"Обычная" история

Какой идиот представил миру ангелов как гуманных сердобольных существ? Этим вопросом я мучаюсь уже ближайшие минут сорок. Если вы думаете, что наша пташка божья прислушалась ко мне и просто подождала несколько дней до официальной выписки, то вы глубоко ошибаетесь. Мы же можем просто половине больницы стереть память о нем! Ладно, на это ушло пятнадцать минут... еще пять ушло на то, чтобы уговорить переодеться в конфискованные больницей вещи, что сложили в коробку в день его зачисления. Джинсы, зелёный свитер и, конечно же, плащ, куда мы без него? Но из-за этой истории я совсем забыла про время. Когда до меня дошло, что я опаздываю к родителям на ужин, по спине пробежали мурашки. Мама меня убьет. Ну ладно, не убьет, но будет очень зла, и исправить ситуацию может только одно. - Кастиэль, нет времени объяснять. Сегодня на один вечер ты мой парень, жених, возлюбленный – выбирай, что хочешь. Главное, помалкивай и не нарывайся на вопросы от мамы, - пока он опять впадал в анабиоз, я расправляла воротник плаща и приглаживала его непослушные волосы. - А лучше вообще держись подальше от нее и поближе к папе - целее будешь. Ну всё, пошли, а то и так опаздываем на час. Лицо попроще и посчастливее. Всё так же невозмутимо подхватываю божественный овощ под локоть и переношу нас в гостиную родительского дома, который находится вблизи Италии. Просто мама любит мандарины. А вот кстати и она, спускается со второго этажа. Судя по скорости, кто-то явно не в духе. Делаю шаг назад и прячусь за спину Кастиэля. Тактика срабатывает, и мама замирает, увидев в доме чужого мужчину. - Здравствуйте, а вы кто? Я мысленно начинаю молиться Богу. Пусть, если он слышит меня, этот ангел не затормозит и подыграет. - Я жених Дженни. О нет, только не это. Из всех вариантов он выбрал самый худший. Поздравляю, Кастиэль. Если ты сейчас читаешь мои мысли, знай - мы влипли. Мама уже года два ходит с навязчивой идеей выдать меня замуж и начать нянчить внуков, ибо "тридцать не за горами, а мужа и деток так и нет". Только не учитывает, что для меня тридцать и триста - одно и то же. Не доживет она до внуков, просто не доживет. Нужно отдать должное матушке: среагировала она быстро. Может, репетировала? Наш божий одуванчик, наверно, и понять не успел, как оказался в кругу моей семьи, включая младших братьев. Его усиленно пытались накормить фирменной индейкой, а вопросов про наши несуществующие отношения было столько, что я уже еле успевала придумывать смазливые истории на ходу. Отец просто сидел и веселился. Конечно, он видел, что Кастиэль - ангел, и отлично чувствовал мою ложь, но, видимо, его крайне забавляла данная ситуация. Санд и Лен просто рассматривали чужого ангела и проверяли, насколько я искусно вру. Весь это цирк только для мамы. Мы бережем её как можем, зная, что скоро её не станет. У нас еще вечность впереди, и, как это ни парадоксально, сейчас два ангела и три нефилима играют комедию для человека. Благо, что не божественную*. Завершим минутку лирики и вернемся к делам насущным. Сейчас я в прихожей, придерживая контейнер с всё той же злосчастной индейкой, отбиваюсь от назойливых советов по ведению домашнего хозяйства, пока Благословенный объясняется с папой. И вот наконец вижу, как из проёма выходят мужчины. Серьёзно, я никогда в жизни не была рада видеть Кастиэля. Мама, приняв блеск радости свободы в моих глазах за проявление истинной любви, начинает плакать. Чтобы этот концерт одного зрителя не затянулся, я беру ангела за руку и, попрощавшись со всеми, переношу нас в убежище. Последнее, что я вижу, - это обеспокоенные глаза отца. Дом встречает нас мрачной тишиной и лёгкой прохладой. Уже осень, и по вечерам приходится разжигать камин. Все, вроде бы, как обычно, но всё равно есть ощущение, что что-то не так. Ах да! Я смотрю на Кастиэля: он разглядывает наши все еще переплетённые пальцы как нечто необычное. Интересно, для него это что-либо значит? Чувствует ли он трепет души, держа девушку за руку? Я – нет. Мне почти всё равно, лишь лёгкий дискомфорт от ограничения движения. Отпускаю его руку, тем самым заставляя перевести взгляд на обстановку вокруг. - Прости, что тебе пришлось пройти через это всё. Надеюсь, моя семья не сильно тебя утомила, - опустив глаза, верчу в руках контейнер с едой. Нужно будет отнести его на кухню, в холодильник, где хранятся остальные. Надеюсь, там есть место для очередного лотка. - Всё в порядке. Я рад был узнать, что Александр жив и нашел себе половину. Душа Миланы чистая и незапятнанная, из неё вышла хорошая мать и жена, - он обводит взглядом интерьер гостиной. - Ты живешь здесь одна? - Когда наступило время птенчику вылететь из родного гнезда, я поселилась на этом островке. Кастиэль состраивает такое лицо, что без объяснений становится понятно - до него не дошел смысл моего сравнения. - Кхм...