Кто бы мог подумать...

Ну что ж, пришлось мне отправиться к Сереже. Просто потому, что я знал - завтра, послезавтра и так далее будут все новые и новые дела, идеи, планы. Нечего откладывать. Правда, не представляю, как мне его убедить поменять отношение. Ну, главное, попробовать. Раз есть желание, выйдет и придумать способ. На улице уже темнело, хотя это и казалось таким странным. На деле ведь ещё очень рано. А выглядит все так, будто уже страшно поздно. Да ещё и снег пошёл, что совсем не радует. Не люблю я воду, когда она в такой непосредственной близости... А ускоряться, минимум, чревато. Скользкую дорогу ещё никто не отменял. Так что придётся терпеть. Ну, недалеко, в принципе, осталось. Как бы то ни было, я был безмерно счастлив, когда оказался у Серёжиного дома. Вбежал в подъезд. Понятно, что мне и минуты не пришлось потратить на подъем. А так как мне прямо ну нетерпелось, я открыл дверь сам. Ну и, получил результат. Точнее, вошёл в комнату, чтобы увидеть спящего (опять!) Серёжу и сидящего с ним, на кровати, Гусева. Парень даже не заинтересовался моим появлением. Так, кинул взгляд, и снова опустил его на Сергея. Интересно, давно ему можно сидеть так, с ногами на его кровати? Да и кровать эта не такая большая, неудобно, наверное. - Эл, ну ты не стесняйся, иди сюда. Смотрю, ты не меняешься, - с тихим смешком произнес парень. - Ну спасибо, мне так приятно вспоминать, что я не могу расти, потому что физически - машина, - прошипел я, потому что будить Серёжу не хотел. - Спокойно, я ж не про это. Я как раз про то, что ты все так же легко обижаешься, - немного виновато улыбнулся он. - Но я не совсем обижен, - возразил я, серьёзно. - Скорее уж, не понимаю. Почему ему так важно было сказать это? Зачем? - чтобы проще было общаться, я приблизился к кровати. - Да из вредности. Он все мечтает, что я пойму, что перестану... А вместо этого только ты добавился, да ещё и самостоятельно. - Добавился? - поднял брови я. - Ну так он давным-давно мой, - пояснил Макар, правда, улыбка его при этом больше выражала горечь, нежели радость. И отчего я не удивляюсь? Надо бы. Помимо того, что у Сергея есть девушка (ну, о просто поползновениях не станем вспоминать), так он же ещё так сердился из-за приезда Гусева. Ну и... Как-то странно думать, что он реально готов был бы состоять с ним в таких отношениях. Хотя, вот не мне об этом рассуждать! Потому что от меня ещё меньше можно было бы ожидать! - Прости, но... Не очень-то в это верится, - признался я. - Сам временами не верю, - не стал спорить парень, - но это правда. Как ни странно, правда. Обычно он брыкается, но бывают моменты... Ну и что делать, если ради них можно все остальное просто забыть? - и я не нашёлся с ответом. Видел, что в нём достаточно решимости, чтобы действительно все неприятное забывать. - Я не дурак, нет, я знаю, слово "мой" тут не совсем правильное, что он с радостью кидается к другим, к кому угодно, лишь бы больше обо мне не думать. Но у него пока не выходит, вот в чем дело. - Так он стремится, - я запнулся. Как вообще-то странно таким образом разговаривать... - тебя разлюбить? И любит ли? - Да, да, в том-то и дело. Ты ведь помнишь, конечно, какие у нас были до твоего прихода отношения, - он продолжал улыбаться, но я все ещё не видел в этой улыбке ничего хорошего. - Поэтому тебе, наверное, легко подумать, что я его заставил. - Вот и нет, я этого не думал, - тут же ответил я. Я ведь не кто-то со стороны, чтобы думать: раз раньше он его мучил, то и к любви мог только принудить. Хотя, со внимательностью у меня явные проблемы. Если они давно уже так, то почему я не замечал? Впрочем, замечал кое-что. Что Сергей странно себя ведёт, но... Но я даже предположить не способен был чего-то такого. Да, ну, я и не знал, что бывают такие отношения, поначалу. - Кстати, прости, что спрошу не совсем о чем бы надо... Как вы, люди, узнаете обо всем этом? Как вы с Сергеем узнали? Потому что он мне только в этом году рассказал. И в этом же