Любовь наизнанку

День в кафе выдался безумным. Как только Зак вошел внутрь, он понял, почему Ник посылал ему грустные рожицы. Толпа людей, везде грязные кофейные кружки. Запаренный Ник носился туда-сюда с подносом, сражаясь с заказами. Последние явно побеждали. — ООО, прости, что вытянул тебя на работу в субботу, — Ник на бегу похлопал Зака по плечу. — Ладно, не забудь, с тебя выпивка, — он не умел сердиться на Ника. Несколько часов пролетело незаметно. Бесконечные перебежки от столиков к барной стойке и обратно утомили парней. Ноги подгибались от усталости — даже щедрые чаевые не помогали. Наконец, подошло время закрытия. — Зак, не хочешь пойти со мной перекусить? — симпатичный бармен делает десятую попытку за сегодня привлечь внимание альфы. — Неee, Алекс, я так устал, какая еда?! — Выпить? Может, в кино сходим? Или… — Зак мягко прерывает омегу. — Нет, Алекс, спасибо, но нет. — Ты не знаешь, что теряешь, — парень грустно вздыхает. Зак дожидается, пока все уйдут, отправляет бармена домой (он успевает пригласить его еще в пару мест) и дожидается Ника на выходе. — Ну, что, пошли выпьем? Ты мне обещал … — Черт, Зак, дружище, не сегодня. Выпивка за мной, я обещаю. Но за мной сейчас Данни приедет. У нас планы. Черт, прости… Ну, конечно, Данни. Вы уже поняли, что Зак и Ник во многом были похожи. Но существовала и принципиальная разница — Зак был свободен, а Ник давно и серьезно «обомежен». Его вторая половина, тот самый Данни, был хорошим приятелем Зака. Mаленький черноволосый живчик с заразительным смехом. Он бесконечно попадал в разные истории — ронял телефоны, терял ключи, забывал чемоданы в аэродроме. А вот и он. Легок на помине. Данни подъехал к парням на побитом форде и опустил окно — — Привет, Зак!!! Ник, любимый, я не опоздал? Я так спешил, милый. Я сейчас припаркуюсь... В следующий момент раздался скрежет, зазвенело стекло. Данни умудрился поцеловать припаркованную машину. Заработала сигнализация — откуда-то прибежал владелец поврежденной машины. — Боже, Данни, ты опять это сделал?! — у Ника нет сил сердиться. Он отдает свой бумажник бойфренду и, поцеловав его в лоб, поворачивается к Заку. — Что ты там про выпивку говорил? Зак не может скрыть удивления — — Ты оставишь своего омегу одного? Ему же теперь со страховой разбираться… — Зак, это его пятая авария за сегодняшний месяц. Его в страховой по имени знают. А если я с ним останусь, и он не заткнется (а он не заткнется), я его убью. Ты меня знаешь… — Забирай его, Зак, — вмешивается Данни. — Я только тебе доверяю. Распугивай всех омег, которые будут на Ника вешаться. Зак с Ником радостно сваливают с места происшествия и отправляются в бар. Сил тащиться куда-то далеко нет, так что парни выбирают бар поблизости. Там у супер-общительного Зака знакомый бармен (у него вообще-то куча знакомых барменов, официантов, продавцов, доставщиков пиццы, ну вы поняли) — так что не будет вопросов о возрасте альф. Ребята устроились в дальнем углу, подальше от завсегдатаев — те врубили какой-то невнятный баскетбольный матч. Шум и человеческие лица достали за день. Ник вытянул ноги, а Зак пошел к бару, где ему уже улыбался рыжеволосый бармен. — Ух ты, рад тебя видеть, Зак… Ты на тренировку в пятницу идешь? Может, пересечемся после? Вам с другом пива? Зак дружелюбно кивнул омеге, забрал холодное пиво, полез за бумажником, но не успел — — За счет заведения. Зак хотел возразить, но потом