Ричард Паркер

Подходя к зданию Озкорп, я смог по достоинству оценить это архитектурное строение. Солнце отражалось от глянцевой поверхности окон здания, которые по своему дизайну смотрелись, как соты настоящего улья. Так, пройдя спокойно контроль охраны, я смог войти в холл и оценить затемненную голографическую фигуру Амберсона Озборна — одного из основателей Озкорп. Хотя отцу тоже предлагали сделать свой голографический постамент или, может быть, памятник, но даже в названии компании он уступил Озборну, как своему другу, и не хотел себя слишком афишировать. Он всю жизнь был темной тенью за спиной Озборна, как серый кардинал, а тот в свою очередь официальным лицом компании. Отец больше времени уделял науке, чем распространению и рекламе продукции, ну а Озборн как никто другой подходил на эту роль. Так за своими размышлениями я дошел до отдела разработок и воспользовался картой допуска, которую мне дал отец. Пройдя еще несколько проверок подтверждения своего доступа, я наконец услышал звук открывающейся двери и смог зайти в лабораторию. С того памятного вечера в бункере прошло несколько недель, и отец наконец решился показать мне в живую Венома. Я не стал спрашивать его о тех людях, но мне и так понятно, кто это был и что с ними стало. У меня возникает много вопросов к своему отцу. А главный вопрос: кто же он на самом деле, ведь в тот день отец дал ясно понять, что он далеко не простой ученый. Надев халат, я смог зайти в смотровую комнату и увидел, что отец сам участвует в эксперименте. Он подошел к колбе, в которой находилась черная жижа, всё время меняющая форму. Она точно была живая. При приближении отца к колбе Веном приблизился к её стеклу и уверенно потянулся к нему… Это действительно выглядело немного жутко. Видимо, научная работа отца, на которую ушли десятки лет, была на завершающем этапе. Нажав несколько кнопок на «саркофаге», отец выпустил свое творение наружу, и постепенно оно полностью поглотило его. Я был готов в любой момент броситься на помощь, прекрасно зная, что этот симбионт полностью подчиняется моему отцу и как такового разума это существо не имеет. Но все же, несмотря ни на что, это «чудо» продолжало ассоциироваться у меня с тем кровожадным монстром Веномом, который был ярко представлен в фильмах и комиксах. Проведя несколько тестов на дееспособность костюма, отец начал испытывать его прочность и способности. Если папа хотел впечатлить возможностями костюма, то у него это явно получилось… Он легко прыгал на десятки метров и ползал по потолку. Дальше пошла еще более удивительная проверка на скорость и силу. Смотря, как отец обгоняет спокойным шагом парней на мотиках, я был потрясен. Но и это было ещё не все, папа отдал какой-то приказ о запуске протокола Bi-0, и на полигон вышли роботы с пистолетами и электрическими дубинками наперевес. После начала этой проверки машины стали стрелять и побежали в рукопашную прямо на него, но смотря, как ловко отец уходит от атак и на сколько он быстр, что роботы просто не успевали за его скоростью, я был спокоен. Для меня самым впечатляющим моментом стало его превращение. Папа сделал свои руки острыми мечами и начал резать роботов на части, используя свои щупальца не только как оружие, но так же как защиту. Отец стрелял биомассой во все стороны, как каким-то метательным оружием, всё это действительно было завораживающим зрелищем. Наконец прозвучал сигнал об окончании испытаний, и он вернул симбионта обратно в его «камеру», пройдя через специальную дезинфекцию, наконец подошел ко мне и потрепал по голове с улыбкой на лице. К нам подошёл светлый парнишка и подал отцу планшет. Парень всего на несколько лет старше меня, и уже личный помощник отца — Эдди Брок, поздоровавшись со мной, он поговорил с отцом насчет расчетов и восхитился тем, насколько Веном превосходит их ожидания. Вскоре он убежал проверять что-то на компьютере. Мы с отцом пришли в его кабинет. Смотря на обстановку в этой комнате, я вспомнил свое детство. То, как много времени проводил тут, когда со мной некому было посидеть, я исследовал этот уголок науки отца. Сейчас, смотря на его маленькую лабораторию, которая находилась здесь же, я предавался ностальгии о своем детстве, а в это время отец уже заварил для нас две чашечки чая и уселся в свое кресло. Взяв кружку и насладившись его ароматом и вкусом в полной мере вместе с отцом, я заметил на его столе несколько фотографий в рамке. Наша семья. Я ещё совсем мелкий вместе с отцом на научной ярмарке и фото отца с его другом детства — Амберсоном Озборном. Я понял, что фоторамка была новая и что ее часто протирали, все-таки