году я подробнее познакомился со всем этим. Но он знал и раньше. И ты, выходит, тоже. Не думаю, что сразу же возможно все сделать на практике. - Ха, чудо, если эта практика вообще происходит. А узнать несложно. Королькова ты помнишь, конечно же? Так вот, он же умница, все вечно в книгах узнавал... Да, ну вот и тут наткнулся, заинтересовался. Такую литературу нелегко достать, но у ботаников свои каналы, как я понял. Он выяснил какую-то часть. Не все, ясное дело, остальное как-то умудрился додумать. - И вы все это знали? - пробормотал я. - Ну, а как же вышло?.. - Если хочешь, я расскажу, но только мне тоже интересно. От него, - Макар указал на спящего Серёжу, на миг замолчал, как мне показалось, любуясь, а после продолжил: - услышал лишь о том, как это ужасно, как это возможно, почему именно этот человек, почему вообще в твоём возрасте такое... - А нечего было интригу держать, - заявил я, - он мне все твердил, что со мной что-то жутко плохое могут сделать. Ну, собственно, я это не только от Серёжи слышал. Потому хотелось узнать. Правда, были, наверное, и иные причины, но тогда мне было совсем неясно, в чем они. Парень рассмеялся, так что даже Серёжа зашевелился, видно, потревоженный этим смехом. Но не проснулся, вроде бы. - А я думал, ты мне о большой светлой любви расскажешь, - не успокаиваясь, выдал Гусев. - Ну, зато уж, наша история не покажется тебе такой непонятной. Я-то вообще решил пошутить. Напугать его. Ну и пошутил... Так, что вот теперь расплачиваюсь. - Не понимаю, - признался я. Пошутить и напугать. Да ещё и так, чтобы в итоге полюбить. Как? - Да просто поцеловал я его. Все. А это хлоп! - и не противно. И он не испугался. Ну, то есть, испугался, что нас увидят, в подъезде ж дело было. Но все же. Особенных проблем не было! Это потом до него дошло, что это будут проблемы, особенно с отцом, что ему самому обидно любить того, кто над ним измывался. Ну и, как бы, раньше ему милые девушки нравились, а тут я... Ну, с ними не сравнить, это понятно. Так что, как уехал и вернулся, так уже услышал, что он меня знать не желает. И теперь так всякий раз. Ну ничего, - снова в его взгляде появилась уверенность. - Переживём. Пока он не сможет полюбить окончательно очередного "кого-то", типа той девушки, все будет. - И ты не сердишься на него? - изумился я. Даже не знаю, смог бы я так. Это едва ли так просто, терпеть и прощать. - Не получается. Вот сейчас, хотя бы. Смотрю и все. Все недовольство отрезает напрочь. А вот на него такое не работает. И он недоволен, чем угодно, пока вот так не успокоится. Ведь и ты его так разозлил потому, что вроде как должен бы ненавидеть этого дядьку. - Только потому, что он меня похитил? - спросил я. Да, как-то я об этом не думал. Ненавидеть. Ну, так уж мне многих бы надо ненавидеть. Того же Владимира Николаевича, скрывшегося, кстати, в неизвестном направлении. - Это не причина. Если бы ты знал больше, если бы Сергей знал больше, ему бы и в голову не пришло такое. - Так расскажи. - Расскажу, - согласился я, - только ты мне пообещай, что попросишь Серёжу больше никому ничего не говорить. Профессор считает, это опасно. - Да, проснётся, сам попросишь, - отмахнулся Макар. Пересказывать события было странно, совсем странно. Как-то не привык я к такому. Но с другой стороны, это было почти приятно. Хотя, вот не стоит ли такое держать в секрете? Стоит. Только не рядом с тем, кто считает иначе, и уже все открыл... - Да-а, - протянул Макар, когда я закончил. - А я думал, у вас тут спокойно. - Ну, я тоже думал, что у нас тут все спокойно, - хмыкнул я. - А я думал, вы мне дадите поспать спокойно! - выкрикнул Серёжа, приоткрыв глаза. - Нашли о чем болтать. Весело вам, конечно. Тебе все простили, - буркнул Серёжа мне, - а ты просто свалил. А мне будет совсем невесело, если отец узнает. И Эля... Вот что с Элей теперь делать? - Нечего было... - начал Макар, но я перебил его: - Если ты хочешь, я ей все сам скажу. У меня будет больше шансов остаться в живых после.