maybe you're my love

      - Я считаю, - ворчит Чжунхэ. - что в нашей школе существует серьезный дисбаланс. Есть ли что-нибудь, - не считая учебы -, что запрещают делать школьному Комитету?       Похоже, Донхёку стоит многих усилий не закатывать глаза. И, ладно, Чжунхэ готов в этом признаться - ему просто нужно найти компромат на Комитет. Если бы не досадная встреча на прошлой неделе с Кан Сынюном, членом школьного Комитета, Чжунхэ сейчас бы нежился в своей постели.       Вот как это случилось: утром в пятницу шел сильный дождь, идеальная погода для сна. Чжунхэ не ожидал, что кто-то будет сторожить ворота после начала первого урока. Сынюн выглядел слишком счастливым, записывая Чжунхэ в свой темно-синий блокнот и не забывая напомнить ему, что у него уже было два нарушения.       Быть одиночкой не такая уж большая потеря. Но у Чжунхэ был Донхёк, который каждый день будил его по телефону, а потом звонил в дверь до тех пор, пока Чжунхэ не спускался и не просил его заткнуться. Сейчас Ким начал прибегать к более радикальным мерам, чтобы приучить Чжунхэ ходить вместе с ним в школу рано утром.       Чжунхэ не нравится быть на улице в это время. Фонари выключили, а солнце только-только показывается на горизонте, и они уже почти десять минут идут в темноте. Чжунхэ машинально перебирает ногами, в его голове пусто. Он уверен, что набил себе кучу синяков от всех почтовых ящиков и фонарных столбов, на которые ему позволил налететь Донхёк.       - Наша школа занимает третье место в регионе по успеваемости и дисциплине, - говорит Донхёк с видом человека, обожающего разбрасываться бессмысленной информацией в разговоре. Он поправляет свои очки и еще больше становится похожим на ботаника. - И это с учетом того, что на Комитет нагрузили еще больше работы, а мы даже не надеялись попасть в десятку.       Чжунхэ удивляется, как еще Донхёк до сих пор не прибавил как показали исследования или я это точно знаю. Трудно представить, что кто-то вроде него способен разбить окно спальни Чжунхэ, чтобы разбудить его до рассвета.       - Система до сих пор успешна, - продолжает Донхёк. - в основном потому, что... ну, знаешь... Вместо того, чтобы слушать учителей, которые указывают им что делать, ученики скорее уважают мнение других учеников. Учеников, которые такие же, как все.       - Никто из школьного Комитета не похож на нас, - перебивает его Чжунхэ. - Особенно ты. У вас или смехотворно хорошие оценки, или занятость в трех клубах по интересам, или еще какие-нибудь странности. Ты подходишь под все три пункта.       Донхёк вздыхает и снова поправляет очки:       - Может быть, если бы ты вступил в Комитет, ты бы понял, как это трудно.       - Может быть, если бы ты хоть с кем-нибудь подружился, ты бы не был одиночкой, - парирует Ку. И тут же сожалеет о сказанном. Он может почувствовать, как его сковывает сильная головная боль, вытесняя все мысли.       К счастью, Донхёк не выглядит расстроенным, только немного раздраженным.       - Я не одинок, - улыбается он. - Ты ходишь со мной в школу.       - Потому что я твой сосед, - бормочет себе под нос Чжунхэ. Ему хочется спать. Донхёк разбудил его, и сейчас это делает Кима врагом в глазах Чжунхэ. - Ты вытащил меня из дома, так что навряд ли у меня был выбор.       Донхёк не отвечает. Когда Чжунхэ больше не может выносить молчания, он продолжает с того места, где закончил:       - Меня раздражает каждый второй в Комитете. Кан Сынюн думает, что он рок-звезда. Бан Мина пустоголовая, но почему-то всегда первая по успеваемости в своем классе. А Ю Ёндже... он робот, - и когда Донхёк многозначительно приподнимает бровь, добавляет: - Я знаю, что это факт.       На этот раз Донхёк закатывает глаза:       - А как насчет Ким Чжинхвана?       - А что с ним? - спрашивает Чжунхэ. Получается более сердито, чем ему бы хотелось.       - Он ведь в Комитете, почему на него не жалуешься?       Чжунхэ приходится отвернуться, чтобы избежать внимательного взгляда Кима. Он демонстративно не думает о Ким Чжинхване, крошечном старшекласснике, который помимо того, что привлекательный, умный и ответственный, так еще и хороший человек. Чжунхэ понял это, когда Чжинхван подтягивал его к контрольной по алгебре, после того как он провалил ее в прошлом году. Честно говоря, он-то и провалил ее только потому, что узнал, что Чжинхвана занесли в список школьных репетиторов.       Это идет вразрез с обидой Чжунхэ на Комитет, но с другой стороны, Чжинхван - единственный из его членов, кто кажется нормальным. И вполне симпатичным. И действительно очень милым.       Донхёк все еще не сводит с Чжунхэ глаз. И когда Ку продолжает молчать, тот не может сдержать мстительной улыбки:       - О, как я мог забыть! Ты же считаешь Ким Чжинхвана идеальным.       Чжунхэ чувствует, как у него вспыхивает лицо:       - Я этого не говорил, - протестует он. - Он просто... хороший. Слишком хороший. И это не нормально.       Донхёк тут же картинно изображает рвотные позывы, в тайне наслаждаясь моментом.       - Кстати, Чжунхэ, ты должен что-то сделать со своей привычкой разговаривать во сне, - Донхёк прикрывает глаза и драматично кладет ладонь на лоб. - "Чжинхван, возьми меня!".       Чжунхэ в ужасе смотрит на него:       - Ты все это выдумал!       - Да, выдумал, - признается Донхёк и опускает руку. - но ты все равно слишком палишься, - и смеется, встретив свирепый взгляд Ку. - Очаровательно. Чжунхэ влюбился.       Донхёк просто пытается его разозлить, нет смысла пытаться опровергнуть его слова. Чжунхэ стонет:       - Заткнись, пожалуйста.       Странно, но Донхёк подчиняется. Но самодовольное выражение не сходит с его лица, пока они не пересекают школьные ворота. Чжунхэ думает о том, чтобы извиниться перед Кимом за свои слова или, по крайней мере, сказать ему, что не считает его раздражающим, когда Донхёк жестом просит его подойти поближе.       Ким вытаскивает из рюкзака ручку и знакомый темно-синий блокнот.       - Погоди, - обалдело говорит Чжунхэ. - Что ты делаешь? Не...       Донхёк поднимает ручку:       - Ку Чжунхэ, у тебя не заправлена рубашка, не видно носков и тебе нужно подстричься. Три нарушения школьных правил. Сегодня у меня хорошее настроение, поэтому я делаю тебе предупреждение и записываю это как "неподобающий вид". А в наказание тебе придется остаться после занятий.       Чжунхэ стоит с раскрытым ртом, пока Донхёк яростно строчит в своем блокноте. Занятия еще не начались, а день уже выдался хреновым.       - Ты не можешь оставить меня после занятий, - кричит Чжунхэ. - У меня и так уже два предупреждения. Ты вынес третье. Какого черта, Донхёк...       - Ничего не знаю, - невинно вздыхает Ким. - У тебя два предупреждения. Наказание пройдет с трех до пяти. Не опаздывай и только попробуй не прийти, а не то на следующей неделе получишь двойное задержание, - он закрывает блокнот.       Чжунхэ ошарашен. Похоже, он недооценил Ким Донхёка.       - Не могу поверить, что ты оставляешь меня после занятий, - говорит он. - Я ведь твой друг.       - Сосед, - с ухмылкой поправляет его Донхёк, прежде чем повернуться и зайти в свой класс.       Единственный плюс в шастании по коридору на третьем этаже заключается в том, что в конце обеденного перерыва там появляется Чжинхван. Минус заключается в том, что обычно Чжинхван появляется там в обществе Бобби и Ханбина.       - ...