Импульс к жизни

      — Я родилась без этого страха. В счастливой семье. Я их не помню, но душой чувствую, что мы были счастливы.       В мгновение за окном пролетела птичка. Её звонкое и мелодичное пение заполнило наступившую тишину. Пробиваясь сквозь пыльное стекло, на длинные и волнистые волосы девушки падали тёплые лучи солнца. Под ними её пшеничные локоны поблёскивали словно тусклое, бледное золото. Лилейная кожа лица и рук всё ещё была укрыта еле заметными, тонкими шрамами. В минуту молчания пухлые губы были сомкнуты, напоминая своей формой бутон бледно-розовой магнолии. Из-под длинных ресниц мерцали зелёные, как весенняя трава, глаза. Девушка смотрела на стену перед собой, пытаясь не замечать своего собеседника.       — В ту ночь, — продолжила блондинка, — многие в Конохе потеряли родных и близких людей. Я никогда не испытывала чувство злобы… обиды… Ведь я знала, что не единственная, кто пострадал из-за атаки Девятихвостого Лиса. Мне было всего два года. Из-за отсутствия родственников в Стране Огня, меня, как и многих других детей, просто оставили сиротой и отдали в приют. Когда мне было пять, Коноха предоставила квартиру и деньги на проживание. Обычное дело, тебе ли не знать.       — Каким образом история твоей жизни является ответом на мой вопрос? — перебил спокойный мужской голос.       Подняв свои глаза на собеседника, девушка апатично осмотрела его холодную физиономию.       — Знаешь… — ухмыляясь, сказала блондинка. — Я не обязана отвечать на твои вопросы. Но я сдержу своё слово: я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать о своём брате. Взамен попрошу только одно…       — И что же это?       — Заткнуться и не перебивать, Учиха!       Бледнокожий брюнет ухмыльнулся. Он сидел в мягком кресле и, положив правую руку на подлокотник, молча слушал рассказ девушки. Его тело скрывалось под пыльным дорожным плащом. Чёрные, словно перья ворона, волосы спадали на глаза, надёжно прикрывая трофей, которым его наделила Четвёртая Мировая Война Шиноби. Тонкие губы парня всё ещё были согнуты в ухмылке.       — Леи, — тихо промолвил он. — Ты мне не из-за доброты душевной рассказываешь о своей тяжкой доле. Это была предсмертная просьба Итачи. Я услышу от тебя то, что хочу.       — Тебе незачем угрожать, даже если бы ты предположительно имел козырь в рукаве. Я пообещала ему, что помогу тебе. И если я смогу от тебя отделаться, рассказав о своём знакомстве с Итачи, это упрощает задачу.       — Тогда давай перейдём к делу, — сказал Учиха. — Я хочу знать, какие у тебя были отношения с моим братом? Как вы встретились? Почему у меня такое чувство, что ты с ним поддерживала связь, даже когда он стал нукенином? И, главное, почему в Конохе о тебе никто и ничего не знает?       Голос брюнета был спокойным, будто он всего лишь перечислил список нужных ему вещей продавцу на рынке. Девушка всмотрелась в лицо Саске. Он был похож на идеального наследника клана Учиха: высокий, мужественный и сильный воин из Страны Огня. Чёрные волосы и тёмные, сверкающие, словно ониксы, глаза. Несомненно, он привлекал внимание женского пола. Пока он сидел в тени, черты его лица чем-то напомнили Леи его брата. Несмотря на то, что парни родились в одной семье, девушка не видела в глазах младшего Учихи то, что привыкла видеть в глазах Итачи.       — Многовато вопросов, Саске, — наконец сказала блондинка.       — К сожалению, в мире живых осталось всего несколько человек, которым я могу их задать, — ответил Учиха.       — Помню, ты неплохо умеешь расспрашивать мёртвых, — вполголоса ответила Леи и ловко поднялась на ноги.       