Terra incognita

Помощники Фернера не обнаружили ни около дома, ни по дороге, ни около стоянки кораблей ничего подозрительного. И это встревожило адмирала больше всего. «Мадам своими руками делать ничего не будет. В иное не верю. Она слишком в свою власть уверовала. Графиня Грюнвальд — тем более. Эта вообще любит, чтобы ей всё в готовом виде в дар принесли. Принцесса на зёрнышке, чтоб её… А вот этот ублюдок… Либо решил, что ему всё можно и расслабился. Либо готовит какую-то гадость и хочет неожиданности. Либо я что-то упустил. Если последнее, то я себе не прощу! Надо везде оставить скрытые посты. И, Хель меня возьми, как же хорошо, что отыскались союзники!»  И, сев в машину, он стал в уме перебирать собранное на Кесслера досье. Итак, Ульрих Густав Кесслер. Родился в 457 году на планете Бейнцель в системе Грайц. Отец — инженер на хлебозаводе. Второй сын в семье. Имеется старший брат Генрих Альберт и две младшие сестры, Марта Амалия и Агнесса Екатерина. Достаток родителей — средний, капиталов нет, недвижимости нет. Шансов на получение дворянства нет. Никаких льгот по отсрочке от армии не имел. Старший брат, кстати, отслужил два года как рядовой. Никаких дополнительных привилегий для поступления в военные учебные заведения — тоже. Средствами для оплаты обучения в гражданском университете семья также не обладала. Однако, окончив в 474 году гимназию с отличием, Кесслер всё-таки сумел поступить в военную академию на факультет юриспруденции. С 480 года служит по специальности. В начале карьеры три раза подавал прошения о переводе в строевые части, но каждый раз, получая отказ, не настаивал. Видимо, подавал «для очистки совести» или «для имиджа», хотя не следует исключать и искренние порывы. Последний раз подал прошение после ухода на фронт однокашника и приятеля по гимназии Аубенда Евгения фон Кляйнгельта. В итоге недолго повоевал как строевой офицер уже под руководством Райнхарда фон Лоэнграмма. Остальная служба — штабы, военно-следственные органы и полиция. Работал результативно. 75% дел раскрыто. В т. н. «неслужебных» контактах с криминальным миром в те годы замечен не был. А возможно — просто не смогли заметить или не искали. В свете открывшихся обстоятельств надо проверять ещё раз. По службе продвигался хорошо. Но материальное положение семьи, если верить налоговым декларациям и донесениям агентов службы собственной безопасности, оставалось далёким от идеала. До прихода к власти Райнхарда фон Лоэнграмма. Благодаря адмиралу фон Гриммельсхаузену у Кесслера появился шанс, и он его не упустил. В личной жизни, как говорится, связей, порочащих его, не имел. Во всяком случае — не замечен. Ничего достойного внимания. Кроме, пожалуй, некоей Эсфири Маргариты фон Кляйнгельт, в девичестве Блайсфель. Судя по всему — первая любовь. Вышла замуж за того самого погибшего однокашника. Известно, что, овдовев, она несколько раз встречалась с Кесслером. Уже при Лоэнграмме. Сейчас живёт уединённо в имении Кляйнгельтов, доставшемся ей после смерти свёкра. Вроде, история ничем не примечательна, но надо будет покопаться. Кстати, странность… Наследство фрау Эсфирь получила по завещанию. По линии наследования имение должен был получить её сын. Но свёкор составил завещание в пользу невестки. Надо, пожалуй, всё-таки навести о ней справки поподробнее. А потом пошла череда терактов. Просматривая в последнее время все эти дела, Фернер поражался себе. «У Его превосходительства могло не достать времени, у него были дела других масштабов, но я-то как упустил?! Эти дела уже тогда надо было объединять! Да мне, по-хорошему, не службой госбезопасности руководить, а на перекрёстке уличное движение регулировать! Это же в глаза бросается! Стыд-то какой! Если бы не герр Мураи…» «Чего ж тебе не хватало-то, голубь ты мой белокрылый? Карьера пошла в гору… Деньги, хоть и говорят, что их много не бывает… Сестёр замуж неплохо выдал… Сам женился и по симпатии, и не без выгоды… С братом семейный бизнес завели… Нельзя, конечно, ну да и Хель бы с тобою, если б так дела не начали поворачиваться… Порыться что ли ещё поглубже в этом бизнесе? …» В этот момент машина остановилась и Антону пришлось вынырнуть из своих размышлений.