Ничто не кончается

Hа зеркальный мираж, В даль, за облачный кряж, Всё идут пилигримы. Если б я был пророк, Я сказал бы вам: Будьте любимы. Это так же легко, Как смеяться, и, кто бы ты не был, Жизнь похожа на фарс С эпилогом в безоблачном небе. Лора Бочарова «Манифест»       В высоком каменном коридоре Замка Волшебника, куда даже бесстрашные морд-сит боятся заходить, особенно после заката, когда багровые тени уступают место сумраку, покрывающему высокую громаду, возвышающуюся над Эйдиндрилом, гулким эхом раздавались шаги. Раз. Два. Раз. Два. Раз… Глухой удар человеческого тела обо что-то жёсткое и недвусмысленное шипение.       - Зедд! О добрые духи! Зедд! – крикнул Ричард, потирая ушибленную ногу. – Зе-е-едд!       Мужчина прислушался, но так и не получив даже намёка на ответ, широкими шагами быстро достиг конца коридора и вошел в Анклав Первого Волшебника.       - Зедд! Сколько раз я тебя просил не оставлять предметы, с которыми ты работаешь, в коридорах!       Волшебник медленно повернулся к внуку и недовольно сложил руки.       - Ты вламываешься в святая святых, Анклав Великого Волшебника, издавна принадлежавший самым великим магам Срединных Земель и…       - И всё-таки! – Ричард тоже сложил руки на груди, становясь удивительно похожим на старика. – Я же просил, дед, - он улыбнулся.       - Ещё раз так назовёшь меня, Кэлен останется вдовой! – Зедд нахмурился. – К тому же, я помню, что ты просил меня не оставлять книги, артефакты, оружие и всё, что находится в Анклаве. Я и не оставлял.       - Да, но я же опять налетел на одну из твоих вещей! – возмущённо возразил мужчина.       - И что же это было?       - Какая-то ваза…       - ЧТО?! Ты споткнулся о священный сосуд для древней магии Приращения?! – Зедд, не говоря ни слова, вылетел из Анклава и бросился в коридор. Оттуда послышался возглас облегчения. Ричард нахмурился и вышел следом.       Волшебник улыбался, глядя на целую и невредимую вазу.       - Что я такого сделал? – спросил мужчина.       - Что? Ты чуть не разрушил то, над чем я трудился несколько месяцев! Ты же мог её разбить!       - Разбить? А то, что я чуть не сломал шею, направляясь к тебе?       - Я не виноват, что ты не видишь, куда идёшь, - отрезал волшебник, но тут же с видом победителя изрёк: - Урок восемнадцатый, Искатель: смотри на тропинку впереди, а не…       -…а не на дорогу позади, - перебил его Ричард. – При чём тут это правило?       - А… - Зедд сделал паузу и задумчиво вскинул правую бровь, придумывая, как бы закончить фразу, - а не спеши и не оглядывайся по сторонам. И ещё. Смотри себе под ноги!       Ричард не нашёл, что ответить.       - Кстати, про вазы ты не упоминал, когда говорил о вещах, которые я не должен оставлять здесь.       - Я имел ввиду и их тоже под словами «всё, что находится в Анклаве»! – возмутился Ричард. Но волшебник сделал вид, что не услышал последнего замечания и, гордо улыбнувшись, вошёл обратно в Анклав. Мужчина, обречённо вздохнув, последовал за ним.       - И ради чего ты так бежал ко мне? М-м? – старик извлёк из воздуха тарелку ароматных печёных яблок и, выбрав одно, наиболее ему приглянувшееся, с удовольствием вгрызся в него.       Ричард мельком подумал о том, что сегодня Марта, их кухарка, живущая вместе в ними во Дворце Исповедниц, который было видно из окна Замка Волшебника, та самая Марта, спасённая ими вместе с Рэчел от королевы Милены в Тамаранге три года назад, непременно вечером пожалуется ему, что очередное блюдо с едой исчезло прямо у неё из под носа. Но это была только мимолётная мысль. Всё, что занимало сейчас Ричарда, сдвинуло на второй план и вазу, и предметы Зедда, и даже ушибленные конечности. Мужчина посмотрел на деда, расплываясь в счастливой глупой улыбке, но не имея никаких сил её сдержать.       - Шу, я жшу! – жуя, Зедд взглянул на Ричарда и скептически вскинул бровь, обозревая идиотскую улыбку на лице внука.       - Зедд, ты скоро станешь прадедушкой.       …Жуткий хрип человека, подавившегося до этого с восторгом уплетаемой едой…       Старик прокашлялся, положил недоеденное яблоко на тарелку и только потом посмотрел на Ричарда.       - Кем?       - Прадедушкой. Зедд, это здорово! Кэлен мне только сегодня рассказала. Я так счастлив, Зедд! – мужчина сел на стоящий напротив стул и, продолжая улыбаться, исподтишка взглянул на волшебника.       - Только недавно, я помню, наблюдал, как ты воруешь яблоки в моём саду в Вестландии, - ностальгически произнёс старик, но сразу же тоже расплылся в улыбке и обнял вставшего Ричарда. – Ты будешь прекрасным отцом, мой мальчик. Только вот с оружием не перемудри.       - Почему? – спросил мужчина.       - Потому что будет девочка, - тоном доброй снисходительности пояснил Зедд.       - А… Ну, да. Я так счастлив. Представляешь себе её, Зедд? – нежно произнёс Ричард, когда уселся обратно на стул, а волшебник продолжил уничтожение десерта. – У неё будут такие же глаза, как у Кэлен…       -…и’и, каш у шепя, - добавил старик.       Ричард продолжал, не замечая комментариев деда:       -…а волосы будут волнистые и каштановые, как у Кэлен…       -…или прямые и тёмные, как у тебя, - снова вставил Зедд, доев яблоки.       -…а ещё она будет так же владеть мечом, как…       -…как Кэлен! – нетерпеливо оборвал волшебник.       Ричард хотел что-то сказать, когда в Анклав вошла Исповедница. Это была Кэлен.       - Кэлен! – удивился Зедд, но тут же вскочил и порывисто обнял женщину. Она мягко улыбнулась и ответно обняла старика. Во всех её движениях появилась какая-то плавность и степенность, какая бывает только у будущих матерей, которые знают, что любят, любимы и окружены заботой. Она отстранилась от волшебника и блестящими глазами посмотрела на мужа. Сколько было в них нежности и счастья!       Ричард подошёл к жене и поцеловал, погладив её пока ещё плоский живот под белым платьем Матери-Исповедницы, но уже осознавая, что существует намного более крепкая связь, чем просто любовь между ним и этой самой лучшей на свете женщиной. Эта связь называлась семья.       Идиллический момент нарушил Зедд деликатным покашливанием.       - Что? – недовольно спросил Ричард.       - К нам гости, - вместо Зедда ответила Кэлен. Звук её голоса тут же рассеял всё возмущение мужчины. Он оглянулся на дверь – на пороге стояла Кара, одетая в обычное приталенное платье, и светловолосый высокий мужчина, её муж, генерал д’харианской армии Бенджамин Мейфферт. Они поженились два месяца назад и только недавно вернулись из свадебного отдыха, решив навестить Ричарда в Эйдиндриле. Морд-сит было не узнать: её глаза светились счастьем, а рука, привыкшая сжимать эйджил, сейчас сжимала подол платья. Зедд, Ричард и Кэлен уже было подумали, что всё, связанное с прежней Карой, осталось в прошлом, как она заявила:       - Как вы носите это убожество? – Кара посмотрела на платье. – Я чуть шею себе не свернула, поднимаясь в нём по лестнице!       - Кара, - одновременно произнесли Ричард и Кэлен, а Зедд громким голосом добавил:       - Теперь каждый будет вламываться в мой Анклав, Цитадель Великого Волшебника, в самом сердце Срединных Земель, как будто это постоялый двор, и я…       - Да брось, волшебник! Мы же ничего не испортили, - уверенно сказала Кара и обратилась к Ричарду:       - Опять одно и то же? Когда я в последний раз его видела, он говорил про это.       Ричард ничего не ответил, но улыбнулся и повернулся к Бенджамину:       - Вы уже вернулись? Куда направляетесь?       Светловолосый мужчина посмотрел на жену и ласково сказал:       - Хотели купить небольшой дом где-нибудь неподалёку, но, проезжая здесь, решили навестить вас.       - О! Это чудесно! – улыбнулась Кэлен, и гости по очереди обнялись со всеми.       - Останьтесь у нас пока, - предложил Ричард, - всё равно мы уедем в Народный Дворец только в середине зимы, а сейчас май.       - Где? Здесь? – Кара обвела глазами зал Волшебника. – В этом замке?       - Нет, мы живём во Дворце Исповедниц, - усмехнулся Ричард.       - Как ты себе представляешь меня, морд-сит, в обители Исповедниц? – насмешливо спросила женщина, но Бенджамин ласково обнял её за талию и кивнул Ричарду в знак согласия.       - Раз все решили, что вы остаётесь, то давайте отправимся домой и поужинаем. Мой желудок давно не пробовал знатной стряпни Марты, - жизнерадостно начал Зедд.       - Ты только что умял целую тарелку печёных яблок! – Ричард сделал вид, что возмутился, но в глубине души он давным-давно привык и к ворчанию и чудовищному аппетиту деда, и к самоотверженности Кэлен, иногда переходящей в опасное геройство, и к резкости Кары, и к молчаливому, но всегда готовому слушать Бенджамину… А во Дворце Исповедниц их ждала его сестра, Дженнсен, которая никогда не бросала его, где бы он ни был. Они все были его семьёй.       Ричард улыбнулся, и все пятеро отправились к выходу из замка. На улице стоял поздний, но тёплый и тихий вечер конца весны. И несмотря на то, что Замок Волшебника был внутри заклинания тепла, когда они перешли мост и вышли к дороге на Дворец Исповедниц, вокруг ничего не изменилось, разве что ветер, не чувствуемый ими вокруг замка, теперь ласково раздувал платья женщин и шевелил волосы.       Зедд о чём-то говорил с Бенджамином, Кара и Кэлен смеялись, а Ричард, глядя на всех них, привычно положил руку на пояс, но в который раз не нащупав там Меча Истины, вздохнул. Безусловно, Искатель и все опасности, связанные с этим званием, остались в прошлом. Его меч лежал там же, где и эйджил Кары, и кинжал Матери-Исповедницы, и оружие генерала Мейфферта – в том необычном и прекрасном месте, именуемом воспоминаниями. Да, он был счастлив.       Когда в большой столовый зал вошли вместе с ожидаемыми Ричардом, Кэлен и Зеддом ещё и Кара с мужем, Марта и Дженнсен только обрадовались. Рэчел не смогла встретить всех, так как с утра заболела простудой. Но как только волшебник узнал об этом, он, даже не отведав своё любимое кроличье рагу, отправился помогать местному лекарю ставить девочку на ноги. У старика и этой малышки давно сложились тёплые отношения, которым мог позавидовать даже Ричард. Посмотрев вслед уходящему Зедду, мужчина представил, что тот так спешит к их с Кэлен будущей дочери, и ему стало легко и светло на сердце от осознания того, что в этом мире появится ещё один родной и близкий ему человек.       Марта и её помощницы в этот вечер превзошли самих себя, как будто знали, что сегодня кто-нибудь приедет. После ужина Ричард хотел отправиться в свой кабинет, но Кэлен остановила его. Он, поняв, что она хотела сказать, встал во главе стола и обвёл всех присутствующих взглядом.       - Мы бы хотели ещё кое-что рассказать вам, - уверенно начал он. – В нашем доме скоро появится ещё одна Исповедница.       