Honeymoon

Люси никогда особо не любила и не понимала этот ритуал – приносить завтрак в постель. Наверное, это было странно и неправильно, но поделать с собой ничего не могла. Возможно, причина крылась в тех, кто пытался её этим порадовать, вернее, в их криворукости – кому приятно быть облитым горячим чаем или липким соком? Поэтому и от Нацу она этого никогда не требовала. Ей было гораздо приятнее самой приготовить ту самую пресловутую яичницу или тосты и получить от тогда ещё просто своего парня, с которым они жили вместе, благодарный поцелуй. А потом спихнуть на него мытьё посуды – это было её самое нелюбимое занятие. Но сегодня супруг решил-таки «порадовать» Люси этим самым ритуалом. Сначала она почувствовала тёплые мягкие губы, нежно целующие её, а затем голос мужа строго сказал: – Миссис Драгнил, просыпайтесь! Иначе ваш завтрак остынет. – Нацу… – разочарованно выдохнула девушка, пытаясь сильнее закутаться в одеяло. – Зачем? Ты же знаешь… – Знаю, милая, – её поцеловали в уголок рта. – Но позволь мне хотя бы раз сделать это. В качестве благодарности за оказанную вчера настоящему рыбаку моральную помощь и поддержку в виде двух больших бутербродов. – Настоящему? – Люси, приоткрыв один глаз, иронично посмотрела на мужа. – Ты же ничего не поймал. – Конечно, настоящему, – нисколько не смущаясь, ответил Нацу. – Потому что настоящий рыбак не тот, кто много рыбы поймал, а тот, кто аргументировано доказал — в этот раз рыбу поймать не было никакой возможности. Девушка заливисто рассмеялась – настолько необычным и неожиданным было это заявление, произнесённое серьёзным, нравоучительным тоном. – Хорошо, сдаюсь, – она села в кровати, подложив под спину подушку. – Давай сюда свой завтрак, настоящий рыбак. К её удивлению, всё прошло гладко – ничего не разлилось, не рассыпалось, не разбилось, а муж ещё и вымыл посуду. Немного посовещавшись, чета Драгнил решила навестить их вчерашнюю новую знакомую – вернуть визит вежливости и заодно прогуляться по лесу. Уже обуваясь, Нацу то ли слишком сильно потянул за шнурок на кроссовках, то ли время этой детали обуви уже истекло, и жгутик вдруг с глухим звуком треснул, оставив в руках хозяина жалкий обрывок. Мужчина чертыхнулся и попытался исправить ситуацию, связав кусочки шнурка, но образовавшийся узелок располагался весьма неудобно – у самой петельки, за которую его надо было цеплять*. Драгнил перешнуровал кроссовок, но вредный жгутик решил окончательно испортить ему жизнь, разорвавшись в другом месте. – Чёрт… – Нацу отбросил в сторону остатки шнурка. – Надо посмотреть в гараже, может, найду какую-нибудь бечёвку – не ходить же так… – Подожди, – остановила его Люси. Сняв с вешалки куртку, она вытянула из неё шнурок и протянула мужу. Тот покрутил выданную ему вещь и скептически поднял бровь: – Ты уверена? – увидев согласный кивок супруги, Нацу пожал плечами, быстро зашнуровал кроссовок, притопнул ногой и задумчиво протянул: – Мда… Нет, я, конечно, слышал про разные носки, но чтобы такое говорили о шнурках… Тебе не кажется, что это перебор? – Нет, – миссис Драгнил решительно подтолкнула мужа к входной двери. – Получилось весьма креативно. В конце концов, ты же не на официальный приём собрался. Тебя здесь всё равно никто не увидит, а мне нравится. – Против подобного аргумента я бессилен, – сдался Нацу, закрывая входную дверь. Тропинка, по которой им надлежало идти в сторону дома Камиллы, больше напоминала узкую просёлочную дорогу – по ней можно было идти свободно, не опасаясь заблудиться или зацепиться за ветки. Хорошо утоптанная, без единой, даже хилой травинки, лишь кое-где изуродованная, словно вздутыми венами, корнями высоких, проживших уже не одно десятилетие деревьев, да присыпанная рыжеватой ломкой хвоей. Лес жил своей привычной жизнью, абсолютно не обращая внимания на двух человек, по какой-то, одной им известной прихоти, решивших нарушить привычную атмосферу этого места своим присутствием. Люси и Нацу, не сговариваясь, шли молча, чтобы не нарушать живую тишину леса, полную шорохов, скрипов, шуршания и редких птичьих голосов, лишь иногда бросая пару фраз, чтобы обратить внимания своего спутника на что-то интересное, что встречалось им на пути. Дорожка, извиваясь, едва заметно поднималась в гору. На очередном повороте Нацу, шедший сейчас впереди, внезапно