Попробуй еще раз

Альбус Дамблдор находился в своем тайном месте, в самом сердце Хогвартса – большом ритуальном зале. Он сидел в троноподобном кресле вдалеке от алтаря и огромной многолучевой звезды, и размышлял. Он понимал, что Аластор может месяцами пытаться вычислить Жнеца, а ждать так долго «светлейший» не мог. Ведь Жнец может нанести удар первым и ответить на него будет очень сложно. В слишком разных они весовых категориях. Поэтому и решился провести жуткий по своему содержанию и результату ритуал «Commutatio animae*», который позволял перенести душу в новое тело без потери накопленных знаний. Конечно, в его планах не было такого скорого применения этого ритуала, но – маг предполагает, а Мерлин располагает. Хотелось бы подождать еще годков десять, а то и двадцать… Но для этого ритуала, кроме, естественно, второго участника, с которым и нужно меняться душами, нужно еще пять жертв: тело, душа, магия, жизнь и смерть. Кроме того, нужно с умом подобрать донора его нового тела. Ведь не в Уизли же ему вселяться. Хотелось бы стать симпатичным юношей, желательно из богатой семьи, лучше, конечно, аристократической. Чтобы не нужно было пробиваться из низов общества, чтобы не было надобности карабкаться вверх, переступая через собственные принципы, которые у него когда-то были. Он хотел получить все на блюдечке с голубой каемочкой. Он уже давно задумал совершить этот ритуал, но хотел все же дождаться падения Волдеморта и принятия удобных для него законов. Но выбирать не приходится. Если Альбус еще немного помедлит, то может не успеть. Одна только ритуальная звезда рисовалась последние пару лет. Столько нюансов следовало учесть, столько переменных могло смешаться, столько неучтенных факторов… Сегодня он вписал последние руны. Осталось выбрать нового носителя. Вселяться в тело первокурсника не было желания. У него уже давно не было сексуального партнера, а ждать еще несколько лет Альбус не хотел. Ему нужен парень пятнадцати-шестнадцати лет, из родовитой семьи, богатый и с большим магическим потенциалом. Все его размышления упирались в одно имя – победитель Темного Лорда, наследник Поттеров и Блеков, самый сильный волшебник столетия – Гарри Джеймс Поттер. Ко всему прочему, он еще и сирота, то есть не будет надзора за ним. Никто и не заметит изменений в характере, кому нужен этот мальчишка. А быть и в новом теле победителем очередного Темного Лорда очень заманчиво. Хогвартс – древний замок, насквозь пропитанный магией – был огромной батарейкой, способной поддерживать своего хозяина и питать его магическое ядро бесконечное количество времени. А специальный ритуал, который Дамблдор провел над алтарем, позволял творить ужасные вещи в замке и не бояться наказаний, да и простые откаты Хогвартс гасил очень хорошо. Альбус старательно вымарывал отовсюду информацию о настоящей сути древнего замка, надеясь, что когда-нибудь эти знания спасут ему жизнь. И вот это время пришло. Ему предстояло найти жертв. Выбирать для этого школьников было нельзя, он решил довольствоваться взрослыми. Волшебник ему был нужен только один – жертва Магии, а остальные могли быть и сквибами. По старой привычке Альбус решил поискать среди бездомных в крупных городах. Дамблдор только с виду был этаким одуванчиком – общий добрый дедушка, который хоть и слегка чудаковатый, но детишек любит. На самом деле – он был скорее хитрым хищником, привыкшим выжидать и нападать на самых беззащитных. И, как любой хищник, обладал великолепной интуицией и умением выжидать. Он чувствовал, что круг сжимается, и у него остается все меньше времени и места для маневра. Решил ритуал не откладывать и отправился в Лондон. *** Невилл проснулся рано утром. Ну, как проснулся, он и не засыпал толком. Ему все время казалось, что едва он закроет глаза – и случится что-нибудь страшное. Что Поттер ворвется в темную комнату и… а вот что «и» – Невилл придумать не мог. Он задумался над тем, как Поттер себя держал – холодный, властный, от него бежали по коже мурашки. Бабушка даже не пыталась вступиться за него, отдав его как вещь. Невилл