отец в последнее время часто вспоминает о своем друге, который умер при довольно странных обстоятельствах. Он не любил говорить на эту тему, но я сам предполагал, что возможно он узнал что-то, что его не на шутку встревожило и заставило ускорить работу над своим проектом. Хотя всё же кое-какие догадки у меня были на это счет. Отставив от себя чашку с чаем, отец наконец соизволил начать разговор… — Рад, что ты успел к началу этого «эксперимента» по проверке боеспособности моего изобретения, сын… Вижу по твоим глазам, тебе понравилось, как я танцевал с этими железками, все-таки твой старик еще на что-то годен, — слегка улыбнувшись уголками губ, гордо сказал отец. — Пап, ты всегда будешь для меня примером. Без твоих уроков по рукопашному бою и обращении с холодным оружием в армии мне было бы не сладко, — искренне ответил я. — Приятно, что ты не забыл мою «школу юного бойца», и да, я помню, как Курт жаловался в самом начале армейки, но потом к моему удивлению втянулся и военная служба сделала из такого хилого парня как Курт настоящего солдата, — с улыбкой проговорил этот «зверь» по тренировкам. — Не напоминай, пап, но я благодарен тебе за всё. И это испытание… это действительно было нечто, возможности костюма просто поражают! Одевший его превращается в настоящую машину убийства и остановить его будет очень сложно без применения тяжелой техники, — я просто восторгался его невероятными успехами. Однако, смотря на отца, можно было увидеть теперь уже грустную улыбку. — В этом ты прав, Ричард, ведь ты и сам понимаешь, что может произойти, если этот костюм попадет в плохие руки… — Поверь, пап, я прекрасно понимаю, насколько он может быть опасен не в тех руках, — перебил я отца, показывая, что это проблема так же волнует и меня. — Кстати, чуть не забыл насчет твоего изобретения, над которым ты работал с самого детства. Могу сказать, что ты меня приятно удивил своим «супер-клеем», и он действительно превосходит все мои ожидания! Я действительно могу гордится тобой, сын, — с гордостью произнес отец. — Спасибо, пап. — Слушай, у меня для тебя несколько приятных новостей. С этими словами он открыл ящик стола и выложил на мое обозрение несколько конвертов. Открыв первый, начал его читать. По мере прочтения мои брови поднимались всё выше. Оказалось, отец переписал на меня всё свое имущество, но это и не самое главное, если с ним что-то случится, все его акции переходят ко мне! Отец дочитал и отложил это письмо, которое очень меня удивило. Я взглянул с удивлением на отца. — Вижу, ты удивлен. Думаю, уже давно пришло время это сделать, но я решился только сейчас. Скажем так, я уже довольно стар, так что это ожидаемо, сын, — серьезно сказал отец и сложил руки в замок, опустив их на стол. — Но почему именно сейчас, отец. Нет, я, конечно, все понял еще в твоем бункере, но ты действительно думаешь, что Норман Озборн попытается тебя просто убрать, как неподконтрольную фигуру с доски?! — Успокойся, Ричард, я понимаю твой страх за меня, но это подстраховочный вариант, ведь я не знаю, что может придумать Норман, чтобы завладеть моим проектом. Просто я готовлюсь заранее, хочу опередить его, быть на шаг впереди. Все данные уже переведены по кое-каким тайным проектам Нормана, и своим, поверь, я не допущу, чтобы работа всей моей жизни попала к нему в руки, но если со мной что-то случится, — на этих словах отец тяжело вздохнул, — то, будь уверен, им займутся люди, стоящие повыше него. Смотря на него, я понимал, что он пойдет на все для достижения своей цели. Это заставляло мои кулаки сжаться сильнее и просто верить в него, так как сам я пока ничего не могу сделать с таким гигантом, как Норман Озборн. — Но это не самые главные новости, я-таки смог оформить патент на твое изобретение, и ученые из нескольких отделов Озкорпа нарадоваться не могут твоему «чудо-клею», ведь он имеет ряд просто замечательных свойств. Все просто не могут поверить, что его изобрел какой-то студент. А самое интересное, он через несколько недель уже будет готов к производству, и ты не поверишь, тобой заинтересовались люди из Бакстер Билдинг. Когда я представлял твое изобретение некоторым высшим кругам заинтересованных в этом людей, они даже были готовы провести с тобой собеседование для поступления к ним. Скажем так, некоторые впечатлительные даже сравнивают тебя с такими юными дарованиями, как Рид Ричардс и Виктор Фон Дум, поверь, это довольно лестная оценка, сравнивать тебя с такими выдающимися гениями, как они. Я горжусь тобой, сын, — по-отечески ласково произнес он. Его слова действительно были приятны для меня, но попасть в такой