Глава 42. Шанс на Соединение
19 ноября 2015 г., 05:59
— Леи, давай ещё ложечку, — настаивала Руи. — Осталось всего ничего — смотри.
— Я больше не могу, — отказалась светловолосая куноичи.
— Леи, Лорд Эй желает видеть тебя в штабе Альянса как можно скорее, — вмешался Икои. — Своим упрямством ты не способствуешь быстрому выздоровлению. Просто съешь всё, что принёс тот испуганный медик.
— Я хочу знать, что происходит, — мотнула головой Леи. — Проведя в той норе около недели, я пропустила все самые важные сдвиги в мире шиноби. И либо вы мне расскажете, либо я сама доберусь в резиденцию к Райкаге.
Товарищи Леи обменялись взглядами, словно говоря друг другу «началось». Руи отодвинулась от кровати своей подруги и поставила миску с гадкой кашей на тумбочку. Икои выглянул в окно, скорее всего, размышляя над наиболее подходящим ответом на вопрос Леи. Девушка скрестила руки на груди, позволяя своим друзьям собраться с духом и пролить свет на ситуацию. Руи оказалась смелее и, прочистив горло, промолвила:
— Ну, Великие Нации вместе с Тетсу но Куни создали Альянс Шиноби, армия которого и будет противостоять Акацуки. Все эти шиноби пришли в Кумогакуре, чтобы помочь доставить припасы в место, где и находится штаб Альянса. Это ближе к берегу Каминари но Куни, к острову, где когда-то тренировался Киллер Би.
— Та огромная черепаха, Генбу? — удивилась Леи.
— Да, оставшиеся джинчурики, Киллер Би и этот парнишка, Наруто Узумаки, будут изолированы на острове.
— Но почему? — нахмурила брови Леи. — Они могут помочь в битве против Мадары. Сила биджу просто огромна!
— Так решили Каге… — пожала плечами Руи. — Думаю, они хотят обезопасить их от этого Мадары.
— Пфф… — фыркнула Леи. — Тоже мне, придумали план. Если он захочет, ничто не спасёт оставшихся джинчурики.
— Кстати, зачем ему понадобилась ты? — спросил Икои.
В больничной палате повисла неловкая тишина. Леи не ожидала такого вопроса. Она предполагала, что Лорд Эй утаил от своих советников возможные причины, по которым Мадара Учиха похитил неприметную куноичи из Кумогакуре. Леи не сомневалась, что Райкаге знал истинные мотивы такого поступка Лидера Акацук, но не хотел доводить до ведома аудиторию. Несмотря на это, Икои и Руи видели Мадару, и неудивительно, что им были интересны истинные причины его нападения. Её товарищи, как никто другой, заслуживали знать такие факты. Леи тщательно обдумала варианты своего ответа и в итоге решила озвучить правдивый вариант:
— Он хотел забрать мой меч, Маказё, — спокойно сказала куноичи.
— Зачем ему твой меч? — удивился Икои.
— Он не сказал, — ответила Леи, соблюдая невозмутимое выражение лица. — Его огорчил тот факт, что при мне не было меча, поэтому наш разговор был весьма коротким. После чего меня оставили дожидаться кого-то по имени Зетсу.
— Кого-кого? — нахмурила в недоумении брови Руи.
— Не знаю, я выбралась оттуда до того, как он успел объявиться с набором острых зубов и съесть меня.
— Как ты выбралась из логова Акацуки? — спросил Икои.
— Мы пытались обнаружить местонахождение их логова всеми известными способами, — сказала Руи. — Ничего не получалось: ты словно исчезла с лица земли.
— Вокруг логова барьер, — ответила Леи. — Думаю, это место могут найти только те, кому доверяет Мадара. А ещё его могут покинуть только те, кому он позволил, ибо я не могла открыть дверь комнаты, в которой меня держали.
— Тогда как ты выбралась? — вернулся к вопросу Икои.
Леи еле заметно прищурила глаза, внимательно изучая стоящего у окна парня. Возможно, у неё развилась паранойя, но этот шиноби, который обычно был тихим и неприметным, начал задавать слишком много вопросов. Некоторые вопросы были очевидными, и Леи, не раздумывая, отвечала. Но другие, как, к примеру, вопрос о подлинных мотивах Мадары или о том, как она выбралась из логова Акацуки, были менее поверхностными, и девушке это не нравилось. Леи посмотрела на свою подругу и заметила, что Руи совершенно не обращала внимания на их диалог. Девушка сидела на стуле рядом с кроватью, погружённая в свои мысли.
— Мне просто повезло, — ответила Леи, не желая рассказывать об Учихе.
— В смысле? — настаивал на точном ответе Икои.
— Дверь осталась приоткрытой, и в логове никого не было, — солгала куноичи. — Я воспользовалась этим шансом.