клянусь, я видел, как Ли Сынхун отсидел свое наказание в библиотеке, - Бобби разговаривает громко и всегда активно жестикулирует. - Я отвечаю, в него точно что-то вселилось...       Чжунхэ легко может игнорировать его. Немного труднее игнорировать то, как Бобби наклоняется к лицу Чжинхвана, когда разговаривает с ним. Или то, как Ханбин небрежно кладет свою руку на плечи Чжинхвана. Чжунхэ старается контролировать выражение своего лица. Он совершенно точно уверен, что никто из них не встречается с Чжинхваном. У него просто не может быть такого плохого вкуса. Наверное.       - Чжунхэ! - Чжинхван мягко улыбается глазами при виде него. Ку чуть было не начинает пятиться назад, удивленно смотря на парня.       Бобби продолжает свой рассказ, как будто его не прерывали, а Чжунхэ тупо стоит и смотрит, как Чжинхван идет к нему. И запоздало вспоминает о словах Донхёка с утра. Уже слишком поздно для того, чтобы беспалевно поправить носки, но Чжунхэ быстро проводит рукой по волосам, чтобы те выглядели более опрятно. Ладони тут же покрываются потом.       - Привет, - Чжинхван подходит так близко, что Ку приходится немного наклониться, чтобы посмотреть ему в глаза. Нарушать личное пространство Чжинхвана не так уж и плохо, только если это не делает Бобби. Чжинхван, смотря на него снизу вверх, ухмыляется. - Мне нужно поговорить с тобой. Не возражаешь?       У Чжунхэ внутри все переворачивается верх дном.       - У меня проблемы? - спрашивает он. Это смешно, но ему нравится думать, что, несмотря на то, что Чжинхван один из членов школьного Комитета, который имеет доступ ко всем отчетам, тот считает Ку примерным студентом.       Чжинхван поворачивается к своим друзьям:       - Увидимся после занятий, - кричит он им, пропуская вопрос Чжунхэ мимо ушей. Они кивают, но Чжунхэ успевает заметить, как Ханбин напоследок косится в их сторону, а Бобби без конца подмигивает старшему Киму. И чуть было не подскакивает на месте, когда Чжинхван хватает его за запястье.       Если сердце Чжунхэ и бьется сильнее обычного, то это только из-за того, что ему грозит двойное задержание или еще что похуже, а не потому, что Чжинхван ведет его в какой-то кабинет, находящийся Бог знает где, в котором они останутся наедине.       Чжунхэ даже немного разочаровывается, когда в конце концов его заводят в зал для переговоров. Чжинхван открывает перед младшим дверь и закрывает ее за собой.       Чжунхэ впервые оказывается в подобном месте. Переговорная намного больше любого кабинета для клуба, с большими окнами, задрапированными занавесками школьных цветов. Повсюду стоят мягкие диваны, а в центре устроился огромный конференц-стол. Чжинхван ведет его к одному из шкафов у стены.       Чжунхэ пытается расслабиться.       Когда Чжинхван подтягивал его по алгебре, Чжунхэ, по крайней мере, постоянно находился рядом с ним. Но с каждым днем ему становилось все труднее подавлять в себе мысли, что он неуместно смотрится в обществе старшего и что вскоре он так или иначе опозорится. Он начал нервничать. Быть может все дело было в том, что в отличие от его мимолетных влюбленностей в средней школе, чувства к Чжинхвану не исчезли через полгода. Или, может быть, потому, что всякий раз, когда Чжунхэ видел старшего, он не мог не представить себе, каково это было бы - целоваться с ним.       Чжинхван вытаскивает из шкафа объемную папку и раскрывает ее. Будто почувствовав напряжение Чжунхэ, он дарит ему мимолетную улыбку, словно извиняясь, и сердце младшего начинает медленно таять.       Когда-нибудь Чжунхэ научится контролировать себя в присутствии Кима, он точно знает это.       - Согласно этим записям, ты не делаешь ничего плохого, - подает голос Чжинхван, водя указательным пальцем по странице. - Но и ничего хорошего.       