Блондинка подошла к столу и протянула руку к хрустальному кувшину с водой. Наполнив стакан холодной жидкостью, девушка поднесла его к губам и сделала несколько глотков. Всё это время она чувствовала, как глаза Саске следят за каждым движением её тела. Это было неприятным ощущением. Он нахмурил брови после её колкого комментария, но не отреагировал на слова. Леи вернулась на своё место у подоконника и, обняв себя за плечи, всмотрелась в город за окном.       — Как я уже сказала, я родилась без этого страха… Страх, который мне стали приносить одни только мысли о моём долге шиноби этого мира. Он стал проявляться, когда за моё обучение взялся один из старейшин Конохи. Данзо, — сказала Леи. — Я не была особенной, у меня нет уникального генома или выдающихся способностей в джутсу. Но Данзо заметил что-то, и он взял меня под своё крыло.       — Итачи был членом АНБУ и был под руководством Данзо, — холодно произнёс Саске, слегка сжав подлокотник кресла своими длинными пальцами.       — Да, я знаю. И ты, наверное, уведомлён о том, что Данзо собирал только уникальные таланты.       — Разумеется, — подтвердил брюнет, всё ещё не отрывал своих холодных глаз от девушки.       — Вот тебе и ответ на один из твоих вопросов. Я познакомилась с твоим братом через Данзо.       — Каким образом? — спросил Саске, смотря, как губы девушки скривились в горькой ухмылке.

Коноха. Восемь или девять лет назад.

      Глубоко под слоем земли и нависшими зданиями Конохи располагалось тайное общество. О нём знали только старейшины, его основатель и Хокаге. Среди рангов шиноби Деревни Скрытой в Листве эта организация была известна как Корень АНБУ. Основатель этой организации, Данзо Шимура, стоял посреди огромной комнаты и смотрел на молодого темноволосого парнишку. Этот юноша был свежим лицом в АНБУ. Ему было всего тринадцать лет, а он уже успел получить титул гения своего клана и стать уважаемым шиноби. Большинство детей в его возрасте только заканчивали учёбу в Академии. Но только не Итачи Учиха. Смотря на это спокойное, сосредоточенное и серьёзное лицо, Данзо был уверен, что ему в руки попался алмаз. Учиха смотрел на пожилого мужчину с уважением и полной готовностью к любому заданию.       — Я позвал тебя, Итачи, чтобы обсудить одно дело, — наконец обратился к брюнету Данзо.       — Я слушаю вас, — спокойно ответил Итачи.       — Среди прочих дел это может показаться глупым заданием, но я хочу, чтобы ты стал эскортом для нескольких моих учеников, — объявил Данзо и внимательно присмотрелся к реакции Учихи.       Где-то глубоко в своих мыслях старик ожидал увидеть хоть немножко эмоций. Удивление, возмущение или даже чуточку несогласия. Но все они настолько хорошо владели собой, а главное, следовали указаниям, что Данзо в душе только довольно ухмыльнулся. Никаких эмоций. Учиха Итачи молча кивнул головой.       — Это досье на троих моих учеников, будущих защитников Конохи, — протянув руку с жёлтой папкой, сказал Данзо.       — Когда начало миссии? — спросил Итачи.       — Послезавтра, ночью. Я не хочу, чтобы вас видели, — кратко ответил старик и оперся на свой костыль.       — В какое конкретно место мы выдвигаемся?       — Всё, что тебе нужно знать о задании, в этой папке, — ответил Данзо и, медленно развернувшись, направился к двери. Помещение наполнил цокот его костыля. Пожилой мужчина оставил Учиху одного в тусклом свете подземелья. Чёрные глаза Итачи апатично смотрели вслед основателю Корня. Его длинные пальцы крепко сжали жёлтую папку с документами, и парень бесшумно направился вслед за Данзо к выходу.       