***
Деревянные поверхности столов успели покрыться толстым шаром пыли. Леи прошла в гостиную, рассматривая ровно расставленную мебель в своей квартире. Сквозь зашторенные окна пробивался бледный лунный свет. Ориентируясь по искажённым теням от предметов, Леи подошла к окну и отодвинула занавески. Пыльный деревянный пол осветил серебристый свет полной луны. Девушка устало села в мягкое кресло, откинув голову назад. Казалось, прошла целая вечность с того дня, когда её спецотряд отправился в Тетсу но Куни. В последнее время обычные дни пролетали мимо Леи со скоростью молнии. Многие шиноби считали дни до начала войны с Мадарой, но Леи просто ожидала очередного приказа от Райкаге. Например, утром она отправится в штаб Альянса вместе с группой шиноби из Пяти Великих Наций. Куноичи казалось, что, исполняя такие приказы, она может безмятежно прожить остаток своей жизни и найти утешение, но не счастье. Она знала, чего, а точнее кого именно ей не хватало для счастья, и тут не обошлось без вмешательства Мадары Учихи. Стоило ей взглянуть на лицо Саске, и все воспоминания об Итачи всплыли на поверхность её сознания. Это был тяжёлый труд — общаться с людьми и стирать с лица даже малейшие намёки на разъедающее изнутри чувство, которое с каждым днём только увеличивалось. Она не винила Итачи за то, что он выбрал смерть. Это был его долг как шиноби Конохи, и девушка сделала бы то же самое, будь у неё прямой приказ Райкаге. Что не давало ей спокойно жить, так это тот факт, что Учиха втянул её во все эти семейные разборки. Было бы намного легче, если бы Итачи дал ей умереть тогда, вместе с Ханой и Тао. В таком случае она бы никогда не увидела в нём того парня, который, не прикладывая особых усилий, влюбил её в себя, а затем оставил одну. Леи понимала, что её любовь была безответной, и это грызло её гордость. Девушка хотела знать ответы на многие вопросы, но Учиха, как всегда, очень вовремя скрылся в тени, оставляя за собой лишь молчание. Если бы только был способ вернуться назад и откровенно поговорить с Итачи. Леи устало прикрыла веки и замерла, задерживая дыхание. Куноичи резко села, осматривая свою гостиную в поиске коробки со свитками. Леи поспешно подошла к столу и, склонившись над деревянной коробкой, начала искать тот самый свиток. Это были свитки Руи, которые она случайно оставила в квартире своей подруги. Леи отчётливо помнила тот свиток, в котором была формула для воскрешения человека. Куноичи перерыла всю коробку и нашла то, что так отчаянно искала. Она вернулась к окну и присела на край мягкого кресла. Девушка осмотрела свиток. Это был старый рулон с потрёпанными краями и голубой полоской посредине. На краях были странные печати, и единственная надпись чёрными чернилами «Воскресить». Девушка повертела свиток в руке, пытаясь вспомнить слова Руи о соблюдении определённых условий для этого фуинджутсу. Бросив свиток на столик рядом с креслом, Леи поднялась и поспешила к деревянному комоду в спальне. Она открыла верхний ящик и достала сложенный белый платок. Развернув ткань, Леи оглядела содержимое. В свете луны блестели кольца металлической цепочки. Леи осторожно провела большим пальцем по холодному металлу. Это было украшение, которое она много лет назад сделала специально для Итачи. Запечатанная внутри чакра девушки уже давно погасла, словно со смертью своего владельца эта цепочка утратила всяческий смысл и стала никому ненужной вещицей. Кольца серебристого металла лежали на мотке пропитанных кровью бинтов. По словам Руи, это джутсу нуждалось в личных вещах умершего человека. А что может быть более личным, чем остатки крови и вещь, с которой Итачи не расставался столько лет? Куноичи некоторое время заворожённо смотрела на эти предметы, размышляя над шансами воплощения своего плана. Естественно, она не могла воспользоваться этим свитком, чтобы самой воскресить Итачи. Для этого нужен специалист, и единственной знакомой ей особой с такими знаниями являлась Руи. Леи прикусила нижнюю губу, мысленно взвешивая все аргументы. Согласится ли её подруга нарушить данное своему наставнику обещание и воспользоваться запретным фуинджутсу, чтобы воскресить Учиху? Леи даже не знала, как объяснить Руи, зачем ей воскрешать одного из самых опасных нукенинов в мире. Это была очень личная просьба, и девушка надеялась, что, когда представится момент, ей хватит сил попросить Руи о таком одолжении. Леи замотала цепочку и бинты в белый платок и вернулась в гостиную. Даже если у неё не будет шанса использовать эти предметы, она возьмёт их с собой. Подняв карман, в котором обычно лежали только кунаи и другое мелкое оружие, девушка положила в него свиток и узелок с бинтами и цепочкой Итачи, скрывая их под сюрикенами и другой дребеденью.***
