такие сильные чувства и такая странная любовь.

Не знаю, сколько мы ехали, но каждая минута для меня была адом. Я ничего не видел, Потрошитель молчал, машина ехала очень плавно и ровно. Наконец, мы остановились. Открылась дверца, меня за шиворот выдернули на землю и куда-то потащили. Дрожу сильнее, не смею сопротивляться, пытаюсь судорожно придумать, как же можно все исправить. Меня швырнули куда-то на камни. - Зачем ты навел иллюзию на представителя аристократии? Он должен был быть одним из официальных свидетелей. Из-за этого чуть не возник серьезный конфликт. А ты знаешь, что будет, появись у Варии конфликт с моей страной? – молчу, не смея открыть рот, чувствую удар по ребрам, кажется, у Потрошителя тяжелые сапоги с железной подошвой. – Я вопрос задал. - Простите, я об этом не думал… - еле слышно, сжимаюсь и кашляю от второго удара. - Конфликт Варии и целой страны, к чему бы это привело? - Не зна… Договорить мне не дают удары по ребрам. Задыхаюсь, чувствую, как меня пинают со всех сторон, спина упирается в камень, дышать трудно, по ощущением переломы на руках и ногах, не говоря о ребрах. Я проваливаюсь в темноту, когда Потрошитель вонзает нож между ребер и прикладывает головой о камень. Все тело ломит. Пошевелиться больно, я дрожу от холода и страха. - Очнулся? – Бел, нет, снова Потрошитель. Пытаюсь ответить, но получается хрип. Получаю новую порцию пинков. Уже не могу вздрагивать, слышу удаляющиеся шаги. Тело получает передышку, а я растворяюсь в вихре ужаса. Хочу спрятаться в свою иллюзию, сбежать в свой мир, где не будет этой боли и страха, где я не буду создавать Принцу столько проблем… Но я не могу. Я действительно чуть не устроил огромную войну, а вся вина легла бы на Бела. Какой я идиот. Поэтому я не спрячусь в иллюзию, не сбегу, я приму смерть из рук Потрошителя, надеясь, что хоть немножко искуплю свою глупость. Снова шаги. Волна леденящего ужаса проходит по телу, на мне живого места нет, все ощущения давно стали сплошной болью. Страх смыл все пафосные мысли об искуплении и осталось лишь желание побыстрее отключиться или сойти с ума. Потрошитель меня убьет. Пинком меня переворачивают на живот, и на фоне общей боли ощущаю более острую, от глубокого пореза. На лопатке. Именно там, где шрам-имя Принца. Потрошитель его зачеркивает. Пытаюсь кричать нет, подавляю желание сопротивляться и реву. Слезы от боли текут давно, но теперь я именно реву – боль, страх, безысходность. Я не хочу так умирать! Я пытаюсь шептать извинения, может быть я пытаюсь их кричать – не знаю, слишком много боли и страха, чтобы понять, что именно я делаю. Я на какой-то грани потери сознания, но Потрошитель говорит что-то о препарате, который уже в моей крови, который не даст мне отключиться до самого конца. Конца. Конца…конца… словно эхо в моей голове сквозь боль. Ощущаю многочисленные резанные раны, ощущаю адскую боль во всем теле, и из последних сил ору: «Нет». Я хочу прижаться к Белу всем телом, чтобы от прикосновения исчезла боль, я хочу, чтобы Он вытер мои слезы, убирая страх, я хочу чтобы Он развязал мои глаза, видя, что я все понял, я хочу, чтобы Он простил меня. Чтобы Он дал шанс, хоть призрачный, хоть какой-нибудь…Я хочу жить…рядом с Белом. Все тело холодеет, теперь я просто пытаюсь шептать о том, что чувствую, о том, как мне больно и страшно, о том, как я не хочу умирать так, о том, что я все сделаю ради прощения, лишь бы мне дали возможность хоть что-то сделать. А пока я могу лишь лежать, ощущая все новую и новую боль, дрожа от страха и чувствуя, как меня покидает жизнь.