Меж двух миров

На этот раз всё получилось не так, как обычно. В первый момент возникло ощущение, будто он рухнул вниз с немыслимой скоростью, его закрутило и словно спеленало. А потом Фе вторично отключился. А когда очнулся, странно себя почувствовал, было такое ощущение, словно он плыл на немыслимой высоте лицом вверх, над ним простиралось необозримое ослепительное бирюзовое небо и яркое, нестерпимо слепящее глаза солнце. Ему потребовалось немало времени, чтобы развернуться вниз лицом, поскольку очень хотелось понять, где он находится и что с ним вообще происходит. Тело казалось огромным и неуклюжим, словно тесто, он почему-то никак не мог его собрать, оно то и дело расплывалось и меняло форму, совершенно не подчиняясь ему. Наконец, после бесчисленного количества попыток Фе всё-таки перевернулся и ахнул, опознав, где он, и мгновенно определившись со своим местоположением. Это была Земля! Пусть и не совсем такая, какой он ее запомнил. Фе вглядывался в медленно проплывающие под ним материки непривычной формы, но вполне узнаваемые. Но спустя какое-то время внезапно понял, что не один, их много… много таких же больших и неуклюжих, слегка мерцающих в лучах солнца. Они медленно и дружно дрейфовали по небу, поблёскивая то ли гранями, то ли нитями, кто-то выше, кто-то ниже. Фе оказался примерно посередине этой странной «компании». Он не понимал, как здесь очутился и что это значит, зачем ему это показывают. И вдруг те, кто находился в самом низу, буквально на глазах стали распадаться. Вернее, рассыпаться и неспешно опадать крупинками вниз. Смотрелось это фантастически красиво. Но бессмысленно. «Получается, и я… и мы когда-нибудь распадемся и станем… чем?» — вдруг озадачился Фе. Главная проблема состояла в том, что он ощущал себя самим собой. Понимал, что здесь чужой. И вдруг ему показалось, внизу происходит что-то странное: осыпавшиеся вниз частички, хаотично перемещаясь, соединялись, образуя нечто странное, полупрозрачное и имеющее форму: одни непонятно куда ковыляли по каменистой почве, другие плавали в воде, то и дело ныряя, третьи замирали на месте, а четвертые сливались друг с другом, образуя единое целое. Зрелище было жуткое и одновременно завораживающее. А потом Фе внезапно ощутил толчок и стал стремительно подниматься, лазурное небо прямо на глазах меняло цвет, превращаясь в бархатное, усыпанное звёздами покрывало, окутывающее со всех сторон и манящее. У Фе непонятно откуда возникло чувство, что он возвращается домой. Он стремительно удалялся прочь от планеты, будто устремляясь на чей-то зов. Да, ему действительно казалось, что его звали… Фе очнулся на своей постели и долго приходил в себя, пытаясь осмыслить, что же он такое увидел. Вернее, что ему в очередной раз показали. А то, что ему это показали, он даже не сомневался. Фе лежал с закрытыми глазами, ощущая, как чьи-то руки ласково гладят его по голове. — Не плачь, — услышал он уверенный голос Фаэ, — он вернулся. Я теперь его чувствую. Непробиваемый, как большинство космонов. Как был космоном, так и остался, этих не переделать — по жизни непробиваемые, несдвигаемые и упёртые, — повторила она. — Уж на что я упрямая, но этот даже меня переплюнул! Опять небось влип. — Почему ты так говоришь? — встревоженно спросил Ирани, не отрывая рук от того, кто был ему как сын. — Да видела я эти его провалы. И не раз. Он же Видящий. По первости, конечно, было жутко, потом привыкла. Скрад, кончай придуриваться. Открывай сейчас же глаза. Ты нас напугал! Даже Йена. Он внезапно запаниковал и сказал, что ты пропал и больше тебя не чувствует. Хорошо, я была рядом, смогла парня успокоить! Как знала, что не надо далеко уходить. А ты Йена… Фе прислушался и кивнул. — Да, он рядом, — с трудом выдавил из себя. Мышцы лица и язык не особо слушались его. «Ух, как меня прихватило! Йен, не бойся, я вернулся. Сильно перепугался?» «Оооочень! Ты не представляешь, как жутко снова остаться одному». «Это ж твоё тело». «Я не ощущаю его своим. Оно твоё, Зорген, и я, каждый раз оказываясь в нём… ну… боюсь сделать что-то неправильное. Большое, большое тебе спасибо! Я так рад, что увидел папу, но почему-то сильно устал. Я посплю, хорошо?» «Да, малыш, спи. Мне тоже надо прийти в себя». «Зорген, можно спросить? Оно очень страшное, твоё видение?» «Скорее, странное. Я пока его не понимаю. Дело в том, что это не совсем видение. Если я правильно понял, то увидел прошлое, очень далёкое прошлое. Но зачем? Не переживай, спи, я рядом и никуда не денусь». Фе медленно открыл глаза, их резало так, как будто он их не открывал целую вечность. — Меня долго не было? — спросил, обращаясь к Фаэ. — Не так чтобы, но достаточно. Мне, между прочим, нельзя нервничать, — буркнула та, вглядываясь в него. — Вроде всё нормально. Бывало и хуже. Да уж, напугал ты нас… Я в первый момент даже не поняла, что произошло. Фаэ забралась к нему на постель и, прижавшись, обняла. «Покажешь, что видел?» Фе хмыкнул, потёр кончик носа и показал. Ошарашенная Фаэ аж села и уставилась на него круглыми глазами. — А… э… это же