Дорога в штаб Альянса Шиноби оказалась недолгой и весьма предсказуемой. Леи пыталась держаться в стороне от всех шиноби, предпочитая вместо общения тишину. Она не знала, каким образом Каге собирались сплотить всех этих людей в одну единую армию. Между великими нациями всегда была вражда, и она только усиливалась, когда одна из сторон совершала глупые поступки в виде похищений джинчурики или людей из кланов с редким и очень полезным Кеккей Генкай. Леи прекрасно знала о вражде между Конохой и Кумогакуре, которая была основана именно на таких инцидентах. Осмотрев толпу шиноби, куноичи заметила взгляды, в которых был тот же вопрос: как эти люди смогут забыть о вражде между собой и сражаться против Мадары? Внимание девушки привлёк содержательный разговор, который мог перерасти в спор, двоих взрослых мужчин. Это были шиноби Ивы и Суны. Они шли на несколько шагов впереди, и Леи прислушалась к их словам: — Ваш Казекаге ещё ребёнок, — сказал шиноби Ивы. — Зачем вы слушаете этого неопытного младенца? — Тсучикаге Ооноки сам-то фрукт не первой свежести, — рассмеялся шиноби Суны. — Тем более главное ведь не возраст Каге, а его желание защитить свой народ и сила, с которой он может это сделать. — Может быть, но решения опытного главы деревни отличаются от решений новичка, — продолжил шиноби Ивы. — Лорд Гаара мудрый Казекаге, — нахмурился шиноби Суны. — Я не потерплю неуважения к своему командиру. — Ходит слух, что этот мудрец ухитрился быть похищенным этими Акацуки, — фыркнул мужчина из Ивы. — Он был одним из джинчурики, — сдержанно ответил второй мужчина. — В нем был Шукаку, однохвостый зверь! — Признай, вам повезло с тем, что ваш Гаара выжил, — ухмыльнулся мужчина. — Все мы помним, что случилось, когда пропал один из ваших предыдущих Казекаге. Суне пришлось несладко. Шиноби из Страны Ветра остановился и сжал мускулистые руки в кулаки. Глаза обоих мужчин сомкнулись в состязании гневных взоров. Проходящие мимо шиноби поглядывали на них, а те, кто был родом из Суны или Ивы, задерживались, чтобы понаблюдать за спором. Леи остановилась в нескольких шагах, смотря прямо на разгневанных мужчин. Они преграждали ей путь, а их нежеланные наблюдатели задерживали всю группу, идущую в штаб Альянса. Леи осмотрела мужчин апатичным взглядом и тяжело вздохнула: — Прекратите, — уверенно сказала куноичи. — Нашли место, где выяснять отношения. — А ты кто такая? — фыркнул шиноби Ивы. — Девчушка из Кумо. Не согласна с нашей дискуссией? А ведь у тебя с вон теми ребятами тоже напряжённые отношения. Увидишь, коноховцы начнут подстрекать тебя на поле боя. — Ну, во-первых, я согласна с твоим мнением. Ненавижу Коноху, — спокойно сказала Леи. — А во-вторых, я оставила эту вражду дома и на поле битвы буду сражаться с ними, будто они шиноби моей страны. Мужчины осмотрели её, словно Леи высказала им какую-то философскую мысль. Они нахмурились, но, к счастью, забыли о своём споре и продолжили идти в направлении штаба Альянса. Толпа, которая ждала драки, поспешно разошлась. Леи смотрела вслед этим шиноби и заметила, что за ней наблюдает парень из Листа. У него были длинные каштановые волосы и светлые глаза, в которых не было видно зрачков, а радужная оболочка отличалась от белка только бледным лилово-серым оттенком. Рядом с ним стояла милая девушка, и у неё были длинные тёмно-синие волосы и идентичные странные очи. Леи была уверена в том, что они услышали её слова. — Ты действительно ненавидишь Коноху? — не стесняясь, спросил тот парень. — Нет, не ненавижу, — ответила Леи, медленно приближаясь к коноховцам. — Значит, ложь во спасение? — спросил он. — Именно, — ухмыльнулась Леи. — Людям их возраста мешают былые предрассудки. Мир привык видеть вещи только в одном оттенке, и это не изменить диалогом. Эта война не так против Акацуки, как против этих убеждений. — Интересно, — сказал шиноби Листа. — Как тебя зовут? — Леи?! — раздался из-за спины парня знакомый голос. — Какаши-сенсей, смотрите кто здесь! Из толпы вышла девушка с короткими розовыми волосами, а вслед за ней скрывающийся за маской Хатаке и тот черноволосый парень, Сай, который был с ними в лесу рядом с Конохой. Сакура улыбнулась куноичи из Облака, и Леи была рада, что медик не бросилась обниматься. Из-под маски Какаши показалась улыбка. — Неджи, Хината, — обратилась Сакура. — Вижу, вы познакомились с нашей хорошей знакомой из Кумогакуре. — Ты высказала очень правдивые вещи, — промолвил Какаши. — Не против, если мы присоединимся к тебе?
