Покажи мне эту жизнь

      РОV Лира       Стоило открыть глаза, как меня ослепил яркий свет. Я осмотрелась по сторонам и поняла, где нахожусь: «Опять больница, черт!»       - Проснулась? – в палату вошел Кирилл.       - И снова ты меня спасаешь, – улыбнулась я.       - Как ты себя чувствуешь? Что сейчас болит? – спросил он.       - Как будто все кости раздробили. Марина как? – сразу спросила я.       - Сейчас я их позову, – и Кирилл вышел.       PОV Артем       Через два дня Лира пришла в себя и нас к ней пустили. Я зашел в палату девушки на ватных ногах.       - Ребята, я так рада вас видеть. Марин, ты как? – спросила она осипшим голосом.       - Ну, лучше, чем ты, конечно, - сказала Волкова.       - Сарказм так и прет, Мэри. Ад, ну чего ты? Нормально же все. Сейчас на мне всё заживет, и я снова буду с вами... – Кавалёва улыбнулась сквозь слёзы. Каверина посмотрела на Лину, а та лишь кивнула головой.       - Алёнка, моя приехала! Девочки, ну, зачем? Все же не так страшно.       - Не страшно? Каверина, да ты умом тронулась? Я очень испугалась! Ты снова заставила меня переживать! – блондинка была на взводе, но ничего больше говорить не стала.       Наконец-то Лира посмотрела на меня:       - Тём, все в порядке. Не переживай, правда, - сел на край кровати и взял её за руку.       - Знала бы ты, как я испугался, - сказал я.       - Ребятки, давайте выйдем, – сказала Алена, выталкивая недовольного Влада из палаты.       - Я в какой-то момент сама испугалась, что больше не увижу тебя... – сказала Лирка, когда за ребятами закрылась дверь.       - Больше никогда и никуда не пущу тебя одну, - даже думать не хотелось о том, что было бы, если бы мы опоздали еще хоть на полчаса.       Мы очень долго с ней разговаривали. Я дал ей понять, что мы знаем о ее занятиях спортом.       Она вздохнула, но отнекиваться не стала. Рассказала мне все. То, как познакомилась с командой и как все это началось. Рассказала о том, что на одном из соревнований и познакомилась с Волковой и как та перешла к ним в команду. А потом соревнования, выступления и травма, которая поставила под угрозу все. Все операции, сделанные в детстве, и усилия родителей.       Боль, которую приносило девушке каждое движение, невозможно было описать словами.       Родители не ругали ее. Не видели в этом ее вины. Все это произошло после отъезда Влада. Спорт, получаемый от него адреналин – все это позволяло забыть о нем самом и о его предательстве.        «Не отпущу её никуда и ни за что! Моя, только моя. Теперь я буду о ней заботиться, раз Влад не понимает насколько ошибается», – подумал я. Теперь я знал о ней все. По крайней мере, мне так казалось.       РОV Влад       Алёна вытолкала меня из палаты, не дав мне высказать сестре все то, что я хотел. Как она могла? Родители потратили столько сил, нервов и денег, пытаясь поставить её на ноги, а она? Зачем? А если бы она больше не смогла встать с кровати? Из-за того, что у неё с рождения ДЦП, я лет до 12-ти думал, что её любят больше. Позже родители, конечно, объяснили мне, что любят они нас совершенно одинаково. Да, очень сожалеют, что их часто нет рядом, но было слишком поздно. Двойки и вызовы к директору все равно не прекращались.       Лира и Алёна часто просили Александра Викторовича не звонить нашим родителям. Он любил своих отличниц, поэтому в школе по причине моего плохого поведения родители были всего лишь дважды.       Когда нам исполнилось по 14 лет, сестру чуть не избили мальчишки из соседнего двора за то, что она была не такая как все. Тогда я не позволил даже близко подойти к ней, и мы с Антоном вдвоем уложили троих. Конечно, нам досталось. Пришли избитые, не меньше тех троих, в разодранных футболках. Мама была в шоке, а отец сказал, что мы поступили правильно. Похвалил, что сами разобрались:       «Лена, ну, чего ты охаешь? Настоящие мужики растут! – он потрепал нас с Магилёвым по головам. - Вот теперь мне не страшно Лиру с Владом вдвоем оставить»,- а я гордился.       Помню, как услышал плач сестры той ночью. Я пришел к ней и сказал: «Больше никто не посмеет тебя обидеть». Она крепко обняла меня и заплакала еще сильнее.       Нам исполнилось по 15 лет, и я стал встречаться с Ореховой, но долго наши отношения не продлились. Я был очень влюбчив, а она ревнива. Поговорив, решили снова стать друзьями. Ей было больнее, чем мне. Лира не раз говорила, что я дурак, но мы с сестрой обещали не лезть в личную жизнь друг друга и, поэтому она молчала.       В 17 лет я привел домой Веронику. Отношения между сестрой и девушкой были похожи на Холодную войну, но сестра все же продолжала молчать. Ника говорила мне, что Лирка просто ревнует, и я был с ней согласен.       В 18 лет я предал её в первый раз по прихоти Ники, не позвав на роспись. Тогда Лира ушла из дома и ночевала у Алёны, не слушая мои просьбы вернуться.       Я подумал, что будь у сестры своя личная жизнь, то она перестала бы так реагировать на мой брак. Нужно было отдать ей должное. В независимости от поступков моей жены, сестра все равно предпочитала молчать.       Я пробовал договориться со своими друзьями, чтобы хоть как-то отвлечь сестру от моей личной жизни, но все мои друзья очень уважали Лиру и отказывались. У меня оставался один единственный выход, и я пошел к Магилёву. Он мне тоже отказал, тогда я решил взять его на «слабо». Знал, что спор для друга - святое.       Смысл спора был прост: нужно было два года встречаться с моей сестрой, плата в 1000 долларов ждала в конце. Такие условия были изначально, но наш друг Олег ужесточил условия: провстречавшись с сестрой два года, Антон должен был уложить её в постель, а через неделю расстаться. Во всем этом было только одно «но». Если Лира все узнает, тогда никто никому и ничего не должен.       Я даже и на секунду не задумался о чувствах сестры. Антона, конечно, пришлось немного поуламывать, но все же мы ударили по рукам.       Спустя неделю они стали встречаться. Сестра была очень счастлива, а главное, что с Никой конфликтов больше не было.       А дальше был проект… Первые две недели я звонил сестре и рассказывал ей все. Потом начались проблемы с Никой, и я забыл обо всем. Вскоре развод, победа в шоу и резкое понимание того, что состояние сестры, если о нем кто-то узнает, отразится на моей карьере.       Я хотел поехать домой один, но Ник увязался за мной, поэтому пришлось взять его с собой. Родители с сестрой были очень рады меня видеть, тем более я был без Ники. Лира с Никитой быстро подружились, что меня очень удивило.       Лира говорила, что до сих пор встречается с Антоном и, ей казалось, что их отношения скоро перейдут на новый уровень. Мне почему-то было все равно. Я приехал с конкретной целью и озвучил её через два дня. Сестра спокойно отреагировала:       «Хорошо, раз ты говоришь, что так нужно. Пусть будет так», – кивнула она в ответ, развернулась и вышла. Мама молчала, а во взгляде отца было лишь разочарование.       На следующий день мы уехали, и я не видел семью два года. Два долгих года… Я даже не смог попрощаться с родителями, потому что боялся встречи с сестрой. Мне казалось, что она меня и на порог квартиры не пустит.       Только сейчас я понял, насколько она мне дорога. Нужно извиниться. Не вернуть, а начать с самого начала.