остановился, и, приобняв жену за талию, указал куда-то вглубь зарослей: – Смотри… – деревья в этом месте образовывали что-то вроде узкого коридора, в конце которого, окончательно расступаясь, открывали вид на поляну – большего пока рассмотреть было невозможно. – Пойдём, посмотрим, – предложил Нацу, шагая с тропинки в сторону просвета. – Камилла говорила нам не сходить с дорожки, – напомнила Люси. – Мы только глянем одним глазком и вернёмся. Не бойся, я хорошо ориентируюсь в лесу. У меня дядька заядлый охотник, с семи лет меня с собой таскал, всему научил, – успокоил жену Драгнил. Та сдалась, кивнув и крепко ухватив его за руку. Уже пройдя половину расстояния, мужчина предложил своей спутнице обернуться, чтобы убедиться, что приметная кривая сосна, растущая на том месте, где они ушли с тропинки, по-прежнему видна. Это придало Люси уверенности, но она всё равно ещё пару раз оглядывалась назад. Открывшаяся их глазам картина заставила её забыть и о своих страхах, и о конечной цели их путешествия. Поляна имела вид почти правильного четырёхугольника метров пятнадцать в длину и десять в ширину, расположенного к ним одной из коротких сторон. Деревья по краям стояли так плотно и ровно, словно их специально высаживали по линейке. Их кроны, изогнутые под всевозможными углами, почти скрывали небо над головой, но при этом позволяли солнечным лучам проникать в этакую необычную природную комнатку, создавая в ней таинственный и приятный полумрак. В противоположном от входа конце лежала большая каменная плита, по размерам не уступавшая их кровати в домике. И сам камень, и окружающие поляну деревья, расстилаясь по земле и путаясь в низкорослой густой траве, обвивал дикий плющ. Тёмно-зелёные трёхлопастные листья, на свету матово поблёскивающие, в тени казались мягкими и бархатными – к ним так и хотелось прикоснуться. Люси, оглядев поляну, не смогла сдержать восторженного вздоха: – Какая красота! Словно кто-то специально сделал. – Природа ещё и не такое может, – Нацу, усмехнувшись, подошёл к каменному ложу, окинул взглядом и, сев, поманил жену к себе: – Как миссис Драгнил смотрит на то, чтобы осуществить здесь наш план? – О чём ты? – Люси, приблизившись, встала между ног мужа, с удовольствием запуская пальцы в его густые волосы. Нет, она всё прекрасно поняла, но женская натура требовала своё – не соглашаться сразу и немного пококетничать. – Какой план? – Вчера мы говорили с тобой о том, – мужские руки безостановочно гладили женское тело – пока ещё по одежде, но уже сжимая чуть сильнее, чем при обычных объятиях, – что готовы стать родителями. И даже начали работать в этом направлении. Может, повторим наши действия, которые мы использовали для достижения задуманного, ещё раз, для лучшего эффекта, так сказать? – Здесь?.. – голос Люси снизился почти до шёпота, приобретя интимные томные нотки, которые заводили едва ли не хлеще обнажённого тела. – А почему бы и нет? – Нацу всё же вытащил край рубашки жены из-за пояса её джинсов и провёл ладонями по обнажённой коже, с удовольствием услышав в ответ на свои действия тихий стон. – Представь, как мы расскажем нашему ребёнку, в каком красивом месте он был зачат. – Надеюсь, без излишних подробностей? – Люси, наклонившись вперёд, потянулась к мужу за поцелуем и тут же получила его – глубокий, страстный, горячий. Прерываться совершенно не хотелось, но тело уже просило большего. Драгнил помог жене раздеться и, застелив камень своей и её одеждой, опустил Люси на природное ложе, не переставая покрывать тело любимой поцелуями. Их обоих даже слегка потряхивало от возбуждения, хотелось как можно быстрее почувствовать друг друга, стать одним целым – как бы банально это не звучало. Оргазм был неожиданным и сильным, и им потребовалось время, чтобы прийти в себя. Они лежали в объятиях друг друга, абсолютно не чувствуя ни жёсткости камня, ни прохладного ветерка, обдувающего тела, утомлённые, но безумно счастливые. Уже покидая поляну, Нацу аккуратно срезал перочинным ножиком одну тоненькую веточку плюща и протянул её жене: – Надо будет засушить. На память. Люси только улыбнулась в ответ, и, взявшись за руки, супруги вернулись на тропинку. ______________________________________ * - на некоторых моделях кроссовках вместе с дырочками используются и крючки, которые располагаются наверху, там, где будет узелок.