Любовь наизнанку

Напевая что-то себе под нос, Ли кружил по квартире. Собрать разбросанные журналы, полить засыхающий кактус, «как бы» вытереть пыль. Ежедневный ритуал, заговор на удачу, попытка приручить реальность. Убрать свою планету, а потом можно продолжить день. Омега вспомнил, что в сушилке накопилась куча белья. «Гладить?! Нет уж… Может, только рубашки». Ли вытащил футболки Зака и сложил их аккуратными конвертами. «Отнесу сразу ему в шкаф, чтобы потом меня не мучил». Перед тем как открыть шкаф Зака, Ли мысленно подготавливает себя к шоку, но то, что он видит, превосходит все его ожидания. — Господи, весь в Ричарда, — бормочет омега, вытаскивая сваленные в кучу джинсы и майки. Неожиданно на самом дне он замечает DVD и несколько тетрадок. — Надо все-таки отругать его. Потом же будет искать… Ли берет в руки DVD. Неожиданно нечем дышать. Он садится на неубранную кровать Зака, трясущимися руками поднося находку ближе к глазам. Нет, не показалось. «Любовь наизнанку» — порно для нетрадиционных альф. На обложке — два альфы в позе, не оставляющей простора для воображения. Накачанные тела, агрессивная сила. Альфы. - Зак… Голова закружилась, и Ли лег на кровать сына, накрыл лицо его подушкой и вдохнул знакомый запах. - Мой мальчик… Перед глазами пронеслись моменты из жизни. Вот Ричард учит кататься Зака на велосипеде и незаметно отпускает руку — мальчишка едет сам, а Рич подмигивает Ли. Вот Зак приходит посреди ночи с подушкой в руках, бесцеремонно залезает в кровать к родителям, распихивает их, устраивается посередине и засыпает — за окном гремит гром. А теперь DVD. Что скажет Рич? Ли крепче прижимает подушку к лицу. Мир идеален, все прекрасно-бинарно, главный закон природы — альфы любят омег, а омеги — альф. То, что все омеги — нежные хрупкие создания, — миф. Да, они есть. Но тот же великан Ли не совсем вписывается в концепцию слабого и беззащитного "питчера". Или вот на днях баскетбольная команда омег в Универе в пух и прах разгромила команду альф. Омеги тоже пилотируют самолеты, делают деньги и ходят налево. Но при этом им нужны и интересны альфы и только альфы. Да, есть и исключения. Омега+омега. Альфа+альфа. Изгои, извращенцы, ошибка природы. Об этом предпочитают не говорить — ведь мысль материальна, не дай Бог… Только не в моей семье, только не мой ребенок — бьется в голове самого терпимого и понимающего родителя. Любовь … она как мягкий кашемировый свитер. Ласкает кожу, греет тело, вызывает зависть друзей. А теперь выверните тот же свитер наизнанку и наденьте на прогулку. Все узлы, нитки видны. «К неудаче, выверни скорее», — шепчет какая-то старушка. «Фрик, недочеловек», — оскорбления как блевотина на асфальте. И многие подчинятся и переоденутся, а некоторые так и идут по жизни в свитере наизнанку. Как я. Ну это я что-то отвлекся. — Ли, бэйб, — Ричард осторожно убирает подушку и озабоченно вглядывается в лицо мужа. — Ты что здесь притих? Я уже подумал, ты убежал на пробежку без … Ли? Омега хватается за Рича, не в силах сдержать рыданий. Он обнимает его, как будто альфа обладает магической силой, которая позволит ему "развидеть" то, что разрушит их семью. Ли кивает на кровать — он не может поднять глаза на мужа. Глаза Рича темнеют, он подносит DVD к глазам, а потом брезгливо отбрасывает в сторону. — Это Зака? Альфа закрывает лицо руками. Позор… — Это неправда. Этого просто не может быть. Надо поговорить с сыном. Неожиданно Ричард морщится — — Черт, сердце защемило. Ли бросается к альфе. - Приляг сюда. И не нервничай. Я с тобой. Они забираются в кровать Зака, дышат запахом сына и просто лежат в тишине. Синеглазый Лето задумчиво смотрит на них со стены.