короче, я живу здесь одна. На время, которое понадобится для разделения душ, ты живёшь тоже здесь. Можешь пользоваться всем, чем угодно. Под запретом находится левый стеллаж, да не этот, по левую сторону от камина который. Он защищен, так что даже не пытайся залезть туда, можешь дорого поплатиться. На этом инструкции закончены, а я удаляюсь спать: работу в психушке никто не отменял, - я уже поворачиваюсь, чтобы уйти, но тут вспоминаю одну малозначительную вещь, которую можно было бы не уточнять, но всё же... - И кстати, меня зовут Евгения, Дженни - всего лишь подставное имя на время учёбы. Теперь точно всё. Мне снится странный сон, как будто я одна блуждаю в белой дымке. Так мучительно долго, и нет входа сюда и выхода нет. От этого печаль поглощает все больше. Быть бесконечно одинокой так удручающе, скажу вам. Моральных сил уже не остается, и я просто сажусь, поджимаю колени и прикрываюсь крыльями. Не знаю, сколько проходит времени, но вдалеке начинает мерцать свет, выдавая приближение Высшего существа. Им оказывается красивый белокурый мужчина с невероятными глазами. О! Я не могу подобрать слова, чтобы передать все переливы этих цветов: от глубины синего неба до искр первого огня - всё сочетается в них. Он просто садится рядом и заводит беседу. О чём мы говорили, на утро так и не вспомнила, но мне было хорошо рядом с ним, так весело. Он что-то рассказывал, а я смеялась от всего сердца и, забыв о приличиях, прижималась к его плечу, ища защиты и поддержки в этом царстве мглы. Высший не оттолкнул и не осудил, а нежно укрыл своим широким золотым крылом. Так мы и продолжали непринужденно болтать, пока меня не вернул в реальность звук заведённого будильника. Грусть-печаль. Сладкое наваждение как рукой сняло, но приятное тепло все еще разливалось по телу, не отпуская из цепких лапок сна. Как же хорошо рядом с Ним. А этот запах одеколона с нотками корицы и лимонного дерева...так бы и провела целую вечность. Я прижимаюсь сильнее к мужскому плечу и блаженно улыбаюсь. Приоткрываю глаза, встретив его заинтересованный взгляд, и мозг наконец начинает соображать: вот я, которая работает в психбольнице, сейчас лежу у себя дома, в кровати. А вот Кастиэль, который еще вчера был пациентом этой же больницы, а также недавним героем апокалипсиса и так далее, сейчас в моём доме, лежит в моей кровати и смотрит на то, как мое лицо из бесконечно счастливого превращается в адски злое. Хватает секунды, чтобы скинуть его от себя на пол. Чихать я хотела на близость его тела к моему, он вторгся в мою комнату, пока я была наиболее уязвима, а значит мог нанести вред. - Ты совсем из ума выжил?! Что ты забыл у меня в спальне? Или ты не расслышал, куда можно входить, а куда совать свой нос нельзя? - вскочив с кровати, судорожно ищу вещи для переодевания: ну не в пижаме же на работу идти, хотя там всё равно в форму переодеваться. - Я слушаю тебя. Что ж ты, когда удобно, выпадаешь из реальности? Зачем тебе это вообще понадобилось? - Зона запрета - лишь левый от камина шкаф со знаниями. Про свою обитель ты ничего не упоминала. Вот сидит на полу в своем плаще - ладно хоть ботинки снял - и отчитывается как маленький. От такого зрелища у меня начинает выравниваться настроение, и лучше бы он закончил на этом месте. - Милана рассказала, что дети - это важное сокровище жизни, а ты их еще не имеешь, и я тоже. Александр на вопрос, как ему удалось сотворить детей, ответил только, что нужно спать вместе женщиной, а так как я не нуждаюсь во сне, то просто лег рядом. - Замолчи, просто замолчи, - я устало потираю виски: вот оно что – дети. Такого тяжёлого случая я ещё не встречала. - Значит так, я сейчас ухожу на работу, ты сидишь здесь и никуда не уходишь, правила остаются те же. Вернусь – расскажу тебе, как появляются дети, и зачем они вообще появляются у ВЛЮБЛЕННЫХ пар. Это все. Не дав ему еще чего-нибудь отчебучить, просто переношусь в раздевалку отделения. Уж лучше появиться в пижаме здесь, чем остаться ещё хоть на минуту с этим идиотом. Больница - это то неизменное и спокойное, что у меня остаётся: ни родителей, ни ангела здесь нет. Психи не самое страшное, что можно встретить. Может по мне и не скажешь, но сила ангела досталась мне, как и копье отца, в подтверждение силы. В мои обязанности входит защита семьи. После падения силы отца постепенно гасли, и сейчас он максимально близок к человеку. Смерть мамы станет большим ударом для него, и он уйдет вместе с ней. Я знаю, так как отец сам мне об этом рассказал. Санд, второй по силе из нас троих, обладает способностью исцелять и может читать мысли людей и некоторых демонов, всегда имеет своё мнение на любой вопрос. А Лен просто еще тот маленький проказник и шалунишка. В мире еще есть несколько нефилимов, и все они прячутся так же, как и мы. Никто не хочет вмешиваться в дела ангелов и демонов, так как это нас не касается. Мы как отдельная раса, просто живем на Земле, стараясь быть как все люди, теряясь в потоке времён. Что-то я раскисла, даже миссис Аллен не радует сегодня техническими инновациями. И разгневанные речи Мэг просто пропускаю мимо ушей, что там она орет про своего Бога? Да какая мне разница? Меня, например, дома тоже ждет бывший недобог и увлекательная лекция на уровне "пестики и тычинки", хотя здесь можно и повеселиться. Итак, как насчет старого доброго немецкого порно? Шутка, только цветочки.