Оставаясь внутри

Ощущение полета над землей заканчивается весьма грубым приземлением в реальность. Мне ничего не приснилось. Меня и правда чуть.. Не хочу даже мысленно произносить это. Голова болит, раскалываясь на тысячи осколков, не давая понять где я и что происходит. Спустя мгновения, а может и часы, ибо мое понятие времени немного изменилось, ощущаю боком чье-то тепло и легкое покачивание. Долго выстраивая логическую цепочку, до меня доходит, что меня несут на руках. Я нервно начинаю дергаться, в страхе боясь вновь увидеть глаза своего мучителя. -Да не трясись ты, это я! — слышу до боли знакомый шепот. Позволяю себе выдохнуть, потихоньку восстанавливая картинку произошедшего. Меня начинает тошнить. -Отпусти! — из горла вырываются какие-то хрипящие звуки. Минхо опускает меня на землю, отходя на пару шагов. Падаю на колени, не выдерживая вес своего собственного тела. Ненавистного и грязного. Запятнанного чужими грубыми руками и губами. Живот и горло сводит спазмами от нахлынувших воспоминаний, но я тревожно сглатываю. Не хватало еще проблеваться при парне. Вдруг меня разбирает дикий смех. Смеюсь громко и жутко, до тех пора, пока не чувствую руку на своем плече. Минхо присаживается на корточки возле меня. Убирает спутанные волосы с лица, что-то разглядывает. Я замираю, не в силах и шевельнуться. Все-таки смотрю на него. Он красивый. Улыбаюсь. Легко и беззаботно. Хватаю за руку, дергаю к себе ближе, впиваюсь окровавленными губами в его мягкие, чуть сладковатые. Мед и травы. Аромат леса и уютного теплого тела. На поцелуй он не отвечает. Наверное, противно. Я упрямо атакую его неподатливые губы, пробираюсь холодной рукой под футболку бегуна, заставляя его вздрогнуть. Глажу, царапаю, пытаюсь достучаться до его души за этим крепким ледяным фасадом безразличия. Через секунду он встряхивает мое тело, отталкивая от себя. Тяжело дышит и злится. Уж эту сторону его характера я изучила лучше всего. Он в гневе. Он кипит от переполнявших его эмоций, кажется еще секунда и пар из ушей повалит. Представляю эту картину и начинаю снова смеяться. Смех правда застревает в горле, выдавая вместо него какие-то булькающие звуки. Глубоко вдыхаю. -Ну и как тебе мой хахаль? — шепчу сквозь разбитые губы. Слова повисают в воздухе между нами, электризуя и без того накаленную обстановку. Я встаю, меня конкретно штормит, так что приходится долго привыкать к вертикальному положению. Иду обратно к Хомстеду, из которого парень вынес меня. Спотыкаюсь, даже пару раз падаю, но заставляю себя подниматься. Войдя в холл, я оглядываю пол, на котором виднеются капли крови. Мои? Этого ублюдка? Аккуратно обходя кровавые пятна, дохожу до душевой и прямо в одежде становлюсь под обжигающе холодные струи воды. Вода приносит успокоение и облегчение моему горящему в лихорадке телу. Стаскиваю насквозь промокшую футболку, растирая ею покрывшуюся мурашками кожу, стирая противные следы-напоминания того, что было. Стало легче. Спешу наверх, в темноту своей скромной обители, жалея, что не могу спрятаться тут навсегда. Стягиваю просыревшую одежду и дойдя до заветной кровати, падаю ничком и проваливаюсь в спасительный сон. Утро вечера мудренее.

