Кошмары

Маркус резко садится на кровати, скидывая тем самым тёплое одеяло на пол. Глаза расширены до предела, тёмно-коричневая радужка почти полностью заполнила зрачок. Рваное, сбившиеся дыхание и судорожно вздымающаяся грудная клетка наводит беспокойство на невольного наблюдателя. Девушка отходит на несколько шагов от столика, держа в руках чашку с дымящимся напитком, но, увидев в каком состоянии Златоключник, останавливается. Она смотрит на состояние парня, пытаясь скоординировать следующие действия. Неуверенно переминается с ноги на ногу. Всё внимание приковано к опущенной голове юноши и пепельным волосам, закрывающим лицо. — У тебя такой вид, словно ты целый марафон пробежал, — пытается пошутить Василиса. Ляхтич переводит взгляд со своих колен на Огневу, сначала не понимая, кто перед ним стоит. Когда взгляд становится более сфокусированным, он более-менее успокаивается и пытается расслабиться, но предательская дрожь после кошмара никак не проходит. — Выглядишь ужасно, — говорит девушка. Она подходит ближе, садится на самый край постели и протягивает кружку. На замечание лишь снисходительно хмыкает, сам прекрасно понимая, в каком состоянии. Не подумав, быстро подносит кружку к губам. Кипяток обжигает рот, на что Марк болезненно мычит. — Что, совсем мозги перестали работать? — опять подаёт голос Василиса. — А я говорила, что нужно сходить в лазарет. Посмотри, на кого ты похож. Черноключница рукой указывает на зеркало у противоположной стены, в которое смотрит миловидная рыжеволосая девушка и пепельноволосый парень, с видом. Волосы взъерошены, на висках выступили капельки пота, мешки под глазами и смятая одежда. — Опять кошмары? — спрашивает Огнева, не надеясь на ответ. Марк дует на чай и делает несколько глотков. — Лекарь сказал выпить всё, — дополняет она и наблюдает за тем, как парень осушает кружку и ставит её у подножия кровати. — Странный вкус, — нехотя говорит Ляхтич. — Ну да, — весело отвечает часовщица и запускает пальцы в волосы Марка, трепет их, приободряя, — там снотворное было. Тоже лекарь прописал. Тебе нужно отдохнуть и нормально поспать. Когда проснёшься, я отвечу на все-все-все твои вопросы, а сейчас вновь баиньки! Василиса отталкивает его обратно на подушку, поднимается на ноги, поправляя складки чёрно-фиолетовой формы Чернолюта. После переводит радостный взгляд на Златоключника, подумав, наклоняет к нему и целует в лоб. На это действие видит недоуменную мордашку Марка и, улыбаясь, выходит из комнаты. — «Зачем ты так со мной? И без тебя больно», — мучительно думает он, провожая взглядом Огневу, а сердце невыносимо сильно сжимается. Вот дверь за ней захлопывается и он вновь остаётся один на один со своими кошмарами.

***

Ратуша. Вернее, помещение, очень похожее на неё. Круглый зал, без дверей, а на местах окон — каменные ниши, украшенные по бокам колоннами. У их основания расходятся трещины, некоторые даже разрушены и их обломки беспорядочно валяются на полу, как и деревянные части трибун. На полу, со знакомой мне коричневой кладкой, есть углубления. Словно какой-то идиот швырял в него болевые эферы, намереваясь разрушить. Что-то напоминает мне это место. Я тут был ранее, смутно видел очертания всего этого. Но когда меня занесло в такое место? Упускаю тот момент, когда вокруг появляются часовщики. Нет, это не они, и даже не люди вообще! Это существа, похожие на людей. Только вот их тела полностью чёрные, словно облиты смолой, и лишь кровожадные улыбки выделяются у них. По чертам лиц и цвету волос мне удаётся распознать несколько силуэтов и… — Слабак, слабак, слабак! Ах, чёрт! Это невыносимо, замолкните! Они все одновременно говорят одно и то же, шёпотом, сводя с ума. От этого шелеста внутри становится холоднее, а в висках стучит кровь. Зажимаю уши руками, лишь бы прекратить эту пытку. Они хотят, чтоб у меня перепонки лопнули? Шёпот не стихает. С каждым мгновением голосов становится всё больше, шелест усиливается, они подходят со всех сторон, окружают, тянут свои конечности, отдалённо напоминающие руки. Из толпы ко мне выходит кто-то, но мне страшно поднимать голову. Я уже знаю, кого увижу перед собой и от этого легче не становится. Слышу хруст и через несколько секунд понимаю, что это рёбра ломаются изнутри. Обломки костей задевают сжимающиеся внутренности, причиняя ещё больше боли. Теперь шёпот перешёл на ультразвук, полностью оглушая, сливается со звонким смехом сумасшедшей. Предо мной не Василиса, не она, надо выкинуть это из головы. Это не Василиса!!! Она не может быть такой, невозможно. Не может быть у неё такого оскала. — Как мило, ты боишься быть размазнёй и слабым? Но ты сейчас таковым и являешь, отребье, — её голос так близко, над самым ухом. Я не могу, ломаюсь, слёзы текут из глаз, капая на пол… Кровь. Вместо прозрачных капель вижу красную жидкость. Руками касаюсь лица, размазывая всё, и смотрю на свои ладони, убеждаюсь, что на них действительно кровь. Тёмно-красная, немного вязкая, она… внутри… заполняет собой лёгкие. — Ты думал, что я буду считать тебя другом? Нет, ты для меня — никто, мусор, — продолжает она. С каждым словом лёгкие начинают болеть сильнее, саднить и разрываться изнутри. Замолчи, прошу, не говори так, Василиса. Знаю, что это не ты, но всё равно становится больно. Эти слова не должны ассоциироваться с тобой, нет. — Умоляю, прекрати… — Оу, умоляешь? Ничего не могу поделать, — чуть громче произносит она, — эти слова — то, о чём на самом деле думает твоя ненаглядная возлюбленная. А теперь, смотри, что она мечтает сделать при одном взгляде на тебя! Её крик заглушает всё вокруг. В левой руке что-то блеснуло и стремительно приблизилось ко мне. Ды… шать… трудно… Слишком много… боли… Рукоять Чёрного Ключа торчит из живота, она крутит лезвие внутри, разрезая внутренности. У меня ещё осталась кровь? Удивительно… — Она мечтает тебя убить, — слышу уже на грани… Отрываюсь от подушки и ложусь обратно. В глазах цветная рябь, в висках ноющая боль. Перевожу затуманенный взгляд на настенные часы. Вроде начало пятого. Чёрт, я так надеялся, что хотя бы сегодня не будет кошмаров. Больше я точно не засну сегодня… Эх, Василиса, что же ты со мной делаешь?