Приключения Лисы и Дракона

      Лина просыпаться не хотела. Даже немного. Головная боль, мучавшая её на протяжение всей ночи только начала утихать, а комната уже была озарена лучами поднявшегося над горизонтом солнца. Нужно было с кровати подняться, завтрак приготовить. Сегодня же был Фестиваль Цветения Сакуры — она обещала Маке сделать этот день незабываемым.       Подняться на ноги удалось не с первого раза. Голова кружилась, а отголоски боли в висках стучали, вызывая желание заскулить и хвост поджать. Но Лина упорно веки разомкнула, одновременно с тем глубокий вдох делая. На выдохе плечи расправила, пытаясь положение тела выровнять. — Простыла что ли? — Всё же поморщившись, тихо пробормотала кицунэ, виски растирая. — Невовремя-то как…       Нужно было себя в чувства привести хотя бы на этот день — а после фестиваля уже и слечь хоть на неделю можно.       Дом встретил привычной тишиной. Мака и Акеми, вероятно, ещё спали, вымотанные вчерашней прогулкой и ожиданием наступления праздника. Эта мысль улыбкой губы тронула. Сама Лина к Фестивалю Цветения Сакуры относилась куда проще. Конечно, первые годы в гильдии испытывала предвкушение, восторг. Но со временем привыкла — на самом деле, даже не готовилась к торжеству. Хотя в воспоминаниях, кажется, ходила по рынку в поисках спелой хурмы?       Виски болью пронзило, и кицунэ выдохнула сквозь стиснутые зубы, плечом прислонившись к стене. Замирая напротив двери, что находилась рядом с её спальней. За той скрывалась комната…? О, точно — та, что использовалась в качестве склада для разных вещиц и одежды. Нужно будет после фестиваля порядок там навести — наверняка, пыли скопилось много.       От стены оттолкнувшись, Лина выпрямилась. Снова плечи расправила, мысленно сетуя на то, что умудрилась заболеть. Пытаясь вспомнить, в какой момент простыть могла. И, минуя коридор, с небольшим трудом на первый этаж спустилась. Нужно было завтрак приготовить и Маку с Акеми разбудить. И если совсем худо будет, к Полюшке пойти — хотя, лучше сначала обратиться к Венди. Магия воздушного убийцы драконов должна была справиться с простенькой простудой.       Лина чувствовала себя странно. В голове будто бы туман облаком плотным осел, мысли путая. На всякий случай лба коснувшись, пытаясь понять, поднялась ли температура, кицунэ озадаченно на подготовленные для завтрака продукты посмотрела. Головная боль всё ещё мучала, поэтому девушка действовала рефлекторно, интуитивно, толком и не обращая внимания, что именно и сколько из холодильника достала. В конце-концов завтрак то готовила каждый день на протяжение многих лет. Сначала для себя и Акеми, а теперь ещё и для Маки. Вот только яиц, в миску разбитых, было слишком много для трёх порций. Как было много нарезанных овощей и колбасы. Странно. Чуть нахмурившись, кицунэ желтки пересчитала. Одиннадцать. По три для них с Макой, два — для Акеми. Оставалось ещё три. К ним на завтрак кто-то из ребят должен был прийти, а Лина забыла об этом? Вряд ли. Если бы к ним присоединился бы кто, это были бы Джерар, Нацу и Хеппи. Значит, яиц должно быть больше. Но кицунэ не помнила, чтобы с друзьями договаривалась позавтракать вместе. Это было…странно. Впрочем, новая вспышка головной боли от мыслей отвлекла, и вот Лина уже неспешно обжаривала на сковороде овощи и колбасу, чтобы в дальнейшем яйца на те вылить.       Ловко лопаткой орудуя, переворачивая шипящую нарезку, кицунэ выдохнула и руку в сторону вытянула, роняя: — Рю, передай соль.       И замерла на мгновение. Моргнула, будто пелену с глаз прогоняя, и, подхватив солонку, стоящую на полке справа, специи в яйца добавила, от готовки не отрываясь.       Завтрак проходил спокойно. Как всегда. Акеми и Мака яичницу ели с аппетитом, уплетая ту за обе щеки. Явно стараясь с утренним приёмом пищи покончить поскорее, чтобы приступить к подготовке к фестивалю, успеть сделать всё необходимое и насладиться праздником. Лишнюю порцию завтрака в сковороде все дружно проигнорировали — Мака и Акеми скинули её наличие на то, что кицунэ проголодалась, а та в свою очередь думала скормить её подругам, чтобы те сил побольше набрались. — Где находятся книги о дискриминации карликов? — Вдруг решила разрядить обстановку Лина, воодушевлённо хвостом пушистым дёргая.       Мака и Акеми в свою очередь выдохнули одновременно, обмениваясь обречёнными взглядами. Ну вот, опять. — На верхней полке! — Закончила свою шутку кицунэ, губы поджимая, чтобы смех, рвущийся наружу сдержать. — А…Ха-ха-ха. — Наигранно весело ответила иксид, прежде чем в рот здоровенный кусок яичницы засунуть, чтобы избежать необходимости и дальше делать вид, будто бы впечатлена словами Лины.       Мака же для вида посмеялась неловко, и примеру Акеми последовала, срывая тихий цык с губ Зефилии. Кицунэ, поняв, что друзья шутку не оценили, уши поджала, и голову рукой подпёрла, взгляд в тарелку опуская. Разломала яичницу мстительно, бормоча под нос: «Ничего вы не понимаете. Вот подрастёте, и громче всех хохотать будете.» — и вдруг замерла. Странно. Никто не рассмеялся, её шутку услышав. Совсем. Но Лина помнила, что каждый раз, когда она за столом своё остроумие демонстрировала, кто-то очень громко смеялся. Но кто?       Резкий приступ головной боли от мыслей отвлёк, вынуждая выдохнуть сквозь стиснутые зубы и глаза закрыть. А разомкнув веки, кицунэ к трапезе вернулась, в рот отправляя кусочек яичницы.       Завтрак был съеден. Мака и Акеми на второй этаж поднялись, чтобы девочка смогла к предстоящей прогулке по городу подготовиться. Лина же осталась на кухне, чтобы порядок навести. Посуду помыла рефлекторно. Первая тарелка, вторая, третья. Руки инстинктивно потянулись к столу в поисках ещё одной. И подхватили блюдо с несъеденной никем порцией яичницы. Лина до сих пор не понимала, что на неё нашло. Зачем так много завтрака приготовила, если знала, что ни она, ни Мака, ни Акеми столько не съедят. Выбрасывать еду было жалко. Потому, помедлив всего секунду, кицунэ выдохнула и к холодильнику направилась. — Вечером съем… — тихо пробурчала себе под нос девушка, за ручку прохладную дёргая.       И замерла, озадаченно моргая. Утром, погружённая в тревожные мысли о том, как бы день выстоять с подступившей простудой, Лина завтрак готовила неосознанно. Даже толком и не смотрела ни на полки, ни в сковороду. Знала же, где, что находится. Но сейчас, заглянув в холодильник, кицунэ заметила странные контейнеры. Точнее, стикеры наклеенные на них.

«Пахнет ужасно, закрывай крышку лучше.»

      Это точно был почерк Лины. Но она не помнила, как писала эти странные записки. Отставив тарелку с яичницей в сторону, кицунэ осторожно один из контейнеров открыла. Ирисковый пирог. Откуда здесь взялся? Пахло и, правда, ужасно. Слишком приторно, сладко. Лина в здравом уме такое бы в холодильнике не хранила. Да и не помнила, чтобы Мака или Акеми пирог этот покупали.       Странно. Всё это слишком странно.       Лина чувствовала, что что-то не так. Будто бы происходящее было неправильным. Вернув контейнер на место, кицунэ кухню взглядом внимательным окинула, пытаясь получить новые подтверждения этому странному, пока до конца непонятому ощущению. И искомое смотрело на неё тёмной краской с дверцы одного из навесных шкафчиков. — Лина! Мы готовы! — Мака, почти светясь изнутри на пороге кухни появилась, пальцами вцепившись в лямку сумки тканевой.       В ту планировала складывать сувениры, купленные на фестивале, фрукты и всё, что на глаза попадётся. Акеми же лениво парила рядом, крылья белоснежные расправив. — Ты чего? Выглядишь так, будто призрака увидела. — Сквозь зевок протянула иксид, на кицунэ взгляд бросая озадаченный.       Лина вдох глубокий сделала. А на выдохе на подруг через плечо оглянулась и, указав на рисунок черепа на одном из шкафчиков, с лёгкой дрожью в голосе, с переменным успехом пытаясь тому придать спокойные ноты, спросила: — Что это?       Мака и Акеми на пальцем кицунэ проследили, и при виде кривоватого рисунка, чуть нахмурились. Переглянулись, безмолвно спрашивая друг у друга, кто мог это сделать. — Ну… рисунок черепа? И костей? — Неловко ответила юная волшебница, руки за спину заводя.       Акеми на это фыркнула тихо и к шкафчику ближе подлетела. Осмотрела явно потрёпанный и старый рисунок с разных сторон, а затем на Лину взгляд перевела, плечами пожимая: — Да неважно. Может, Нацу решил приколоться. Недавно же к нам в гости заходил. Пойдём уже — в гильдию сначала заглянуть нужно. Там у Саламандра и спросишь.       Лина хотела возмутиться. Сказать, что не похоже это на выходку огненного убийцы драконов. Что рисунок выглядел старым, будто бы висел здесь ни один год. Да так не смогла и слова проронить, отвлекаясь на новый приступ головной боли.       Лина знала, чувствовала, что-то не так. Не понимала, что именно, как правильно объяснить это непонятное ощущение. Просто что-то изменилось. Но что именно?       В гильдии всё было, как обычно. Волшебники были полны сил, и помимо привычных драк и громких разговоров, сопровождаемых стуком кружек и шипением пены пива, в зале царила атмосфера предвкушения. Долгожданный Фестиваль Цветения Сакуры — ещё одна причина сплотиться, полюбоваться радужной вишней вместе с друзьями. Но Лина предвкушения и волнения не чувствовала.       Еда казалась пресной, совсем не острой. Чай — слишком слабым и водянистым. Отмахнувшись от обеспокоенных взглядов некоторых из товарищей, Лина заняла место за столом. Мака и Акеми ушли с друзьями общаться, узнать, какие у кого планы на предстоящий фестиваль. Кицунэ решила не вмешиваться — общаться ни с кем в этот момент не хотелось. Потому она просто осталась наблюдать за бодрыми волшебниками, подперев голову рукой.       Странно. Очень странно.       Стол казался сегодня слишком большим, хотя Лина сидела за ним с тех пор, как девять лет назад в гильдию вступила. И почему-то казалось, что сегодня было тихо. Это было глупо — в просторном зале отовсюду раздавались голоса волшебников. Но будто бы чего-то не хватало. Или кого-то.       В попытке отмахнуться от этого непонятного ощущения Лина сделала глубокий вдох, бездумным взглядом скользя по гильдии. Вон Гажил вместе с Лилейным стояли около доски заданий, пытаясь решить, какую миссию стоит взять в этот раз. А недалеко от стены Шарли за что-то ругала Хэппи, в то время как Нацу и Венди стояли в сторонке и о чём-то мило разговаривали. Всё, как обычно. Драгонслееры и икисды. Иксиды и драгонслееры.

…

      Лина моргнула, убирая руку из-под головы.

«Драгонслееры и иксиды».

