Terra incognita

Отбор в экспедицию тем временем продолжался. В одно прекрасное утро секретарь Багаутдинова подвела к Аэлите невысокую молодую женщину с длинными светло-русыми волосами, сколотыми на затылке и распущенными по спине. Женщина представилась: — Здравствуйте. Я — Фаина Обнорская, третий университет Баалата. Мы с вами переписывались. Вы ведь Аэлита фон Оберштайн? — Да! — обрадовалась фрау Оберштайн. Она действительно читала работы этой женщины, и они показались ей очень интересными. — Проходите, пожалуйста! Давайте знакомиться. Они около часа оживлённо беседовали о рабочих проблемах. Новая знакомая нравилась Аэлите всё больше. И, видимо, это было взаимно. Они были «из одного теста». «Дочки Марфы», трудяжки, которым всего добивались своим горбом. Обе упоённо занимались наукой (да и области научные были «соседними»), были людьми творческими. И ещё обе — матери-одиночки. — Аэлита, у вас есть дети? — неожиданно спросила Фаина. — Два мальчика, семь и полтора, — улыбнулась Аэлита. — Моему тоже семь, — отозвалась Фаина. — Со мной летит. — Мои — тоже. — Значит, подружим, — обе женщины дружно рассмеялись. Ещё через два дня подруги решили пойти в кафе, благо подошло время обеда, попить чаю и продолжить обсуждение и рабочих и нерабочих проблем в более свободной обстановке. В коридоре их внимание привлекла необычная пара. Высокий спортивный мужчина лет тридцати пяти с некрасивым, но приятным лицом, одетый в форму Армии Альянса устраивал возле кабинета адмирала Валена инвалидную коляску, в которой сидел худощавый светловолосый молодой человек лет тридцати, тоже в военной форме альянсовцев. Дверь кабинета Багаутдинова открылась, профессор и адмирал Вален вышли в коридор. Оба офицера, увидев их, взяли под козырёк. Это по вызову руководства экспедиции приехал уже упоминавшийся Каспер Линц. Он представился и извинился, что приехал не один: его друг уже года три как получил инвалидность и явно страдал от недостатка впечатлений. Профессор не возразил, за руку поздоровался с Линцем и его другом и жестом пригласил Линца в кабинет Валена. Офицеры поприветствовали друг друга по-военному. Все трое расположились у стола. Дверь закрылась. — А какой пилот был… — вздохнул Линц, как бы комментируя ситуацию. — Да… — задумчиво покрутил пальцами профессор. — Война — не мать родна… Открыл блокнот и поставил на листке »-» и »+». А тем временем в коридоре Фаина, извинившись перед Аэлитой, подошла к сидевшему в коляске молодому человеку и стала его расспрашивать. Молодой человек сначала стеснялся, но потом стал отвечать спокойно, обстоятельно и даже охотно. Звали его Иваном Коневым. Он около десяти лет прослужил в истребительной космоавиации войск Альянса. Потом — тяжелое ранение, инвалидность, отставка. Учил начинающих, учился сам. Но не забыл мечту снова сесть за штурвал. — Вы разбираетесь в медицине, Фаина? — удивилась Лита. — Немного, — ответила та. — Хотя это больше народная медицина. Целительство, травничество, гомеопатия, силы природы, если хотите. Мне придётся работать ещё и с доктором Багаутдиновой. Она в этом разбирается гораздо больше, — Фаина снова обернулась к Ивану, и женщины уже в два голоса стали расспрашивать его об Изерлоне. Тот охотно отвечал. Вообще, как показалось Аэлите, он был безумно рад разговору с совершенно незнакомыми людьми. «Бедный парень! — подумала она. — Неужели он часто остаётся один? Это нехорошо!» Наконец минут через сорок дверь открылась и показался тот самый офицер- изерлонец. Он вежливо попрощался с Валеном и профессором и вышел в коридор. — Пойдём, Ваня, — он взялся за ручки коляски. — Нам пора. — Подожди! — весело сказал Иван. — Это невежливо! Милые дамы! Позвольте вам представить этого замечательного зануду. Это полковник в отставке Каспер Линц. Между прочим, последний командир полка розенриттеров! Дамы рассмеялись. — Ого! — сверкнула глазами Фаина. — А я думала, розенриттеры — грозные и неприступные! Линц покраснел. — Пойдём, Вань. Нам пора! — и буквально потащил коляску к лифту.