Амарантайн

3 число месяца Облачник 9:33 Дракона В Башне Бдения стоял великолепный весенний день, первый по-настоящему тёплый в году. По-хорошему, у Андерса была прорва дел – сварить зелья, сделать припарки – но, взглянув на солнце за окном, он без малейшего сожаления отправился к тренировочному полю. Он удобно раскинулся на одной из скамеек, сложив руки за головой, закрыл глаза и ни о чём особенном не думал. О Йоване ничего не было слышно с тех пор, как он сбежал из крепости со Справедливостью в голове. Но и о безумном одержимом, разоряющем деревеньки, они тоже не получали вестей, так что можно было надеяться, что они всё же не выпустили в мир величайшее зло. Андерс всё ещё скучал по Справедливости потому, что рядом был кто-то, полностью понимающий, через что он прошёл… но, по крайней мере, теперь дух занимался тем, чем хотел – где-то там сражался за правое дело. Хотя бы, говорил себе он, Справедливость был ещё жив. Неясно, сколько осталось от сути духа, когда тот слился с Йованом, и Андерс подозревал, что так никогда этого и не узнает. Маг тихо вздохнул. Он по-прежнему ничего не мог сделать с храмовниками, только прятаться и молиться, что они не нагрянут, пока Нерия в отъезде. Спустя неделю после происшествия с Йованом она уехала в столицу, чтобы добиться от Аноры официального разрешения магам на пребывание в Башне Бдения, будь они отступники или нет. Выдаст королева такой указ или нет, было совершенно неизвестно. Да даже если он и появится, то не сдержит Церковь навсегда, но тогда у них будет хотя бы передышка. За это время они придумают что-то ещё или подготовятся к побегу в Ривейн. – Ты как кот. – Привет, Гаррет, – улыбнулся Андерс, не открывая глаз. – Привет. Слабый солнечный свет перестал бить ему в глаза, и маг открыл их, увидев Гаррета, склонившегося над его лицом. – Подвинься, ты занял целую скамейку. – Я не предполагал, что предстоит с кем-то делиться, – сказал он без злобы и присел. Хоук рухнул на скамью, и Андерс тут же лёг обратно, положив голову ему на колени. – Вот так. – А что ты тут делаешь? – рассмеялся Гаррет, вытягивая ноги. – Дремлю на солнышке. А как это выглядит со стороны? – Именно так и выглядит, – Хоук рассеянно пробежал пальцами по волосам целителя. Тот удовлетворённо хмыкнул и прикрыл глаза. – Мне кажется, или ты только что мурлыкнул? – Возможно. – Иногда мне кажется, что ты слишком заигрался в кота, любимый. Андерс ухмыльнулся. Он больше не боялся слышать это слово от Гаррета. По-прежнему было странно произносить его самому: улыбаясь, уткнувшись носом в кожу Хоука, шептать «Я тоже тебя люблю». Очевидно, что он всё ещё беспокоился из-за храмовников, и будет наверняка беспокоиться из-за них до конца своих дней. Но они не заберут Гаррета только потому, что он любит его. Они могут арестовать Хоука по куче других причин, поэтому волнение всё ещё было… но ощущалось теперь по-другому. – А ты зачем сюда пришёл? – спросил в свою очередь Андерс, поворачиваясь и утыкаясь в ладонь Хоука. – Вообще-то тебя искал. – Оу? – Сурана и Зевран вернулись. – Оу! – Андерс открыл глаза и посмотрел вверх на Хоука. – Так Зев её догнал? – Видимо. Зевран появился в крепости пару недель назад, отправившись сюда сразу с корабля из Антивы в поисках, как он выражался, «сладчайшей любви моего дорогого Стража». Он немного растерялся, узнав, что она вернётся нескоро, и на следующий же день сам отправился в Денерим. – Надо, наверное, пойти поздороваться? – со вздохом предположил Андерс. – Возможно, – Гаррет даже не сдвинулся с места. – Но день очень