престижный университет и познакомиться с такими личностями, как Рид Ричардс и Виктор Фон Дум, дорогого стоит. Хотя и приятно осознавать, что твоя работа была оценена по заслугам, но в тоже время это действительно была приятная новость. Я с великим трудом смог удержать себя, чтобы не подпрыгнуть и не закричать от радости. — Вижу по твоему лицу, что тебе надо это всё обдумать. У тебя есть время, они не требуют сразу бежать к ним с документами, хотя все-таки ты можешь и сам закончить университет, но Бакстер даст тебе намного больше. Ведь ты там оставался подольше только ради Курта. Поверь, я сам это прекрасно понимаю, Ричард. — Ты читаешь меня с самого детства, отец, и от тебя мало что можно скрыть. Да, ты прав, я был там ради Курта, но прошу, дай я подумаю, это действительно очень неожиданная новость. — Кстати, насчет новостей, ты читал утреннюю газету? Смотря на его хитрое лицо, сразу понятно, что что-то тут не чисто. Взяв с его стола газету, я начал вчитываться в её содержимое, и по мере чтения понимал, что градус моего удивления превысил все допустимые нормы. Заголовок газеты гласил, что Грегори Старк становится наследником Старк Индастриз и ген. директором компании… Какой, к черту, Грегори, кто это и куда я попал?! Надо успокоиться, я уже думал, что попал в оригинальную вселенную или Ультимейт со своими изменениями, но не настолько же! Проштудировав свои старые воспоминания, которые начали уже порядком блекнуть, как прочитанная когда-то книга, я вспомнил, что в комиксах Ультимейт Грегори Старк был старшим братом Тони Старка. Приплыли… Так, главное, надо успокоиться, чтобы отец ничего не понял. Посмотрев на него, я понял, он ждет моей реакции. — Сегодня прям день удивлений, отец, я думал, что Тони Старк будет ген. директором. — Ты насчет младшего брата Грегори? Он, конечно, гениален, этого не отнять, но это было и так понятно. Тони слишком юн и неопытен, а Грегори довольно умен и имеет деловую хватку, тем более кто бы сомневался, что после смерти Говарда, бразды правления возьмет его старший сын, — с улыбкой проговорил отец. — Действительно, отец, я могу идти? — Да, конечно, на сегодня мы решили с тобой почти все дела, так что, да, можешь идти домой. Рад был увидеться, Ричард. Выйдя из здания Озкорп, я шел по улице на автомате, обдумывая, что мир, в который я попал, серьёзно отличается от всего прописанного в комиксах. Попадание сюда подобно попаданию в сказку! Он для меня иногда может быть совсем незнаком, и это действительно опустило меня на землю, когда я считал, что все знаю о нем. Хорошо, что это я понял сейчас, а не когда было бы уже поздно. Я пошел по направлению к подземной лаборатории отца. Сняв с себя одежду, я направился на кухню и, пока заваривался чайник, я приготовил себе поесть. За этим занятием и моими размышлениями прошло какое-то время. Наконец я смог приступить к своему изучению пауков, не зря Ричард ими восхищался, и это передалось и мне. Они могли менять свой окрас, становясь практически невидимыми. Они были смертоносны, но в тоже время прекрасны, при этом они умели исцеляться, и это самое главное, что было нужно мне. Я так понял, Ричард не сказал отцу, что у него начались первые стадии рака. В то время проект Веном был не готов, да и сейчас мне не хочется влезать в эту штуку. Хотя постороннего к нему всё равно не допустят, так что вся надежда на пауков и кое-какие мои наработки. Просмотрев файлы, которые отец «одолжил» у Нормана Озборна по его проекту «Гоблин», я понял, что это был заказ от самого Ника Фьюри по воссозданию программы Супер Солдат… Понятно. Дело в том, что Норман взялся за это всерьез и решил доказать, что он сможет преуспеть в этом деле, но опыты на животных были неоднозначными и не все подопытные выживали. Взяв с постамента капсулу с сырой сывороткой, я распылил ее в форме газа на моего генно-модифицированного паука «Питера». Как бы смешно это не звучало, я добился того, что смог скрестить все виды пауков, как в фильме. Это было по истине чертовски долгое занятие, которое заняло несколько лет, но я наконец смог таки это сделать. Сейчас же был еще один эксперимент, надо попробовать проверить, как действует «сырой» газ ОЗ на пауков. Я начал выпускать газ и смотреть за ходом эксперимента. Несколько минут ничего не происходило, но потом паук начал изменяться и менять свой окрас, и это было не самое удивительное, он стал расти. Тогда я решил отключить подачу газа, чтобы тут не случилось что-нибудь наподобие фильма ужасов, в главной роли которого будет гигантский паук-мутант. Записав все необходимые данные, я смог увидеть: паук перестал расти и был