Нити Судьбы. II. Совершенство

      Омега сидел в кресле у окна в своих комнатах и читал книгу, когда в дверь постучали, и заглянул супруг. Уже два дня как они прибыли в Кортновелим. Замок оказался настолько старым, что Ово поначалу сомневался, что подобная развалина может принадлежать альфе. Впрочем, замок чинили, хоть и медленно. И супругов разместили в уже отремонтированном крыле. В разных спальнях, соединенных маленькой комнатой, что даже гостиной назвать сложно было, туда едва помещалась небольшая софа. Порадовало в этом старье только то, что был один слуга, казавшийся древнее самого замка. У него-то Ово и собирался узнать все что сможет о супруге. Хозяйством в отсутствие господина управлял некий пожилой мужчина, Корен. Его колючий взгляд, обращенный на супруга лэрда, сразу же уверил, что омега ему не понравился, и удовольствия служить ему мужчина не испытывает. Его сын, Джер, оказался истинным альфой Шио. После первой же встречи омега был настолько растерян, что Ово пришлось отпустить его на несколько часов, познакомиться и наладить отношения со своим истинным альфой.       Когда же молодой человек спустился к ужину в тот день, то наткнулся на раздраженного Корена. Полюбопытствовав, что случилось, Ово получил грубый ответ, без малейшего намека на уважение.       — Вас это не касается, господин.       Откровенное пренебрежение в его тоне разозлило Ово, но сдержаться каким-то чудом он смог, и ответил вполне спокойно и холодно.       — Понимаю, что я вам не нравлюсь, но будьте так добры, не показывать этого при господине Хошо, — сверкнул он глазами на альфу. Его и так все раздражало в последнее время, а тут еще и недовольные появились.       — Да, вы мне не нравитесь. Но так как вы супруг лэрда, мне придется мириться с вашим существованием. Искренне надеюсь, что вы редко будете посещать Кортновелим.       — Если вы ищете сына, то он с моим слугой Шио — они истинная пара, — вздернув подбородок, ответил Ово, игнорируя слова мужчины.       Его часто окружали недоброжелатели или просто те, кому он не нравился. И омега знал, что им лучше не показывать свои чувства.       — Вот как, — несколько опешив, отозвался Корен. Ово же поспешил в трапезную...       Об этом разговоре он не говорил Хошо. С того дня как на него напал Горан, супруги практически не разговаривали и не пересекались. Мужчина был занят разборками с так называемым мятежом в своих селениях. Подавить их удалось быстро, хотя бы потому, что мятежниками были простые пропойцы, которым всегда нужно ругать кого-то. Их Хошо выкинул со своих земель, без права вернуться.       — Добрый день, — улыбнулся альфа, пытаясь примириться. Ему не нравилось напряженная атмосфера между ними. Тяжело было не видеть молодого человека, зная, что он совсем рядом. Поэтому не в силах более выносить подобные мучения, альфа пришел мириться. Пусть даже если Ово простит его только после близости. Мужчина готов был сдаться, все же аромат омеги усиливался и дразнил, даже если его самого не было поблизости. Это сводило Хошо с ума. Хоть он и понимал, что осталось совсем немного, готов был признать, что супруг прав и вовсе не ждет ничьего ребенка. Потому и пришел сейчас к нему.       — Добрый, — с каменным выражением лица кивнул Ово. Его злила мысль, что альфе никогда не понять омегу, готового слиться в экстазе со своим избранником. Приближающаяся течка все больше выбивала из равновесия, настроение портилось, стоило только вспомнить, что муж отказался прикасаться к нему. Ово чувствовал, что еще совсем немного... Что тогда будет? Альфа снова станет сопротивляться? К чему тогда все это?!       Комнату заполнил аромат альфы, при его появлении. Отложив книгу, Ово вздохнул, надеясь, что ему хватит выдержки самому не наброситься на мужа. А может, стоило бы?       Продолжая сидеть в кресле, омега кинул взгляд на мужчину. Хошо выглядел слишком напряженным, на лице ходили желваки, на руках вздулись вены.       Чувствует ведь, что Ово готов. И все равно упорствует.       — Зачем вы пришли? — спросил молодой человек, отворачиваясь. Желание оказаться в объятиях мужчины возрастало с каждой секундой. Тело окатывали волны дрожи и жара.       Совсем немного...       Альфа перед ним теперь казался моложе, увереннее, и главное, на него было приятно смотреть. Мужчина продолжал тренировать тело, чтобы избавиться от остатков прежнего себя. И сейчас, пусть он был немного квадратным, но через рубашку и штаны уже определенно проглядывали мышцы, а не жир, как раньше. Глаза словно стали больше, щеками мужчина теперь не напоминал хомяка. Волос, естественно, не прибавилось, но Ово нравилась лысина Хошо.       — Хотел тебя увидеть, — улыбнулся мужчина приятной и притягательной улыбкой, помолодев словно на десяток лет. Ему определено шло быть более худым.       Подойдя к супругу, Хошо протянул ему руку. Окинув ее скептическим взглядом, Ово вложил свою ладонь, чувствуя, как тут же по телу проходит разряд, зафиксировавшись внизу живота.       Омега принял перемирие, понимая, что так продолжаться не может. Они все же супруги и должны ладить, как бы не был молодой человек обижен на мужчину. Того тоже можно было отчасти понять. И Ово пытался понять его. Вот только не получалось. И кто-то из них должен прогнуться, подстроиться под другого.       — Присаживайтесь, — предложил Ово, кивнув на кресло рядом. И когда рука мужа отпустила его пальцы, испытал разочарование. Она была надежной и теплой. Возникшая мысль, что эти самые руки ласкают его тело, едва не сорвала стон с губ омеги. Пришлось прикусить до боли губу, только бы сдержаться.       Впервые он вел себя так, не мог сконцентрироваться и постоянно думал об альфе. Омега просто не до конца понимал, что он уже влюблен. Подобные чувства он испытывал впервые и потому не мог дать им определение. Это раньше с Саджо он вынужден был играть любовь, но она никогда не являлась настоящей. Некое взаимопонимание между ними было, симпатия, но не влюбленность.       Хошо присел в кресло напротив и, дождавшись, когда омега нальет в кубок вино и принесет ему, принял подношение.       — Как скоро мы вернемся в Фрез? — спросил Ово, присаживаясь в свое кресло. Не то чтобы его это действительно волновало, просто нужно о чем-то говорить.       Хошо отпил из кубка, внимательно глядя на омегу. Какой же он прекрасный! Мужчина чувствовал, что готов прямо сейчас плюнуть на свое обещание и овладеть юным телом. Но сдерживался, у него еще будет время насладиться этим человеком.       — Думаю, примерно через месяц, если снег не выпадет и не перекроет дорогу, — ответил мужчина, решив завуалировать настоящую причину. Он не собирался поднимать тему течки. Ведь только когда она закончится, они вернутся в Фрез.       — Ясно, — прищурившись, отозвался Ово и отвернулся к окну. — Слышали последние новости из королевского замка? — Просто нужно было что-то говорить.       Около получаса мужчина рассказывал последние сплетни, со смехом поведал об очередной ссоре Мойла и Микро. В этот раз омега вышвырнул альфу из своей комнаты. И теперь Лу злился, когда над ним смеялись, точнее, над синяком у него под глазом. Рассказал о том, что королевская чета собралась устроить торжество для Рея, в честь его дня рождения.       Ово все это знал, но делал вид, что впервые слышит об этом. Хошо так же поддерживал эту игру. Он просто не знал, как вернуть прежние не столь напряженные отношения.       — Ово, — не отрывая глаз от омеги, прошептал мужчина, подавшись к нему. — Не нужно меня ненавидеть за мои принципы.       Почувствовав, как кровь прилила к лицу, Ово вскочил на ноги.       — Я и не ненавижу, — ответил он, взволнованно зашагав по комнате. — Давайте не будем сейчас говорить об этом. Ничего хорошего из этого не выйдет. Да, я злюсь, но не более того. Вам просто не понять меня, вот и все.       — Ово, — тоже поднявшись из кресла, ловя молодого человека за руку, позвал Хошо. — Ты мне дорог. Но и пойти против своего слова я не могу. Потерпи еще немного, скоро все изменится. Ты ведь знаешь, и я знаю.       — Не говорите так, словно я озабоченный, — вырвав руку, прошипел омега. — Вам легко говорить. А я шесть лет был подстилкой, меня все презирали за связь с королем. А я этого хотел?! — постепенно Ово перешел на крик. — Я, как и все, мечтал быть любимым и иметь семью. Я детей хочу. Но вынужден был терпеть унижения и боль. Для чего? Что бы сейчас все повторилось? С вами.       — Прости, — хватая молодого человека и заключая его в объятия, ответил мужчина, видя по лицу супруга, как ему было тяжело все это время. — Нет твоей вины в том, что я такой эгоист. Прости меня.       Оказавшись в руках мужа, Ово притих, чувствуя, как злость и отчаяние отпускают. Расслабившись, он просто уткнулся лицом в шею мужчины, наслаждаясь близостью.       — Я не хотел, чтобы ты страдал. Ты просто не представляешь себе, как я хочу тебя, до потери сознания, но...       — Принципы, — договорил омега, напрягаясь. Что бы он не говорил, как бы себя не вел, ничего не изменится.       Усилившийся аромат супруга дурманил сознание, желание обладать им все сильнее охватывало тело мужчины. Может ведь он простить себе хоть немного нежности?!       — Позволишь поцеловать себя? — спросил альфа, гладя спину омеги, едва сдерживая себя, чтобы не разорвать его одежду и не коснуться открыто.       Ово вспыхнул, словно маков цвет, и отвел взгляд. Но согласно кивнул. Он давно этого хотел и за время ссоры соскучился по кротким неумелым поцелуям альфы.       Подняв руку, мужчина провел ладонью по нежной щеке мужа, отвел выбившуюся из прически прядь волос. Медленно приблизив лицо, нежно поцеловал теплые манящие губы. Как давно он не касался их. Не каждую встречу альфа позволял себе поцеловать его, что уж говорить о большем. Но мужчина был полон сексуальной энергии, столько сдерживаться-то, потому, сжав в объятиях Ово сильнее, остро ощутил, как тонкие руки обнимают его спину. Глухо застонав, мужчина шагнул к постели, опрокидывая на нее омегу.       Больше он просто не выдержит.       Ово не сразу понял, что происходит, увлекшись поцелуем, но когда осознал, что жадные руки уже задирают подол туники, испугался. Напора, того, что наконец-то сбылось желание.       — Вы все же... — попытался он спросить, но не смог. С губ сорвался стон, когда мужчина прикусил кожу на его шее, руками уже задрав тунику до живота. Мужчина даже стона не сдержал, когда ощутил мягкую кожу под своими огрубевшими ладонями.       — Ннн, — выдохнул он, вжавшись пахом между ног Ово. Плоть до боли горела, стремясь проникнуть в разгоряченное тело.       Стон мужчины только сильнее завел Ово, ему самому от этого захотелось с наслаждением застонать. Прикосновения губ и рук супруга словно обжигали, вынуждая выгнуться всем телом, податься вперед, прося о большем.       — Не могу... — простонал альфа, запечатлев на тонкой шее страстный поцелуй, замер, уткнувшись лицом в постель, рядом с шеей мужа. — Я столько этого хотел. Так ждал этого момента...       — Так сделай же меня своим, — качнув бедрами, задев своей плотью член мужчины, шепнул Ово, сам целуя его в шею. Оттянув ворот туники, поцеловал открывшуюся часть плеча.       — Нет! — дернувшись, громче воскликнул Хошо, понимая, что еще совсем немного, и он сдастся. Касания и поцелуи Ово сводили с ума, лишая воли.       — Умоляю, — простонал Ово, одной рукой нырнув под тунику супруга, пальцами проводя по животу. — Возьми меня...       Слыша отчетливые умоляющие нотки в прекрасном голосе, мужчина, приподнявшись на руках над омегой, заглянул в его глаза.       — Почему ты так этого хочешь?       — Пожалуйста... — все еще под напором страсти шепнул он, но когда понял смысл слов мужчины, замер, прекратив какие-либо действия. — А почему нет?       Рыкнув, мужчина сел рядом на постели и уставился в окно. Он не понимал, почему Ово так настаивает на их близости. Словно был озабочен только этим.       — Я сдерживаюсь уже столько времени. Ты согласился на брак, и я счастлив... Прости, если напугал, — начал Хошо, приводя одежду в порядок.       — Вы не виноваты, — мотнул головой Ово. — Просто вам не понять, как мне страшно.       — О чем ты? — нахмурился Хошо, поднимаясь на ноги.       — Я бывший любовник Саджо. Я королевская шлюха. По сути, на мне никто не хотел жениться. Только вы, и то до поры до времени, а потом, когда надоест, выбросите.       Альфа вздрогнул от слов омеги, будто от пощечины. Резко обернувшись к нему, впился взглядом в его встревоженное лицо.       — Неправда, — рыкнул он, отчего Ово вздрогнув, опустил голову, прикрывая лицо волосами. Прическа погибла, пока он таял в руках альфы. — Все, что я делаю, делаю ради тебя. Как ты не понимаешь, я люблю тебя! Очень сильно люблю! И конечно хочу счастливую семью и детей. Я собираюсь насладиться тобой в полной мере сразу же, как только начнется течка. Еще пара дней, и ты станешь моим, если ты действительно «чист». Неужели ты думаешь, если бы мне нужно было только твое тело, я просто бы не изнасиловал тебя? Стал бы я жениться на тебе, когда мог бы просто принудить, зная, что никто за тебя не заступится?!       — Почему тогда не можете просто сделать это?! Что вас сдерживает? — вскинув голову, возмущенно спросил Ово. — Все равно это случится! Или вы лжете, что хотите меня? У вас так много красивых и редких вещей, может, я просто одна из них? Имею цену, но нужен только для украшения и статуса?       — Все не так, — встрепенулся Хошо, понимая, что Ово исковеркал смысл его слов. Взглянув на него, едва не застонал. Растрепанный и такой милый, желанный. Даже сейчас, в момент такого разговора... Боги, дайте ему сил сдержать своего зверя!       — Что ж, — вздохнул Ово, глядя на мужчину весьма недовольно. — Если так не хотите, я помогу получить удовольствие, но до конца мы дойдем позже, как вы и настаиваете.       — Что ты собрался делать? — растерялся Хошо, видя, что омега все равно на своей волне. Почему он так настаивает?       Мужчине было просто не понять, что омега его хочет не потому, что у альфы много денег. Он был не в силах в это поверить, отлично зная, что все его любовники желали только дорогих подарков.       А Ово другой.       У него была связь с королем, но он никогда не просил у Саджо денег, довольствуясь лишь тем, что ему давал сам мужчина. Ни разу не капризничал, выпрашивая замок или платье. Саджо сам все это ему предоставлял, по собственному желанию. Большинством украшений и платьев Ово даже не пользовался, лишь принимая их. С Хошо так же, потому что для омеги деньги не играли большой роли. Он мечтал о другом, когда злился или когда казался милым невинным мальчиком при дворе. Всегда хотел лишь любви и уюта. Но по воле судьбы, второй его мужчина тоже богат и имеет определенный статус. Толку-то. Ово просто хотел совершенно другого. Золотая клетка с самого рождения слишком изматывала. Он просто другой.       Игнорируя вопрос альфы, Ово встал с постели и, коротко глянув в окно, встал на колени между ног мужчины.       — Что ты собрался делать? — потрясенно спросил Хошо, видя, как омега ловко принялся расшнуровывать его штаны.       — Доставлю вам удовольствие, — отстраненно отозвался Ово, пытаясь скрыть и злость, и разочарование. Видимо, он не настолько красив, раз не способен соблазнить всего лишь одного мужчину. Того, которого сам желал. — Не забывайте, кто был моим любовником.       Запустив руки в штаны мужчины, Ово высвободил пульсирующую плоть, нервно сглотнув при взгляде на покрасневшую головку с капелькой смазки. Склонившись, омега раскрыл рот, намереваясь вобрать член. Но рука альфы остановила его.       — Не нужно себя заставлять, — сдавленно проговорил Хошо, глянув на молодого человека с неким упреком. — Ты слишком красив для подобных вещей, не нужно пачкать себя...       — А я пачкал, — со сталью в голосе ответил Ово, опаляя горячим дыханием чувствительную кожу члена супруга. И дрожа всем телом, отчетливо ощущая, что ткань его собственной туники причиняет боль, давя на пульсирующий член, омега лизнул плоть альфы. Хошо скрипнул зубами, остро ощущая все, что успел проделать молодой человек. Кровь вскипела, сердце неистово забилось, на лбу и висках выступил пот.       Пачкать. О чем вообще Хошо говорит, зная, чьим любовником Ово был. И не такое делал для Саджо.       Альфа напряженно замер, видя лицо омеги. Покрасневшее, от возбуждения и смущения, огромные глаза и пухлые алые губы. Чувствовать его руки, губы и язык на своем достоинстве было сверх его возможностей. Сглотнув, мужчина убрал руку с головы омеги и, откинувшись спиной на постель, простонал:        — Делай, что хочешь!       И омега, получив разрешение, прикрыл глаза, вбирая в рот плоть упрямого супруга. Хошо застонал, испытывая такое, что никогда бы не поверил, что можно выделывать подобное языком и губами, если бы не Ово. Руками альфе пришлось вцепиться в покрывало на постели, только бы сдержаться и не овладеть омегой прямо на полу. А Ово не скрывал свои стоны наслаждения от своих же действий с членом альфы, продолжая доводить мужчину до пика. Хошо не выдержал и десяти минут. Снова сев, оттолкнул голову омеги и, изливаясь, прошипел:       — Я уже...       Сперма попала на лицо Ово, густыми каплями скатываясь к губам со щеки. Омега все еще не смотрел на мужчину и, почувствовав капли на губах, слизал их кончиком языка.       Видя это, Хошо понял, что это предел. Его член буквально в ту же секунду вновь напрягся, желая проникнуть в трепетное тело омеги.       Ово вздрогнул, заметив такую реакцию, которая заставила сердце биться еще быстрее, настолько, что дышать стало трудно.       Глядя на омегу сверху вниз, альфа застонал:       — Ово, я готов тебя умолять, только отпусти меня. Я больше не могу...       — Нет, — резко оборвал его омега, поднимаясь на ноги и ловко снимая штаны. Взгляд карих глаз предупреждал, что неповиновение наказуемо. — Никуда вы не пойдете...