      Эти союзы были аксиомой. Чем-то естественным, само собой разумеющимся. И не было никаких исключений, верно? Тогда, откуда была Акеми? Лина уж точно убийцей драконов не была. Но искид жила с ней с самого "рождения". Кицунэ смутно, но помнила, как много лет назад, ещё до вступления в гильдию, в лесу наткнулась на огромное яйцо. И из него вылупился крылатый котёнок.       Стул жалобно заскрежетал, когда Лина резко на ноги вскочила.       Успокоиться. Нужно успокоиться. Головная боль давила, пульсацией в висках отдаваясь, но кицунэ упорно шаг вперёд сделала.       Всё происходящее было слишком странным.       Лилейный и Хэппи не смогли толком ответить на вопросы Лины. Потому надежда оставалась на Шарли. — Спрашиваешь, могут ли иксиды вылупиться или жить порознь с убийцами драконов? — Переспросила белая кошка, озадаченно брови приподнимая.       А затем, задумчиво хмыкнув, хвостом нервно дёрнула. — Сложный вопрос. Ты же знаешь, мы из Эдоласа все родом. И моя…кхм, королева Шаготта отправила в эти земли сто яиц с ещё невылупившимися иксидами. — Шарли чуть нахмурилась, вероятно, вспомнив те тёмные времена, когда была уверена, что прибыла в этот мир, чтобы убить Венди, так как та была убийцей драконов. — И так как у нас была своя «миссия», мы должны были пробуждаться только рядом с драгонслеерами. Конечно, их вряд ли наберётся сотня, и я не знаю, что уж там случилось с другими яйцами… Но не слышала ничего о том, чтобы иксид мог вылупиться просто так, без присутствия убийцы драконов. А почему спрашиваешь об этом?       Поймав внимательный взгляд Шарли, Лина выдохнула тихо, плечом неловко поведя. Рассказ кошки хоть и подтвердил её сомнения, в то же время породил ещё больше вопросов. Зефилия не знала, стоит ли с иксидом мыслями своими делиться. А потому промолчала — лишь кивнула, бросив тихое: «Спасибо. Ничего такого, просто интересно было.» — и в сторону отошла.       Если Шарли права (а она на памяти кицунэ ошибалась крайне редко) ситуация, правда, была очень странной. Лина могла бы предположить, что Акеми вылупилась из-за того, что сама девушка яйцо нашла с кем-то из драгонслееров. Вот только на тот момент в гильдии ещё не состояла — а значит, рядом с ней в тот момент не могло быть никого из известных ей убийц драконов. Зефилия день тот помнила плохо — непозволительно отвратительно. В конце-концов, наверняка в тот момент, как из яйца котёнок вылупился, удивилась сильно. И так как Акеми стала её спутницей постоянной, должна была то воспоминание хранить, помнить деталей много. Но ничего не было. Лишь расплывчатые картинки, будто скрытые каким-то туманом чудным.       Семя сомнений прорастало в груди Лины всё сильнее. — Спрашиваешь, не заметил ли я ничего странного? — Гажил нахмурился, руки на груди скрестив.       Лина кивнула, обводя рукой зал шумный — ухватившись за странность в виде наличия Акеми без драгонслеера рядом, кицунэ решила продолжить расспрос убийц драконов, в надежде на то, что она не одна чувствует незримые изменения. — Может, ты сегодня более рассеян, чем обычно? Или спал плохо? Голова не болит? Может… чувствуешь, что сегодня что-то не так, как обычно?       Гажил с Лилейным переглянулся. А затем щёку почесал, бормоча чуть неуверенное: — Раз спросила об этом — сегодня день, и впрямь, странный какой-то. Не знаю, как это объяснить. Но у меня всё ощущение, что кто-то должен ко мне подбежать и, ну я не знаю… Начать меня донимать или что-то в этом роде? Странное ощущение. — Рэдфокс плечами повёл чуть нервно, хмурясь сильнее. — Я думал, это из-за недосыпа. Голова утром раскалывалась жуть как — но не дрался я ни с кем последние пару дней. Уже подумывал, что во сне об кровать ударился, да каркас целёхонек. Так что хрень какая-то. А ты чё спрашиваешь-то? Тоже странно себя чувствуешь?       Лина задумчиво подбородок пальцами обхватила, размеренно хвостом опущенным качнув из стороны в сторону. — Можно и так сказать… Спасибо, Гажил.       Следующей на очереди была Венди. Она рассказала, что ей тоже кажется, будто кого-то не хватает. — Знаешь… Это странно, но… — Девочка замешкалась, неуверенно макушки своей касаясь. — Весь день мне кажется, что… Это, наверное, звучит глупо, но мне кажется, будто бы кто-то вот-вот должен обнять меня и по голове погладить. Но я не знаю, кто именно. Кто-то…хороший.       Лина думала. Думала много, анализируя всё услышанное. Подтверждение её опасений, сомнений, покоя не давали, порождая ещё больше вопросов. Голова болела всё сильнее. — Ты в порядке? — Осторожно спросил Джерар, отодвигая стул, чтобы напротив задумчивой кицунэ сесть.       Та моргнула, из мыслей вырываясь — это был первый раз на памяти Лины, когда она в размышления провалилась так глубоко, что не услышала приближение друга. Фернандес смотрел на неё с беспокойством, смешанным с лёгкой растерянностью. Зефилия выдохнула тихо, на спинку стула откидываясь и руки под грудью скрестила. Взглядом скользнула по зданию гильдии, задерживая тот на Джувии — буквально пару минут назад между ними произошёл странный короткий разговор, смятении кицунэ лишь усиливший. Зефилия и Локсар не то, чтобы дружили, но и врагами не были. Могли поболтать в стенах гильдии о мелочах каких-то — но не более того. Но Лине казалось, что Джувию она знает куда больше, чем думает — да и сама водная волшебница казалась растерянной и пару раз пыталась к кицунэ подойти, да будто бы в порыве этом сомневалась. А когда всё же решилась, сказала что-то про то, что забыла, что сказать хотела, да и ушла.       Вдох глубокий сделав, поморщившись от боли тупой в висках, Лина на выдохе спросила, на самом деле сегодня изрядно надоевшее: — Ты…не заметил ничего странного сегодня?       Джерар чуть вздрогнул, вопрос Лины услышав и позу девушки отзеркалил, руки на груди скрещивая. Чуть помедлил, будто с мыслями собираясь. И сказал ожидаемое: — Если спрашиваешь… День сегодня и, правда, странный. Утром я проснулся с жуткой головной болью — думал, простыл. А потом… — Фернандес плечами повёл, будто бы ему от одной мысли о чём-то неуютно стало, и добавил: — Словно кого-то не хватает. Кого-то близкого, с кем я хорошо общался. Знаешь… Будто бы я забыл кого-то важного. И… этот «кто-то» явно знаком и с Нацу. Это странно, я знаю, но я поговорил с ним. И он сказал, что запах в гильдии изменился. — Запах изменился? — Переспросила Лина, чуть нахмурившись.       Джерар кивнул, слова свои подтверждая, и огляделся в поисках огненного драгонслеера. — Ты же знаешь — к запахам он чувствителен. Нацу тоже не мог толком объяснить это чувство. Просто сказал, что сегодня в гильдии, да и на улочках Магнолии пахнет как-то странно. Вроде, как обычно, но в то же время что-то поменялось. Но Гажил и Венди изменения в запахах не заметили.       Лина промычала задумчиво, ногу на ногу закидывая. Странное ощущение, не покидающее её с самого утра, чувство потери и неправильности, затронувшее её и некоторых из товарищей по гильдии. А теперь ещё и изменения в запахе самого города, который Нацу почувствовал. Виски вновь болью пронзило, и кицунэ зубы стиснула, вдох глубокий делая. У неё была мысль о том, что могло происходить. И она искренне надеялась, что в выводе ошиблась. Но нужно было проверить, убедиться.       Джерар даже не вздрогнул, когда Лина резко из-за стола поднялась, стул отодвигая со скрежетом древесины противным. — Пригляди за Макой и Акеми, хорошо? Я к Полюшке сходить хочу — не даёт мне покоя вся эта ситуация. Она точно подскажет что-нибудь.       Джерар хотел предложить с подругой сходить, но вовремя себя остановил, заметив, как напряглись плечи кицунэ. Потому лишь кивнул, тоже из-за стола поднимаясь. — Хорошо. Как от Полюшке узнаешь что-нибудь — сразу скажи мне, хорошо? Мы тебя в гильдии ждать будем.       Лина кивнула твёрдо на слова Джерара и хвостом пушистым дёрнула нервно. К Полюшке идти было чуть тревожно — целительница гостей ведь не любила. Но ситуация, по мнению кицунэ, отлагательств не терпела. Так что оставалось надеяться, что метлой по хребту она не получит.       Уже почти подойдя к двери, отделяющей шумный зал от более тихой улочки, Лина вдруг остановилась. И, будто вспомнив что-то, к Нацу, что в очередную перепалку с Греем вступил, посмотрела. На выдохе тихом окликнула: — Эй.       Драгнил, к тому времени умудрившийся торс Фуллбастера обхватить в попытке друга через себя перекинуть, моргнул, и на Зефилию взгляд бросил, губы в улыбке широкой изгибая: — Йоу, Лина. Случилось чего? Я тут занят чутка.       Кицунэ сама не верила в то, что сделать собиралась. Но внутри что-то зудело, подталкивая вопрос покоя не дающий задать: — Эй, Нацу. Это ты нарисовал череп и кости у меня дома? На полке с острыми специями? — Э? — Саламандр хватку на торсе Грея ослабил неосознанно, за что поплатился мгновенно. И вот, растянувшись на полу, на выдохе ответил растерянное: — Ещё чего. Ты ж мне за это всыпала бы по первое число. Да и рисую я плохо, сама же знаешь.       Лина кивнула, на самом деле от друга ожидая именно такого ответа. А потому, больше не сказав ничего, здание гильдии покинула, оставляя Нацу и Грея дальше драться — всё равно в ближайшее время этой парочке прилетит от кого-нибудь за шум.       Полюшка, на удивление Лины, встретила кицунэ спокойно. По крайней мере, метлой не замахивалась. И даже не цыкнула пренебрежительно — лишь кивнула, приглашая в дом зайти. Зефилия старалась движений лишних не делать, чтобы целительницу не разозлить — а потому заняла место за столом, молча наблюдая за тем, как женщина вернулась к расстановке каких-то склянок на полки — вероятно, именно этим Полюшка занималась до прихода Лины. — Ну? — Женщина баночку формы причудливой на поверхность деревянную поставила громче, чем предыдущие, когда молчание затянулось на добрую минуту, и на кицунэ хмурый взгляд через плечо бросила.       Зефилия на это вдох глубокий сделала. И на выдохе вывалила на Полюшку все свои наблюдения и опасения, что и послужили причиной нарушения покоя женщины. Старалась кицунэ говорить спокойно, в то же время от темы не отходить, но и не упустить важных моментов. При этом на всякий случай хвост свой на месте удерживала, к коленям прижимая, чтобы тот не мельтешил в разные стороны от нервозности. Это было не так уж и просто — стоило Лине рассказ свой начать, и с каждым словом произнесённым она понимала, как чудно звучит. На Полюшку поглядывала, пытаясь реакцию её отследить — в конце-концов, целительница гостей не жаловала, и старалась от тех поскорее избавиться. Особенно, если они в её понимании говорили и делали много лишних вещей. Но к облегчению кицунэ женщина розоволосая слушала её внимательно — даже от склянок своих драгоценных оторвалась. Не поторапливала и даже не хмурилась — этот день и, правда, был одним из самых странных в жизни Лины. А когда чуть сбивчивый рассказ к концу подошёл, Полюшка взгляд в окно устремила, роняя тяжёлое: — Мы все попали под воздействия тёмной магии. Сильной, мощной.       Лина глаза на мгновение прикрыла, пальцами в ткань шорт своих впиваясь.

Как она и предполагала.