***

К моему удивлению, меня никто не будит и вообще не трогает. Проснувшись, у кровати обнаруживаю несколько контейнеров с едой и бутылку воды. Есть совершенно не хочется, хочется зарыться с головой в подушку и выть: от обиды, боли в опухшей щеке, от собственной глупости и покинувшей веры в то, что я тут теперь своя и меня никто не тронет. Теперь я всей душой ненавидела это место, тех, кто нас сюда засунул, этих парней, эту боль внутри меня, саму себя и даже Минхо, который стал моим спасителем второй раз. Ненавидела и этот дурацкий поцелуй. Ооооо, черт! Я его еще и поцеловала! Он, наверное, думает, что я окончательно двинулась. Хотя в своей адекватности я и сама начала сомневаться. Пара мысленных пощечин и я снова падаю головой в подушку. В полной прострации я провожу всю ночь, не смыкая глаз, лишь перед рассветом проваливаясь в тяжелую дрему. На удивление, ничего не снится. Зато пробуждение приносит новую волну самоуничижительных мыслей и желание закопаться где-нибудь в Могильнике. Но, поборов себя, я все-таки спускаюсь вниз. Втянув прохладный утренний воздух с легкими нотками жареной яичницы, я направляюсь в сторону источника манящего запаха, вызвавшего в животе голодное бурчание. Кухня встречает меня робкой улыбкой Котелка и протянутой тарелкой, которую я благодарностью принимаю. От чего-то становится легче. Усаживаюсь на дальнюю скамью, принимаясь за завтрак, пока мое уединение не нарушается постепенно заполняющими помещение сонными мальчишками. Я всячески пытаюсь слиться с окружающим пейзажем, вжимая голову в плечи, жалея в этот момент, что я не черепаха. Но, конечно же, мое присутствие незамеченным не остается и рядом на лавку бухается через чур бодрый Алекс с притихшим Ньютом. Мой друг хлопает меня по плечу, пытаясь приобнять. Я мелко вздрагиваю, словно это не рука моего друга, а ядовитая змея. Наконец поднимаю голову и смотря на своих товарищей, открывая их взору фиолетовый синяк, разукрасивший мою скулу, и кровоподтек на губе. Алекс убирает руку, судорожно сглатывая и отводя глаза, Ньют рядом шумно выдыхает. Я снова утыкаюсь в уже пустую кружку, слезы подкатывают и почти готовы выплеснуться, но я сдерживаюсь и стремительно выбегаю прочь из столовой. Пока бреду до Картографической, позволяю наконец соленой влаге скользить по щекам, унося с собой мою боль и все воспоминания о той ночи. Ничего не видя из-за застилавших мой взор слез, я сталкиваюсь в дверях с моим спасителем. Минхо не совсем рад меня видеть, судя по недовольному изгибу губ и холодному взгляду. Мы смотрим друг на друга, пока мне не становится неуютно, я опускаю глаза вниз и замечаю кровавые ссадины на костяшках правой руки. -Тебе к Медакам надо! — хрипло шепчу я, прерывая напряженную тишину и хватая ладонь, осматривая повреждения. Его рука мгновенно сжалась в кулак, заставляя ранки еще сильнее кровоточить. -Мне и так нормально.- голос Бегуна полон враждебности. -Ты злишься на меня? — я решаюсь снова посмотреть на него. -Если ты про поцелуй, то прости, это..я сама не ожидала.- выдыхаю я. Парень вырывает руку и устало качает головой. -Забудь. Мне пофиг. -Тогда почему? …-я всматриваюсь в него. -Просто отстань от меня, тупица, и все.- Минхо резко дергается от меня, устремляясь к выходу. Его слова неприятно кольнули меня где-то глубоко внутри, от чего я сжала зубы, стараясь снова не расплакаться. -И еще, ты должна была мне желание, — кидает он мне в спину, — так вот, сделай так, чтобы мне не пришлось больше никогда вытаскивать твою проклятую задницу из очередного кланка! Я осознаю сказанное, когда дверь за ним со стуком захлопывается. Я не помню сколько так простояла и лишь приход Алби вырвал меня из тяжелой задумчивости. -Минхо все рассказал. Тебе не стоит больше опасаться. Никого здесь. Я даже не взглянула на нашего вожака, присаживаясь за стол и принимаясь за оставленные ребятами наброски. Жизнь, если ее так можно назвать, в этом месте шла своим чередом. И меня мало волновало, что случилось с тем уродом, мало интересовало, что рассказал Минхо, и что сказали ребятам обо всем произошедшем. Раз выхода нет, значит будем искать плюсы даже в той кучке дерьма, которая теперь являлась моим домом.