Решив пересмотреть перед заданием документы из жёлтой папки, Итачи обнаружил внутри всего четыре листа бумаги. Это были досье на каждого ученика Данзо и старая карта. Каждое досье имело фотографию и краткое описание. Глаза парня пробежались по строчкам и фотографиям. Первым был мальчик по имени Тао Мори. На фотографии был изображён мальчишка десяти лет, с торчащими волосами цвета тыквы и тёплыми карими глазами. Светлая кожа парнишки была укрыта веснушками, а вдоль левой щёки виднелся старый шрам. Следующая фотография изображала девочку с длинными каштановыми волосами и серыми, как зимнее небо, глазами. Под фотографией была подпись «Хана Огава». Учиха ещё раз осмотрел изображение. Шатенка была не старше мальчика Тао. Но светлые очи девочки будто потеряли тепло и стали холодные, как лёд. Отложив это досье, Учиха взялся за последний лист бумаги. Третьим учеником Данзо оказалась ещё одна девочка. С фотографии на Итачи смотрели зелёные, как весенняя листва, глаза. Длинные волосы цвета пшеницы спадали на плечи девочки, а пухлые губы были сомкнуты в тонкую линию. Брюнет прочитал краткое описание в досье. Эту девочку звали Леи Курода.       Разложив все три досье на кровати, Итачи внимательно изучил описания. В мыслях брюнета образовалась параллель между этими детьми. Все они специализировались в чакре стихии земли. Их способности были на удивление похожими, даже в каких-то местах идентичными. Нахмурив чёрные брови, Учиха взглянул на старую карту. Это была детальная карта Деревни Скрытой в Водовороте. Осмотрев потрёпанную карту ещё раз, Итачи заметил, что в центре острова был нарисован крест. Значит, этих детей нужно отвести в павшую и заброшенную миром шиноби Деревню Скрытую в Водовороте.       — Итачи! Саске! Ужинать! — раздался женский голос в коридоре.       Поднявшись с кровати, Итачи сложил все бумаги вместе и спрятал их в задний карман штанов. Брюнет уже был одет в фирменный жилет АНБУ, типичные тёмные штаны и сандалии. Металлические щитки были закреплены на предплечьях, а за спиной виднелась чёрная рукоятка меча. Он подошёл к столу и взял в руку белую с красными линиями маску. Комнату брюнета заполнял свет полной луны. Чёрные пряди волос спадали на лицо парня, а глаза некоторое время смотрели на семейную фотографию на столе. Учиха резко отвернулся и направился к выходу. Тихо подойдя к двери, Итачи вышел в коридор. Проходя мимо кухни, парень услышал голоса своих родителей и младшего брата. Воздух в доме приобрёл аромат ужина. Игнорируя отрывки разговора из кухни, Учиха вышел на улицу и направился в сторону Резиденции Хокаге.

***

      — И всё же я не понимаю, зачем нам уходить? — спросил наверно уже в сотый раз Тао.       — Что конкретно тебя не устраивает? — спросила Хана, идя рядом с ним.       Трое детишек спокойно передвигались по спящим улицам Деревни Скрытой в Листве. Впереди шёл рыжеволосый мальчик, а рядом с ним девочка с длинными каштановыми волосами. В нескольких шагах позади следовала ещё одна девочка. Все они были одеты в серые плащи с капюшонами. Троица шла в сторону Резиденции Хокаге, где их ожидал Данзо-сенсей.       — Дело не в этом, — ответил Тао. — Просто зачем уходить, если о нас и так никто не знает? Данзо-сенсей хорошенько постарался и стёр какие-либо зацепки, ведущие к нашему существованию. Нас никто не видит, мы живём в тени. Я даже город этот ни разу не видел при свете дня.       — Какая разница? — спросила Хана. — Мы не знаем их, они не знают нас.       Тао фыркнул и повернул голову в сторону идущей позади блондинки.       — Леи, а ты как думаешь? — спросил парень.       — Думаю, — ухмыляясь, ответила девушка, — что ты слишком много болтаешь.       — Нет. Вы, дамы, считаете, что это мило, и вы очень благодарны мне за то, что не идёте в угрюмой тишине.       