— Вы…кхм… — Горло прочистив, девушка на целительницу, что походкой неспешной к книжному шкафу подошла, спросила: — Вы точно уверены?       Ответом ей послужило цыканье и взгляд раздражённый глаз малиновых: — Сомневаешься в моих знаниях и способностях, лисица? — Ни в коем случае! — Спешно попыталась исправить положение Лина, ладони вверх в жесте примирительном подняв. — Просто… В это сложно поверить. Это же… — Хватит этого лепета. Как бы странно и страшно не было, а признать это придётся. Кто-то на Магнолию магию наложил. Тёмную, сильную, опасную. — Полюшка, на кицунэ не глядя, по стремянке деревянной, прислонённой к шкафу книжному, с тихим скрипом ступенек поднялась. Потянулась куда-то к вершине, спустя секунды считанные доставая книгу какую-то.       Та была старой, и явно в руки Полюшки попадала не часто. Это Лина поняла, увидев, как целительница поморщилась и слой пыли с обложки кожаной сдула (кицунэ впервые пыль видела в этом доме, ещё и в таком количестве). — Я с магией такой прежде не сталкивалась, но шепотки слышала. Волшебник, сотворивший её, силён и очень опасен.       С этими словами Полюшка к столу, за которым Лина сидела, подошла, и книгу опустила на поверхность со стуком громким. Принялась листать страницы жёлтые, исписанные чернилами местами размазанными и выцветшими. И на гостью незваную не гладя, сосредоточившись на поиске чего-то среди этого текста причудливого, женщина добавила спокойное: — Если не дура, сама уже поняла, что за магия это. Магия забвения. Способная воспоминания подменить, впихнуть в голову то, что нужно волшебнику, сотворившему её. Я о ней слыхала, но не припомню, чтобы хоть кто-то осмелился и сумел её к целому городу применить.       У Лины внутри всё похолодело. Губу нижнюю прикусив, пытаясь чувствам волю не дать, подковырнула ноготь пальца большого, одновременно с тем хвост к ногам запястьями крепко прижимая. А затем на Полюшку взгляд неожиданно робкий подняла: — Мы…все забыли кого-то, да?       Целительница на вопрос кицунэ поморщилась. И вдруг рявкнула, заставляя ту на месте подскочить: — Об этом я и говорю! Тебе уши такие большие для красоты нужны?       Лина упомянутые части тела спешно к макушке прижала и носом шевельнула. Не то, чтобы обиделась — к нраву Полюшки привыкла так или иначе давно. И понимала, что вопросы её могли глупо прозвучать. Но как объяснить целительнице — да и стоит ли вообще это делать — свои переживания, девушка не знала. А потому, голову чуть наклонив вперёд, пробормотала: — Извините.       Полюшка цыкнула тихо, ладонью в стол упираясь, и над книгой нависла. А затем, взглядом по записям причудливым скользнув взглядом внимательным, вдруг ответила чуть раздражённое, но уже более спокойное: — Заклинание это сложное, и из-за того, что его на целый город наложили, не такое совершенное. Из памяти каждого жителя Магнолии убрали одного человека. Те, кто с ним не был близок, изменений никаких не заметил. А те, в чьей жизни он место более весомое занимал, чувствует неладное что-то. Головные боли — это реакция на сопротивление магии. Она пытается погасить воспоминания, которые норовят пробиться через неё.       Лина чуть поморщилась, когда, будто на зло, в висках застучало. И губы поджала. Просто великолепно. Значит, все они забыли кого-то, кто в её жизни был кем-то важным. Исходя из реакции ребят, этот «кто-то» в гильдии их состоял, вероятно, время долгое. Хорошо общался с Нацу, Джераром, Джувией, Гажилом и Венди. Вероятно, был убийцей драконов.       Девушка выдохнула, лицо ладонями растирая. Всего этого было слишком много для понимания. Осознать, что все жители их города попали под воздействия такой странной, чудной и опасной магии было не так уж и просто. — И…что нам теперь делать? Нельзя же оставлять всё так. — Конечно, нельзя. — Хмыкнула Полюшка, страницу с хрустом тихим перелистывая. — Если не сделать ничего, как только человек, которого все забыли, Магнолию покинет — а волшебник, магию эту сотворивший обязательно попытается его подальше отсюда увести — он полностью из памяти нашей пропадёт. Безвозвратно.       Лина выдохнула шумно, в мех белоснежный хвоста своего пальцами впиваясь. И на Полюшку взгляд чуть растерянный подняла: — И что же нам делать? — Для начала попытается этого человека найти. Не дайте Магнолию покинуть. А я пока попытаюсь понять, как заклинание разрушить. — Но как же нам этого человека найти? Если мы его не помним. — Осторожно уточнила Лина, вперёд поддаваясь.       Да в следующую секунду спешно на ноги вскочила, когда Полюшка, вероятно, терпение потеряв, за метлу схватилась. — А я то откуда знаю?! Ищите, как хотите — это уже ваша проблема, а не моя! И вообще, раз сказала всё — выметайся из моего дома — у меня сейчас забот предостаточно!       Лина ойкнула, от метлы уклоняясь. И, уши поджав к макушке, спешно в сторону двери ринулась, роняя сбивчивое: — Извините! И, спасибо вам! — Да проваливай уже!       Метёлкой по хребту Лина всё же получила.       Кицунэ, дом целительницы покинув, в гильдию вернулась. В конце-концов нужно было новостями неожиданными с друзьями поделиться. А выловить удалось только Нацу и Джерара — Венди, как Гажил и Джувия, отправились к фестивалю предстоящему готовиться. А Маку отчего-то к обсуждению привлекать Лина не хотела. Потому и оставила их с Акеми у доски с заданиями.       Нацу и Джерар Лину слушали внимательно. Хотя Драгнил и норовил подругу перебить, уточняя какие-то моменты. А когда рассказ к концу подошёл, Фернандес переносицу ущипнул. И на выдохе тоном нарочито спокойным итог подвёл: — То есть, все жители Магнолии попали под воздействие тёмной магии. Мы забыли какого-то человека, и нам нужно его найти, пока он город не покинул.       Лина кивнула, голову рукой подпирая. И, взглядом невидящим в стол уперевшись, протянула: — Этот «кто-то», скорее всего, убийца драконов. Отсюда и Акеми. Значит, этот человек живёт со мной в одном доме. Скорее всего, мы очень хорошие друзья. Если крышу одну делим — это девушка. Она хорошо общалась с тобой, Нацу, Венди, Гажилом и Джувией. И нам нужно найти её. — Но мы ничего о ней не помним. И есть шанс, что если найдём её, заклинание нам память отшибёт. — Джерар на спинку стула откинулся, одновременно с тем подбородок пальцами обхватывая. — Ситуация…отвратительная. Мы даже не знаем, где именно её искать. Как она выглядит, и как её зовут. То есть, даже если столкнёмся с ней, можем мимо пройти.       Лина кивнула, выдыхая шумно. Постучала подушечками пальцев по щеке, взглядом здание гильдии окидывая: — Макаров в Совете, вернётся ближе к вечеру. Нужно будет найти Гажила, Джувию и Венди. Ситуацию им объяснить. В конце-концов, у нас хоть какие-то шансы найти её есть, если мы с ней общались хорошо. Думаю, будет лучше разделиться. Она наверняка до фестиваля останется. Значит, нужно улицы проверить. И лучше взять с собой кого-то, кто был с ней не так близок. Полюшка ведь сказала, что головные боли — это реакция заклинания на всплывающие воспоминания. Значит, если мы увидим того, кого ищем, что-нибудь вспомним. Значит, голова заболит. Нужно, чтобы рядом был кто-то, кто сможет запомнить, в какой момент это произошло. Тогда можно будет осмотреться и попытаться найти её. Потом встретимся и всё обсудим.       Лина поморщилась, вдруг осознав, насколько странно и расплывчато могли слова её прозвучать. Но надеялась, что друзья её поняли. А на Нацу притихшего взгляд бросив, чуть сбивчиво добавила: — Ты же заметил изменения в запахе города, да? Возможно, сможешь и её учуять. Заклинание ведь на ней должно быть сосредоточено больше всего. Значит, и запах тоже. Попробуй найти кого-то, кто пахнет…ну не знаю, странно что ли.       Нацу щёку почесал задумчиво и головой неоднозначно махнул: — В Магнолию на фестиваль много народу приехало. Запахов незнакомых и странных сейчас полно. Но я попробую.       Лина кивнула, из-за стола поднимаясь с тяжестью, на сердце осевшей. — Хорошо. Тогда, попробуем так. Встретимся здесь через два часа — поделимся информацией. И там уже решим, что дальше делать.       Джерар и Нацу тоже кивнули, на ноги поднимаясь. Предстоящие два часа обещали быть странными и, возможно, болезненными.       Лина попросила Акеми Леви найти. Иксид ведь могла с лёгкостью над улочками парить — а потому фигуру знакомую в толпе разномастной нашла бы быстрее, чем кицунэ. Зефилия просто надеялась, что подруга её не была так тесно с «потеряшкой» связана, и могла бы её в случае необходимости направить. Ну а пока Акеми на поиски МакГарден отправилась, Лина Маку на рынок повела. Тёмная магия тёмной магией, а покупку хурмы не отменял никто.       Вот только, оказавшись на улочке оживлённой, кицунэ вдруг осознала — она понятия не имела, как правильно фрукты эти странные выбирать. Волшебница вообще не помнила, чтобы хоть раз плоды эти оранжевые покупала. — Лина, Лина, а какую хурму мы возьмём? — Глазами сияющими от восторга на ассортимент одной из лавок глядя вдруг выпалила Мака, ближе к фруктам наклоняясь. — Кхм… Какую хочешь, такую и возьмём. — Губы в чуть нервной улыбке изогнув ответила кицунэ. — А? Но я хочу вкусную хурму!       Лина глаза закрыла на мгновение, с мыслями собираясь. А веки разомкнув, губы поджала, бросая взгляд на торговца, что сейчас был занят другими покупателями. Обычно девушка ненавидела с продавцами общаться — уж слишком много информации порой непонятной, да и попадались ей такие индивидуумы, что пытались впихнуть товары некачественные. Но сейчас она мысленно молила о том, чтобы мужчина в фартуке ярком поскорее внимание на них обратил.       Мака, не понимая заминки подруги, сейчас не обращая внимания на то, что хвост пушистый нервно из стороны в сторону качался, губы поджала. И, нахмурившись, снова на яркие плоды на прилавке взгляд перевела. — Какие-то проблемы?       Лина вздрогнула от неожиданности, совсем рядом голос незнакомый услышав — и как умудрилась проглядеть появление чьё-то так близко - к источнику звука повернулась. Да так и замерла, не в силах и слова вымолвить.       Незнакомка была… Странной. Девушка, на вид, её ровесница — стояла около прилавка с улыбкой лучезарной на лице бледном. В другой ситуации Лина бы ощетинилась, Маку от нарушителя спокойствия увела бы поскорее. Но что-то было знакомое в длинном распущенном злате волос, шраме старом, что линией горизонтальной через спинку носа проходил. И в кулоне голубом в виде слезы, цветом подходящим под глаза незнакомки, и в браслете потрёпанном.       Блондинка тоже замерла, на Лину глядя как-то странно. Наверное, как на неё смотрела и сама кицунэ. Зефилия читала о таком в романах многочисленных. «Время будто бы остановилось, и в застывшем мире были лишь они двое» — описание прекрасно подходило под ощущение, с которым волшебница столкнулась. Но так же быстро, как ощущение это появилось, так же неожиданно и пропало — стоило блондинке моргнуть, будто пелену прогоняя, и на Маку взгляд опустить. Та на незнакомку смотрела смущённо, но с надеждой потайной. — А. Вы в фруктах этих разбираетесь? — И на спелые плоды на прилавке указала.       Блондинка на это хохотнула звонко, и чуть наклонилась, прежде чем прошептать заговорчески: — Вообщем-то, хурма это ягода, а не фрукт. Так что, можно сказать, что что-то о ней я знаю.       Мака просияла и шаг к незнакомке сделала. А затем, смутившись собственного порыва, в лямку сумки своей вцепилась. — А… Какая хурма самая вкусная, знаете? — О? А ты её не ела никогда, да? — Девушка улыбнулась и наклонилась так, чтобы голова её находилась примерно на уровне головы Маки. — Знаешь, хурма разная бывает. Спелая — такая сочная и сладкая, что руки потом отмывать придётся. Она тает на языке, почти как сладкая вата. Но кому-то именно из-за этого и не нравится. Есть такие чудаки, которые обожают чуть зелёную хурму. Она жуть как рот вяжет — на языке потом такой осадок остаётся, как будто… Ну… Что-то к нему прилипло? Я такую хурму терпеть не могу, но одна моя подруга её прям обожает. Так что тебе будет лучше попробовать каждую, чтобы понять, какая больше нравится.       