Попробуй еще раз

Рон, сидя в своей комнате, нервничал в ожидании Хозяина. Он мучительно подбирал слова, которые могли бы объяснить его переживания. Пытался сформулировать свою просьбу и боялся ответной реакции Поттера. Он хотел уговорить своего Хозяина оставить его у себя насовсем. Возвращаться в свою семью – к родителям – не было никакого желания, да и назад в гриффиндорскую башню он не хотел. Была б его воля, он бы навечно остался рабом Поттера, но Рон прекрасно помнил, что его хозяин грозил страшными карами, если он не сможет избавиться от ошейника. Как поступить, что делать? Гарри тихо вошел в комнату, которую занимал Рон, и поразился тому горю, что было написано на лице Уизли. Хоть Гарри и помнил боль от предательства того, кого он считал самым близким другом, почти братом, но теперь, узнав о зельях, что регулярно спаивали Рону, и Обливейтах, изнасиловавших его память, проникся к рыжику жалостью. Он ведь оказался просто пешкой, которой меняли сознание, не заботясь о последствиях. Рон поднял голову и заметил Поттера, стоящего в дверях и задумчиво на него смотревшего. Он соскользнул на пол и, обняв колени Хозяина, разрыдался. Вперемешку со всхлипами он рассказывал обо всем, что его мучило, обо всех страхах, о своей неуверенности в завтрашнем дне, о том, что Поттер самый лучший хозяин, который только может быть, и Рон хотел бы остаться с ним навсегда. Гарри, не ожидавший такого, сначала опешил, а потом просто опустил руку на рыжие вихры, давая ощущение нужности несчастному Рону. Уизли быстро успокоился, поняв, что Хозяин не станет наказывать и прогонять от себя. Он вытер глаза и посмотрел на Гарри. - Ну что ты так распереживался, Ронни? – Гарри сел на стул, позволив Рону устроиться у его ног, обняв за колени. - Хозяин, мой ошейник... он с каждым днем все больше меняется. Не прогоняйте меня, я не хочу назад, я хочу остаться с вами, – Рон преданно заглядывал в глаза Поттеру, пытаясь взглядом донести всю свою преданность. - Я не прогоняю тебя, Ронни. А к твоей просьбе мы вернемся в тот день, когда ты избавишься от украшения на твоей шее. И если ты не передумаешь, мы придумаем, как тебе остаться рядом со мной. Хорошо? Рон сиял, как начищенная монета. Хозяин не оттолкнул его, Хозяин пообещал оставить Рона себе. Теперь у Уизли появилась цель – он с этого момента решил всеми силами стремиться быть полезным своему Хозяину. Блейз без стука вошел в комнату и застал эту картину. - Гарри, ты магнит для обиженных и униженных, – хохотнул он, справедливо причисляя и себя к тем, кого пригрел рядом с собой сердобольный Поттер. – Завтракать идем? Гарри отстранил Рона от себя и отправил его приводить себя в порядок. - Блейз, ты же как никто знаешь, что я не могу бросить нуждающегося на произвол судьбы, – с улыбкой ответил Гарри, - а тебе сегодня после обеда предстоит поработать нянькой. Рон еще не может быть вдалеке от меня, но ты мой вассал – хорошая замена на вторую половину сегодняшнего дня. Пусть ходит с тобой на уроки, а к вечеру приведешь его в эту комнату. - У тебя дела? – Блейз, конечно, не имел права требовать ответа, но Гарри был легким в общении и позволял разговаривать с собой, как с другом, а не с сюзереном. - Да, нужно навестить Невилла, – ответил Поттер, прекрасно понимая тревогу Забини. - Надеюсь, его наказание будет адекватно преступлению, – Блейз до сих пор содрогался, когда вспоминал идущего на дно Поттера. - Будет, – пообещал Гарри, пакостливо улыбаясь. *** Гарри и Северус аппарировали к воротам Лонгботтом-мэнора после обеда. Поттер чувствовал, как требовательная нить вассалитета все крепче натягивается, заставляя торопиться. Ворота легко поддались под давлением его руки, и пара магов вошла на территорию поместья. - Лини рад приветствовать Повелителя в Лонгботтом-мэноре, - домовик в чистом полотенце с гербом рода появился пред ними, кланяясь до земли. - Здравствуй, Лини. Проводи нас в зал приемов и приведи леди Августу, – скомандовал Гарри. Гарри и Северус расположились в удобных креслах, и через несколько минут в дверь величественно