Так он просто хотел обсудить с Чжунхэ его поведение. В голосе старшего строгие нотки, и Чжунхэ старается смотреть куда угодно, лишь бы не на него. Позади Чжинхвана на шкафу стоит небольшой сейф, с наклейкой строго конфиденциально. Ммм.       - Сейчас ты успеваешь по всем предметам, но в прошлом семестре завалил алгебру, что грозило тебе повторением курса, - Чжинхван закрывает папку, а вместе с ней, к счастью, выключает режим члена школьного Комитета. Выражение его лица смягчается. - Я помог тебе с алгеброй, - как будто бы Чжунхэ мог забыть об этом. - и через месяц ты исправил свои оценки.       Сначала Чжунхэ не может не радоваться тому факту, что Чжинхван знает о нем столько всего, а потом понимает, что старший считает его отстающим.       Неожиданно его поражает мысль, что его действительно волнует, что думает о нем Чжинхван.       Чжинхван, кажется, принимает растерянность младшего за недовольство. Он задумчиво смотрит на Чжунхэ:       - Что мне сделать, чтобы заставить тебя учиться?       Предложение звучит так заманчиво, что Чжунхэ тут же становится стыдно за свои мысли. Чжинхван явно не имел в виду ничего лишнего, отчего младшему становится еще хуже, потому что единственное, что он хотел получить от Чжинхвана, это...       - Поцелуй, - срывается с языка.       Блять. Он не хотел произносить это вслух.       Ким ошарашенно округляет глаза:       - Э-э-э... что?       Чжинхван стоит совершенно неподвижно, пытается что-то сказать, но не может подобрать подходящих слов.       К сожалению, Чжунхэ никак не мог собраться с мыслями, чтобы хоть как-то отреагировать. Да, в средней школе он наделал много глупостей, но сейчас все по-другому.       У него было несколько вариантов развития событий:       1. Он может попробовать обратить все в шутку. Даже если Чжинхван ему не поверит, то, наверное, он сможет подыграть младшему. Из-за смущения Чжунхэ придется избегать его несколько недель, но потом жизнь наладится.       2. Чжунхэ может столкнуться с неизбежным - с отказом. Да, не самый лучший результат, но зато не надо будет придумывать отговорки. Этим Чжунхэ даже сможет вызвать немного сочувствия у Донхёка и списать у него домашнее задание по английскому завтра утром.       3. Чжунхэ может убежать. Конечно, к Чжинхвану дверь гораздо ближе, чем к нему, но на его стороне эффект неожиданности. Плюс у него длинные ноги. Быть может, он окажется за дверью гораздо быстрее, чем Чжинхван успеет моргнуть.       И вот когда Чжунхэ мысленно начинает обратный отсчет, готовясь к побегу, Чжинхван делает несколько шагов вперед, подойдя к младшему вплотную.       - Я знал, что у тебя есть способности к математике, - шепчет Чжинхван, а потом становится на цыпочки, чтобы поцеловать его.       Чжунхэ машинально закрывает глаза. В голове мигом пустеет, а тело немеет от шока. В этот момент он не смог бы вырваться, даже если бы захотел... ага, конечно. Ким Чжинхван       целует его. Все в точности повторяет одну из его фантазий, вот только тепло тела и губ Чжинхвана реальнее чувствуется.       А потом начинается что-то странное.       Сначала все идет как надо: Чжунхэ не чувствует своего тела, словно его душа вырвалась оттуда и теперь парит над землей, а затем происходят сразу несколько вещей одновременно.       Чжинхван издает какой-то странный звук ему в губы, и у Чжунхэ есть только секунда, чтобы задуматься, что он делает не так, прежде чем его полностью не выводит из равновесия. Он падает и разрывает поцелуй. По неизвестной причине, его тело перестало подчиняться ему.       Чжунхэ падает, в процессе громко визжа словно не своим голосом, и приземляется на задницу.       