Глава 1
29 сентября 2015 г., 11:58
В некотором царстве, в некотором государстве жила-была прекрасная и очень добрая Фея…
Хотя нет, Фея была не такая уж и прекрасная, и не такая уж чтобы добрая. Лишний десяток килограмм, вечно взъерошенная копна рыжих кудрявых волос и способность косячить на пустом месте – все это и составляло одну целую самостоятельную Фею-Крёстную по имени Мэрилин. Своей неуклюжестью она была прославлена на весь фейский мир, который с ужасом и трепетом на расстоянии следил за ее жизнью. Терпение гильдии фей-крёстных кончилось через пару столетий. Тогда-то они и призвали Фею к ответу.
– Это незаконно! Я требую адвоката!
– А устраивать пожар в Лондоне законно?!
– Ну, увлеклась! Я тогда булочки покупала, Томас, пекарь тот, такую сдобу пек – закачаешься! Я как раз дегустировала, а мундштук на прилавок положила, ну и… И вообще, я потом прошла усиленный курс пожарной безопасности!
– А музам ты сколько раз жизнь портила, м?
– Я им бескорыстно помогала!
– Отрезав ухо Ван Гогу?!
– Он сам отрезал! – возмутилась клевете Фея, тряхнув волосами. И уже тише пояснила, – мы в карты на желание с ним играли. Викеша совсем в карты играть не умел, а я тогда увлеклась сливовой настойкой… Черт попутал, с кем не бывает.
– А квадрат Малевича?! Который не должен был быть квадратом!
– Между прочим, только благодаря мне картина приобрела известность. То, что нарисовал Казик, вряд ли бы стало таким популярным.
– А зачем ты закрасила картину? Его Муза потом неделю рыдала!
– Психанула, – повинно пропела Мэрилин, опуская взгляд в разноцветный мозаичный пол.
– А Пизанская башня?! – вскричала главная Фея, грозно глядя поверх тонкой оправы круглых очков. – Тоже не твоя вина?!
– Не моя, клянусь! – истово закивала Мэри, прижимая пухлые ладошки к груди. – Зеленая Фея позвала на дегустацию ее настойки. А я потом домой летела и… не вписалась.
Долго шел судебный процесс, который закончился всеобщим фейским бойкотом. У Мэрилин отобрали всех ее подопечных, запретив ей вмешиваться в судьбы людей. Фея-Крёстная, конечно, обиделась и, гордо запнувшись о порог цветочного зала, умчалась на другой конец страны.
Фее поначалу было тяжело без работы, но, в конце концов, она взяла себя в руки. Магию у нее не отобрали, волшебный мундштук и запасы особого табака тоже.
Всех подопечных забрали, вот в чем печаль. Да вот забыли они об одном единственном младенце...
***цать лет спустя…
Фея-Крёстная уже проснулась и, не открывая глаз, пыталась припомнить вчерашние события. Вчера был день рождения ее соседа – Тролля. Вот уж с кем было полное взаимопонимание! Если Мэри лажала с волшебством случайно, то Тролль делал это согласно своему предназначению. На смену сну пришли воспоминания: то, как она пыталась продать свои кислотно-желтые крылья от известного дизайнера незнакомой бабочке, аргументируя это тем, что дарует уродцу красоту; и то, как она купала ту же несчастную в чаше с пуншем, сетуя на неблагодарность. Фея распахнула глаза, узрев свой полог, усыпанный подмигивающими звездами. Она чуть прищурилась, вспомнив, как ее по дороге домой остановил дорожный патруль, который она потом превратила в небольшое стадо ярко-синих козлов. Прикрыв глаза ладошкой, она поклялась себе больше никогда не пить и потянулась к ночному столику, где лежало ручное зеркало. С опаской заглянув в гладкую поверхность, Фея увидела недовольное лицо, ей не принадлежащее… По крайней мере, раньше она определенно точно выглядела не так. – Ну, че уставилась? – буркнуло зеркало, покрываясь рябью недовольства. – Ты кто? – Меня к тебе информатором приставили, – проворчала угрюмая стекляшка, сморщив острый нос. – Наказание у меня такое. Даже не спрашивай, что я такое ужасное совершил, что меня приставили к тебе. – Да я и не собиралась, вообще-то, – растерянно пожала плечами Фея, пытаясь собраться с мыслями. – Коне-ечно, какое тебе до меня дело! Всем на меня наплевать! – всхлипнула зеркальная поверхность. – Так, ты