Загадка Рода Фокс

Пока парень отряхивался, Гермиона и Люциус молча смотрели на него. И вот, наконец, Гарри выпрямился. Когда он заметил Гермиону, на его лице заиграла улыбка. Но при взгляде на Люциуса на его лице появилась гримаса отвращения. Началось! Похоже, этот день будет не менее интересным. И трудным. — Ах ты, извращенец старый! Да как ты смеешь держать Гермиону здесь?! — взорвался Поттер, — Гермиона, мы сейчас же уходим. А про тебя, Малфой, я доложу в Министерство и будь уверен — тебя посадят! — закончил свою гневную тираду Поттер. Затем он гневно зыркнул на Люциуса и подошёл к Гермионе, взял её за руку и потянул в сторону камина. Девушка резко опомнилась и начала сопротивляться: — Эм, Гарри, успокойся! Ты ничего не понимаешь и многого не знаешь! — попыталась возразить Гермиона, — отпусти, пожалуйста, мне больно! — уже в слезах сказала ведьма. На ее руке можно было заметить следы пальцев. — Поттер, немедленно её отпусти, иначе я за себя не отвечаю, — взбесился Люциус. Назревала крупная ссора вперемешку с дракой. Ничего нового. Хоть где-то приятное постоянство! А Поттер, как и ожидалось, не послушав Люциуса, всё ещё держал Гермиону за руку, но хотя бы остановился. Не дожидаясь, пока Люциус ещё что-нибудь скажет, Гарри достал палочку и направил её на Малфоя: — Ступефай! — крикнул Гарри. Из его палочки вылетел красный луч и понесся на Малфоя. — Протего, — не растерялся Люциус, — Экспеллиармус! Гарри увернулся, а с ближайших стеллажей, куда попало заклинание, полетели книги. — Сектум… — посылая очередное заклинание, Поттер не заметил, как Гермиона оказалась сзади и направила на него свою палочку: — Иммобилус! Инкарцеро! — Молодец, — похвалил Гермиону Люциус, затем он подошёл к связанному Поттеру, взял его за шиворот и усадил в кресло, – ну, Поттер? Может, расскажешь нам, зачем тебе так нужна Гермиона, что ты даже пришел в поместье уважаемого члена магического общества и устроил тут дуэль? — прошипел Люциус и снял замораживающее заклинание. — Да пошёл ты! — сказал Гарри, за что получил размашистую пощёчину. — Вежливее, мистер Поттер, вежливее, — холодно сказал Люциус, в голосе которого стала слышна сталь. Неожиданно, в камине снова зажёгся зелёный огонь. Гермиона рефлекторно направила палочку на камин, но тут же опустила её, когда узнала вошедшего: в особняке появился Альбус Дамблдор. Он выглядел необычайно встревоженным. Он бросил быстрый взгляд на книги, валявшиеся на полу. Потом он перевёл свой взгляд на Гарри и сказал: — Гарри, мальчик мой, что здесь произошло? Удивлённый этим вопросом, Люциус снял верёвки, которые опутывали Гарри. Тот, не медля, вскочил с кресла и быстрыми шагами подошел к Дамблдору. Будто птенец под защиту орла — промелькнула мысль в голове Гермионы. А Гарольд, тем временем, начал, по-другому не скажешь, жаловаться: — Профессор, это всё Малфой! Он напал на меня, когда я пытался забрать Гермиону! — с жаром и гневом произнёс Гарри. — Вот именно! — перебил Малфой, — Он пытался забрать Гермиону силой, не слушая её и моих возражений по этому поводу! Ваш хваленый Герой, Дамблдор, устроил дуэль на территории чужого поместья! Варварство! И это ещё как посмотреть, кто на кого первый напал! — гнев и возмущение лились из обычно спокойного аристократа, как из рога изобилия. Серые глаза метали молнии. В голове ведьмы очень кстати промелькнула сцена с маленькими детьми в детском саду, не поделившими игрушку и подравшимися. А потом, перед строгим взглядом отца, показывающими друг на друга пальцами, а-ля «он первый начал!». Мальчики, вам сколько лет, десять? — язвительные слова так и не сорвались с уст волшебницы. Не хватало ещё попасть между молотом и наковальней! А тем временем возродившийся директор в который раз взял на себя роль миротворца: — Гарри, мальчик мой, ты неправильно меня понял! — с укором произнёс Дамблдор, — Люциус не насильно держит Гермиону в своём доме, а по обоюдному