Он часто моргает, пытаясь прийти в себя. Зал вокруг него все такой же, как и мгновением раньше, но что-то явно изменилось. А потом он переводит взгляд на Чжинхвана... или, по крайней мере, туда, где он ожидал увидеть Чжинхвана. Но человек, стоящий перед ним, определенно не Ким Чжинхван.       - Что за...       - Ты...       При звуке своего голоса Чжунхэ машинально закрывает рот ладонью, примерно то же самое делает и его точная копия напротив, широко раскрыв глаза от немого ужаса. Это сбивает с толку, словно смотришься в зеркало. Его копия стоит на том самом месте, где до этого стоял Чжинхван, а сам Чжунхэ не может подняться с пола.       Копия медленно убирает руку от рта, удивленно рассматривает ее, а затем поворачивается к Чжунхэ:       - Чжунхэ, - шепчет она. - это ты?       Чжунхэ надеется, что не выглядит так же глупо, как ему представляется. Он оцепенело повторяет действия своей копии, вытягивая свою руку, чтобы рассмотреть. Она маленькая и явно не его.       А потом все встает на свои места. Изменился не зал, теперь он просто видит ее другими глазами. Глазами Чжинхвана.       - О Боже, - кричит Чжунхэ. - я - это ты!       В голове Чжунхэ слишком много мыслей.       Чжинхван - в теле Чжунхэ - выглядит ничуть не смущенным таким поворотом событий. Он кусает губы и это выглядело бы очень мило, не делай он этого в теле Чжунхэ.       - Что...?       Чжунхэ качает головой, не находя подходящих слов.       Если забыть о том, что они поменялись телами, ничего больше не изменилось. Чжунхэ хмурится, а Чжинхван снова смотрит на свои руки, с интересом сжимая и разжимая ладони. Он не разочарован, просто в шоке и даже немного очарован. И совсем не похож на человека, чей день был так просто испорчен.       И, ладно, не нужно было им целоваться! Но что уж теперь делать?       - Эй, - подает голос Чжунхэ, пытаясь собраться с мыслями. - Ты думаешь, это случилось из-за того, что мы... - он закрывает рот, слишком стесняясь произнести это вслух.       К счастью, Чжинхван понимает его с полуслова: - Поцеловались? - спрашивает он, округлив глаза. - Получается, если мы сделаем это снова, то...       Их прерывает стук в дверь.       Чжунхэ совсем забыл о то, что они все еще были в школе. Он успевает обменяться кратким, перепуганным взглядом с Чжинхваном прежде, чем на пороге появляется Чон Чану. Парнишка, который на биологии сидит напротив Чжунхэ.       - Чжинхван? - неуверенно начинает он. - Ханбин сказал, что ты будешь здесь, и я...       При виде них он бледнеет. Чжунхэ все еще сидит на полу, а Чжинхван стоит рядом, неловко возвышаясь над ним и лихорадочно думая.       Эта неловкая пауза дает Чжунхэ достаточно времени на то, чтобы проклясть свою удачу и пересчитать все школьные закоулки, где можно спрятать труп.       Первым приходит в себя Чжинхван.       - Чану? - испуганно лепечет он. - Не мог бы ты оставить нас на минутку?       Чану пропускает его слова мимо ушей. На это уходит примерно две секунды, но до Чжунхэ все же доходит, что тот принимает его за Чжинхвана. Очень грубо.       - Что случилось? - спрашивает Чану, делая шаг назад. И, кажется, обращается он к Чжунхэ. - Что он...       Чану, наверное, думает, что они тут подрались. Чжунхэ оскорблен.       - Уйди, Чану, - огрызается он, за что получает пинок от Чжинхвана.       Чану переводит взгляд с одного на другого.       - Я хотел сказать, - бубнит Чжунхэ под строгим взглядом Чжинхвана. Боже, голос, сорвавшийся с его губ, в точности как у Кима. Голос Чжинхвана. Чжунхэ пытается подражать спокойному, добродушному тону, каким всегда говорит старший. - Ты что-то хотел, Чану?       Чану явно не в своей тарелке. Он испепеляет взглядом Чжинхвана, а затем поворачивается обратно к Ку:       - У меня появилось немного свободного времени, поэтому я подумал, что могу показать тебе тот класс с разбитым окном, о котором рассказывал вчера.       