либо показываешь мне меня, либо я тебя разобью! – оборвала поток жалоб Мэрилин. – Я тебе что, зеркало, что ли?! – Вообще-то, да! – А вот и нет, – обиженно хмыкнул надменный голосок. – Я волшебный транслятор для фей – сокращенно «ВТФ». У меня, между прочим, и вай фай имеется! Хочешь, покажу? – Не надо! – быстро отказалась Фея. – Я верю! – Вот и чудненько, – благодушно провибрировал транслятор. – А сейчас по делу. Смотри. Мэрилин удивленно распахнула опухшие глазки-щелочки: зеркало, покрывшись частой рябью, транслировало незнакомую обстановку. – А качество улучшить нельзя? – посетовала Фея, пытаясь разглядеть картинку. – Ты в лесу живешь, сигнал ловит плохо, – пояснил транслятор, недовольно прожужжав. – Пытаюсь подключиться к спутнику. Вдруг картинка стала четче и чище, являя человеческую девушку в растянутой футболке со всклокоченными белыми волосами, сидящую за компьютером. Приблизив зеркало поближе и нащупав свой мундштук, Фея с интересом стала следить за девушкой, которая проворно стучала по клавиатуре одной рукой, а другой тянулась к дымящийся кружке. – А курить, кстати, вредно, – ехидно пропело зеркало. Мэрилин только шикнула, выпустив струю дыма прямо на поверхность. Зеркало, закашлявшись, замолчало, больше не мешая. Спустя полчаса Фея положила транслятор, потушила окурок, разгоняя рукой серебристый дым, и счастливо откинулась на подушки. У нее есть подопечная! И какая! Крестница-красавица, которой нужна помощь! Разве может быть большее счастье? Из всего, что она успела понять, без стеснения подсмотрев переписку, сегодня крестница отмечает свой день рождения. И все, о чем она мечтает – попасть на концерт знаменитого певца в стране Ляпландии – Адама Ламберта. Но вот беда, Хозяйка Ресторановна, у которой работает крестница, предупредила ту, что свадьба у них гулять будет, и что ей потребуется помощь. А узнав, куда собралась добрая помощница, Ресторановна решила во что бы то ни стало помешать ей увидеть Адама и его гитариста Томми Джо вживую. Позавидовала она счастью девицы. И теперь Мэрилин строила планы, как помочь любимой крестнице. Думала она, гадала, табак свой раскуривала, пока не пришла ей в голову одна идея. Сборы были долгими, умаялась Фея-Крёстная наряд подходящий выбирать да раздумывать, какие же крылья сегодня надеть. Но вот встала она перед большим зеркалом, кружась, рассматривая свое отражение да джин попивая. – Алкоголизм, между прочим, не лечится, – съязвил транслятор, появившись на золотистой поверхности. Фея даже джином подавилась, едва платье синее не облив. Недовольно показала язык, демонстративно хлопнула еще полстакана, подхватила свой мундштук и, поправив на спине пушистые золотые крылья, собралась выходить. – Эй, меня не забудь! – крикнул ей вдогонку транслятор. Мэри, громко протопав, подхватила за ручку зеркало, и запихнула его в карман. – Надеюсь, от тебя хоть какая-то польза будет. – А хочешь, чтобы не скучно было, я тебе того самого Ламберта включу? – глухо донеслось из кармана. – Меня, кстати, Стрим зовут.***
С музыкой идти по вечернему лесу было весело. Фея-Крёстная, приплясывая да размахивая крыльями, бодро шагала по лесным тропинкам, фальшиво подпевая Ламберту. Внезапно, услышав копошения, она шикнула Стриму вырубать концерт и прислушалась. Из-за пригорка раздавался полный недовольства голос. Некто с глухим эхом отчаянно матерился и всуе упоминал какую-то Алису: «дуру набитую, прости… господи неразборчивую». Заворожено слушая витиеватые эпитеты в сторону вышеупомянутой Алисы, Мэрилин взмахнула оперенными крыльями и полетела на голос. Мягко спланировав, Фея заинтересованно уставилась на меховую белоснежную попу с мягким подрагивающим хвостиком, торчащую из кроличьей норы. Заметив крупные задние лапы, упирающиеся по разным сторонам входа, Мэри бесшумно подкралась сзади и, склонившись, потеребила шевелящийся пушистый помпончик. Помпончик, вздрогнув, испуганно застыл, как и его обладатель...