Хана резко остановилась. Не заметив этого, Тао столкнулся с девушкой, но вмиг выпрямился и всмотрелся в темноту. Леи спокойно подошла и остановилась рядом со своими товарищами. Впереди стоял пожилой мужчина. Этого человека дети могли узнать где угодно. Он был одет в белую рубашку, которая спереди крепилась на поясе лентой. Длинный рукав с левой стороны свисал вниз, прикрывая запястье. Чёрные штаны доходили до обуви. Поверх белой рубашки была чёрная накидка, которая покрывала правую сторону старика. Он держал левую руку на деревянной тросточке. Его лицо было покрыто шрамами и морщинами, а лоб был обмотан белым бинтом. Даже в лунном свете можно было увидеть чётко выраженный шрам в виде креста на подбородке.       — Данзо-сенсей! — первым заговорил Тао.       — Хана, Тао, Леи, — ответил старик и кивком позвал их к себе.       — Мы не думали, что вы будете здесь так рано, — спокойно сказала Хана.       — Увы, я хотел бы покончить с этим как можно быстрее, — резко ответил Данзо. — Вот, возьмите это.       Старик указал на три свитка, которые лежали на каменных ступеньках. Троица подошла, и каждый поднял свиток со своим именем. Леи осторожно поднесла свиток на уровень глаз и осмотрела его. Самый обычный свиток. Он свободно помещался в одной руке и был запечатан красным воском и чёрной печатью.       — Когда вы прибудете на остров, у вас будет достаточно времени, чтобы выучить эти техники, — промолвил Данзо.       — Как долго мы пробудем в той деревне? — спросил Тао.       — Не могу сказать, — ответил старик. — Но за вами придут, когда настанет время. А теперь, ваш личный эскорт.       Из-за спины Данзо вышел человек в белой маске. Леи стоило взглянуть на его униформу, чтобы понять, что он один из АНБУ. Он был выше и, скорее всего, старше Тао. Девочка осмотрела этого воина ещё раз. Чёрные волосы были собраны в низкий хвост. Лицо прикрывала белая маска, поверх чёрной футболки был белый жилет, а за спиной виднелся меч.       — Этот молодой человек будет вас сопровождать, — объяснил Данзо.       — Он один? — спросил Тао.       — Да, если вас будет больше, вы привлечёте внимание.       — Хорошо, — сказала Хана и, спрятав свиток в карман, подняла голову вверх, смотря на луну. — Выдвигаемся?       — Желаю вам удачи, — сказал Данзо и, развернувшись, ушёл в сторону здания Хокаге.       Дети смотрели вслед, пока их наставник не скрылся в тени деревьев. Первой опомнилась Хана. Девушка положила руку на плечо Тао и слегка подтолкнула его в сторону ворот Конохи. Рыжеволосый парень нахмурил брови, но последовал за Ханой. Оторвав свои глаза от свитка, Леи спрятала его в карман плаща и посмотрела на их молчаливого охранника. Волосы парня развевались на ветру, а длинные пальцы были согнуты в кулак. Блондинка не знала, куда он смотрит или какие эмоции отображаются на его лице. Он был словно их тень. Это было странно, ведь они ещё даже не вышли за пределы Конохи, а он уже действовал так, как их учил Данзо-сенсей. Этот парень был молчаливой тенью.       — Леи? — позвала Хана.       Оторвав свой взгляд от брюнета, Леи взглянула на своих товарищей.       — Уже иду, — ответила блондинка и сделала первый шаг в сторону восточных ворот.       Ночной ветер ударил прямо в лицо Леи, и её волосы поднялись вверх, словно золотистое облако на фоне тёмно-синего неба. Сделав ещё несколько шагов, Леи остановилась и обернулась к брюнету.       — Вы идёте? — спросила она, подавляя странное чувство, шепчущее ей, что глаза незнакомца наблюдают за ней.       — Да, — ответил тихим, бархатным голосом парень и последовал за троицей.