вплыла леди Лонгботтом. Гарри посмотрел на нее и понял, что простой дипломатией здесь не обойтись, поэтому сделал видимым перстень главы рода Певерелл. Северус предпочел не вмешиваться и только наблюдал за своим партнером, в который раз поражаясь тем метаморфозам, что происходят с Гарри, когда он решает продемонстрировать свою силу. - Кто вы такие и что здесь происходит? – спросила Августа, всем своим видом выражая презрение. - Профессора Снейпа, надеюсь, вам представлять не нужно, – ответил Гарри, – а я Лорд Певерелл – ваш сюзерен. А кроме этого я тот человек, на которого совершил покушение ваш внук. Взгляд пожилой женщины прикипел к руке, на которой сверкало кольцо. Краски отхлынули от ее лица, и она тяжело опустилась на колени. - Я приму любое наказание, но молю вас пощадить Невилла, – она молитвенно сложила руки. - Поднимитесь, – Гарри подошел и подал ей руку, – разговор будет долгим. Августа приняла помощь и села в кресло. Мысли метались испуганными мотыльками, она прекрасно узнала Гарри Поттера в этом юноше. Гарри разместился в кресле и вызвал домовика. - Лини, принеси нам чай. Леди Лонгботтом теперь поняла причину почти полного разрыва с родовой магией, странное поведение эльфов, закрытые двери. Мерлин великий, ее внук умудрился напасть на единственного мага, который может прервать их род, просто пожелав этого! На столике появились чашки с ароматным напитком и различные сладости. Гарри подал женщине чашечку и заметил, что руки ее мелко дрожат. - Северус, у тебя есть с собой успокоительное? Зельевар достал из кармана пузырек и отдал Гарри. Своего решения не вмешиваться он пока не поменял. Поттер обязан разобраться с этой проблемой самостоятельно. Леди Лонгботтом благодарно улыбнулась, принимая фиал – если Лорд Певерелл о ней заботится, то еще не все потеряно. Выпив предложенное зелье, она успокоилась, и теперь была готова услышать решение сюзерена. Но у Гарри накопилось к этой женщине несколько вопросов, поэтому он решил воспользоваться моментом и спросить. - Скажите мне, леди Лонгботтом, чем вы связаны с директором Дамблдором? - Я так понимаю, что это не праздный вопрос? – Гарри кивнул. – Невиллу было чуть больше года, когда на наш дом напали Пожиратели – Беллатриса и братья Лестрейнджи – и запытали моего сына и невестку до комы. Альбус нам тогда очень помог, устроил их в Мунго, нашел специалистов. Я была ему очень благодарна за помощь и поддержала его политику, впрочем, поддерживаю до сих пор. - А откуда вы знаете имена нападавших? Вы были в доме и видели сами? - Нет, Мерлин миловал. Я с Невиллом была у своей подруги, а рассказал мне Альбус. - А он откуда знает? – Гарри поражался наивности и доверчивости людей. Он и в свою историю не до конца верил. Хотя, теперь есть реальная возможность узнать правду из первых уст – у Марволо. Просто для него все случилось так давно, что правда перестала быть необходимостью. - Дамблдор и Аластор Грюм с отрядом авроров арестовали их на месте преступления. Белла была в невменяемом состоянии, а Рабастан Лестрейндж говорил что-то о мести. Но у меня было столько забот, что разбираться еще и с ними не было никакого желания. Я даже на суд не ходила. - Спрошу еще раз – вы абсолютно уверены, что это сделали Беллатриса и братья Лестрейнджи? - При такой постановке вопроса могу сказать, что нет. Я не видела этого своими глазами и знаю обо всем только с чужих слов, – Августа на мгновение задумалась, может и правда, все было совсем иначе? - А после у вас не было проблем со здоровьем? - Были, – ответила удивленная женщина, – я едва за грань не отправилась. Еле выкарабкалась. Альбус уже хотел опеку над Невиллом оформлять, но Мерлин миловал. Гарри и Северус переглянулись, понимая, что нужно искать правдивую информацию об этом случае. - Оставим это пока, – сказал Гарри, решив перейти к неприятной процедуре выбора наказания, – нужно решить, что делать с вами и Невиллом. Августа побледнела, понимая, что этот юноша имеет над ними почти неограниченную власть. - Милорд, – старинное обращение легко слетело