Мака объяснение незнакомки эмоциональное слушала, широко глаза распахнув. И кивала, пытаясь все тонкости спелости хурмы запомнить. А блондинка на это лишь улыбнулась мягко так — Лина почувствовала, как грудь сдавило тяжестью — прежде чем с прилавка один из плодов взять. А затем в руки Маки вложить со словами: — Вот. Пощупай её. Чувствуешь, какая она мягкая? Не как желе, а как…ну, я не знаю — спелый манго? Такая хурма будет сладкой. А вот такая… — Потянувшись к другому плоду на прилавке, незнакомка ягоду в другую руку Маки вложила. — Более твёрдая, да? Вот она будет не такая сладкая. О, а ещё забавно хрустит, когда её ешь. Попробуешь один раз, и сразу поймёшь, нравится тебе совсем спелая или чуть зеленоватая. — С-Спасибо! — Мака хурму в руках сжала чуть крепче и вдруг незнакомке поклонилась.       Блондинка на это моргнула медленно, а затем смешок тихий с губ уронила. — Была рада помочь.       Когда незнакомка ладонь на макушку её опустила, по волосам ласково потрепав, Мака вздрогнула, глаза округляя в удивлении, смешанном с растерянностью. Дело было не в том, что её по голове погладил человек, которого она видела первый раз в жизни, просто…       Девочка моргнула, вдруг позабыв, о чём думала. Впрочем, сейчас было важно не это — на пятках развернувшись к Лине, что всё это время молчала, во взаимодействие странное не вмешиваясь, хурму протянула. — Давай эти возьмём. Я попробую, и тогда ещё купим!       Лина кивнула слабо, губы в улыбке лёгкой изгибая, и у Маки выбранную хурму забрала. С этим разобрались. Но…кицунэ должна была сделать что-то ещё, верно? Вот только, что именно, вспомнить всё не удавалось. Зефилия толком и не слышала ничего из того, что ей восторженный подросток говорила. В голове было как-то туманно, а глаза против воли возвращались к незнакомке странной, что, тихо под нос напевая, в пакет бумажный собирала плоды хурмы с прилавка. А когда торговцу покупку протянула, чтобы тот стоимость подсчитал, прядь волос за ухо заправила.       Блеснула, поймав луч солнца, серьга-пластинка, золотая. И Лина, толком и не понимая, что делает, рукой вверх потянулась. Коснулась кончиками пальцев тёплого металла точно такой же серьги. У неё она была одна. Как и у незнакомки. Только в правом ухе, а не левом, как у блондинки.       Мысль промелькнула раньше, чем кицунэ её осознать успела. А в следующую секунду перед глазами всё потемнело от боли, стиснувшей голову так сильно, что взвыть захотелось.       Мака вздрогнула, когда Зефилия вдруг на корточки осела, стон тихий роняя, и руками взволнованно взмахнула: — Л-Лина, что случилось?! Ты в порядке?       Блондинка, протянувшая руки, чтобы у продавца пакет с хурмой забрать, оглянулась. А увидев кицунэ, почти севшую на землю, уже было шаг в её сторону сделала, да с места сдвинуться не успела. — Звёздочка, вот ты где! — С улыбками лучезарными на девушку с объятьями налетели две фигуры невысокие близнецов с волосами цвета сладкой ваты розовой.       Хватка чужая на талии была такой крепкой, что воздух из лёгких выбила, да пошатнуться от неожиданности заставила. Блондинка равновесие выровняла с трудом небольшим, прежде чем через плечо на друзей оглянуться с улыбкой мягкой, хоть и чуть неловкой на губах: - Эри, Кай... Уже выбрали плед? Где Минами? Говорила же одним по городу не гулять - вдруг потеряетесь? - Минами сказала нам тебя найти. Она с братцем Сатоши пошла в кондитерскую - без тебя пирожные точно не выберем! - Эри улыбнулась лучезарно, так ярко, что взгляда отводить не получилось, и подругу на себя потянула, приговаривая: - Пойдём скорее. Минами и братец Сатоши заждались уже. Если сейчас не придём - купят без нас какие-нибудь невкусные сладости. И Кай будет канючить до конца фестиваля. - Не буду я канючить... - Слабо возразил сестре-близняшке юноша, носом шмыгая.       И блондинку тоже на себя потянул, пытаясь девушку с улочки увести. - Сейчас пойдём. Погодите буквально минутку, хорошо? Там девушке пло... - Звёздочка с трудом, но взгляд от близнецов отвести сумела. Пытаясь тем отыскать кицунэ, ещё минуту назад осевшую на землю.       Вот только... Девушка эта незнакомая уже спокойно с торговцем расплачивалась за хурму, которую блондинка помогла девочке с волосами рыжими выбрать. Звёздочка даже моргнула, глаза потирая, будто в увиденное не веря. Не слишком ли это странно? Она была готова поклясться - кицунэ только что на землю осела, за голову держась так, будто бы от боли сильной мучаясь. Так почему... - М? Ты о чём, Звёздочка? - Эри брови подняла озадаченно, из-за спины подруги выглядывая, осматривая улочку торговую. - Ты про ту девушку? Так с ней нормально всё. Звёздочка, пойдём скорее. Там сестрица Минами сейчас буянить начнёт.       Эри подругу потянула на себя сильнее, в объятьях своих к кицунэ спиной поворачивая. И словно буйвол подтолкнула вперёд, намереваясь до пекарни ранее упомянутой добраться поскорее. Кай сестре на подмогу пришёл, блондинку тоже подпихивая, причитая чуть тихое и застенчивое: - Звёздочка, пойдём. Нас уже все ждут.       Сама же девушка, шаг вперёд сделав, пытаясь слабо противостоять давлению на спину, озадаченно через плечо оглянулась. Взглядом находя кицунэ, что мягко по голове потрепала девочку-подростка с копной волос огненно-рыжих. Отчего-то в груди ни с того ни с сего зашевелилось что-то тяжёлое, горькое. Звёздочка не знала, почему, но остаться хотелось. Поговорить с двумя волшебницами ещё немного. Но... Чувство это вдруг пропало. Как пропало ощущение того, что было что-то знакомое в яркости волос огненных, глазах зелёных одной, да в волосах белоснежных с кончиками рыжими, ушами, хвосте пушистом и серьги-пластинке золотой второй незнакомки. В голове вдруг на мгновение пусто стало. А когда мысли вихрем вернулись, Звёздочка губы в улыбке лучезарной изогнула и, изловчившись, захохотавших близнецов перехватила, к бокам своим прижимая. - Точно-точно. Пойдёмте поскорее. А то Минами так разозлиться на нас, что будет грозиться головы оторвать.       Подростков отпустив лишь для того, чтобы поудобнее перехватить пакет бумажный с хурмой девушка, принюхиваясь, бодрой походкой к пекарне вместе с близнецами направилась. Больше через плечо не оглядываясь.       Лина же незнакомцев проводила взглядом нечитаемым. Пусто. В голове было пусто. Она даже толком не помнила ни приступа сильного боли головной, вынудившей на землю осесть. Ни того, как на ноги поднялась, чтобы с торговцем рассчитаться за хурму. Лина не помнила толком ничего. Ни того, о чём думала до того, как из реальности выпасть. Но фигура удаляющаяся блондинки тянущей болью щемящей за рёбрами отзывалась.       Лина думала о том, что это странно.       Как девушка, которую она встретила впервые в жизни могла казаться такой знакомой, будто бы они бок о бок прожили много лет? Серьга-пластинка вдруг тяжёлой показалась, и кицунэ ухо неосознанно потёрла.       Совпадение.       Это просто совпадение, верно? Сколько в этом мире таких серёг? Хоть Лина их у других прежде и не видела, не помнила, чтобы это было эксклюзивное украшение или что-то в этом роде. Как не помнила и того, куда вторая серьга из набора делась.       Перед глазами всё на мгновение помутилось. - Чего? Хочешь парные серьги? - Озадаченно уточнила кицунэ, на спутницу свою взгляд переводя.       Та была чуть ниже ростом, щупленькая, с лицом размытым, но даже так Лина чувствовала зарождающую привязанность к девчушке рядом с собой. Будто бы они знали друг друга ни день, ни два, а несколько месяцев, как минимум. - Ты носишь. - Ответила односложно блондинка со златом волос длинным взъерошенным. И указала на серьги в ушах кицунэ - те были небольшие, так парочка гвоздиков золотых. - Тоже хочу. Одну. И одну - тебе. Союзники. Знак.       Лина вдруг усмехнулась мягко, головой легко качая. И правда, **** была чудным ребёнком. Но это не отталкивало, а притягивало, может, совсем немного - подкупало. - Ну... Парные серьги - звучит не так уж и плохо. Давай тогда вон те возьмём?       И с лавки подхватив пару пластинок золотых подруге продемонстрировала.       Лина выдохнула шумно, глаза открывая - только сейчас осознавая, что веки сомкнула, когда мир помутился. Что это... только что было? Точно воспоминание. Но отчего же она не помнила лица девочки, что в том откровении рядом с нею была? Волосы золотистые... Серьга-пластинка...       Боль виски сдавила снова - с такой силой, что захотелось взвыть. Пальцами в волосы короткие зарывшись, Лина с рычанием грудным пряди шёлковые вниз оттянула в попытках заземлиться, отвлечься от одной боли на другую.       "Думай. Думай. Вспоминай!" - Мысленно взревела кицунэ, ногтями кожу головы царапая.       Она не помнила сейчас ни о разговоре с Полюшкой, ни о проклятии, поразившем Магнолию. Но знала - ей нужно вспомнить.       "Шрам... Он тоже показался знакомым. Вспоминай, Лина. Вспоминай, чёрт тебя дери!" - Кицунэ глаза зажмурила, пелену солёную смаргивая. Пытаясь сосредоточиться, понять. - Ты уверена, что не хочешь его спрятать? - Осторожно уточнила девочка, чокер на шее поправляя.       Со вступления в гильдию Хвост Феи прошла от силы неделя, и вот, Лина, наконец, решилась спрятать шрам безобразный кольцеобразный на своей шее. Не нравилось ей, какие взгляды на тот бросали маги - полные жалости. Да и самой лишний раз на рубцы светлые смотреть не хотелось - те напоминали о том, что Лина забыть не могла и не хотела, но ощущались грязно как-то. Лишний раз бороздили и без того истерзанную душу. - Знаешь, можно ведь и попробовать его вывести с помощью магии. - Всё тем же осторожным тоном заметила кицунэ, подушечками пальцев постучав по своему носу. В том месте, где на лице чужом полоса шрама глубокого тянулась.       Хотелось ляпнуть глупое "ты же девочка, а это всё же твоё лицо", да язык всё же не поворачивался. Как не поворачивался сказать и о том, что подруге тяжело может быть всю оставшуюся жизнь смотреть на шрам, напоминающем о... - Не хочешь выводить - можно и пластырем закрыть, если что. - Быстро предложила альтернативу кицунэ, чувствуя, как с каждым сказанным словом неловкость одолевает всё сильнее. - Не хочу. - Просто, без какой-либо обиды и злости парировала подруга, по чьему лицу размытому рябь вдруг пошла. А когда улеглась, на пятне бледном шрам открыла, пересекающий нос маленький. - Шрам... Напоминание.       Когда пальцы бледные отметины на лице коснулись, Лина выдохнула едва слышно, нервно пальцы в замок сцепляя. Она уже начала жалеть о своём предложении. - О маме. - Вдруг добавила подруга, и на лице размытом появились очертания улыбки мягкой, хоть и с оттенком горечи, детям их возраста неприсущей. - Мама. Встретила её в тот день, когда шрам получила. Напоминание. О маме. О друзьях.       Картинка перед глазами помутилась. И перед тем, как из воспоминания вынырнуть, Лина успела глаза увидеть на лице нечётком. Большие. Ясно-голубые. Да блеснувшую в ухе левом золотую серьгу-пластинку.       Лина выдохнула, в следующее мгновение воздух жадно ртом ловя. Распахнула глаза слезящиеся, чуть пошатнувшись из-за боли головной, что виски, стреле подобно пронзила. Казалось, никто мучений кицунэ не замечал - будто бы та в вакууме находилась, или невидимой вдруг стала. Но сейчас ту не беспокоило ни это, ни то, что никто из жителей Магнолии, мимо проходящий, не подошёл, чтобы спросить, всё ли с волшебницей хорошо. Ни то, что Маки поблизости, казалось, не было. Сейчас Лина могла думать лишь о боли, что давила, будто бы пытаясь из памяти выдавить то, что считала ненужным.       "Та девушка... Она ведь точно... Это она в воспоминаниях была." - Зубы стиснув мысленно взмолилась кицунэ, борясь с желанием на землю осесть вновь.       Но заклинание тёмное давило, решимость расшатывая, подбрасывая опровержения громкие.       "Да нет... Быть не может. Я точно её впервые видела..."       "Но шрам, серьга..."       "Это просто совпадение."       "Но она... эта девушка... Я точно видела её где-то..."       "Не дури, Лина. Успокойся и забудь."