Теперь настала очередь Чжунхэ смотреть на Чжинхвана, что, собственно, само по себе было странно, потому что смотрел он в основном на самого себя. А еще это ужасно смущало, и, он уже упоминал, что это было странно?       Чжинхван многозначительно смотрит на него сверху вниз. К счастью, лицо Кима никогда не выдавало посторонних эмоций, что всегда нравилось Чжунхэ.       - Может, ммм, позже, - отвечает Чжунхэ, потому что последнее, что он хочет сейчас сделать, это идти куда-то с Чон Чану. И ему наплевать, что именно тот хочет ему показать. - Я немного занят. Ну, знаешь, делишки Комитета и... ауч, - скулит он, когда Чжинхван снова пинает его. - Ладно, ладно, пошли, - он встает и... хорошо, блять. Не просто встает, а поднимается по стеночке. Чжинхван на целую голову выше него, и теперь Чжунхэ приходится вытягивать шею, чтобы посмотреть ему в глаза.       Чану кивает. Чжунхэ надеется, что он выйдет первым и ненадолго оставит их наедине, но Чану не двигается с места, только выжидательно на него смотрит.       Стараясь вздохнуть как можно мягче, Чжунхэ заставляет себя последовать за Чану, а Чжинхван в это время ловит его за запястье. Или пытается. Он не привык к телу Чжунхэ, поэтому, ухватившись за рукав его рубашки, Чжинхван дергает его на себя. Чжунхэ нетвердо стоит на ногах, тело старшего очень сильно отличалось от его тела.       - Не делай ничего странного, - тихо шепчет Чжинхван, чтобы Чану их не услышал. - Просто пойди с ним, посмотри на то, что он хочет показать, и скажи, что займешься этим. Будь милым.       Чжунхэ итак достаточно милый. Он растягивает губы в широкой улыбке, чтобы задобрить Чжинхвана.       - Не делай ничего такого, чего бы не сделал я, - слабо улыбается он.       Чжунхэ выводит Чану из комнаты. Чану, который сейчас возвышался над ним. Ку это не нравится. Кажется, что коридор увеличился в размерах, и утешение приносит только то, что Чану молчит и даже не пытается начать разговор.       Чжунхэ позволяет ему вести себя.       Туалет на пятом этаже представляет собой тесную, тускло освещенную комнатку, совершенно лишенную жизни. Честно говоря, даже немного жуткую. Идеальное место, где Чжунхэ может спрятаться и позвонить Чжинхвану.       Чану ушел, как только показал Чжунхэ класс, о котором рассказывал. Это была заброшенная аудитория, расположенная в старом корпусе, которая, возможно, когда-то была помещением для какого-нибудь непопулярного клуба. Шторм на прошлой неделе разбомбил ее: окно пробила огромная ветка, а потолок изрядно протек.       Похоже, Комитет действительно предпримет меры относительно этого. До удивления обычная проблема, и Чжунхэ рад, что школьные средства идут на что-то подобное.       После осмотра класса Чжунхэ блуждал по коридорам, проходя мимо танцевальных классов и аудиторий для музыкальных кружков, пока не нашел этот туалет.       К счастью, Чжинхван не ставил пароль на телефон. Чжунхэ добавляет свой номер в список контактов (в список избранных), а после отправляет сообщение на свой номер через какаоток. Удобнее было бы позвонить, но отвечать на звонки во время занятий против правил, и Чжунхэ сомневается, что старший взял бы трубку.       Где ты? Все еще в переговорной?       Чжинхван присылает ответ, украшенный нервничающими смайликами:       Я на уроке, встретимся позже. Жду тебя в два в переговорной.       Чжунхэ массирует виски кончиками пальцев. Должен ли я уйти? Почему мы не можем сначала решить нашу проблему?. Он не спросил у Чжинхвана, откуда тот знает где проходят его занятия, наверное, члены школьного Комитета имеют доступ к подобной информации. Зато его интересует, почему участники Комитета никогда не идут на компромисс, а все бродят вокруг да около.       