Нити Судьбы. II. Совершенство

      Солнце веселыми бликами отражалось от белоснежного зимнего покрывала. Снег приятно хрустел под ногами. Легкий, хоть и морозный, ветер почти нежно трепал тонкие веточки, торчащие из снега, качал, будто убаюкивая, молодые деревья.       Время пролетело так стремительно. Казалось, еще вчера все было иначе, напряженная атмосфера страшила, словно не было выхода из сложной ситуации. Но уже сегодня все было в точности до наоборот.       Хошо легко держал на руках двух полуторагодовалых сыновей, что периодически хватали его то за уши, то за нос, и мужчина радовался, что совершенно лысый.       Молодой человек рядом с ними присел на корточки, отчего плащ веером лег на снег у его ног. Аккуратно и бережно кладя на могильные плиты большой букет цветов, омега тепло улыбнулся. Он отдавал дань уважения и благодарил.       Вьющаяся рыжая прядь выбилась из прически из-под капюшона и нежно коснулась щеки. Карие глаза с грустью смотрели на выбитые буквы и цифры на плите. Коснувшись кончиками пальцев собственных губ, Ово протянул ту же руку к надгробию, касаясь уже холодной плиты.       Он каждый день благодарил Изила за то, что он сделал, уже не испытывая к нему презрения или чего-то подобного. Ово просто был рад, что старик, спустя столько лет, все же смог решиться и разрушить проклятие, тем самым спася и Ово, и близнецов. Даже Жоо старик спас, тот совсем недавно родил близнецов, и никому из них ничто не грозило.       Хошо со спокойным выражением лица смотрел на надгробие, установленное на семейном кладбище. Несмотря на то, что мужчина все еще не до конца мог поверить в то, что Изил его настоящий папа, альфа решил все же похоронить его именно тут, со всеми остальными предками. Даже если он лгал.       Все же его Хошо уважал и любил, пусть не так, как любил бы отца. Впрочем, старик заменил ему всех родственников. И защитил его семью, его любовь.       Для альфы было очень трудно следующим утром год назад открыть дверь в спальню супруга, так не хотелось видеть его мертвым. Но он все же сделал это. И войдя в темную комнату, открыл окна. Утренний свет тут же озарил две фигуры на постели. Изил лежал рядом с сидящим на коленях Ово. Омега держал уже остывшую руку старика, поглаживая его по волосам и не сдерживая слез. Хошо сразу же понял, что произошло. Ведь проклятие мог снять только омега, кем Изил и являлся. Слез радости в то утро мужчина и не пытался скрывать. Видеть возлюбленного живым и здоровым, когда надежда уже рухнула, оказалось для него наивысшим счастьем. Тогда Хошо едва не раздавил супруга в объятиях, так был рад.       Конечно, грусть тоже была в тот день, предстояло похоронить старика. Коран очень удивился, когда господин приказал готовить могилу на семейном кладбище, но промолчал, зная, как были близки хозяин и странный старик.       И Хошо, и Ово понимали, что мужества не у каждого бы хватило на то, чтобы умереть за кого-то. Ово так и вовсе знал не понаслышке, сам испытал весь спектр проклятия. В тот вечер бог даже поблагодарил Изила, сказав, что хотел, чтобы Ово жил. И когда он в сотый раз спросил у него, готов ли он, Изил уверенно, хоть и со страхом, кивнул. С благодарностью бог перевел последнее испытание на старика. Вот только...Ово терпел невероятную боль неделями, а на старика она вылилась в одно мгновение. И омега подозревал, что Изил умер больше от болевого шока. Но главное, что бог принял жертву и с превеликим удовольствием покинул замок, забрав с собой проклятие нескольких поколений.       — Спасибо, — проговорил Ово, все еще касаясь рукой надгробия. Слез не было, оставалась только печаль и безграничная благодарность за подаренную возможность прожить рядом со своей семьей многие годы.       — Пойдем, — позвал Хошо, уже устав от дерготни детей. Киритиан и Рейли росли слишком активными.       Ово медленно поднялся на ноги, не отрывая взгляда от могилы. Спустя миг все же отвернулся, принимая из рук супруга одного из мальчиков, Киритиана. Рейли сразу же захныкал, требуя, чтобы брата вернули. Но Хошо удалось его отвлечь, сунув под нос свой перстень. Ово, зная эту особенность мальчишек, еще раньше отдал сыну заколку. Правда Киритиан не был падок на украшения, и вместо выражения восхищения ювелирной работой, с удовольствием и смехом закинул ее в снег.       — Ну вот, — с усмешкой проговорил Хошо, шагнув вперед. Наклонившись, поднял украшение. Ово, так же с сыном на руках, последовал за ними.       Замок Кортновелим приветливо сверкал солнечными лучами в окнах. Поравнявшись с супругом, Хошо притянул его одной рукой к себе, прежде усадив Рейли на левое плечо. Прижав к себе своего возлюбленного омегу, альфа коротко поцеловал его в щеку. Ово улыбнулся в ответ и быстро чмокнул мужчину в губы.       Киритиан внимательно наблюдал за ними и спустя миг, схватив папу за волосы, вынуждая обратить внимания на себя, так же прижался губками к носу папы, вызвав радостные улыбки на лицах своих родителей.       Теперь Хошо был счастлив настолько, насколько это вообще возможно. Любимый рядом, у них растут здоровые дети. Семья — все, чего он хотел. И получил это сполна.       Улыбка супруга заставляла сердце трепетно биться, а радостный смех детей наполнял душу теплом и безграничным счастьем.