Нити Судьбы. II. Совершенство

      Карие глаза с грустью смотрели в окно, наблюдая, как по стеклу стекают тонкие дорожки капель дождя. На красивом лице застыла полуулыбка, в которой не было радости. Та же грусть.       Лэрд Хошо сказал Ово, что любит его.       Но, несмотря на то, что в голосе альфы отчетливо читалась уверенность, омега ему не верил. Сам не знал почему. Возможно, привык никому не доверять.       Сердце трепетало от нежных слов, но только в первый момент. Потом замерло, разум уверенно сказал, что таких, как Ово, не любят. Такие, как он, нужны, но и без них мир не разрушится.       Жоо прав, Ово все знает о тайнах людей и совершено ничего об их чувствах. Потому что не понимал, ему и не нужно было. Свои собственные эмоции он научился скрывать уже давно. Пусть шесть лет не такой большой срок, но этого оказалось достаточным, чтобы поселить в душе молодого человека неуверенность и сомнения насчет окружающих.       Ово познал любовь только папы, другие, с самого его детства, просто восхищались им. Ведь он был таким красивым. Любил ли его кто-то по-настоящему, не потому, что перед их глазами был очаровательный ребенок, юноша... Вряд ли. Ведь душу его никто не знал.       Ово, еще даже не достигнув брачного возраста, уже знал, чего от него ожидают окружающие, как ему стоит себя вести. Знал, привыкал, и теперь...        — Ты чудовище!       Но кто виноват в том, что именно таким вырос жизнелюбивый и улыбчивый мальчик?!       Ово не испытывал жалости к себе, так же как и не хотел, чтобы его жалел кто-то другой. Он понимал, что сам заслужил подобные слова. И они уже не приносили боли, не такой сильной. Да, отец его ненавидит, но омега всегда об этом знал. Было, конечно, неожиданно, не думал он, что эти слова так легко слетят с губ родителя. Но теперь все прошло. Осталась лишь пустота.       — Когда исчезнет красота, откроется вся гниль моей души, — прошептал омега своему отражению в окне, проводя кончиками пальцев по стеклу.       — Ово, что ты там бормочешь? — раздался голос альфы за спиной.       Обернувшись и натянув на лицо более счастливую улыбку, Ово пожал плечами:       — Просто мысли вслух.       — Ты, наверное, сильно устал? Все же почти две недели в пути, — внимательно посмотрев на супруга, спросил Хошо.       Сейчас они были в гостях у старого друга альфы, Морма. Оба альфы были одного возраста и потому у них было много общего, кроме торговли и грязных делишек. В принципе Хошо и Ово не планировали останавливаться у него, но из-за погоды пришлось. Будь Хошо один со своими людьми, продолжил бы путь и по дождю. Но подвергать такой пытке младшего супруга, который вообще не любит езду верхом и путешествия, он не был намерен.       — Есть немного, — кивнул Ово, вновь поворачиваясь лицом к окну.       Пара находилась в отведенной для них спальне. Прибыли они утром, и вроде ничего необычного не было в том, что молодые супруги остались наедине в одной комнате. Разве знал Морма о том, что альфа еще не касался своего омеги?! Конечно, нет. А Ово страшился предстоящей ночи. Ведь они будут спать вместе, на одной постели. Случится ли что-то между ними, никто не мог сказать точно. Впрочем, молодой человек понимал, что альфа свои принципы и упрямство покажет и здесь.       — Тогда давай все же отдохнем, — устало предложил мужчина.       Возраст брал свое, и ему трудно становилось сидеть в седле почти сутки. Раздевшись до штанов, мужчина сел на край постели и посмотрел на спину супруга. Даже так альфа видел, что муж очень устал, он выглядел подавленным и обеспокоенным.       Обдумывая мысль накинуть ли тунику обратно на плечи, — все же тело альфы не было идеальным, и живот уже был виден, да и мышц на руках и плечах не имелось таких, как у других молодых и стройных мужчин, — Хошо встал и подошел к Ово, обняв со спины за плечи. Притянув к себе, позволил уложить голову на плечо.       Заметив отражение супруга в окне, Ово вдруг подумал: Обнаженное тело должно принадлежать тому, кто любит обнаженную душу*. Получалось, что если его никто никогда не любил, значит, его душа намного отвратительнее, чем тело? Ведь не существует идеального человека, как и вещей. Ово был грешным и эгоистичным. Его просто не за что любить.       — О чем ты думаешь? — шепотом спросил альфа, глядя в окно на отражение, в лицо омеги. Близость будоражила кровь, аромат Ово ударил в нос, волосы щекотали лицо и шею.       Каким же дураком он был, отказавшись прикасаться к мужу до течки!       — А это важно? — тихо отозвался молодой человек, желающий чтобы мужчина обнял его сильнее. Не потому, что хотел секса, а потому, что желал крепких и надежных объятий. Но он не попросит об этом.       Он не так слаб.       — Все, что связано с тобой, важно для меня, — ответил Хошо, легко целуя омегу в висок.       — А если я не хочу сейчас говорить?       — Я подожду того дня, когда ты будешь мне доверять, — проговорил мужчина, мысленно сожалея, что сейчас омега ему не доверился.       — Спасибо, — мягко улыбнулся Ово, развернувшись, сам обнял торс мужа, уткнувшись лбом в его плечо. — Возможно, из-за погоды у меня просто нет настроения.       — Наверное, — кивнул альфа, крепко обнимая супруга. — Пойдем в постель.       Ово только кивнул и вместе с альфой направился к постели. Улегшись, каждый под своим одеялом, все же мужчина был твердо намерен не прикасаться к Ово раньше времени. Потушив свечу, альфа уставился в потолок и почти сразу почувствовал, как Ово придвинулся ближе, обняв его живот, уложил голову на его грудь.       — Не нужно ничего делать, просто так теплее, — шепнул омега, прикрывая глаза.       Хошо такой теплый и надежный. С ним спокойно и уютно. И так хочется ему верить, быть любимым им.       — Завтра мы будем уже в Кортновелиме, — обняв омегу одной рукой, сообщил альфа.       — Хорошо, — едва заметно улыбнулся Ово, почти мгновенно засыпая, несмотря на грустные мысли. Действительно устал.       Ово был домашним человеком. Для него небольшая прогулка на лошади могла показаться пыткой. А тут уже десять дней в пути, желание оказаться дома в уютной комнате росло неумолимо. Но, несмотря на это, Ово был твердо намерен посетить все замки супруга. Просто чтобы знать, как они выглядят.       Дождавшись когда омега крепко уснет, Хошо аккуратно выбрался из постели. Схватив свои вещи, покинул спальню. Он не мог больше находиться так близко к супругу.

***

      Утром следующего дня Ово, покинув предложенную комнату, медленно направился в главную залу замка. По пути он рассматривал убранство, которое в сравнении с замком Хошо казалось бедным и пустым. Абсолютно голые коридоры, стены из камня не прикрыты гобеленами. На полу обычная солома, а не ковры. Но почему-то именно в этой простоте для Ово находиться было легче. Богатство Хошо было огромным, и оно было всюду, мешая свободно дышать.       Пока омеге не удалось узнать, почему супруг так зациклен на роскоши, имелись лишь догадки. Молодой человек пробовал узнать у Шио об этом, но оказалось, что слуга не так давно служит лэрду, чтобы знать причину его фанатизма. И Ово надеялся, что в родовом замке альфы будет тот, кто старше и давно служит его семье, чтобы дать ответы.       Пройдя половину коридора, Ово кивнул на миг склонившемуся в поклоне слуге, коим оказался молодой альфа, симпатичный и простой. Улыбнувшись господину, Горан прошел дальше, но замер буквально через несколько шагов. Его вмиг окутал аромат гостя замка. Притягательный и чистый. Не покрытый запахом его альфы.       Сдержаться Горан не смог, молодая кровь вскипела в считанные секунды. Развернувшись на пятках сапог, альфа в несколько шагов настиг господина, схватив за плечи.       Воскликнув от неожиданности, Ово с широко распахнутыми глазами уставился на молодого человека, что вжал его в стену. Наклонившись к господину, Горан попытался впиться в его губы поцелуем. Но к тому моменту Ово уже понял, что происходит, и отвернулся, уперевшись руками в грудь альфы, пнул под дых.       — Что ты себе позволяешь?! — возмущенно выдохнул омега, отскакивая от слуги.       — Ты так пахнешь... — разгибаясь, ответил Горан, снова кинувшись к омеге. — Словно сам зовешь...       Ово снова схватили сильные пальцы трудяги, вновь впечатали спиной в стену, с такой силой, что голова кругом пошла от боли.       — Прекрати! — возмутился Ово, чувствуя, как перед глазами все начинает плясать.       Да что случилось?! Почему этот альфа так набросился на него?       — Ты прекрасен, — выдохнул Горан, впиваясь губами в шею молодого человека. От нежности его кожи не сдержал довольного стона.       — Отпусти! — воскликнул Ово, чувствуя от прикосновений альфы только отвращение.       — Вот уж нет, — мотнул головой Горан, скользнув рукой в ворот туники омеги, желая больше познать шелковистость его кожи.       — Нет, — прошипел Ово, понимая, что еще секунда и его накроет истерика. Альфа был сильнее его и легко подавлял любое сопротивление. Но Ово учился у Аба, и должен как-то защитить свою честь.       — Ублюдок! — выдохнул омега, вновь ударяя коленом молодого человека в пах, и когда тот согнулся, — так как Ово попал по самому нужному месту, — добил его локтем по спине.       — Что здесь происходит?! — раздался рык Хошо.       Мужчина в мгновение подскочил к растрепанному и перепуганному супругу, глазами ища повреждения.       Морм, шедший вместе с ним к своему кабинету, понял все быстрее и подскочил уже к слуге. Схватив его за волосы, дернул.       — Как ты посмел прикоснуться к нашему гостю! — закричал он, ударяя парня кулаком в лицо. Тот в ответ что-то захрипел. Придя в себя от удара, шарахнулся, огромными глазами уставившись на Ово.       — Это все он! — обвинительно крикнул Горан. — Это его запах свел меня с ума...       — Да что ты несешь?! — скривился Морм, снова влепив слуге пощечину. — Даже если и так, держи себя в руках, он наш гость. Лэрд Хошо не простит тебя!       Хошо в то же время хотел было обнять Ово, попытаться успокоить. Но омега вырвался и укоризненно посмотрел на него.       — Это твоя вина, дорогой супруг, — мотнул он яростно головой. — Если бы ты прикасался ко мне как положено, этого не произошло бы.       — Ово, о чем ты? Причем тут наши отношения? — примирительно попытался заговорить мужчина, видя, что муж с каждой секундой все больше свирепеет.       — О чем я?! — визгнул Ово, желая кого-нибудь убить, он с садистским наслаждением жаждал этого. — Мой запах усилился, а твой его не подавляет. Вот что случилось. Ты рядом, ты альфа, и потому брачный период наступит раньше.       — Ово, — шагнул к омеге, снова пытаясь обнять его, прошептал Хошо, боковым зрением отмечая, что Морм потащил слугу прочь. — Давай ты успокоишься сейчас, и мы спокойно поговорим.       — Нет! — гаркнул омега, отскакивая от него. — Мы отправляемся в твой замок, где ты, наконец-то, выполнишь свой долг и трахнешь меня. За все это время у меня так и не вырос живот, так что ты должен уже понять, что я не беремен. Поэтому возьми уже ответственность.       — А если твой аромат усилился как раз потому, что ребенок растет, гормоны меняются? — не смог смолчать мужчина, тоже начиная злиться. Он лишь однажды был близок с омегой в течку, потому не мог знать, что в это время, если омеги не получали желаемого, то они бесились не на шутку. Настои и отвары трав, конечно, успокаивали их, но на данный момент их не было. Ово не собирался вообще пить что-то, так как хотел ребенка. Ему и по возрасту уже пора было иметь одного-двух малышей. И он собирался восполнить все со своим супругом, неважно где это произойдет, хоть в лесу.       — Вот значит как, — вмиг растеряв весь пыл и беря себя в руки, выдохнул Ово. — Ты мне все еще не веришь.       По лицу мужчины омега видел, что его слова правдивы. Хошо его боготворит, но при этом не доверяет нисколько.       Всего лишь красивая игрушка, чьи чувства никого не волнуют. Главное, чтобы продолжала украшать своим присутствием, существованием мир альфы.       Ово стало больно и обидно, но он не показал этого.       Развернувшись, поспешил к лестнице, не в силах больше находиться рядом с этим упрямцем. Альфа все еще на своей волне, его не переубедить. Но Ово-то знает, что не ждет ни чьего ребенка, понимает, что его цикл сбился из-за того, что Хошо рядом, и потому, что омега его хочет. Но, видимо, все равно придется ждать того самого момента.       И черт с ним, осталось всего около недели.       Оказавшись в главной зале, Ово мельком глянул на Морма, что виновато поклонился ему. Смерив его недовольным взглядом, молодой человек поспешил к двери. Он не намеревался оставаться в этом замке ни минутой больше.       Выйдя во двор к своим людям, окинул их уже настороженным взглядом. Ожидая, как они отреагируют на то, что его аромат усилился. Потребовалась всего лишь минуту и дуновение ветра. До альф дошел запах господина, но никто из них не сдвинулся с места. Они просто вынули из своих мешков с одеждой и провизией шарфы. Повязав их на лице, прикрыли носы.       — Господин готов выступать? — спросил самый старший из них, глядя на омегу вполне дружелюбно.       — Спасибо, — облегчено выдохнул Ово.       Мужчина в ответ кивнул. Они уже поняли, что у молодого хозяина скоро начнется течка, потому заранее запаслись шарфами с прикрепленными к ним пучками мяты, она отлично перебивала аромат омеги, готовившегося к близости с альфой. Но и помимо этого, главный из стражи каждый вечер и утро читал нотации солдатам, чтобы они не забывали — им запрещено касаться и находиться рядом с господином Ово без крайней необходимости.       Когда Ово уже сел в седло, во двор вышел Хошо, по лицу которого было видно, что он снова жалеет о своей грубости к супругу.       — Выступаем, — проворчал он, садясь на своего коня. На супруга он даже не посмотрел. Ему тяжело было от его близости, аромат усиливался, казалось, с каждой секундой, и устоять против него не было возможности.       Видя хмурого господина, главный из стражи протянул шарф и ему.       Приняв его, альфа тут же воспользовался им. Ово, наблюдая это, зарычал и тронул поводья, первым покидая стены «гостеприимного» замка.