Земля! Да? Я угадала? — У меня тоже сложилось такое впечатление. — Но… но что это?! Какой смысл?! Фе пожал плечами. — Можно только предполагать. Но пока ничего не лезет в голову. Я даже не понимаю, зачем мне это показали. — Немудрено, что Йен испугался. Я бы тоже на его месте перетрухнула. Откуда в тебе это, скрад? Из каких выплыло глубин? Правда или чья-то выдумка? — Вряд ли. Думаю, это когда-то происходило, но очень давно. Я вижу то, что уже случилось или случится в будущем. — А меня… меня видишь? Что было или будет? — Нет, радость моя. Пути близких мне существ, с кем переплетены мои пути, я не вижу, слава Богам. Иначе можно умом тронуться. Я знаю, что ты хочешь узнать. Не торопи события, лапуля, всему своё время. Ирани… — Фе осторожно взял фиолетового рэрди за руку. — Я обязательно помогу Йену. Не знаю как, но помогу. Ты рад, что увидел его? — Очень. Только… мой Йен совсем… совсем ребёнок. Так и остался… Сумеет ли он повзрослеть? — Конечно. Мы ему поможем, всему научим. Потихоньку привыкнет. Сейчас главное понять, как его отделить от меня. Слава Богам, есть к кому обратиться и за помощью, и за консультацией. Но сначала мне надо прийти в себя. Пойду поплаваю. Компания мне не нужна. — Скрад, я тебя одного не пущу. Обещаю, приставать не буду, - решительно заявила Фаэ. И в результате все же увязалась за другом, а на полдороги выяснилось, что к ней прицепился хвост. Фаэ углядела вдалеке Элли, ухитрившуюся улизнуть от отца. Она переместилась к ней и подхватила на руки. — Сейчас придём на пляж и Фе тебе ручки залечит. — Пафф? — с серьезным видом спросила кроха. Фаэ беззвучно рассмеялась, чтобы не напугать Элли. — А чего сама не заживила? — спросил ее позже Фе. — Я пока стараюсь энергию не тратить. На всякий случай. Вдруг понадобится? Не переживай, мы не будем тебе мешать. Да, лапуля? Пойдём плавать? - предложила она малышке, и та радостно запрыгала. Они действительно так увлеклись друг другом, что Фе остался в одиночестве, впрочем, совершенно этим не расстроившийся. Проплавав с час, он устроился на песке и, прикрыв глаза, стал прикидывать, с чего начать операцию по спасению Йена. Он поговорил сначала с варером, потом с Кванрре, с Сиффом и Ойю. Затем пообщался со Стражем, Свиусом и Энлили. Все друзья порадовались тому, что Йен жив, и дружно стали придумывать, как ему помочь. К тому времени, как Фе закончил разговаривать с Энлили, чуть поодаль, в тени раскидистых кустов устроились, тихо переговариваясь, четверо: Свиус, Кванрре и сеточники. Увидев, что он освободился, переместились к нему. — Мы тут подумали, — начал Сифф, — и решили, что надо бы тебе сходить к Оракулу. — А смысл? Они не видят мои пути. — При чем тут твои пути? Мы говорим о Йене. Фе ошарашенно уставился на друзей. — Вдруг что-то увидят и хоть какую-то дадут подсказку? — предположил Энлили. — А к кому лучше? — Без разницы. Просто интересно, что они скажут. Можно нескольких послушать. Вдруг дадут зацепку? — пояснил Кванрре. — Пока мне ничего не лезет в голову. Прости, но я озадачил Инхиа. — Он знает. Я его первого «обрадовал». — Как ты себя чувствуешь? — Кван взял его за руку, отведя взгляд в сторону. — Не понимаю. — У меня идут энергопотери. Я сначала не почувствовал, а последние два раза весьма ощутимо. Сифф встревоженно посмотрел на него. — Значит, он подпитывается от тебя, ты поддерживаешь бывшего хозяина тела и с каждым разом делаешь Йена все сильнее. Надо как можно скорее вас разъединить. Не думаю, что ты готов впустить парня в свою личную жизнь, — пробормотал Ойю. — Я в состоянии нас разграничить. — Ты уверен, Зорг? — спросил Кван встревоженно. — Или так себя, а заодно и нас успокаиваешь? Надолго тебя хватит? Подпитка идёт даже сейчас, я вижу, похоже, ты запустил какой-то процесс. Возможно, необратимый. Нужно что-то делать. Сифф… — Не отвлекай, я думаю. Сейчас, а то мысль ускользнет, потом устану ловить. Где-то… где-то… Ойю, любовь моя, ты не помнишь? Мальчик такой… худенький, большие глаза, на левом ухе такая фиг… не толкайся, ну, висюлька такая… Мы тогда куда-то торопились… Стоял на ступенях Храма. — Ой, вспомнил! Но вот на какой планете это было… — Ему достаточно картинки, — отмахнулся Кванрре. — Зорг, не расслабляйся. Попробуй блок поставить. Вот, сейчас гораздо лучше. — Рре! — Элли обняла его, с восторгом разглядывая. — И я рад тебе, маленькая королева. О, вы познакомились. Светлого пути, Фаэ. Помощница тебе растет. Фаэ звонко рассмеялась шутке йярра и подхватила Элли на руки. — Ну и до чего вы додумались? — Решили спросить у Богов. Фаэ фыркнула, услышав Фе. — Бесполезно. Разве только… они увидят пути Йена. Или не увидят. Да, пожалуй, это неплохой вариант. Только к какому Оракулу? На Виме? — И туда тоже. Попробую сегодня. Вспомните поотчетливее, где вы того мальчика видели. Сифф с Ойю переглянулись. — Поймал! Он совсем мелкий. — С меня ростом, — подтвердил сеточник. — Ну и чего сидим? Давай двигайся быстрее. Фаэ рассмеялась. А Кванрре предложил свою помощь, но Фе отказался и, быстро одевшись, решительно шагнул в неизвестность.