передумал. — Спасибо, — не удержался и потрепал парня по буйной шевелюре. Зак повернулся, чтобы возвращаться к Нику, уже давно бросавшему на него гневные взгляды, когда бармен придержал его за рукав — — Я сегодня до 9. Альфа улыбнулся и поспешил спастись бегством. Вернувшись за столик, Зак протягивает холодную бутылку Нику. — Ну наконец-то… Нашел время личную жизнь устраивать. На костях умирающего от жажды друга… — Ник с удовольствием отхлебывает целительную жидкость. Усталость медленно отступает. Алкоголь и хорошая компания делают свое дело. Сначала парни просто потягивают пиво и думают о своем. Молчание не тяготит — они так хорошо знают друг друга, что говорить совсем не обязательно. Вы знаете, как это бывает с настоящими друзьями. Чувствовать друг друга на каком-то генетическом уровне. Первым заговаривает Ник — — Видел краем глаза вашу игру. Жалкое зрелище — не водное поло, а синхронное плавание. Вы что, обкурились перед игрой? — Мы просто были не в форме. Если бы я знал, ты наш фанат, я бы выложился на все 100. — Господи, Зак пошутил… — Ник закатывает глаза. — Это исторический момент. Они еще немного говорят о спорте и о вечеринке в следующий четверг. Потом разговор постепенно переходит на любимую тему любого альфы. Да-да, омеги, конечно. — Как у вас с Данни дела, Ник? — осторожно спрашивает Зак. — Все супер. Он веселый, мы ржем даже во время секса. — А ты, малыш Зак, почему без пары? Я не слепой, на тебя же идет настоящая охота. Ждешь «истинного»? — Ник состроил романтическую гримасу и заиграл на невидимой скрипке. — Ники, оставь мою сексуальную жизнь в покое. У меня все отлично… Альфы начинают пьянеть — сказывается усталость, да и голод (жалкий перекус в кафе не в счет). Зак наблюдает, как Ник расстегивает две верхние пуговицы рубашки. В баре жарко. Зак наблюдает… — А знаешь, Зак, когда я узнал о тебе впервые? — Ник поднимает глаза. И он уже пьян. — В Универе? Я знаменит, — смеется Зак. — Нет, мне тогда нравился один первокурсник, не важно… Короче, я его долго добивался. И вот представь, я его разложил наконец-то, а он меня в самый ответственный момент Заком назвал. Я его, конечно, все равно трахнул, но с тех пор за тобой наблюдал. Я рад, что мы подружились, Заки… Заку трудно дышать. А Ник продолжает свой пьяный монолог — — Знаешь, я понимаю, почему на тебя так вешаются все омеги. Ты не супер-альфа типа меня, — Ник отпивает еще пива. — Но в тебе что-то есть. Я это нутром чувствую. Зак растерянно смотрит на друга, стараясь сфокусироваться на каких-то левых мыслях. В слова Ника не хочется вслушиваться, в них нельзя вслушиваться. — Знаешь, Зак, если я бы был омегой, я бы дал тебе. — Почему? — Заку опять не хватает воздуха. — Я представляю, как ты это делаешь. Ты долго ходишь кругами вокруг своего омеги, как хищник вокруг добычи. Потом часами готовишь его, пока он не начнет умолять трахнуть его. А ты не останавливаешься, и он кончает от твоих пальцев. А ты продолжаешь растягивать, трогать, потому что ты хочешь, чтобы все было идеально. Ты любишь трахаться лицом к лицу, и ты много целуешься — до, после, во время. Поправь меня, если я ошибаюсь… У Зака кружится голова. — Нет, все правильно - ты гребаный экстрасенс. А как это делаешь ты? — У нас с тобой разные подходы. Я не хочу идеального секса. Со мной быстро, горячо, больно, глубоко. Подготовка не нужна. Зак с трудом переводит дыхание. — Знаешь, Ник, я бы тебе тоже дал.