"Забудь."

"Забудь."

"Забудьзабудьзабудьзабудьзабудьзабудьзабудьзабудь."

"Забудь."

      Лина руки от головы отняла, выдыхая едва слышно. В голове вдруг стало так пусто. Хорошо.       Наверное, она просто плохо спала. Перенервничала перед первым для Маки Фестивалем Цветущей Сакуры. Причина была в этом и только в этом. Ну и, может, совсем немного - в простуде подступающей.       Боли больше не было. Как не было странного чувства, в груди шевелящемся тоской и скорбью.       Лина выдохнула, на пятках разворачиваясь в сторону, где Мака стояла, на хурму в пакете бумажном глядя с восторгом искренним. Хотела к подруге шаг сделать, да остановилась, когда ветка дерева, стоящего рядом, вдруг хрустнула громко. Резко обернувшись, кицунэ замерла, дыхание затаив неосознанно.       Там, удобно устроившись на коре тёмной, среди листвы яркой сидела белка. Самая обыкновенная на первый взгляд. С шёрсткой короткой рыжей, хвостом пышным, да носиком розовым маленьким. Вот только в чёрных глазах-бусинках мудрость плескалась, такому зверьку априори неприсущая. - Сердце слушай, не разум. Тот в делах подобных - не помощник. - Юноко. - На выдохе поприветствовала белку Лина, к дереву разворачиваясь. И нахмурилась, на грызуна взгляд строгий и напряжённый бросая. - Опять загадками говоришь.       Белка на это вдруг усмехнулась - совсем по-человечески. И хвостом пушистым махнула, повторяя: - Сердце своё слушай, лисица. Не разум.       Порыв ветра резкий зажмуриться заставил, оглушая шелестом листвы потревоженной. А когда Лина глаза открыла - белки и след простыл. - Вот же... И что это вообще значит? "Слушай сердце, а не разум"? - Кицунэ цыкнула едва слышно, чёлку белоснежную ероша.       Да замерла, будто громом поражённая.       "Слушай сердце, а не разум."       В голове вдруг прояснилось. Лина вспомнила всё. И разговор с Полюшкой, и слова о магии тёмной, проклятии. Вспомнила с ясностью кристальной и девушку незнакомую, воспоминания пробудившую.       Сердце. Сердце не обманывало. Обманывал разум, магией тёмной поражённый.       Лина выдохнула рвано, поворачиваясь в ту сторону, где ещё недавно блондинка с близнецами скрылись. Она. Это была она. Та, кого отыскать нужно. Та, кого в гильдии и всей Магнолии забыли.       Но фигура девушки давно скрылась в толпе разномастной. Лина почувствовала укол отчаяния, которое, впрочем, очень скоро подавила. Теперь она знала больше. Они обязательно найдут её. - Лина! Я Леви нашла! - Бодрый голос Акеми подлетевший из мыслей вырвал. - Отлично. Это прекрасно. Очень хорошо. - На выдохе протараторила кицунэ, к МакГарден лицом поворачиваясь.       Теперь оставалось подруге про тёмное заклинание, поразившее Магнолию рассказать, и придумать, как в толпе людей, прибывших на фестиваль, "потеряшку" отыскать.        Нацу выдохнул тяжело, и в то же время лениво как-то, руки за голову закинув. Хоть он и сказал Лине и Джерару, что попробует по запаху человека, на ком тёмная магия сконцентрирована сильнее, отыскать, было это непросто. Вся Магнолия пахла странно. Что-то непонятное, казалось, проникло в каждую молекулу этого города, смешиваясь в непонятную смесь. Вычленить из которой то самое проклятье было очень сложно. Не помогало и то, что народу на улочках было много - в конце-концов на Фестиваль Цветения Сакуры сюда съезжались даже со столицы. То есть... незнакомых запахов было слишком много. И понять, какие из них связаны с тёмной магией было почти невозможно. - Будешь так тяжело вздыхать - раньше времени состаришься. - Размеренно протянул Грей, улочку людную оглядывая.       Джерар Фуллбастеру ситуацию объяснил в общих чертах. И хоть ледяной маг созидания переваривал новость о том, что весь их город под воздействие проклятия попал до сих пор, задачу свою главную понял. Быть рядом с Нацу, и следить за его состоянием. Если друга головные боли охватят - попытаться найти человека, после столкновения с которым это произошло. По словам Джерара, с огромной вероятностью, тот и будет их "потеряшкой".       Но пока всё было спокойно. - Ничего не почувствовал ещё? - Спустя некоторое время блуждания по улочкам спросил Грей, на огненного драгонслеера взгляд скосив.       Нацу лишь плечами пожал неоднозначно, носом шмыгнув громко. Да в следующее мгновение плечом с кем-то столкнулся. - Эй. По сторонам смотри, а. - Чуть поморщившись заметил юноша высокий, на светлого волшебника взгляд глаз жёлтых скосив.       Да вдруг челюсти сжал так, что желваки заиграли. И развернулся, кажется, желая поскорее от магов уйти. - Сатоши? Ты чего? - Взгляд от пакета с выпечкой ароматной оторвав обеспокоенно уточнила одна из его спутников.       А затем на волшебников, с которыми друг её столкнулся, взгляд перевела.       Нацу замер, в глаза ясно-голубые глядя. И вдох глубокий сделал, лёгкие щекоча ароматом ванили, корицы, явно исходящие от пакета из пекарни, и...запахом леса, чего-то отдалённого похожего на...мандарины? Отчего-то вдруг руки зачесались от желания незнакомку эту в объятья крепкие сгрести. Утащить куда-нибудь от улочки этой подальше. Этот порыв был таким внезапным и неожиданным, что подумай Нацу об этом чуть подольше, обязательно удивился бы. Хоть немного. Но он не думал. Вместо этого шаг вперёд сделал, уже готовый незнакомку за руку схватить.       Девушка тоже носом повела, повторяя действия Нацу. И рот приоткрыла, букву "о" образуя. Впрочем, не успела она сказать ничего, как Сатоши подругу спешно за плечи обхватил. Встав при этом так, чтобы Драгнила закрыть. Или подругу скрыть от взора волшебника светлого. - Всё нормально, Звёздочка. Пошли скорее. Нужно ещё местечко выбрать, пока людей больше не стало. - П-погоди. Сам же говорил - времени ещё навалом. Да и тот парень... Ты столкнулся с ним? Если ты виноват - извиниться надо, Сатоши. - Блондинка вздрогнула, когда и Минами в спину её подтолкнула, призывая путь продолжить.       Чего это её сегодня все друзья пихали? - Нормально всё. Это случайность была, и никто не виноват. Пошли уже. Видала, сколько народа кругом? Нужно поскорее местечко себе около сакуры застолбить. - Запричитал брюнет, продолжая подругу подталкивать по улицу дальше.       Блондинка возразить что-то хотела, даже через плечо на Нацу и Грея посмотрела, но к Сатоши и Минами Кай с Эри присоединились, и теперь её пихали сразу вчетвером. Не оставляя и шанса остановиться или хотя бы замедлиться - перед волшебником розовласым извиниться. Сегодня... был такой странный день. Это был уже второй раз, когда в этом незнакомом городке Звёздочка ловила себя на мысли, что было в незнакомце что-то... родное? Она не понимала, откуда желание странное было на юношу этого с объятьями налететь, шарф его чудной чешуйчатый потрогать. Понюхать. Хотелось... остаться здесь, рядом с незнакомцем этим. Но тёплые ладони друзей на спине её, плечах, будто бы заземляли, порыв странный из головы вытесняли.       Глаза вдруг защипало, а тяжесть в груди вернулась, на рёбра давя с такой силой, что вдох глубокий сделать не получалось.       Сам Нацу, за картиной этой наблюдая, шаг вперёд сделал неосознанно. К горлу ком вдруг подступил, и грудь сдавило что-то. На языке завертелось что-то, и саламандр рот открыл, чтобы блондинку окликнуть. Пока даже не придумав, что сказать такого - да за голову схватился, слова не промолвив.       Перед глазами всё помутнело. Что-то неприятное в животе поднялось, желчью на корне языка оседая.        - Эй.       Нацу вздрогнул от неожиданности, голос знакомый услышав, и в шарф свой чешуйчатый пальцами пухловатыми вцепился. Не глядя на подошедшую девочку, буркнул сквозь губу: - Чего тебе? Подраться хочешь?       Он пришёл на берег реки после очередной стычки с Греем - Фуллбастер всё отказывался верить в рассказы друга об Игниле, из-за чего они снова подрались. На душе неприятно было после насмешливых вопросов ледяного волшебника, и Нацу вырвался из душного здания гильдии, чтобы дух перевести. Кто ж знал, что его уединение прервёт эта противная девчонка?       Трава под ногами детскими смялась, а нос зачесался от яркого запаха мандаринов - Нацу видел, как она, словно зверь дикий, заглотила добрый килограмм этих фруктов под одобрительные улыбки своей подруги-лисицы. - Не буду драться. Хочу извиниться.       Запах мандаринов ярче стал, когда девчонка щупленькая рядом села, неловко ладони ободранные на колени острые опуская. Нацу на слова выдавленные фыркнул, ноги крепче обнимая. - Лара заставила, да? - Лина. - Спокойно поправила девочка, носом громко шмыгая. И головой покачала так, что среди ярких нот мандарина промелькнули землянистые оттенки леса. - Нет. Сама решила.       Нацу на это фыркнул громче, взгляд осторожно скосив на ребёнка рядом с собой. Он не видел ничего кроме силуэта размытого. Но даже так, отчего-то уверен был, что девчонка диковатая губы облизнула, наверное, чтобы сок мандаринов стереть. А затем вдруг лицом к Нацу повернулась, спрашивая простое: - Какой он? Игнил?       Нацу ощетиниться хотел. Огрызнуться и девчонку прогнать - отчего-то этот вопрос от неё ощущался почти, как издевательство. Но было что-то в её голосе хрипловатом, что заставило подбородок смущённо в шарфе спрятать. Любопытство. Осторожность. И совсем немного - зависть. Не та, которую взрослые плохой называли. А та зависть, которую испытываешь, когда, например, Лисанне Эльфман и Миражанна подарили птичку красивую. У Нацу не было старших братьев и сестёр. Не было того, кто мог бы ему канарейку подарить. Но видя радость подруги, он тоже был счастлив. - Правда, хочешь послушать? - Мальчонка кончик носа почесал, зрением боковым продолжая за неожиданным компаньоном наблюдать.       И хоть лицо бледное было лишь пятном размытым, Нацу в нём почудилась улыбка широкая - такая, что зубы обнажала. - Да!       И всего на мгновение. На краткое мгновение Драгнил разглядел взволнованный прищур глаз ясно-голубых и шрам широкий на носу детском.       Грей вздрогнул, согнувшегося Нацу рефлекторно за плечи схватив, чтобы от падения на землю удержать. - Э-эй! Ты как? - Голова... - Только и смог выдавить из себя Нацу, глаза жмуря. Виски такой болью сильной стиснуло, что мир пошатнулся. Но сильнее боль была за рёбрами где-то, сердца коснувшаяся руками когтистыми.       Фуллбастер вздрогнул вновь, предостережение Джерара вспомнив. И спешно взгляд на удаляющуюся компанию поднял, пытаясь их запомнить хорошенько. Сейчас останавливать тех смысла не видел - не тогда, когда Нацу от боли согнулся, и поблизости никого из товарищей не было.       