Пожалуйста, прикрой меня!       Чжунхэ не может отказать старшему. Он отвечает согласием, и Ким тут же заваливает его советами относительно того, чего ожидать от собрания Комитета (кучу отчетов), как вести себя (можешь не слушать, просто не привлекай к себе внимания), и поспешно прощается (поговорим позже, начинается урок!).       Чжунхэ стоит посреди туалета и не знает, что делать дальше. У него есть немного свободного времени до собрания Комитета, и он не должен опоздать. Ради Чжинхвана.       Убирая телефон Кима в карман, Чжунхэ замечает свое отражение в зеркале. Он видит перед собой лицо Чжинхвана, усталое и немного расстроенное, но Чжунхэ все равно не может отвести взгляда.       Вблизи Чжинхван такой же красивый, как и с дальнего расстояния. Чжинхван, блять, действительно милый.       И тут в голову Чжунхэ приходит идея. Он понимает, что она ужасна, но все равно вынимает телефон и включает фронтальную камеру.       Для начала Чжунхэ пытается просто улыбнуться, но получается не очень, наверное потому, что Чжунхэ улыбается своей обычной улыбкой. Затем он делает эгье. Надувает щеки и хлопает ресницами, снимая себя с разных ракурсов. Ну а потом делает что-то совершенно рисковое: прикусывает губу, ухмыляется, прикрывает глаза.       После десятка селок Чжунхэ становится нехорошо. Его лицо - нет, лицо Чжинхвана - краснеет с каждой новой фотографией и, блять... Ему нужен холодный душ. Хорошо, нет, все не так уж и плохо, но ему нужно остановиться.       Дрожащими пальцами Чжунхэ удаляет сделанные им фотографии. Он чувствует себя слишком виноватым, чтобы дальше рыться в галерее Чжинхвана. Отлично, теперь я больше никогда не смогу взглянуть Чжинхвану в глаза.       Он дает себе несколько минут, чтобы успокоиться. Подходит к раковине и умывает лицо холодной водой, и постепенно румянец с щек сходит. Пришло время отправиться в переговорную.       Чжунхэ открывает дверь, но не успевает сделать и шага, как его едва не сшибает чье-то тело. Ку отскакивает в последнюю секунду с совершенно несолидным писком. Чжинхван легкий, но он все еще твердо стоит на ногах. Может, во все виноват низкий центр тяжести или что-то подобное.       У Чжунхэ на языке вертятся грубые ругательства, но тут тело поворачивается к нему, и он встречается с лицом Кан Сынюна.       Выражение лица Сынюна за три секунды меняется с раздраженного на удивленное. Чжунхэ так часто попадал в подобные ситуации, что надеяться, что Сынюн отпустит его без допроса, не было смысла.       - Привет, Чжинхван, - говорит Сынюн, улыбаясь, и эта улыбка намного более искренняя, чем его обычная самоуверенная. - Не ожидал встретить тебя здесь.       Чжунхэ хмурится, и с лица Кана исчезает улыбка. - Ты, э-э-э, собираешься на собрание? - спрашивает Сынюн.       Не стоит, наверное, впиваться взглядом в каждого члена Комитета, с которым ему придется столкнуться, неохотно решает Чжунхэ. Он кивает и пытается улыбнуться.       - Круто, - радостно вздыхает Сынюн. - Пойдем вместе.       Чжунхэ чувствует, как у него напрягаются мышцы лица.       - Нет, все нормально, я... Сначала мне кое-что нужно сделать, - Чжунхэ очень неубедительно врет и скрещивает пальцы наудачу.       - О, тогда увидимся там, - он поворачивается на каблуках и быстро уходит, словно забыл зачем приходил в этот туалет. А может у Сынюна вошло в привычку просто так ходить по туалетам, но Чжунхэ ничего не хочет об этом знать. Кажется, Кан ни в чем его не заподозрил. Либо Сынюн идиот, попавший под чары Чжинхвана, либо Чжунхэ невероятно повезло.       Чжунхэ мысленно отсчитывает пять минут, чтобы потом вновь не нарваться на Сынюна, и нехотя плетется к переговорной.