Повисло недолгое молчание, после которого все заулыбались и поспешили поздравить Кэлен. В особенном восторге была Дженнсен, которая мечтала понянчиться с девочкой.       Вскоре все разошлись по своим комнатам: Ричард отправился в кабинет с Бенджамином, чтобы обсудить внутренние дела Д’Хары, которой он управлял, Кара, Кэлен и Дженнсен направились в одну из гостевых комнат, а Марта пошла к Зедду и Рэчел.       Генерал Мейфферт сразу рассказал суть дела, когда они зашли в кабинет.       - Даркен Рал последнее время затаился, но я был в Народном Дворце и чувствую, что это не к добру. Ты зря доверяешь ему. Оставшиеся там наместники не смогут что-либо предпринять, если он найдёт способ захватить власть, - неодобрительно покачал головой генерал.       - Я знаю, Бенджамин, но ты ведь доверяешь мне?       - Конечно.       - Тогда, поверь: я знаю, что делаю, - он улыбнулся. – Расскажи-ка мне лучше про тебя и Кару. Она не изменилась.       - О, ты не прав! Она на самом деле очень любит и дорожит близкими людьми. Когда мы только поженились…       А в комнате Рэчел Зедд готовил какие-то отвары и отдавал приказания мечущемуся и возмущённому лекарю. Девочка улыбалась, глядя на это и иногда кашляя, и пыталась сказать старику, что это всего лишь простуда. Марта не находила себе места: то садилась на край кровати приёмной дочери, то ходила по комнате, то предлагала свою помощь. Наконец, волшебник провёл рукой над головой Рэчел и улыбнулся, показывая этим, что завтра же девочка встанет на ноги.       Успокоенная кухарка облегчённо вздохнула и, накрыв дочь одеялом, вышла в соседнюю, свою, комнату. Зедд ещё некоторое время посидел с Рэчел и, дождавшись, когда она заснёт, тихо ушёл в комнату Марты.       Женщина сидела у окна и штопала что-то. Волшебник сел напротив и произнёс:       - Всё будет хорошо. Простуда лёгкая. Ей надо поменьше бегать в тонких платьях вечером на улице.       - Спасибо тебе Зедд, - Марта бросила штопать и посмотрела на старика. – Как бы мы жили без тебя.       Волшебник улыбнулся.       - Она мне очень напоминает мою дочь, когда та была маленькой, - грустно сказал он. – Такая же храбрая, честная… Я не смог уберечь её. Но Рэчел...       Марта дотронулась до его руки.       - Я знаю. Все это знают. Она, наверное, самый счастливый ребёнок на свете. К тому же, её братья тоже не дадут её в обиду никому, - усмехнулась женщина.       Зедд помолчал.       - Жизнь это бесценный дар. Я всегда старался сохранять жизни чужих людей, но не смог сохранить свою семью.       - А Ричард? А Кэлен? Все мы твоя семья. Скоро у тебя появится правнучка…       - Ох-ох! Неужели я так стар, - притворно огорчился Зедд.       Марта рассмеялась.       - Вот, кто будет счастливейшим ребёнком на свете.       - Было бы так, добрые духи. Только бы было так, - прошептал волшебник.       Никто из них не заметил, что за прикрытой дверью стояла Рэчел, наблюдая за разговором матери и Зедда. Когда девочка услышала о том, что у Ричарда и Кэлен появится ребёнок, она улыбнулась и тихонько, чтобы не заметили в соседней комнате, добралась до кровати и нырнула под одеяло.       Глубокой ночью, когда весь замок уже спал, Ричард Рал, магистр Д’Хары и правитель Срединных Земель, на цыпочках тихо вошёл в спальню, чтобы не разбудить жену, скинул жилет и рубашку, переоделся и лёг рядом с Кэлен, поцеловав её в плечо. Она улыбнулась во сне. Ричард закрыл глаза и вспомнил уроки Зедда. «Нет, он, безусловно, их придумывает. И записывает», - подумал мужчина и погрузился в сон.