В магазине одежды сейчас было на удивление тихо - обычно в канун Фестиваля, туристов сюда заглядывало немало. В конце-концов многим хотелось на сакуру полюбоваться, облачённым в кимоно новенькое, купленное специально для праздника. Джувия придирчивым взглядом наряды перед собой смерила. Мысленно отсеяла добрую половину, сославшись на то, что "Это уж точно не сможет впечатлить милого Грея". Сегодня юноше понравится хотелось пуще обычного - ведь Фуллбастер утром всё же сдался уговорам девушки и согласился полюбоваться цветением сакуры вместе. С ней и ещё парочкой ребят из гильдии. Но это было неважно. Ведь впервые за долгое-долгое время у Джувии появилась возможность время с милым Греем провести. Это даже можно было посчитать самым настоящим свиданием! Именно поэтому сегодня девушке хотелось отыскать такое кимоно, которое не оставит мага созидания льда равнодушным. - Может, это? - С явным энтузиазмом предложила Венди, подруге демонстрируя кимоно насыщенно-синего цвета.       То было красивым - с замысловатым узором серебряным, складывающимся в очертания ветвей сакуры с цветами нежно-розовыми. Глаза Джувии засияли, когда она вешалку с нарядом шёлковым подхватила, покрутив в разные стороны, чтобы рассмотреть получше. - Милый Грей точно будет покорён, если Джувия наденет это. - Восторженно заметила девушка, кимоно к себе прикладывая, чтобы в отражении зеркала прикинуть, как наряд этот смотреться на ней будет. - А на кассе ещё заколки есть - уверена, там найдём что-нибудь подходящее. - Радостно хлопнула в ладоши Венди, чувствуя прилив гордости от того, что Локсар выбранный ею наряд оценила.       Ко всему прочему, кимоно по фигуре девушки село прекрасно - Джувия около зеркала крутилась добрых минут десять, осматривая себя со всех сторон, чтобы понять, хорошо ли выглядит со всех ракурсов. А когда стало очевидно, что да - спешно к кассе направилась, чтобы и заколку ещё подходящую отыскать.       У кассы, к слову, было на удивление людно. Компания из пятерых человек уж сильно выделялась на фоне пустого магазина. То были молодые люди разного возраста - наверное, троица ребят по-старше были ровесниками Джувии, а близнецы - Венди. Светлые волшебницы в конец очереди встали и прилавок осмотрели внимательно в попытках отыскать то самое украшение, что к новому наряду Локсар подойдёт.       Это было так странно. Джувия должна была на украшениях сконцентрироваться, чтобы выбрать самое лучшее - такое, что в глазах милого Грея её сделает ещё краше. Вот только зрением боковым не могла перестать за компанией незнакомой следить. - Перестань упрямиться, Звёздочка. - На выдохе терпеливо пробормотал высокий брюнет, что в руках своих держал женское кимоно нежно-голубого цвета. Которое за рукав широкий на себя тянула не очень высокая блондинка. - Сатоши, единственный упёртый засранец из нас двоих - это ты. На кой чёрт мне это кимоно сдалось? Я тебе, что, барышня какая? Куда мне его вообще носить? - Девушка со стоном протяжным голову назад откинула и кимоно на себя потянула так, что тело её накренилось опасно, на ногах удерживаемое лишь хваткой друга на ткани мягкой. - Я в этом кимоно расшибусь раньше, чем до сакуры доберёмся. И почему покупаем только мне? Давай лучше найдём красивые наряды для Эри с Каем. И Минами. Ну и тебе, если хочешь.       Брюнет на нытьё блондинки и её жалкие попытки от покупки наряда специально для фестиваля лишь мягко усмехнулся и головой качнул. А затем, рукой свободной обхватив запястья блондинки, на себя потянул, вынуждая на ноги твёрдо встать. - Как дитя малое, ей богу. Даже Эри с Каем так не капризничают. - И хоть Сатоши Звёздочку осадить пытался, в голосе его не было и намёка на злость или недовольство. Лишь мягкость и плохо скрытая нежность.       Блондинка нос сморщила, когда друг в лоб её ткнул и кожу потревоженную потёрла. Ради этого всего на секунду кимоно из рук выпустив - но этого хватило Сатоши, чтобы наряд выбранный на прилавок перед продавцом опустить, да в монетницу потрёпанную положил два камня драгоценных. - Эй! Сатоши! - Звёздочка выдохнула возмущённо, пытаясь руку друга перехватить, на что тот усмехнулся мягко и вдруг девушку в объятья притянул. - В таких случаях принято говорить: "Спасибо". Уже забыла уроки Амалии и господина Акихиро?       Блондинка вдох глубокий сделала, в лёгкие воздуха побольше набирая. И Джувии показалось, что в следующую секунду девушка незнакомая тирадой гневной разразится. Но вместо этого Звёздочка лишь шумно выдохнула куда-то в плечо Сатоши, сдуваясь, словно шарик воздушный. - Так-то лучше. - Одобрительно заметил юноша, поцелуй лёгкий на макушке золотистой оставляя. - Вообще - у нас всех уже есть кимоно для фестиваля. Пока ты с хурмой возилась, мы с Минами в магазин этот заглянули и каждому прикупили по наряду. - Не мог раньше об этом сказать? - Звёздочка щёки надула, одновременно с тем наклоняясь назад куда-то - наверняка упасть могла, если бы руки Сатоши не обняли, на месте удерживая. - Ну, ты забавно капризничаешь. Прости, не смог удержаться. - Мягкий смешок сорвался с губ брюнета, когда девушка в бок его куда-то пихнула. - Ладно-ладно, сдаюсь. Пойдём уже. Нужно ещё местечко хорошее присмотреть.       И наблюдая за тем, как Сатоши у продавца пакет с кимоно забрал, да друзей к выходу из магазина повёл, Джувия подумала о том, как было бы славно, если бы милый Грей однажды посмотрел на неё так, как этот юноша на Звёздочку смотрел. С такой нежностью, обожанием, в глазах янтарных. Будто бы девушка рядом с ним была самым ценным сокровищем во всём мире. И думая об этом, Джувия не заметила, как её взгляд, направленный на удаляющуюся спину блондинки помутился. Отчего-то, всего на мгновение захотелось ту окликнуть. Даже если Локсар не удалось на лицо бледное взглянуть из-за того, что всё это время Звёздочка тем была повёрнута к спутникам своим. Но что-то в покачивающемся злате волос, голосе звонком и повеселевшем в груди болью отозвалось и тоской неясной. Вспышка головной боли ослепила. Всего на мгновение обратившись картинкой размытой.       Джувия губы поджала, пальцами в колону деревянную вцепившись до треска ткани перчаток белых высоких. Она в гильдии "Хвост Феи" состояла всего несколько дней. Атмосфера здесь слишком сильно отличалась от привычной - в "Фантом Лорде". Ещё и милый Грей так весело и расслабленно общался с товарищами, в то время, как Локсар пыталась набраться решимости к нему подойти ближе. Это...действовало на нервы. Заставляло за стенами и колонами прятаться, чтобы за любимым наблюдать издалека. И вздыхать тяжело, под нос бормоча свои сомнения и опасения о возможных соперницах. - Грей, да? - Вдруг раздался любопытный и мягкий девичий голос совсем рядом.       Джувия вздрогнула от неожиданности и в сторону отскочила, из укрытия своего выходя. Нарушительницей спокойствия и наблюдения за любимым оказалась... Девушка, чьего лица Локсар отчего-то рассмотреть не могла. Но ясно слышала в голосе чужом мягкую, быть может, даже снисходительную улыбку. Незнакомка взгляд от Грея, в очередной раз дерущегося с Нацу, на водяную волшебницу перевела. Но сказать больше ничего не успела - Джувия, сложив один плюс один, вдруг нахмурилась, тоном близким к загробному уточняя: - Соперница?       Незнакомка голову озадаченно на бок склонила. А затем вдруг расхохоталась - смех у неё был громким, чистым. И хоть Джувия видела лишь силуэт тёмный размытый, знала - девушка перед ней улыбнулась широко, зубы белоснежные обнажая. - Без обид, но Грей последний парень в этом мире, на которого я посмотрю влюблёнными глазами. К тому же я уже, типа, влюблена кое в кого. А драконы выбирают пару один раз и на всю жизнь. Так что расслабься - мне Грей и даром не сдался.       Джувия нахмурилась чуть сильнее, до конца не понимая, о чём именно незнакомка говорила. При чём здесь были драконы? И кого это она считала более достойным предметом обожания и любви, чем милого Грея? Что, если это было ложью, хитрой попыткой обмануть Локсар, чтобы устранить соперницу за сердце ледяного волшебника? Синие глаза загорелись от гнева, когда девушка подтверждение, казалось бы, теории своей получила - ведь взгляд незнакомки (она не знала, но помнила) вдруг вернулся к дерущимся друзьям. И хоть "Девушка-Дождь" не видела - помнила, как чужие глаза преобразились, обнажая мягкость и такое обожание, но силуэт, казалось, в любой момент мог расплыться в лужицу. - Ага! Ты - просто хочешь, чтобы Джувия поверила тебе и отступила, чтобы ты смогла...       Впрочем, за взглядом незнакомки проследив, девушка тираду свою гневную не закончила. Ведь чужой взор был полностью сосредоточен не на Грее, а на Нацу, что с Фуллбастером силой мерился.       Джувия вдох глубокий сделала, на выдохе сдуваясь. И осторожно к незнакомке подошла, вновь за колонной прячась. Теперь из укрытия за юношами они наблюдали вдвоём. - Знаешь... А ты очень крутая. И красивая. Я буду держать кулачки за тебя и Грея. - Вдруг заговорчески прошептал силуэт, совершенно точно Джувии подмигнув. - А ещё, раз уж ты теперь в нашей гильдии, может, мы сможем подружиться! Меня, кстати..... зовут. А ты - Джувия, верно?       Чужое имя в воспоминании отчего-то шумом казалось по ушам резанувшим противно. Но Локсар позволила себе легонько улыбнуться, чувствуя слабую надежду в груди. Эта девушка назвала её крутой и красивой. А ещё пообещала за Джувию в сражении за сердце милого Грея кулачки держать.       У водяной волшебницы раньше никогда не было подруг. Но что-то подсказывало ей, что эта прямолинейная девушка может... Может стать первым настоящим другом для Джувии.              Погрузившись в мысли странные Джувия не заметила, что Венди притихла. И с той же горечью невысказанной в глазах тёмных компанию незнакомую провожала.        - Так, плед мы купили, еду тоже, одежда для фестиваля тоже есть... Осталось только найти хорошее местечко рядом с сакурой. - Загибая пальцы пробормотала под нос Звёздочка, из магазина выходя первой.       Да охнула удивлённо, немного болезненно, когда вдруг врезалась в кого-то. - Ай-яй... Простите, пожалуйста... - Шаг назад рефлекторно сделав, шикнув от боли лёгкой в носу, блондинка взгляд на препятствие живое подняла. Да присвистнула тихо, увидев высокого мужчину - столько пирсинга ещё не замечала ни у кого.       