плохо понимал суть происходящего, но уверенность в том, что впереди его не ждет ничего хорошего, крепла. Он представил себя на месте Поттера. Что он сделал бы, если б ему в руки попался человек, пытавшийся убить его? От собственных мыслей ему стало еще страшнее. Но над ним никто не издевается, по крайней мере, пока. Домовики исправно появляются и даже ужином накормили. Невиллу ничего не оставалось, кроме как покорно ждать Поттера. *** Гарри просыпался нехотя. В последнее время он постоянно ходил сонный и злой. Столько всего навалилось, что он не справлялся. И только железная выдержка позволяла не сорваться на окружающих и вести себя дружелюбно, порой даже слишком. От него все время кому-то что-то было нужно – поддержка, разговор, участие, совет… А теперь еще и Лонгботтомы навязались на его голову. Он застонал и накрыл лицо подушкой. Северус из-под ресниц наблюдал за метаниями Гарри. Он сочувствовал своему молодому партнеру – столько обязанностей, что остается только кричать: «Мерлин, помоги!». Северус видел, что Гарри накрылся подушкой и сопит, пытаясь успокоиться и привести нервы в порядок. Снейп знал великолепный способ снять нервное напряжение, но то ли боялся, то ли стеснялся предложить его Гарри. Но и смотреть на эти мучения тоже не было никаких сил. А ведь Гарри сам говорил, что его возраст физический и фактический – две огромные разницы. Задушив поднимающую голову совесть, он отобрал подушку и притянул в объятия горячее тело. - Северус?.. – Гарри вопросительно смотрел на него, практически не веря в тот пожар, что горел в темных глазах. - Не до конца, – предупредил он ошалевшего от радости Поттера и впился в губы. Гарри было все равно – до конца или нет. Любимый мужчина прижимал его к себе, целовал, разрешил трогать себя. Гарри казалось, что у него сегодня день рождения и Йоль в одном флаконе. Он не отказал себе и обхватил мускулистое тело руками, гладил кожу, пробегая пальцами по чувствительным местам. Перебирал волосы, притягивая ближе. Отвечал на поцелуй, поглаживая чужой язык своим. Северус млел под нежными касаниями, не понимая – какого Мордреда он так долго себе отказывал в этом?! Гарри рывком перекатил Северуса и оседлал его бедра. Аж дух захватило! Всегда бледная кожа порозовела, щеки разрумянились, а черные глаза горели огнем. Гарри нежно обвел скулы, не желая торопиться. Когда еще Северус так расщедрится?! Он целовал шею, а Северус только закидывал голову, открывая доступ. Спустился поцелуями по груди, обводя языком каждый маленький шрамик. Добрался до плоских сосков, обхватив одну горошину губами, а другую перекатывая между пальцами. Северус отдал власть над своим телом и наслаждался нежными ласками. Он, не мешая Поттеру, водил пальцами по его ногам, едва касаясь. Мял упругие ягодицы, так провокационно разместившиеся на его бедрах. Взмахом руки избавил их обоих от белья и застонал от соприкосновения членов. А Гарри все ниже спускался поцелуями. Он давно хотел попробовать на вкус Северуса. И пусть в его жизни еще ничего подобного не было, но отказывать себе он был не намерен. Северус приподнял его за подбородок и, еле выдавливая из себя слова, сказал: - Если не хочешь, то не делай… - Хочу… – ответил Гарри и широко лизнул стоящий член, от основания до головки. Северуса выгнуло на постели, а Гарри нежно обхватил головку. Опыта, конечно, не было, но энтузиазм все перекрывал. Северус наблюдал, как его член исчезает меж пухлых губ, и не мог, да и не хотел, сдерживать стоны. Он наслаждался каждым мгновением и видом распаленного Гарри. Желая подарить своему мальчику наслаждение, он с трудом заставил себя подтянуть его наверх. Гарри хныкнул и прижался всем телом к партнеру. Северус пировал, добравшись до желанного тела, столько времени дразнившего его. Спать рядом и не иметь возможности коснуться… Но теперь, дав самому себе разрешение, Северус сорвался. Каждый дюйм восхитительной кожи, каждое чувствительное местечко, напряженные горошины сосков, нежная кожа на животе, подергивающаяся от касаний. Северус вылизывал дорожку к члену, а Гарри подкидывал