хороший. – Это правда. – Скорей всего, они сами нас найдут. – Ага, – улыбнулся Андерс и вновь прикрыл глаза. – Ты уже знаешь, как там всё сложилось с королевой? – Нет. Я застал Нерию во время разговора с Варелем, и она первым делом прокричала, чтобы я побыстрее тебя нашёл. – Ну, строго говоря, приказ ты исполнил, – заметил маг, рассмеявшись. – Нашёл меня. – Ага, – Хоук провёл большим пальцем по его скуле. Они окунулись в уютное молчание. Рука целителя соскользнула со скамьи, и его пальцы коснулись травы. Когда послышались приближающиеся шаги, он уже почти спал. – Когда я попросила тебя найти Андерса, Хоук, то не совсем это имела в виду, – послышался голос Нерии. – Ну… Он очень убедителен. – Не смей валить вину на меня. Ты сам сел. Вообще-то, ты даже попросил меня подвинуться, чтобы сесть. – Не могу судить Хоука, – рассмеялся Зевран. – Меня самого прельщает перспектива посидеть с твоей прекрасной головкой на моих коленях. – Ох, Зевран, я скучал по тебе, – Андерс открыл глаза и счастливо вздохнул. – Так, вы двое, перестали флиртовать, – фыркнула Нерия. – А то у Хоука будет припадок. – Она подошла к скамье и ткнула ботинок Андерса. – Хватит уже лежать, у меня для тебя подарок. – О-о-о, ты привезла мне какую-нибудь блестяшку из большого города? – маг присел и опустил ноги на землю, разминая плечи. Нерия рассмеялась и нащупала что-то в кармане: – Эта штука, безусловно, блестит, – сказала она, вытаскивая свёрток размером не больше её ладони. – Особенно сейчас. Андерс нахмурился и принялся разворачивать подарок, удерживая его в одной руке. Слабое красноватое свечение проступало через ткань, и его сердце на секунду замерло, когда он стянул последний слой. В его ладони оказался небольшой стеклянный флакон с ярко светящейся жидкостью. Его филактерия. * Гаррет нахмурился, рассматривая светящийся фиал. Андерс же выглядел так, будто его стукнули по голове пыльным мешком. – Это?.. – Ага, – Сурана склонила голову. – Пока я встречалась с Анорой, Зевран успел заскучать и решил, что лучшим средством от хандры будет взлом хранилища Церкви и похищение наших с Андерсом филактерий. Целитель поднял взгляд на Зеврана: – Ты… как!? – О, всего лишь несколько дней слежки, немного взяток, чуть-чуть шантажа и парочка оставленных в нужном месте усыпляющих ядов… – ассасин пожал плечами. – Я не очень-то хорошо переношу скуку, как оказалось. Андерс тихо хмыкнул и принялся дальше разглядывать свою филактерию. Гаррет всё не мог точно определить, рад он был или подавлен. – Что сказала королева? – спросил он, поворачиваясь к Суране. – Что ж, хорошие новости: у меня теперь есть занятный декрет, провозглашающий, что все маги в Башне Бдения находятся под моей защитой и опекой. – Она улыбнулась. – Мы вне досягаемости Церкви. Хоук на секунду прикрыл глаза и медленно выдохнул. Он почувствовал такое облегчение, будто с плеч сняли тяжёлый груз. Они были в безопасности. Действительно в безопасности, все – и Бетани, и Андерс тоже. Наконец им удалось найти место, где храмовники не смогут их достать. Внезапная тоска захлестнула его такой волной, что защипало в носу: как хотелось бы, чтобы родители могли видеть это, могли жить все вместе и тоже познать эту свободу и уверенность. – К сожалению, – продолжила Сурана, – у декрета была своя цена. Я получила права для магов Башни Бдения ценой прав магов Круга, – она покачала головой. – Анора свернула кампанию по освобождению башни Кинлох от контроля Церкви. Не то чтобы эта кампания вообще продвигалась, но… я ждала… – она вздохнула. – Королева дала мне обещание