Импульс к жизни

      Тёплое осеннее солнце согревало головы идущих в штаб Альянса шиноби. Большинство передвигались без дополнительного груза, а некоторые несли ящики с оружием, медикаментами и другими припасами. Леи знала, что Каге будут управлять битвой из резиденции Райкаге. Но в городе, который буквально держался на скалах, не было достаточно места, чтобы поместить восьмидесятитысячную армию. Этот штаб Альянса был всего лишь более открытым местом недалеко от Кумогакуре, где такое огромное количество людей смогут свободно передвигаться и готовиться к войне. Леи рассматривала скалы, удивляясь, что в этой местности отсутствовал привычный порывистый ветер. Было слишком тихо, и куноичи пыталась не подавать встревоженного виду.       — Ты выглядишь слегка… обеспокоенной, — сказал Какаши, который расслаблено шёл рядом с книжкой в руке.       — Слишком тихо, — промолвила Леи. — Это ветреная местность.       — Затишье перед бурей, хм, — сказал мужчина.       — Леи, а в чём ваша специальность? — робко спросила девушка по имени Хината.       — Специальность? — подняла бровь светловолосая куноичи. — Хм, всего понемножку. Я не медик и не одарённый сенсор. Чаще всего я охочусь на нукенинов, вроде этого Учихи Саске, и по приказу допрашиваю или убиваю их.       Идущие рядом коноховцы напряжённо замолчали. Видимо, этот Учиха был больным местом всех своих одногодок из Академии. Леи осмотрела обеспокоенное лицо Хинаты, а затем улыбнулась брюнетке. Хината замешкалась, пытаясь понять причину такой перемены в поведении куноичи Облака. Идущая рядом Сакура слегка напряглась и заметно притихла, погружаясь в свои мысли. Невозмутимым оставался парень, Неджи. Он только любопытно изучал Леи своими лилово-серыми глазами. Она усмехнулась, пытаясь разрядить обстановку.       — Шучу я, — сказала Леи. — Это моя теоретическая работа, которой я бы занималась, не объявив мы войну Мадаре. Обычно я попадаю во всякие передряги и чудом выхожу из неловкого положения. У меня даже личный медик есть.       — Надеюсь, твои мотивы в таких ситуациях лучше, чем у Наруто, — усмехнулась Сакура. — Он всегда сперва делает, а потом думает над выходом из сложившейся ситуации. И всегда, вот всегда, он калечит себя до предела.       — Ну, у меня нет мотивов, — ухмыльнулась Леи. — Эти ситуации сами меня находят. Во время последней я могла умереть, но… чудом выбралась и вернулась в Кумо. До сих пор ожидаю выговора от Райкаге. Видимо, он занят.       — А как ты выбралась? — поинтересовалась Сакура. — Это, наверное, случилось после того, как мы попрощались.       — Да, на окраине Тетсу но Куни, — кивнула Леи, размышляя над тем, что именно рассказать девушке. — Мы столкнулись с Акацуки и пришлось изрядно повозиться с этими нукенинами. Я отстала и оказалась чёрт знает где… За это время вы, ребята, успели создать Альянс Шиноби и объявить войну. Впрочем… это…       Светловолосая куноичи заметила впереди тёмно-зелёные палатки и горящие костры. Люди жизнерадостно общались, помогая друг другу с вещами и другими тяжестями. Это и был этакой лагерь, в котором армия Альянса проведёт время до начала войны с Акацуки. Сакура и Хината, к счастью, забыли о неловкой теме разговора и поспешили в сторону, где располагались палатки медиков. Леи заметила, как светлоглазый Неджи слегка поклонился и ушёл по своим делам. Девушка сложила руки на груди, размышляя, куда именно ей податься.       — Вижу, остались только мы, — раздался за её спиной голос Какаши.       — Думаю, нам туда, — кивнула Леи в сторону самой огромной палатки в конце лагеря.       — Тогда пошли, — согласился Хатаке. — Кстати, ты не закончила свой рассказ.       — Рассказ? — удивилась Леи.       — Да, как ты выбралась из логова Мадары? — спокойно спросил мужчина. — И да, мне известно об этой ситуации.       — Я не удивлена, — ухмыльнулась куноичи. — Я никому не рассказывала… Думаю, вам, как человеку, который…       Тихие слова девушки перебил топот ног, который приближался со стороны ближайшего прохода между палатками. Навстречу Леи и Какаши выбежал парнишка. Его внешность была очень знакомой, и прежде, чем Леи успела вскрикнуть «Омои!», она заметила, что ему было не больше тринадцати лет. Парень явно не смотрел, куда бежал, потому что опомнился только тогда, когда перед столкновением с куноичи осталось пара метров. Леи ловко схватила его за руку и сделала сальто, меняясь местами с парнем. Девушка приземлилась и ухватила его за локоть, придерживая парня от столкновения с землёй. Он испуганно развернулся и застыл с приоткрытым ртом.       — Круто! — смотря на неё горящими глазами, сказал парнишка. — Эй, а я тебя знаю! Ты — Белая Молния, да!       — Круто! — ещё раз сказал парень, после того, как Леи не ответила. — Ребята в Академии мне не поверят!       — Прости, как ты меня назвал? — отпуская мальчишку, спросила она.       — Белая Молния, — повторил он, улыбаясь жизнерадостной улыбкой, которая напомнила девушке Наруто.       — Такого я ещё не слышала, — усмехнулась куноичи. — Как тебя звать-то, парень?       — Акаруи, — ответил светловолосый парнишка. — Я двоюродный брат Омои. И да, тебя так называют в Академии.       — И кто же меня так назвал? — удилась Леи.       — Ребята из класса Фуруи-сенсея, — сказал Акаруи. — У нас была дискуссия о Райтоне, и он перечислил некоторых шиноби, которые владели особым видом молнии. Старик сказал, что Даруи владеет чёрной молнией, а ты — белой. Причём он сказал, что у тебя она от природы такая, эм-м, бесцветная, а не из-за печати, как у Даруи.       Девушка осмотрела Акаруи, который был словно уменьшенной копией её друга Омои. Чёрные глаза мальчика изучали её с каким-то странным интересом, точно она была идолом, который магическим образом объявился перед ним. Леи чувствовала на себе взгляд Какаши и отказывалась поворачиваться к мужчине лицом. Наверное, ему в Конохе тоже приходится отбиваться от атак младшего поколения. Акаруи сложил руки за спиной и снова осмотрел девушку. Вот только теперь в его чёрных глазах была тень любопытства.       — А можно тебя попросить? — нарушил тишину Акаруи.       — О чём же?       — Я хочу посмотреть на твою технику Райтона, — ответил мальчик. — Чтобы убедиться, что старик Фуруи не врёт.       — Может быть, тебе будет интересно посмотреть на Райтон знаменитого Хатаке Какаши? Шиноби, который знает больше тысячи джутсу? — предложила Леи. — Что скажешь?       — Пожалуй, не надо меня вмешивать в это, — начал отнекиваться Какаши.       — Оба! — сказал Акаруи. — Сравним ваш Райтон! Пожалуйста!       — Я не думаю, что это подходящая местность, — сказал Хатаке. — Здесь очень много людей и… палаток.       — Ну, пожалуйста! — настаивал Акаруи. — Один разочек.       — Это просто показуха, Какаши, — ухмыльнулась Леи. — Будущее поколение требует наглядного примера. Тем более я не хочу, чтобы меня за спиной называли Белой Молнией. Фуруи-сенсей совсем уже слетел с катушек…       — Ладно, — вздохнул Хатаке. — Один раз и всё. Пошли сюда, подальше от зрителей.       Акаруи радостно подпрыгнул и последовал за шиноби из Конохи. Какаши обошёл все палатки и привёл их на окраину лагеря, где было несколько огромных булыжников. Мужчина вытянул руку перед собой и молча кивнул Леи, чтобы она сделала то же самое. Куноичи повторила его движения и застыла в ожидании. Ладонь Какаши наполнилась молниями, которые, подобно молниям Саске, издавали странный звук, напоминающий пение птиц. Девушка знала, что это была знаменитая техника джонина — Чидори. Акаруи внимательно смотрел на молнии в руке шиноби, будто видел в потоке чакры Хатаке то, чего никто больше не наблюдал. Райтон Какаши казался самым обычным. Белые молнии, которые светились еле заметным голубым очертанием чакры мужчины. Куноичи знала, что, когда он увеличит интенсивность, это голубое свечение исчезнет. Понимая, какой это абсурд, девушка сконцентрировала свою чакру в руке, придавая ей форму, похожую на Чидори. В руке девушки собрались белые молнии, у которых был совершенно другой звук. Это был гул, напоминающий поток электричества и отдалённый звук грома. Леи осмотрела свой Райтон, а потом лицо Акаруи, и была удивлена его улыбкой.       — Вот, смотрите! — перекрикивая звуки Райтона, сказал парнишка. — Ваши молнии полностью белые!       Леи подавила поток чакры в руке, смотря, как с уменьшением интенсивности не появлялось ожидаемое голубое свечение чакры. Какаши сделал то же самое, и его ладонь наполняло чёткое голубое свечение. В конце осталось только слабое свечение голубой чакры в руках обоих шиноби. Акаруи был доволен собой.       — Это именно то, о чём говорил Фуруи-сенсей! — обрадовался парень. — Ваш Райтон почти бесцветный!       — Интересно, — промолвил Какаши. — Твоя чакра не сливается с молниями. От этого и нет голубого очертания.       — Ничего необычного, — пожала плечами девушка. — Уверена, у каждого шиноби свой подход к технике.       — Пожалуй, нам пора идти, Акаруи, — обратился к парню Хатаке. — Нас ожидают Каге.       — Да нет проблем! — помахав рукой, сказал Акаруи. — Был рад познакомиться! Удачи вам!       — Знаешь, твой подход к техникам Райтона напомнил мне одного человека, — спокойно сказал Какаши.       — У меня нет родственников в Конохе, — ухмыльнулась Леи. — Это всего лишь совпадение, не больше.       — Я не собираюсь приписывать тебя к какому-либо клану, — ответил мужчина. — Просто тот человек, как ты, предпочитал использовать чистую энергию молний и не смешивать её с чакрой. Конечно, это травмировало его тело, но в результате он сражался этой… белой молнией.       — И что стало с тем человеком? — равнодушно спросила Леи.       — Он умер, — спокойно ответил Хатаке. — Во время атаки Девятихвостого Лиса, много лет назад. Его звали Тэру.       — Не слышала о нём, — пожала плечами девушка.       Проходя мимо тёмно-зелёных палаток, Леи изучала шиноби разных стран. Несмотря на иллюзию единства, люди предпочитали держаться маленькими группами в зависимости от деревни. Даже скрывающиеся под железными масками самураи, которые никогда не воевали против других наций, держались в стороне, общаясь исключительно между собой. Над лагерем по-прежнему не было ветра, и девушка принимала это как плохой знак. Такое затишье было и вправду словно штилем перед большой бурей. Учитывая мощь альянса шиноби, многие рассчитывают на недолгое сражение против Акацуки. Казалось бы, этих нукенинов осталось всего-то не больше пяти человек. Леи не сомневалась, что Мадара где-нибудь достанет армию, которая сможет легко противостоять силам Альянса. Такого отвлекающего манёвра будет достаточно, чтобы он смог воплотить в реальность свой гениальный и омерзительный план, погрузив весь мир в Муген Цукуёми. Леи увлекалась размышлениями над тем, что произойдёт с реальным миром, если Учихе Мадаре удастся погрузить его в бесконечный сон, полный иллюзий и грёз.       — Ты не договорила, — промолвил Какаши. — Как ты выбралась из логова Акацуки?       — Саске, — спокойно ответила Леи. — Ваш новоиспечённый коноховский нукенин.       — Тебе помог Саске? — останавливаясь, спросил Хатаке.       — Я сама не ожидала, — пожала плечами девушка. — Но это так. Он позволил мне бежать.       — Здесь какая-то путаница, — возразил с серьёзным лицом Какаши. — Его полностью поглотила ненависть и жажда мести. С чего бы он помогал тебе? Совсем недавно Саске хотел убить Сакуру, не считая многочисленных поединков с Наруто, а они его друзья. В Саске не осталось жалости к людям. Он не мог просто так помочь тебе.       — Тем не менее он просто открыл дверь и приказал мне бежать, — нахмурила брови Леи. — Конечно, я спрашивала его об этом, фактически дословно перечислив всё, что вы только что сказали. Саске назвал это своей… прихотью.       Чёрный глаз Какаши внимательно изучил куноичи Облака. Некоторое время мужчина молчал, размышляя над услышанным. Затем Хатаке молча кивнул и продолжил идти в сторону самой огромной палатки, в которой перебывали все Пять Каге великих наций. Леи последовала за Хатаке, жалея, что поделилась с ним правдой. У входа в палатку не было охранников, и девушка посчитала это прогрессом. Какаши отодвинул тёмно-зелёную занавеску, и они уверенно вошли в палатку. Внутри оказалось приличное количество людей, и Леи, заметив за спиной Райкаге Мабуи и Даруи, поспешила к ним. Сам главнокомандующий Альянса рассматривал карту местности, на которой в теории должно проходить сражение против Мадары и его армии. Леи заметила, что Хатаке остановился рядом с очень симпатичной и пышногрудой женщиной. Должно быть, это была Цунаде, знаменитый медик и действующий Хокаге. Рядом с ней сидел старик, у которого было весьма недовольное и раздражённое выражение лица. Девушка узнала в нем Ооноки, Тсучикаге Деревни Скрытой в Камне. С другой стороны мускулистого профиля Райкаге сидела ещё одна женщина. У неё были длинные коричневые волосы с рыжеватым оттенком и очень женственная, не менее пышногрудая фигура. Это была Мизукаге, чьё имя Леи, к удивлению, не знала. Последним был молодой Казекаге, Гаара, который совершенно спокойно сидел рядом со своими союзниками и рассматривал карту на столе. Его мудрые глаза без интереса осмотрели куноичи Облака.       — Отлично, — сказал своим привычным слегка раздражённым голосом Райкаге. — Вижу, все собрались.       — Чего мы ждали? — фыркнул старик Ооноки.       — Не чего, а кого, Тсучикаге, — промолвила Цунаде. — Раз все в сборе, потрудись объяснить свою скрытность, Эй.       — Никакой скрытности, — прорычал Райкаге, а затем, не оборачиваясь, приказал. — Леи, подойди ко мне.