с губ и она сползла на колени, – прошу, помилуйте! Невилл последний из рода... - Леди Лонгботтом, я не варвар и не собираюсь обрывать ваш род, но наказание должно быть. Вы же это знаете! - Знаю... - Прошу, сядьте в кресло, – Гарри опять помог ей подняться. Августа села на самый краешек, готовая в любой момент снова встать на колени, умоляя Лорда Певерелла о милосердии. А Гарри задумался, ему предстояло сделать нелегкий выбор: наказывать самому, как Блейза, или оставить на суд магии. Гарри не был уверен, что этот суд Невилл переживет. Августа с содроганием следила за сменой эмоций на лице юноши, страшась ужасного приговора. Она прекрасно знала об отношении Невилла к Гарри Поттеру. И молилась про себя, чтобы у Гарри достало сил для мягкого приговора. - Во-первых, мы проведем обряд вассалитета с вами для обновления клятв, – озвучил Гарри свое решение, – во-вторых, Невилл будет посажен под арест в моем замке на год без права общения с вами. Если вы не смогли привить ему должных правил, то этим займусь я. В-третьих, вы откажете от дома Альбусу Дамблдору и полностью прекратите общение с ним и его Орденом Феникса. Никаких связей, никакой помощи, в том числе и финансовой. Я восстановлю вашу связь с родовой магией, но если на протяжении следующих пяти поколений, начиная с Невилла, ваша семья хоть раз нарушит узы вассалитета, то потеряет род и магию. Я сказал! Магический вихрь пролетел по мэнору и Августа упала в обморок. Северус помог Гарри устроить ее на диванчике и привести в чувства. - Милорд, пощадите, как я буду без внука? – рыдала она. - Он будет жив и здоров, и вернется к вам через год, – ответил Гарри, недоумевая – она что, думала, что Невилла пожурят и отпустят? – А сейчас собирайтесь, не будем тянуть время и закончим со всем сегодня. Лини привел Невилла и Гарри перенес всех во двор «Костяного замка». Дав Августе пару минут попрощаться с внуком, Гарри вызвал Морти. Леди Лонгботтом обхватила Невилла, прижала к себе и что-то зашептала на ухо. Невилл, ничего не понимая, оглядывался и слушал бабку в пол-уха. - Чего желает Хозяин? – домовик почтительно поклонился, ожидая указаний. - Морти, перенеси этого юношу в северную башню, я позже подойду. Эльф взял ошарашенного Невилла за руку и с хлопком исчез. Леди Лонгботтом, собрав волю в кулак, повернулась к Гарри. - Где? – Певереллов не было так давно, что даже в семейных хрониках не осталось информации о предстоящем ритуале. - У ворот, – ответил Гарри и пошел к огромным створкам. Ритуал был в точности такой, как и с Блейзом. Поставив женщину на колени, порезал ее руку и приложил к гербу. Произнеся взаимные клятвы, залечил порез и тут же отправил ее в Лонгботтом-мэнор. Северус все это время выступал в роли безмолвного свидетеля, и только, когда женщина исчезла, позволил себе подойти к Гарри, обнимая и делясь силой. Поттера немного трясло, он никогда не любил эти проявления своей власти и такое обращение с пожилой ведьмой выпило из него все моральные и физические силы. - Северус, я не смогу сейчас еще и с Невиллом разбираться, – жаловался он в мантию, вдыхая родной успокаивающий аромат. - Ну, так оставь на завтра, – поддержал его Снейп, – ожидание для Лонгботтома станет худшим наказанием. - Ты правда так думаешь? – спросил Гарри, заглядывая в темные глаза. – Это не будет малодушно с моей стороны? - Не будет, а этот Невилл, – Северус с ненавистью выплюнул имя, – пусть помучается от неизвестности. - Хорошо, – согласился Гарри, у него действительно не осталось душевных сил на еще одни разборки. – Морти! - Морти слушает, – домовик с обожанием смотрел на своего Хозяина. Он был рад, что у него такой сильный Хозяин: привел нового вассала, захватил в рабство мага, восстановил прежнюю вассальную клятву. У домовиков своя мораль, чем больше сильных магов в подчинении у хозяина, тем сильнее родовая магия. - Морти, молодого человека кормить, поить и никуда не выпускать. С ним я завтра разберусь, а сейчас мне нужно в школу. - Морти все сделает. Гарри и Северус, так и не зайдя в дом, отправились в Хогвартс.