Гажил же чертыхнулся, столкновения тоже не ожидая. И цыкнув раздражённо, на Звёздочку взгляд опустил. Да так и не смог ни одного ругательства, на языке вертящегося, обронить. Эта девчонка... казалась знакомой. Раздражение от того, что в него врезались, затихло в груди так быстро, что Гажил обязательно опешил бы. Если бы глаза ясно-голубые напротив не смотрели бы с восторгом невысказанном. Но отчего-то таким знакомым, до одури привычным. Для РедФокса подобное диковинкой было. И в тоже время ощущалось правильным.       Это длилось всего мгновение. Прежде чем Сатоши чертыхнулся, Звёздочку рукой свободной за плечо хватая, мягко вперёд подталкивая. - Извините, моя подруга вас не заметила. Мы уже уходим. - На Гажила взгляд бросив быстрый, шепнул тише на ухо блондинке: - Не стоит с ним связываться. Пойдём скорее, Звёздочка. Что ты там про место около сакуры говорила?       Блондинка на это рот открыла, да закрыла сразу, послушно вперёд проходя. Обогнула фигуру внушительную светлого мага. И на Гажила ещё взгляд один бросить через плечо успела, прежде чем Сатоши мягко вытолкнул её на улицу, вместе с друзьями от магазинчика отводя. Ноги не слушались. А грудь в очередной раз сдавило тяжестью какой-то необъяснимой, которая, впрочем, пропала сразу, стоило девушке ответить: - Да, место около сакуры. Предлагаю поискать самое отдалённое дерево - чтобы людей поменьше собралось.       А Гажил, проводя компанию чудную напряжённым взглядом, выдохнул тихо, стоило молодым людям за углом скрыться. И посмотрел на Джувию и Венди, уже успевших из магазина выйти. - В гильдию вернуться нужно. И с Линой поговорить.       Волшебницы без промедления согласно кивнули.       День сегодня был странным. Чудным. Об этом думала Звёздочка, через трубочку лениво потягивая какой-то цветной коктейль, купленный Сатоши в одной из лавок на шумной улице. Сладость чего-то молочного и фруктового на языке оседала, вот только неприятно как-то. Оставляя горечь.       Оглядываясь назад, девушка думала о том, что день, правда, странным был. Впервые увиденные улочки отчего-то казались отдалённо знакомыми. Она точно знала, куда свернуть нужно, чтобы нужный магазинчик отыскать. Точнее, чувствовала. И от этого Магнолия казалась ещё более странным городком. Как и люди, которых Звёздочка повстречала на запутанных улочках.       Девушка с лисьими ушами и хвостом, девочка-подросток с волосами огненно-рыжими, отчего-то лицом своим напоминающая Амалию... Юноша с копной волос розовых взъерошенных, его друг - причудливый полуголый паренёк с крестом на шее. Да даже мужчина с пирсингом на лице и две девушки, который Звёздочка в магазине одежды заметила. Все они...казались такими знакомыми, что тошно становилось. Больно где-то в груди. Блондинка не понимала. Откуда это вязкое чувство вины появлялось при встрече с каждым из этих незнакомцев. В чём она провинилась перед теми, кого впервые видела? Звёздочка не знала. Но через трубочку коктейль потягивая, назад не оглянулась. Даже если грудь сдавливало от чувств противоречивых и неоправданных. Она не была ни в чём виновата, да? Просто приехала с друзьями в Магнолию, чтобы полюбоваться цветением сакуры, о котором услышала во время путешествия. В этом желании не было дурного ничего. Правда ведь?       Звёздочка шаг замедлила неосознанно. Коктейль, казалось, все сладкие молочные и фруктовые ноты потерял, став горьким, словно в рот засунули грейпфрут. Взгляд глаз голубых подняв к небу светлому, девушка остановилась. Она делала всё правильно, да? Конечно, правильно. Откуда вообще мысли эти странные взялись? Они с Сатоши, Минами, Эри и Каем, наконец-то, решили немного отдохнуть от своих путешествий, посмотреть на цветение сакуры, о котором гудел весь Фиор. А после праздника, переночевав в гостинице, они все собирались отправиться дальше покорять королевство. Посетить каждый ещё не осмотренный уголок, чтобы в итоге найти место, где они смогут осесть и жить так, как мечтали в детстве. Они были всё ближе и ближе к этой мечте, так почему...? Почему лица своего коснувшись, Звёздочка почувствовала влагу слезы одинокой. Почему грудь весь день сдавливали тоска и горькая вина? - Звёздочка, ты чего там зависла? - Крикнула Минами, от подруги успев отдалиться на пару сотни метров.       Сатоши, перехватив поудобнее пакеты с покупками, остановился, прежде чем к блондинке повернуться. И голову чуть на бок склонив, вдруг улыбнулся мягко, ладонь раскрытую протягивая. - Не отставай, Звёздочка! А то всё без тебя съедим. - Ну Звёздочка, давай быстрее! - Набрав побольше воздуха в лёгкие крикнула Эри, в следующую секунду губы в улыбке такой широченной, что обнажились дёсны, изогнула, добавляя: - Нам ещё столько нужно купить до фестиваля! Не поторопишься, и я съем твоё мандариновое пирожное!       Минами глаза мягко закатила и головой качнула, выкрикивая почти раздражённое: - Поторапливайся давай. А то всё самое интересное пропустим.       Звёздочка фыркнула мягко, мягко глаза щуря. Да плевать. Плевать ей на эту странную меланхолию и непонятную тоску. Разве... Разве это было важно сейчас, когда она могла посетить фестиваль вместе с друзьями? Звёздочка думала, что нет. Потому с места сорвалась, стакан из-под коктейля пустой кидая в мусорку, и на Сатоши налетела со смехом звонким. Юноша чертыхнулся, чуть не свалившись на землю от неожиданности, но подругу успел перехватить, роняя пакеты с покупками на землю. - Звёздочка... Как дитё малое, ей богу... - Юноша фыркнул смехом мягким и глаза закатил беззлобно, прежде чем девушку по голове потрепал. - Отпускать собираешься? - Ещё чего. Нет, конечно. - Фыркнула девушка, друга конечностями обвивая и буквально на нём повиснув. - Вот прилипала-то, а. - Минами головой покачала, фыркая весело и наклонилась, чтобы покупки собрать.       И уже спустя считанные минуты друзья путь по улочкам Магнолии продолжили. Звёздочка переползла на спину Сатоши, обхватывая того и ногами и руками, но он и не возражал на самом деле. Руки то у юноши свободны были, да и покупки были больше объёмными, чем тяжёлыми. Рядом шла Минами, что продолжала мягко фыркать каждый раз, когда подруга ногами болтала, и игриво бровями шевелила, взгляд бросая на смущённого брюнета. Эри и Кай же то и дело друзей огибали, круги быстрые наворачивая - сестра продолжала восторженно рассуждать о предстоящем фестивале, а брат послушно шёл за ней и кивал время от времени. - Как думаете, Радужная Сакура, действительно, радужная? А она маленькая или большая? Если она гигантская, нужно сесть чуть подальше, чтобы её целиком увидеть! - О, я слышала, что она такая здоровенная, как дом, или даже больше! - Звёздочка руки в стороны развела, пытаясь продемонстрировать предполагаемые габариты дерева, но лишь опасно накренилась назад. - Осторожнее. Не хватало ещё, чтобы ты свалилась. - Сатоши чуть встрепенулся, локтями прижимая бёдра подруги к своим бокам. - Ну, ты-то можешь. - Весело протянула Минами, плечом подталкивая возбуждённую подругу в спину, чтобы та к Сатоши прижалась теснее. - Злодеи вы... Ничего я не свалюсь. - Язык подруге показав парировала Звёздочка, но послушно юношу обняла крепче, щекой к затылку его прижимаясь. - Злодеи? Мы волнуемся о тебе, неуклюжая ты дурёха. - Минами язык блондинке в ответ показала, добавляя: - Постоянно же в передряги какие-то попадаешь. То споткнёшься, то дверь не заметишь.       Звёздочка губы надула, но ответить ей было нечем. Поэтому ей только и осталось, что снова Минами язык показать, заставляя друзей звонко рассмеяться. - О! Минами-Минами, я тоже хочу на спине покататься! - Воскликнула Эри, старшую подругу за руку дёргая.       Но та лицо скривила в гримасе и пакеты перехватила поудобнее: - Это тебе к Сатоши. Скидывай с него Звёздочку, и сама залазь к нему на спину. - Э? Но я хочу, чтобы ты меня покатала, сестрица Минами! - Убить меня хочешь? Если к Сатоши не хочешь, вон на спину Кая залезь. - Кая? Да он слабенький - даже на руки меня поднять не может! - Ничего я не слабенький... - Буркнул себе под нос подросток, взгляд в сторону уводя, прежде чем ещё тише добавить: - Это просто ты тяжёлая...       Звёздочка расхохоталась, когда Эри начала за братом бегать, для пущего устрашения закатав рукава своего платья. Подобное было для близнецов явлением частым и безобидным, поэтому никто из старших ребят вмешиваться не стал. Кай, несмотря на то, что был чуть меньше старшей сестры, парнем был шустрым, и от ладоней девушки уворачивался ловко, не боясь лавировать между и вокруг Сатоши и Минами. - Только меня с ног не снесите. - Весело фыркнул брюнет, избегая столкновения с близнецами.       Звёздочка же глаза сощурила мягко, к Сатоши прижимаясь теснее. Хорошо... Было так хорошо и уютно. Окружённая аурой веселья и дружеских препирательств, теплоты, что можно было назвать домашней, семейной, она забыла о том странном чувстве вины и тоски, что прежде не давало покоя. И игнорировала землянистый запах, исходящий от друзей.       Джерар тихо выдохнул, голову рукой подпирая. Не отводил взгляда от стены, слишком погружённый в свои мысли, чтобы обратить внимание на неутихающий шум в гильдии и сосредоточиться на чём-то. Он думал о странной встрече с компанией молодых ребят, которая произошла от силы минут двадцать назад. Не было в ней ничего такого на первый взгляд. Фернандес просто бродил туда-сюда в поисках кого-нибудь, кто согласился бы составить ему компанию на тот случай, если он с "потеряшкой" столкнётся. Вовлекать в это ребят из гильдии не хотелось, и стоило выбор сделать в пользу того, с кем Фернандес общался достаточно хорошо, чтобы не было неловко в авантюру эту тянуть. Нацу не подходил, так как сам нуждался в "сопровождающем", как и Лина. Джерар подумывал попросить Лексуса или Бесклоу, но словно по закону подлости, никого из Громовержцев в здании гильдии не было и пришлось лица знакомые искать на улице. Фернандес надеялся, что всё пройдёт хорошо. Что с "потеряшкой" он не столкнётся, пока не обзаведётся компанией товарища, на которого тёмное заклинание повлияет менее интенсивно. Но, конечно, никогда и ничто не могло идти так, как он хотел.       Это было простое столкновение. На него налетела какая-то девушка, что так была поглощена разговором с друзьями, что по сторонам не смотрела. Джерар удара почти и не почувствовал, но незнакомка так переполошилась и принялась извиняться. Вот только извинений её юноша и не слышал толком - перед глазами в тот момент всё потемнело, и голову сдавило такой болью, что стало трудно дышать. - Это...это ещё что такое?... - Джерар выдохнул со смесью удивления и обречённости, глядя на щупленькую девочку перед собой.       