Оставаясь внутри

Спустя месяц я окончательно освоилась в Глейде и почти справилась с данным себе обещанием, просто став невидимкой для остальных жителей. Все стало донельзя привычным, даже родным. Не пугал грохот открывающихся ворот, не страшила тяжелая работа, не вызывали никаких эмоций и скабрезные шуточки парней. Каждый день был похож на предыдущий, заставляя сходить с ума от постоянного чувства дежа вю. По рекомендации Клинта, я осталась у Медаков, изредка помогая Котелку или в Садах. К картографической мне строго настрого запретил приближаться Минхо, назвав меня «рукожопой курицей с мозгами табуретки». И это не улучшило царившего между нами напряжения, которое возникло после сцены с объятиями Алекса. Кстати, Алекса я видеть перестала вовсе, изредка пересекаясь с ним утром или перед отбоем. Он оправдывал это жестким загрузом и нехваткой «прямых рук» среди бегунов, не способных нормально зарисовать переплетения коридоров. Теряя связь с только обретенными друзьями, я решила найти себе небольшое хобби, которое помогло бы мне вынырнуть из серого омута, с головой поглотившего меня. Вскоре я нашла такое хобби, стащив у зазевавшегося однажды утром Алекса небольшой блокнот и пару грифельных карандашей, которые они таскали в Лабиринт, делая там наброски. Уединяясь у кромки леса, я стала рисовать. Неуверенно, коряво, постепенно набивая руку, я зарисовывала окружающий меня пейзаж, серый монолит стен, окруженный изумрудным морем зелени, расцветающие белым цветом яблони. Скоро блокнот заполонили небольшие фигурки, застывшие у костра, собирающие урожай, спешащие на ужин. Я переносила на бумагу искрящийся смех Алекса, мудрый взгляд Ньюта, сурово сдвинутые брови Алби, сверкающие обсидианом глаза Минхо. Очень долго пыталась изобразить себя, просто желая взглянуть со стороны, но бросила это гиблое дело, снова запечатлевая на бумаге моменты из жизни этого небольшого мира. Пока однажды мое мирное уединение не прервал насмешливый голос: -А я то все думаю, какая зараза уперла мой блокнот! Так вот она, сидит тут каракули выводит! Я пугливо прижала блокнот к себе. -Прости, Алекс, я думала ты не заметишь.- я пристыженно улыбнулась другу. -Даа ладно уж, мне не жалко. Что это ты делаешь? Письма любовные строчишь? А кто Ромео? Надеюсь, я? — пытливо вопрошает парень. Я фыркаю, оставляя его глупые вопросы без ответа. Начинаю было подниматься с земли, когда этот хитрый говнюк выхватывает блокнот, быстро пролистывая страницы. Я кидаюсь к нему, стараясь отобрать его, но силы явно не равны. -Черт, детка, че ж ты молчишь-то, как рыба то недобитая, такие каракули не грех и показать! — восхищенно тянет парень. -Ага, вы тут все такие ценители искусства, умереть не встать! — я рассерженно хлопаю его по спине.- Отдай, гаденыш! -Не бурчи, крошка, у меня созрел гениальный план! — Алекс резко хватает мою руку и тянет за собой в сторону Картографической. Я всеми силами упираюсь, но тягаться с ним, все равно что стену двигать. Словно на привязи, залетаю вслед за ним в тесное помещение, святая святых бегунов! Несколько пар глаз недоуменно уставились на нас. -Какого лешего, шанк? Девице сюда вход заказан.- недовольный Минхо тычет в меня пальцем. Я закатываю глаза. -Я нашел нам нового чертежника.- радостно вопит мой ненормальный друг, вызывая у всех удивление. -Хрена собачьего она будет тут ошиваться.- куратор бегунов качает головой. -А я и не собираюсь! — наконец не выдерживая я и грозно зыркаю на Алекса, все еще крепко державшего мою руку. -Сядь, дурында.- парень толкает меня на стул, недавно занимаемый Минхо.-Просто попробуй, ты от этого не помрешь.- он двигает ко мне какие-то листочки, изрисованные линиями и непонятными надписями. В голове странно запульсировало, вызывая странное чувство беспокойства. Это Лабиринт. -Ну-ка перерисуй.- он кивает на разложенные бумажки. Я отрицательно мотаю головой. -Не ломайся, Энн, что ты как баба! -Я и есть баба, осел! — я рассерженно зашипела. Парни дружно заржали. Понимая, что отсюда просто так не уйти, беру чистые листы и принимаюсь за дело. Я черчу, обвожу, помечаю, полностью погрузившись в работу. Минут через 10 отдаю готовый набросок Алексу, ожидая его реакции. Он принимает мои каракули, подзывая Минхо и что-то увлеченно шепча ему. Я же осматриваюсь, впервые оказавшись в этом тайном месте: какие-то ящики, заполненные бумажками, стол, заваленный чертежами, повсюду разбросаны грифели. Исподтишка разглядывая секретные рисунки, я осознаю какую большую работу проделали ребята, оббегая километры опасных коридоров, которые каждую ночь меняются, запугивая и сбивая с толку. Правда выход они так и не нашли. Мои наглые подглядывания прерывает недовольный вздох Минхо. Он устало потирает лоб, словно принятое решение отняло последние силы. -Я поговорю с Алби, если он разрешит, то будешь тут свои каракули чиркать, но до первого косяка.- его взгляд прожигает меня неприязнью. Да плевать, я не напрашивалась. Алекс же победно улыбается, стаскивая меня со стула и приобнимает за плечи. -Не кипишуй, босс, у девчонки руки из нужного места растут.- хвалит меня друг. Мило. Минхо закатывает глаза, усаживаясь обратно и больше не обращая на нас внимания. Мы наконец выскальзываем из душного помещения навстречу освежающей прохладе сумерек. Я потягиваюсь, вдыхая наполненный ветром воздух, замираю от полного ощущения покоя, царящего в этом месте сейчас. -Было бы так всегда.- невольно вырывается из моих уст. Алекс громко вздыхает, оглядывая мой профиль. -Если бы..Но это все временно, все в этом мирке вокруг нас слишком непостоянно, крошка. -А ты думаешь там за стенами мы найдем такой же покой? — я пытливо смотрю на задумавшегося друга. -Да, там жизнь, а тут, — он обводит рукой окружающий нас пейзаж, — всего лишь существование. -Но ведь выход так и не найден. -Ну так для этого тут мы! — Алекс возвращает себе радостное настроение.- И ты теперь с нами, будешь нам помогать, так что оставь свою бабскую фигню и не грузи мои мозги всяким депрессивным кланком! Я не могу не улыбнуться столь искренней надежде, звучавшей в голосе моего друга. Но душу не отпускала странная тревога, разжавшая цепкие пальцы только после закрытия ворот.