перед всеми на Собрании Земель. Я действительно надеялась, что мы могли… – Начало положено, – сказал Гаррет. – Мы – официально одобренная группа свободных магов. Если никто из нас не станет одержимым, то это… это действительно многое докажет. – Например, Церковь увидит, что маги могут жить и сами по себе, без надзора. Андерс хихикнул и покачал головой: – Ты говоришь как Справедливость, – сказал он, и Хоук поморщился. – Не так самоуверенно, но так же оптимистично. Гаррет почесал переносицу: – Видимо, солнышко и добрые вести ударили мне в голову. – Ладно, – засмеялась Сурана, – мы идём внутрь, обедать. Скакали всё утро, чтобы поскорее вернуться сюда, и теперь я умираю с голоду. – М-м. Я тоже голоден, mi amor, – мурлыкнул Зевран, обнимая Нерию за талию и направляясь ко входу в крепость. – Сначала еда. – Такое расставление приоритетов выше моего понимания. Их голоса затихли вдали, и Гаррет поглядел на Андерса. Тот всё держал фиал и смотрел, как в свете солнца и магии сияет внутри него кровь. – Это первое, что с тобой делают, когда приводят в Круг, – начал он. – Не говорят тебе, что происходит, где ты, почему тебя забрали, а просто хватают за руку и вскрывают вену. – Он тряхнул волосами. – Четырнадцать лет над моей головой висело это проклятье, а теперь… – Андерс взглянул на Гаррета, криво улыбнувшись. – Знаешь, если эти двое попросят меня присоединиться к ним в постели, я буду морально обязан согласиться. – Этого не случится, – закатил глаза Хоук. – Но если всё же случится, помни: моральный долг, – он поглядел на филактерию и рассмеялся. – Если не понадоблюсь сам, так обеспечу им вечный запас зелий восстановления. – Думаю, это будет достаточной благодарностью, – подвинувшись ближе, Гаррет положил ладонь на шею возлюбленного и принялся мягко поглаживать её большим пальцем. – Собираешься разбить фиал или?.. – Ага. Только… знаешь, будет очень скучно – просто бросить его на землю и уйти. – Так ты… – Хоук наморщил лоб, – хочешь его со обрыва сбросить или что-то в этом роде? – Ну, я думал, скорее, о башне, но обрыв мне нравится больше, – сказал Андерс. – Кину его в расселину с острыми скалами. – И огненным заклинанием вслед запустить, – предложил Гаррет, улыбаясь во все тридцать два. – Отлично. Ты знаешь в этом толк. – И не только в этом, – Хоук поиграл бровями и придвинулся ближе, проведя ладонью от шеи любимого к его груди. Андерс пискнул и дёрнулся, и филактерия выскользнула из его пальцев и разбилась о сухую землю. – Вот тебе и скучно… – пробормотал Гаррет, и целитель разразился смехом, утыкаясь в его грудь. Хоук притянул любимого к себе и обнял за плечи. – И теперь ты… – начал Андерс, но захихикал вновь, – и теперь ты предлагаешь просто пообниматься? Гаррет закатил глаза и ничего не ответил. Он просто позволил Андерсу смеяться, уткнувшись в плечо, и притворился, что не замечает двух влажных пятен на своей рубахе. Наконец, целитель успокоился, всё ещё фыркая время от времени, и украдкой вытер глаза. – Пойдём. Хочу пообедать. – Ох уж этот твой серостражеский аппетит, – Хоук встал и протянул Андерсу руку. – Зато у меня есть и серостражеская выносливость, – заявил тот, тоже поднимаясь на ноги. – Не забывай. – Как бы я мог забыть? Андерс радостно оскалился и нарочно наступил на филактерию, тщательно раздавив её каблуком. Хоук улыбнулся и взял его за руку, переплетая пальцы. – Пошли, найдём тебе еду. – И кровать, – ввернул Андерс. – Я не выполнил ежедневную норму лежания на солнышке. Гаррет кивнул: – Чудесный план. И они зашагали в крепость, держась за руки.