достаточно здоров, он не подавал никаких признаков распада. Наконец просканировав, я смог посмотреть на данные эксперимента, а они были невероятно удивительны. Я то думал, что ничего не выйдет, но похоже благодаря своей природной живучести он смог выжить. Даже его генетическая структура изменилась! Сходив на кухню, я заварил чай и смог наконец подумать над всем этим: что, если взять яд у паука и ввести себе, смогу ли я излечиться и не убьет ли это меня, или еще хуже — не превращусь ли я в монстра, как это было с Питером в одной из версий канона… Одно если, а надо думать и решаться. Все таки мне не хочется покидать своих родных, если со мной всё-таки что-то случится, и действительно стоит провести еще несколько экспериментов над подопытными, чтобы удостовериться в правильности и целесообразности моего решения, взвесить все плюсы и минусы такого действия. Вернувшись в лабораторию, я с ужасом обнаружил, что контейнер с пауком был пуст. В шоке я подбежал к нему, чтобы проверить крышку на герметичность. Этого просто не могло случиться, он не мог выбраться отсюда. За такими размышлениями я не заметил, как немного приоткрыл крышку. Мне стало не по себе, когда кто-то укусил меня прямо за руку, и я от удивления просто стряхнул с неё паука, который стал менять свой цвет и становиться видимым моему глазу. Когда он научился вытворять такие фокусы, мать его! В тот же момент я почувствовал, как по моему телу распространяется слабость. Из последних сил я смог вытащить телефон и набрать тревожное сообщения отцу, прежде чем по моему телу прокатилась волна судорог и боли, как будто в меня закачали кислоты. Я упал в спасительный обморок, чтобы меня укрыла тьма, и последней моей мыслью была: «А я ведь думал, что это будет не настолько канонично. Меня укусил Питер, и это вдвойне смешнее». Я думал, что очнусь в больнице, или хотя бы надеялся на скорую помощь отца, но увиденное повергло меня в просто неописуемый шок. Я был в каких-то джунглях, где повсюду в хаотичном порядке можно было увидеть коконы паутины, и тут неожиданно на меня сверху упал паук. Я попытался стряхнуть его с себя, но, посмотрев наверх, заметил целую кучу таких членистоногих, падающих на меня подобно снежным хлопьям. В панике я начал стряхивать их с себя, но, к сожалению, тем самым похоже только больше злил их. Эти твари всё сильнее кусали меня, принося адскую боль, и, не выдержав всего этого, я пронзительно закричал. И тут все в миг прекратилось. Так же неожиданно, как и началось. Открыв глаза, я увидел тень, которая нависла над деревом, кто бы это ни был, он скрывался и не хотел показывать своё лицо. Однако от этого существа веяло силой и опасностью, я уже начал размышлять, как бы отступить и попытаться остаться в живых, но оно заговорило со мной. — Почему ты боишься, малыш? Мой укус приносит смерть лишь тем, у кого злые намерения. В тебя попал яд паука. Ты сам стал пауком, — раздался откуда-то сверху ледяной голос, от которого по спине пробежали мурашки. — Что ты такое, и где я нахожусь?! — я был уже готов паниковать, но что есть силы сжал кулаки, чтобы хоть как-то унять дрожь, надеясь, что это всё-таки галлюцинация, вызванная ядом паука. — Это не так важно, главное — не обращайся со священным даром, который был тебе дан, как с игрушкой. И подумай, кем ты станешь и что совершишь? Сила, чутьё, ловкость, способность прилипать и выпускать паутину. Меньшее из того, что тебе было дано! Только ребенку этого будет достаточно… только неразумное дитя побоялось бы пойти дальше. Основная для тебя задача — главный вопрос, что будет, если соединить человека и паука? Человек умер. Но паук отказался умирать и возродился… Но остались вопросы. Кем он станет? И еще один более важный — зачем? Кто появится из кокона? Человек похожий на паука или паук похожий на человека? Прими нас, прими себя таким, какой ты есть. Постигни способности, о которых ты не знал, стань другим. Иного выхода у тебя нет. Прими нас! С этими словами из тени выпрыгнул огромный паук и насадил меня на свои хелицеры. По сравнению с этой болью прошлая не казалась мне такой сильной, я дергался в его захвате и с ужасом видел, как он будто высасывает из меня жизнь, а мое тело иссушается, от него остаются лишь тонкие мышцы и кости. Я уже не мог кричать от сильного болевого шока, но тут услышал слова этого паукообразного существа, режущие подобно лезвию ножа. — Не сопротивляйся. Боль, которую ты чувствуешь, это рождение… Прими дар, который был дан тебе! После этих слов вдруг со всех сторон на меня снова поползли пауки, окутывая своей паутиной, из-за чего моё тело поглотила настоящая тьма.