***

С одобрения нашего сурового предводителя Алби я была милостиво допущена к работе в Картографической, не обошлось, конечно, без ехидных комментариев со стороны Минхо, но я это ожидала и поэтому просто показала ему средний палец. Моя жизнь стала наполняться разнообразием, теперь уже чередуя работу у Медаков и Чертежников, я была в центре всех событий, скудно оживлявших наш замкнутый мирок. Я успевала и подлечивать поранившихся шанков, которые выбалтывали все, что происходило за день, и знакомиться с тайнами куда покруче украденной булки хлеба. Не раз я заставала Минхо и Алби за перешептываниями, а порой и весьма эмоциональными обсуждениями, обычно ни к чему не приводящими. Я могла лишь догадываться о чем шла речь, но, конечно, никто меня посвящать в это не собирался. Если Алби терпел мое присутствие, то Минхо явно меня не выносил на дух. Сначала такое отношение моего нового начальника задевало, зато быстро помогло затушить едва загоревшийся огонек моей симпатии к нему. Радовало одно, что став полноправным Картежником, я даже приобрела уважение среди других ребят, избавившись на время от всяких колкостей непристойного характера в мой адрес, хотя некоторые бесились из-за моего внезапного «повышения». И в один из тихих вечеров мне это вышло боком. Наступил день прибытия новенького, так что вечером все готовились хорошенько отдохнуть и напиться до чертиков. Несомненно, перспектива оказаться одной в компании пьяных и не совсем адекватных парней меня не привлекала. Прикончив ужин и разбавляя скуку разговором с единственно трезвым Ньютом, я не заметила как стала причиной неотрывного внимания одного из глейдеров. Среди мелькающих теней от костра, я пару раз ловила чей-то пристальный взгляд, но не придала ему значения, это не было чем-то удивительным для меня. Но все же остерегаясь возможных поползновений в мою сторону, я засобиралась свалить в свою комнатушку и попытаться уснуть под дикие взрывы хохота и рулады пьяных мальчишек. Аккуратно перешагивая через ноги уже некоторых отрубившихся жертв ужасной настойки Галли, я скользнула в темноту, пробираясь буквально на ощупь к Хомстеду. Зайдя в дом, я спешу к умывальнику, но меня тормозит резкий рывок назад, я теряю равновесие, влетая в чьи-то руки. Передо мной те самые глаза, что неотрывно следили за мной у костра. Я дергаюсь прочь, пытаясь высвободиться, но засранец крепко держит меня. -А ну отпустил меня, шанк тупоголовый! -злобно шиплю я. На руках точно будут синяки. -Сегодня мы с тобой немного развлечемся, ты же будешь послушной шлюшкой? Раз не отказываешь другим, то и мне не откажешь! — говорит он, окутывая меня зловонным дыханием. -А не пойти бы тебе в задницу, ушлепок! — рычу я и с размаху заезжаю ему коленом между ног. Руки, держащие меня, опускаются, даря мне долгожданную свободу, я бегу скорее к двери, набирая полную грудь воздуха для крика о помощи. Сбежать удалось недалеко из-за неожиданной подножки и вот я уже встречаюсь лицом с твердой поверхностью пола. Это лишает меня сознания на несколько мгновений, которых этому уроду хватает, чтобы перевернуть меня и оседлать мои ноги. Он дергает мою рубашку, от чего все пуговицы разлетаются по комнате, жадно елозит руками по коже. Помещение вращается перед глазами, я сдавленно кричу, прежде чем он залепляет мне звонкую пощечину. Цепляясь за остатки ясного ума, я пытаюсь отчаянно бороться, но он снова ударяет меня, продолжая шарить по всему телу и мерзко слюнявить мое лицо. Неожиданно все прекращается. Я будто сквозь вату слышу звуки борьбы и чьи-то ругательства. Но мне уже по барабану. Я просто хочу забыться. Сознание покидает меня и я проваливаюсь во мрак.