бедра, не в силах сдерживать себя. Небольшой член стоял вертикально, поблескивая драгоценной капелькой на вершинке. Северус слизал ее и обхватил головку губами. Гарри метался по постели, сходя с ума от щедрых ласк. Ощущения били по нервам, сбивая дыхание и заставляя вспыхивать звезды перед глазами. Пара особенно чувственных ласк, и Гарри упал в пучину оргазма, а Северус догнал его в несколько движений, пометив живот партнера своим семенем. - С добрым утром, Северус, – расплылся Гарри в довольной улыбке, придя в себя после бурного оргазма. - Доброе, Гарри, – Северус прижимал к себе податливое тело. - Спасибо… - Не за что, – усмехнулся Северус. Они лежали, переплетясь ногами, и радовались простым ощущением близости друг друга, нежностью и приятной расслабленности. Гарри улегся на плечо Северуса, а тот перебирал пальцами шелковистые пряди. - Пойдешь сегодня со мной к Невиллу? - Обязательно. - Хорошо, я не хотел бы остаться без поддержки, – Гарри был очень доволен. Этим утром, после сеанса сексотерапии, все проблемы стали казаться не такими уж и неразрешимыми. Северус наконец-то прекратил этот вынужденный целибат, проблемы вроде потихоньку решались, осталось только придумать, что делать с Дамблдором, и все – можно жить спокойно. Драко и Блейз уже привычно дожидались Поттера в комнате Рона. Как это ни странно, но трения между Уизли и Малфоем со временем сошли на нет. Рон не мог грубо отвечать Драко, а тому было совсем неинтересно издеваться над неспособным противостоять противником. Поэтому они вполне мирно сидели и ждали Гарри. Поттер вошел в комнату как раз в тот момент, когда Блейз рассматривал ошейник Рона. - Да, Ронни, он определенно истончается. Еще с полгода и ты – свободный человек. - Хозяин обещал, что если я его попрошу, то он оставит меня себе насовсем, – с самой довольной интонацией и улыбкой до ушей сказал Рон. - Ты хочешь остаться рабом? – глаза Малфоя были по галеон каждый. - Нет, хозяин запретил оставаться рабом, он сказал, что просто оставит меня себе. - Поттер готов пригреть кого угодно, – смеясь, сказал Драко, – смотри, Блейз, скоро он начнет таскать домой котят, щенят и раненых птенцов, а ты будешь ухаживать за всей этой братией. - Драко, если бы не его доброе сердце, то я сейчас наравне с Роном носил бы украшение, если бы вообще жив остался, – отрезал Блейз, он не хотел слышать ничего против своего сюзерена. - Хорош дифирамбы мне петь, – Гарри вошел в комнату и, подхватив Драко под руку, устремился на выход. С другой стороны тут же пристроился Блейз, а Рон замыкал процессию. - Нас вчера не потеряли? – спросил Гарри. - Маккошка спрашивала про тебя, но мы сказали, что ты помогаешь в лаборатории профессору Снейпу, – ответил Драко. - Ты лучше расскажи, что там с Лонгботтомом? – поинтересовался Блейз. - Его бабка подтвердила вассальную клятву, а Невилл заперт в замке и ждет наказания, – ответил Поттер, – только я еще не решил точно – каким оно будет? Драко и Блейз покивали на эти слова. Они – воспитанные традиционно – знали, что Гарри не может оставить такой поступок без ответа. Это даже хуже, чем то, что совершил Блейз. Он хоть не был в то время в вассалитете у Поттера, а Невилл нарушил священные узы, и то, что он до сих пор жив, целиком и полностью заслуга Поттера. *** Гарри и Северус перенеслись в «Костяной замок» когда уже стемнело. Они прошли в гостиную и разместились в креслах. - Морти. - Морти слушает, хозяин, – лопоухий домовик с обожанием смотрел на Поттера. - Приведи сюда нашего гостя и принеси из запасников «Репетитора». Домовик с хлопком исчез, а Северус вопросительно поднял бровь. - Репетитор? - Ты сейчас все увидишь, – нехорошо улыбнулся Гарри, – я за сегодня всю голову сломал, подыскивая подходящее наказание, и, мне кажется, нашел. Пусть и для тебя будет сюрприз. - Гарри, – раздался в голове голос Сири, – привет. - Привет, Сири, – улыбнулся Поттер, – как твои дела? - Мои-то хорошо, а вот у тебя скоро начнутся проблемы, –как-то злорадно прозвучал голос. - А что случилось? - Предки проснулись, а ты их до сих пор не навестил. А