ох, да замолчи ты! Поттер, прикажите своему рабу рассказать и покончим на этом. Времени нет совсем, а мне еще вашего питомца где-то устраивать нужно, – Северус из последних сил держал себя в руках.       - Рон, – начал Гарри, выстраивая вопрос так, чтобы нельзя было подкопаться, – расскажи про нападение на меня.       - Я следил за вами, хозяин, и в безлюдном коридоре подбежал сзади и ударил битой для квиддича по голове. Когда вы упали, я напоил вас каким-то зельем, – Рон изо всех сил пытался молчать, но приказ хозяина не давал ему никакой свободы действий.       - Рон, а где ты взял зелье? – спросил Гарри, наблюдая за резко побледневшим директором.       - Я не помню, – ответил Рон, внутренне радуясь этому факту.       Дамблдор выдохнул, все-таки не зря он подстраховался и подтер воспоминания. Уизли помнил приказ, но не знал, кто его отдал. Конечно, со временем придется все это исправлять, но хотя бы не сейчас.       - Северус, забирай мальчиков и идите, устраивайтесь, а я здесь как-нибудь сам, – заворковал директор, в душе радуясь отсрочке неизбежного.       Северус и Гарри отправились в подземелья, Рон шел следом, в душе, конечно, сопротивляясь, но безуспешно. Они быстро добрались до двери в покои Северуса, и Гарри приказал Рону ждать перед дверью. Заводить этого придурка в личное пространство не было желания ни у одного, ни у другого.       - Гарри, – сразу начал разговор Северус, – тебе что, скучно живется? Зачем тебе эта тягомотина?       - Сев, – Гарри подошел к креслу, на котором успел расположиться Снейп, и сел на подлокотник, – ты же понимаешь, что не наказать я не мог, от дуэли он отказался, а это был самый простой вариант из возможных. Не переживай, я все улажу, ты только комнату мне выдели. Хорошо?       - Куда ж я денусь, – вздохнул Северус, прижимая к себе Гарри, – ты из меня веревки вьешь.       - Ну хоть кто-то же должен, ты, вон, чуть миссис Уизли не сожрал сегодня. Я у тебя для равновесия, – улыбался Гарри.       - А ты у меня? – заглянул в зеленющие глаза Северус.       - У тебя, не отделаешься теперь. Вот выделишь комнату, я размещу Рона и приду к тебе спать. Не выгонишь?       - Не выгоню. Давай поторопимся, рядом с моими комнатами есть пустующие. Там две комнаты, одна из которых соединяется с моей кладовой ингредиентов. Первую отдашь Уизли, а через вторую будешь приходить ко мне. Спать рядом с ним я тебе не позволю.       Северус вызвал домовиков и быстро раздал указания. Через полчаса все было готово. Гарри вышел из комнат Снейпа и застал Рона точно в том месте, где и оставил. Он стоял, слегка дрожа – все-таки в коридорах подземелья всегда прохладно – но ни единым жестом не выдал своего недовольства. Гарри провел его в выделенную комнату и усадил на стул. Комната была небольшая, но теплая, а главное, в ней было все необходимое. Кровать, рабочий стол, шкаф для вещей и небольшой камин. Расторопные домовики уже перенесли все вещи Рона вместе с сундуком.       - Слушай внимательно и запоминай. В комнате должен быть постоянный порядок, никаких разбросанных вещей, перьев, пергаментов и учебников. Ты должен выглядеть опрятно и чисто, – Гарри хорошо помнил, какой свиньей может быть Рон, поэтому правила устанавливал сразу, – твои уроки должны быть сделаны вовремя и качественно. Я не позволю тебе меня позорить. Я запрещаю тебе общаться с кем бы то ни было с твоего факультета. С завтрашнего дня ты будешь посещать занятия вместе со мной. Тебе не разрешено отходить от меня в школе далее, чем на пять метров. Только в этой комнате ты можешь оставаться один. Говорить будешь лишь, когда к тебе обращаются учителя или ученики со Слизерина. Ты все запомнил или тебе записать?       - Я запомнил, хозяин.       - И еще, ты должен понять свои ошибки. Понять не умом, а сердцем. Ты сразу увидишь, если ты на правильном пути. Как только твой ошейник начнет истончаться, значит, ты все делаешь правильно, если же наоборот, то он будет становиться толще и менять структуру. Как только твой ошейник станет металлическим, то все – ты раб на всю жизнь. И поверь мне, после этого никто не сможет тебе помочь и освободить, а я сделаю твою жизнь адом. Сейчас переодевайся, мы идем на ужин.       - Хозяин, – голос Рона дрожал, – можно, я сегодня не буду ужинать?       - Нет, нельзя. Нечего оттягивать неизбежное.