Проективная идентификация

мы жизни плавили края нас смерть учила танцам

*** Шестое марта было пятницей... (Ну, или пятница была шестым марта.) В любом случае, Ирине предстояли ленивые длинные выходные в одинокой квартирке, возможно, чуть оживлённые встречей с подругой... А сегодняшний вечер Мальцева коротала в университете, приглядывая за тем, как веселятся студенты. Праздник организовала она с их же помощью - и, кажется, впервые всё по-настоящему удалось. Для тех, кто хотел танцевать, пульсировала огоньками половина актового зала. Для тех, кто хотел посидеть в сторонке и выпить чаю или газировки с печеньками, вдоль стены стояло несколько столов. Условие было одно: никакого алкоголя в вузе. Всё остальное, в разумных пределах, дозволялось. Однако Мальцева не могла отделаться от позиции лица старшего и ответственного (которым, собственно, и была), поэтому сама не торопилась подключаться к веселью и созерцала его со стороны. -Ирина Сергеевна, - вдруг отвлёк её кто-то. - У нас кипяток закончился. Это был Оскольский: снова внимательные, честные и радостные глаза - на сей раз почти без смущённой искорки. -Ну что ж, придётся идти в деканат по воду, - вздохнула Мальцева. -Так я могу из-под крана набрать, - предложил тот. -Можете, конечно, и из-под крана, но тогда в чайниках останется накипь, а влетит в итоге мне... Вас-то я не выдам, - усмехнулась она. -Простите, - ответил Никита. - Я не знал, что с этим сложности. Они вышли из гремящего зала и очутились в тишине и прохладе, в тускло освещённом коридоре. -Нам на третий этаж, а лифт не работает. Я больше двух литров со своей спиной не унесу, так что на вас вся надежда, - по дороге пояснила Мальцева. -С вами что-то случилось?.. - встревожился Никита. - Может быть, я могу чем-то ещё помочь? -Ну... лет десять назад, если вы о спине, - ответила она. - Небольшая врождённая аномалия, сидячий образ жизни, в сумме увеличенная нагрузка на поясничный отдел. Чаще начинает болеть, легче "сорвать" в случае чего... Не смертельно, но приходится заботиться о себе. "Зачем я ему всё это рассказываю?.. - проносилось в голове Ирины. - А главное, что меня дёрнуло?!" -Я тоже болел в школе и после школы, даже пару лет пропустил, - вдруг тихо признался Оскольский. - Мне уже двадцать лет, а я только на первом курсе... Об этом мало кто знает, но всё равно обидно. Вы ведь не скажете никому?.. -Нет, конечно, - сочувственно отозвалась она. - Знаете, в нашей профессии пара лишних лет - это даже плюс. Особенно если собираешься работать с людьми, а не в академической среде. Так что можно воспринимать это как своего рода бонус... Лестницу одолели в полном молчании; с тем же настроем подошли к двери деканата. Мальцева быстро и властно повернула в замке ключ, и они вошли. -Значит, вода, - скомандовала она, пока Никита искал в темноте выключатель. - Вы берите пять литров, а я поменьше, но тоже захвачу, чтобы потом не бегать... Тут хотя бы запасы остались? -Да, конечно, - тут же вынырнул откуда-то студент. - Вот, пожалуйста, - он протянул ей полуторалитровую бутылку, но тут же отдёрнул руку. - Знаете, я сам всё донесу. Мне не трудно, правда. Не волнуйтесь. Мальцева хотела было возразить, но передумала. Наверняка за годы болезни он устал от опеки; а ума на то, чтобы соразмерить силы, ему должно было хватить. Пока Никита выходил в коридор с водой, она украдкой оглядела себя в настенное зеркало: волевое, но открытое лицо, пушистые волосы; округлые очертания тела, невольно привлекающие взгляды; голубое платье с ремешком... Да, всё на месте, всё как всегда. Только - она ли это?.. До сих пор не верится, как не верилось и тогда, на первом курсе, лет десять назад... Утончённая, благоразумная, милая, совсем ещё молодая женщина. Даже усталости нет во взгляде. Да и откуда ей быть?.. - ведь за усталостью и внешней отстранённостью Ирина обычно прятала страх или тревогу, а с Никитой сейчас ей страшно не было. Только к чему он вдруг появился именно сейчас в этих мыслях?.. Мальцева звякнула ключами и вышла следом, на всякий случай не сводя глаз с хрупкого юноши, который бодро нёс воду. * * * Вскоре чайники в актовом зале снова весело зашумели, приглашая всех желающих выпить чаю. Где-то в уголке копошились девчонки, убирая в мусорный мешок бутылки из-под лимонада. Мальцева вновь вернулась в созерцательное спокойствие; однако, когда ребята за пультом приглушили свет и негласно объявили медленный танец, это состояние внезапно оставило её. Ирина невольно осмотрелась в поисках чего-то, что могло вдруг вывести её из равновесия, и почти сразу же столкнулась взглядами с Оскольским... В первый миг она растерялась: настолько пронзительным и незащищённым был его взор. Её охватило странное чувство - недоумение, смешанное с тревогой; однако краем глаза Ирина заметила, что где-то в зале, чуть поодаль, уже составлялись пары. Тут же ей стал ясен смысл происходящего; она слегка улыбнулась и шагнула навстречу студенту, давая понять, что готова принять его приглашение. Музыка медленно плыла по воздуху, проникая во все уголки пространства; ей вторили незамысловатые синие лучи. "Кажется, что-то из "скорпов", - мельком отметила Мальцева. Никита вёл её в танце; иногда ему не хватало навыка и, по-видимому, мешало смущение, однако в целом танец получался очень гармоничным. При этом Мальцевой передалось то напряжение, которое она заметила в его глазах, и она старалась не тревожить его прямыми взглядами; однако ей самой было в его руках безопасно, просто и очень приятно. Сейчас она с удивлением заметила, что он намного выше её ростом; в его фигуре, несмотря на тонкое, астеничное телосложение, чувствовались зачатки той спокойной силы, которая пронизывает зрелых людей. И лишь глаза Никиты оставались прежними, юношескими - пронзительными, тревожными и широко раскрытыми... В какой-то момент ей даже показалось, что в них стояли крупные слёзы. Проверять это впечатление Мальцева не стала, чтобы не разрушить походя хрупкое доверие, которое раскрылось перед ней внезапно и отчаянно. Не стала она и задаваться вопросом, как ей теперь быть, однако суть дела раскрылась перед Ириной с невыносимой ясностью. Да, мальчик к ней неравнодушен. И едва ли к нему равнодушна она сама - пусть пока и не очень понятно, в каком смысле. ...Никто из них не мог бы сказать, сколько продолжалось это странное молчаливое откровение и сколько оно могло ещё продлиться; однако с последними тактами музыки они постепенно вернулись в обычное состояние. Юный студент медленно отпустил свою Прекрасную Даму; они поблагодарили друг друга глубоким кивком и без слов разошлись в стороны. Обоим необходимо было всё осмыслить - а ещё, пожалуй, прийти в себя.