Он решил прогуляться - задания в гильдии какие-то серьёзные из-за возраста юного брать пока не мог, да и товарищи расшумелись что-то сильнее обычного, поэтому мальчик решил немного проветриться и по улочкам прогуляться. Может, Джерар купит себе какую-нибудь вкусную булочку и посидит где-нибудь в парке. Такой был план. И мальчик планировал его придерживаться ровно до того момента, как из леса вдруг не выскочила взъерошенная девчонка. Которая держала в вытянутых вверх руках здоровенного явно не живого кабана. - Ха? Ты что, не знаешь? Кабан. Это кабан! - Звонко воскликнула девочка, чьего лица Джерар разглядеть отчего-то не мог. - Все убийцы драконов считают охоту на кабанов своим долгом?... - Тихо пробормотал себе под нос мальчик, взгляда от туши зверя огромного не отводя.       Он привык к тому, что Нацу то и дело хвастался своей добычей. Но **** была меньше Драгнила, более щуплая, и Джерар всё беспокоился, что девочка кабана уронит или упадёт вместе с ним. Однако, та, будто бы и не чувствуя тяжесть побеждённого зверя, шаг вперёд сделала. И улыбнулась широко-широко - Фернандес не видел этого, но чувствовал, что она сделала именно это. - Ужин! Ужин! Кабан! - Восторженно добавила девочка, явно от Джерара ожидая чего-то.       **** была необычным ребёнком. То есть, более необычным, чем те, к кому уже успел привыкнуть Фернандес. Она напоминала Нацу своим нравом, постоянным принюхиванием.И всё же от Драгнила отличалась какой-то детской непосредственностью, граничащей с закрытостью и поведением то ли пугливого, то ли разъярённого зверя. Джерар не знал, отчего, но **** вызывала в нём чувства, которые он мог бы назвать братской привязанностью. Она всегда бегала за Линой хвостиком и отказывалась в гильдии оставаться без подруги, но в какой-то момент начала крутиться и вокруг них с Нацу. Джерар пока не понимал до конца некоторых её привычек, и не всегда мог осознать, что она пытается до него донести. И эта ситуация была как раз из разряда "не понимаю, что ты хочешь, но я попробую". - **** хвастается тебе своей добычей. И пытается сказать, что приглашает тебя на ужин съесть этого кабана. - Отплёвывая листья, пробормотала Лина, выходя из леса вслед за подругой - вероятно,**** поймав зверя поспешила с места охоты выбраться, а кицунэ пыталась её догнать. - Меня? На ужин? - Джерар брови озадаченно приподнял, вновь взгляд на взъерошенную и явно гордую своей добычей девочку переводя. Та закивала спешно и повторила: - Ужин! Я добыла!       Лина мягко фыркнула, головой качая, и руки под грудью скрестила, явно ситуацию понимая лучше Джерара. И на мальчика взгляд бросив, спокойно и размеренно пояснила: - Не знаю, есть ли такие замашки у Нацу, но **** нужно охотиться, чтобы показать свою силу. Типа, обеспечить едой близких и все дела. Так что, сейчас она хвастается тебе, какая она сильная, и что она способна обеспечить тебя едой. Потому, что ты - её друг. Так что не отказывайся. К тому же, мы не сможем съесть этого кабана одни, а **** всегда расстраивается, если приходится выбрасывать еду, которую она добывает.       Джерар выдохнул, брови поднимая сильнее. Он знал о замашках воспитанников драконов. Боже, да его лучший друг, Нацу, постоянно выкидывал что-то такое, что было сложно понять обычным людям. Джерар привык к этому. Но... не мог не удивиться. **** считала его своим другом? Он был уверен, что для неё - просто такой же... раздражающий человек, как и многие ребята в гильдии.       Но ****, смотрела на него сейчас с ожиданием - мальчик чувствовал это каждой клеточкой своего тела и всё продолжала свою грудь гордо выпячивать. И Джерар понял - отказаться от предложения у него язык не повернётся. Не когда **** продолжала перед ним стоять, с места не двигаясь, держа здоровенного кабана так, что голова кругом шла. Она ждала, как ждала и Лина, что с улыбкой едва уловимой понимающей на волшебника смотрела, руки под грудью скрестив. - Хорошо... То есть, я с радостью, ****. - На выдохе, встрепенувшись, согласился мальчик, на что девочка совершенно точно восторженно улыбнулась и закивала, с места срываясь, чтобы до дома поскорее добраться. - Ну что ж. Добро пожаловать в нашу странную компашку, Джерар. - Мягко фыркнув заметила Лина, товарища по плечу хлопнув. - Пошли скорее. Зная ****, она точно упадёт где-нибудь по пути. - Джерар? - Словно сквозь пелену раздался едва уловимо обеспокоенный женский голос.       Фернандес встрепенулся, из воспоминаний вырываясь резко, почти болезненно. Он не знал, сколько времени прошло, но обнаружил себя облокотившимся плечом о стену, рядом с которой стол стоял. А рядом с ним уже сидели все его друзья. Лина, которая и вырвала Джерара из мыслей, на друга взгляд обеспокоенный бросила - девушка уже отодвинула стул, чтобы сесть напротив. - Судя по вашим лицам, вы все встретили её, да? - На выдохе заметила кицунэ, всех собравшихся за столом взглядом усталым окидывая.       Джерар кивнул, переносицу заболевшую потирая, а Нацу молча губы поджал, ногтем подковыривая трещину рядом с собой. Джувия взгляд потупила как-то тоскливо, а Венди хвосты пригладила. Гажил же руки на груди скрестил и рассеянно на спинку стула откинулся. - И никто не смог ничего сделать, да? - Подвела итог Лина, локтями в стол упираясь лишь для того, чтобы лбом упереться в скрещенные на весу ладони.       Ответом ей послужили унылые вздохи, сморщенные носы и потупленные взгляды. Кицунэ никого не винила - она ведь и сама, столкнувшись с "потеряшкой" чуть было, под действием заклинания, не позабыла сам факт наличия тёмной магии в стенах Магнолии. Если бы не Юноко... Лина думать об этом не хотела. - Но мы, вроде как, смогли понять, как она выглядит. - Подбородок почесав неуверенно протянул Гажил, друзей взглядом окидывая. - Пока тебя не было, мы обсудили, кто что помнит. То ли магия слабенькая, то ли мы оказались сильнее, чем думал тот, кто эту кашу заварил... Но мы смогли частично запомнить её внешность. - Да. Длинные светлые волосы, голубые глаза, не очень высокая, а ещё у неё шрам на носу. - Начала перечислять Венди, пальцы загибая. - Мы можем попросить Ридуса её нарисовать. А с рисунком попробуем найти её в городе.       Лина глаза прикрыла, макушкой чувствуя взгляд Марвелл, сейчас полный надежды. Рисунок, да? Звучало неплохо, вот только... - А дальше то что? Мы уже её нашли - а толку то? - Нацу нахмурился, губы поджимая, не бросая попыток стол расковырять. - Всё равно сделать ничего не смогли...       Голос Драгнила стал тише при последнем замечании - подобное поведение было не в духе огненного мага, но Лина его винить не могла, как не мог винить его никто из тех, кто сидел за этим столом.       Ситуация была отвратительная. Они знали о тёмной магии, что на город их опустилась, как знали и о том, что сделало это заклинание. Стёрло близкого им человека из их памяти и жизни. А волшебники... не могли ничего с этим сделать. Ведь даже найдя потерянного друга, под натиском проклятья не смогли даже заговорить с ней. Тёмная магия была именно такой - давила на больное, заставляла сомневаться во всём, во что ты верил, и оставляла барахтаться в этом, бороться, как выброшенная на берег рыба - Лина знала об этом не понаслышке. - Полюшка ведь сказала, что нам просто нужно найти "потеряшку", да? - Джерар на выдохе голову назад откинул, взгляд в потолок высокий уперев. - Ну найти- то мы её нашли. А дальше что? - Нацу чуть нахмурился, позу друга зеркаля. - Как я понял - нам её нельзя из города выпускать. А как? Мы её даже схватить не можем и сюда притащить - сразу голова взрывается.       Драгнил лицо скривил в гримасе обиженно-расстроенной, и Лина с лёгким весельем осознала, что огненный драгонслеер, будь такая возможность, и правда смог бы просто схватить и притащить "потеряшку" в гильдию или куда-нибудь ещё, и не выпускать оттуда, пока Полюшка не найдёт способ тёмное заклинание разрушить. Ну что ж, это было вполне в духе Нацу, так что кицунэ даже не удивлялась. - Не думаю, что жители Магнолии были бы в восторге от того, что мы схватили бы девушку на улице и притащили бы её к нам в гильдию. Это выглядело бы, как похищение. - С лёгкими нотами веселья в голосе заметила Лина, голову руками подпирая.       Шутки шутками, а нужно было что-то придумать. - Мы можем попросить Ридуса нарисовать ту девчонку. - Повторил предложение Венди Гажил, на стуле ёрзая. - Она же на Фестиваль останется, да? Значит, мы могли бы следить за ней, на расстоянии - чтобы голова не болела. - Можно попросить других ребят из гильдии присматривать за ней, и в случае необходимости не дать ей город покинуть. - Задумчиво добавила Венди, с Джувией, что кивнула неуверенно, переглянувшись.       Лина губы поджала, хвостом чуть нервно дёргая, пока обдумывала предложения друзей. Ну... это были не самые плохие варианты. Ещё и Макаров должен был скоро вернуться - нужно было дотянуть до этого момента, а затем обсудить новый план уже с мастером гильдии. И было бы неплохо к Полюшке сходить - от мысли об этом хребет кицунэ боль фантомная пронзила - чтобы попытаться узнать, можно ли сделать что-то ещё.       И стоило Лине губы разомкнуть, чтобы с друзьями это обсудить, внимание её привлёк какой-то шум у дверей гильдии. - А это кто такие? - Гажил нахмурился, взгляд бросая в сторону двух фигур, застывших на пороге.       Подростки, примерно ровесники Венди, около дверей мялись нерешительно и всё по сторонам озирались - но увидев стол, за которым собралась разношёрстная компания, спешно к нему направились, огибая уже подвыпивших магов, что встречались им на пути. Девочка шла быстро, в то время как брат её за ней семенил нерешительно, почти испуганно.       Лина нахмурилась, рефлекторно напрягаясь, когда близнецы ближе подошли - отчего-то эта парочка показалась кицунэ отдалённо знакомой. Но прежде чем она успела спросить хоть что-то, девочка с волосами, что цветом напоминали розовую сахарную вату, вдруг за руку её схватила. - Лина! Наконец-то мы тебя нашли! - Мы...знакомы? - Осторожно уточнила кицунэ, взгляд на ладонь свою опуская - отчего-то чужое прикосновение сейчас казалось каким-то неестественным.       Лина, в принципе, не была любительницей физического контакта - тем более с незнакомцами. Но что-то в дрожи чужой руки, в блеске глаз карих отстраниться не позволило. А в следующее мгновение девочка вдруг хватку свою усилила до боли в пальцах, прежде чем схватить замершую от испуга кицунэ за лицо. - Лина! Лина, послушай меня! - В явном отчаянии воскликнула незнакомка, да так громко, что волшебница уши рефлекторно к макушке прижала. Но именно её следующие слова, казалось, выбили почву из-под ног девушки: - Рюко! Рюко, она в опасности, Лина! Ну же, очнись!