согласию. Тем более, Люциус будет обучать Гермиону. Поттер недоуменно посмотрел на Дамблдора и выдал: — Профессор, но вы же говорили, что Гермиона будет учиться в Хогвартсе! Теперь на Дамблдора выжидающе смотрели все трое — Гарри, Гермиона и Люциус. И девушке, во все глаза глядящей на Дамблдора, на одно мгновение почудилось, что Великому Светлому Волшебнику захотелось дать себе по лбу. Ну или в лоб, но уже Поттеру. — Гермиона, девочка моя, — начал свою оправдательную речь Дамблдор. Гермиону, при всем её гневе и возмущении позабавил оправдывающийся с видом висельника директор, но естественно, на её лице это никак не отразилось, — это правда, но… — Дамблдор не успел закончить, как заметил что мягкое свечение вокруг девушки ослепительно вспыхнуло. Карие глаза девушки внезапно потемнели и лишь появившийся зеленый ободок вокруг зрачка разделял тьму. Фокс жутко разозлилась на Дамблдора. Как он мог что-либо говорить за меня? Принимать за меня такие важные решения? Не посоветовавшись со мной! Да как он мог?! — эти мысли набатом звенели в голове Гермионы. Её возмущению не было предела. Вдруг Гермиона почувствовала, что её накрывает сильная и жгучая волна магии. Прекрасной, девственной, Истинной магии. Той самой магии, которая дает возможность колдовать в этом мире. Е можно сравнить с тем же оущением, которое возникает при покупке первой палочки. Только в сотни, в тысячи раз сильней. Поначалу Гермиона испугалась, но потом она была бесконечно счастлива. Магия делала её счастливой. Такой цельной! Но когда она заметила, как на неё смотрит Люциус, что Гарри что–то кричит ей, а Дамблдор с вытаращенными глазами схватился за горло и осел в ближайшем кресле, она поняла, что что–то идёт не так. Девушка поняла, что пугает их. Что это во всем виновата. Тогда Гермиона попыталась успокоиться, взять под контроль магию. У неё, в итоге, получилось, но, конечно, не сразу. Ей было страшно смотреть на Люциуса, она была готова плакать от его взгляда. Он боялся её! Ей было больно и страшно. Вдруг она перестала светиться и упала на ковер. К ней сразу бросился Люциус. — Мисс Фокс, с вами всё в порядке? — она поняла, что он боялся не ее, а за нее. Он боялся за нее! — Да, — из последних сил выдавила она, чувствуя нарастающую слабость. Тьма волнами накатывала на неё все сильнее и сильнее, вызывая до боли знакомое ощущение тошноты. Ну вот опять, Салазар тебя задери! — подумала Фокс и отключилась. *** Она снова была в этом месте. Но Салазара она не увидела. — Салазар! — крикнула Гермиона, беспокойно озираясь по сторонам. — О, Гермиона! Я тебя долго ждал! Почему ты ко мне не приходила? — отругал её Салазар, но его глаза лукаво сверкали. — Вы не объяснили мне, как использовать заклинание! — напомнила Гермиона. — НЭто же просто! Это заклинание накладывается перед сном, чтобы во сне ты пришла ко мне, при этом никого не потревожив, — пояснил Салазар, явно недоумевая, как она не додумалась до этого сама, – вот, прочитай вот это, — сказал Слизерин и протянул Гермионе толстую ветхую книгу, а затем отошел, бурча себе под нос что-то об уровне современного образования. На обложке было написано — «Тёмные искусства». Гермиона открыла книгу и принялась читать. Там было написано очень много интересного и довольно понятным языком. Углубившись в книгу, девушка забыла о своем предке. Через час Гермиона закончила читать. — Салазар, спасибо, конечно, за столь интересное чтиво, но зачем вы дали мне эту книгу? — спросила Гермиона. Книга оказалась очень познавательной, несмотря на довольно жуткое описание различных обрядов и заклятий, но Гермиона ещё со времен войны привыкла искать во всем скрытый смысл, и сейчас в её душе зародились некоторые подозрения. — Затем, Наследница, чтобы ты поняла, что есть зло, а что — добро, что есть тьма и что есть свет. А так же, конечно, чтобы ты наконец поняла, что с тобой произошло, — ответил Салазар, внимательно рассматривая юную Фокс.