там, можешь мне поверить, ни одного добренького не наблюдается. - Мерлин, – простонал Поттер и схватился за голову. Это, конечно, портреты, но это портреты Певереллов, и на что они способны, Гарри не знал. А Сири злорадненько засмеялся и исчез из эфира. - Гарри, что? – заволновался Северус. Он слышал лишь половину разговора и не мог понять такой бурной реакции. - Северус, а мы можем задержаться здесь до утра? – Гарри просительно заглядывал в глаза. - Ну, можем, а что случилось-то? - Предки требуют меня. Северус облегченно вздохнул и пообещал Поттеру столько времени, сколько ему будет нужно. В это время дверь открылась, и в проеме появился бледный Невилл в сопровождении домовика. Морти подошел к Гарри и отдал маленькую сережку. - Спасибо, Морти, я тебя позже позову. Невилл стоял, боясь шелохнуться. С одной стороны ему было дико страшно, а с другой – накатило какое-то облегчение, что пытка неизвестностью закончена и все решится прямо сейчас. Он не видел профессора Снейпа, так как его провели и поставили сразу перед Поттером. А огромные спинки кресел позволяли оставаться незамеченным. Пока Гарри с нечитаемым выражением разглядывал Лонгботтома, поигрывая блестящей побрякушкой в руках, Северус решил немного испу… поговорить с неудавшимся убийцей. - Мистер Лонгботтом, – Невилл подпрыгнул на месте, взвизгнув, как поросенок, – что ж вы так орете? Северус недовольно прочистил ухо и улыбнулся гриффиндорцу. Того прошиб пот и нервная дрожь прокатилась по телу. Еще бы, видеть, как ухмыляется Ужас Подземелий – никаких нервов не хватит. - С-с-сэр? – проблеял храбрец. - Итак, мистер Лонгботтом, вы понимаете, что едва не стали убийцей? - Д-да… - А вы помните, кем стал ваш друг – Рональд Уизли – только за нападение на мистера Поттера? - Рабом, – прошептал Невилл, повесив голову. - Вот и скажите мне, какое наказание заслужили вы? Гарри наблюдал за этим разговором с легкой улыбкой. Ему было так приятно, что его Северус переживает и защищает. Слава Мерлину, в этой жизни у него есть по настоящему близкие и родные люди. - Я скажу, каким будет это наказание, – вступил в разговор Поттер. Он встал и подошел к сжавшемуся Невиллу. Поднес сережку к уху, и закрепил ее на мочке. - Это артефакт, Невилл. Называется – репетитор. С этого дня в течение года ты будешь находиться под моим присмотром. Этот артефакт будет твоим наставником. За непослушанием последует наказание, за лень, за плохое старание – наказание. Даже за мысли ты будешь наказан, – Гарри проколол палец и капнул на камушек кровь. Прозрачный хризолит засветился и покраснел. Из камня вылетел комочек света, разросся, и сформировалась фигура крупного мужчины. - Это твой репетитор, Невилл. Он настроен на воспитание достойного наследника. Его невозможно подкупить, разжалобить или обмануть. И еще, если ты за год не научишься всему, чему должен, то срок я увеличу. Снять серьгу невозможно, даже если ты ее оторвешь, она вернется, а вот на какое место – неизвестно. Невилл слушал Поттера и бледнел. Бабушка хоть и носилась с ним, как с писаной торбой, но основные знания все-таки дала. И теперь Невилл был в шоке. Этот артефакт был страшной вещью – безжалостный учитель, и, ко всему прочему, жестокий. Невилл в сердцах проклял ненавистного Поттера и тут же случилось ужасное. Он оказался на скамье со спущенными штанами и только успел расслышать свист, как на ягодицы обрушился град ударов. Розги – в умелых руках страшное орудие наказания. Десять ударов, и по щекам безудержно текут слезы, а бесстрастный голос в голове объясняет, за что было это наказание, и что будет с ним в следующий раз. Гарри спокойно взирал на происходящее, понимая, что Невилл заслужил его. Он, конечно, не знал за что, но артефакт не ошибается. И если Лонгботтом не усмирит гордыню и характер, то битым будет с завидной регулярностью. - Морти, – домовик моментально появился, – Морти, этого юношу в башню, книги выдавать по требованию. Кормить тем, что разрешит репетитор. Никуда не выпускать. - Морти все сделает, – он почтительно поклонился и, схватив Лонгботтома за руку, исчез.