Академия белой лилии.

Иван обнаружил себя лежащим на полу. "Н-да, нехорошее знакомство вышло. А я-то собирался с ними подружиться. Хотел как лучше, а получилось как всегда..." Он вздохнул и начал подниматься с пола. Для этого он оперся на встроенный в учительский стол умывальник, но раковина не выдержала его веса (как и трубопровод), благодаря чему и отломилась, пустив фонтаном струю воды в потолок. Та, тем не менее, вскоре сошла на нет. Рухнувший обратно на пол Брагинский в недоумении посмотрел на выломанную сантехнику и решил, что здесь она еще хуже, чем иной раз в его родной стране. Он поднялся. Среди осколков раковины торчала, с виду вполне себе крепкая труба от водопровода и Ваня решил, что возьмет ее себе. Выйдя из кабинета, он собирался было запереть дверь, но обнаружил, что таковая отсутствует. Пришлось просто уйти. Пока Иван шел до учительской, он размышлял о том, от чего же помер предыдущий учитель, на чье место его срочно пригласили, где его, вроде как, здесь учащиеся сестры, и что бы могло обозначать столь странное изменение плана учительской – после полной перерисовки чертежа русским, люки появились под каждым учительским столом. *** - О, привет, - поприветствовал Гилберт подошедшую Юдифь, не отрывая взгляда от расписания. Парень был одет в осенний плащ, что свидетельствовало о недавней прогулке. Погода на улице была не ахти какая. - Вот географию я и прогуляю... - Опять пойдёшь академию изучать? - глядя в сторону расписания, но как бы сквозь него, спросила девушка. - Тогда я с тобой. "Оказывается, я проспал в классе аж до следующего дня... Н-да. Теперь надо найти Байльшмидта. А вот и он..." - Я... - хотел было ответить прусс, но заметил надвигающегося учителя. - Упс... - Байльшмидт, мистер Вэнс требует вас к себе... Это что-то на счет философии. Альбинос поморщился. - Я сплю. - Да что ты... - учитель положил руку ему на плечо и повел за собой. "Надо с ними со всеми подружиться... И с этим наглым выскочкой тоже... Все будут дружить с русскими." - Да куда ты меня тащишь?! - Гил от такого обращения с собой забыл про приличия. - Не хочу! Юдифь тихо следовала за этой "парой", не слушая вопли Гилберта, а внимательно оглядывая стены, потолок и пол коридора. - Как дитя малое, честное слово, - произнёс Иван, когда приволок его в учительскую. - Мистер Вэнс, я привел того, кого вы просили. Вэнс стоял перед своим развороченным столом, гневно сверля взглядом прусса - кто, как не этот задира мог так испоганить его стол в отместку за двойку по контрольной. Альбинос пнул Ивана в ногу. - Гилберт! Ты меня вывел! "Упс... - подумал Ваня - Это же был я..." - он, тем не менее, не слушая ругани учителя, поглядел на люк под его столом, не разжимая при этом плеча Гила и даже не заметил пинка. - Что я-то сразу?! - А кто это сделал?! Ну, всё! Сегодня вечером на отработку! Прусс, одаряя гневным взглядом обоих учителей, попытался развернуться и уйти. Не вышло. Тогда он ущипнул Ивана за руку. - Жду вас, – Вэнс вышел. - Эээ, извини. Кажется, тебе влетело из-за меня… - всё так же держа ученика за плечо и забыв о сём факте, Брагинский пристально разглядывал люк в полу. - Видишь ли, я тут недавно вытащил из-под своего стола трех человек, кажется, они сейчас в медпункте. Можешь на них пожаловаться, если хочешь… Плечо Гила начало неметь. - Ну, олень же ты! На отработку сам пойдешь, - он всё же смог высвободиться. - Знаешь, ты мне дико напоминаешь одного придурка... - Правда, и кого же? - светловолосый наконец отвлёкся от люка. - Иосифа! Он точно такой же баран. И прекрати так улыбаться! - Иосифа? Не знаю такого. Ладно, я пошёл за аспирином, - мужчина развернулся. - "А то голова болит с похмелья." - Как же его полное имя? А, вот. Александр-Иосиф Брагинский, вроде. Ты такой же идиот! - Гилберт вышел следом за русским. *** - Доброе утро, - проснувшись, Штефан не стал как обычно будить Сашу, а просто перебирал его волосы. - Кажется это становится традицией. - Ну да, - брюнет улыбнулся. - Доброе утро. Калиш улыбнулся в ответ. *** - Какие на сегодня планы? - спросил Штефан чуть позже, после того как переоделся, посмотрел на часы. - Ну, даже не знаю. Какие есть предложения? - Саша пока только был в процессе переодевания. - Не знаю... - румын заметил на болгарине отсутствие рубашки, покраснел. - А ты куда бы хотел пойти? - Для начала, в столовую, - Ганев натянул на себя рубашку и, не застёгивая её, отправился на поиски пиджака. *** Венециано проснулся от того, что не мог дышать. Сначала он подумал, что у него снова пробиты лёгкие, но потом оказалось, что это испанец сидел рядом, но, уснув, упал на него и придавил. Антонио блаженно улыбался во сне и бормотал что-то про: "Ахаха, Лови, ты опять." Феличиано произвёл несколько безуспешных попыток выбраться из-под туши. - Томатный придурок, хорош калечить моего брата! - в палату зашёл, нет, влетел, Ловино. Венециано, тем временем, перешёл к плану Б и ткнул Фернандеса под рёбра. - Ой, Романо, прекрати, ахаха... Хррр... Ловино почему-то покраснел. Веня упал в обморок от нехватки кислорода. - Томатный придурок, - прошипел южный итальянец. - Ты моего брата до обморока довёл! Вставай, идиот! - он пнул испанца. Иван дошел до медпункта и, заглянув узнать, жив ли тот, кого он вчера спас, обнаружил, что тот снова скоро помрет от удушения. Срочно стащив Антонио с Вени, он встряхнул его . Феличиано резко вдохнул и закашлялся. Антонио открыл глаза и внезапно рухнул на пол - Иван разжал руки. - Ай-я-яй, я их тут спасаю, а они.. Антонио вскочил. - Романо! О, Венециано еще спит? Феличиано медленно сполз с кровати и спрятался в одеяле. От обоих. Романо пристально посмотрел на опекуна. - Доброе утро, - он смутился. - Надеюсь, он скоро поправится. Иван нагнулся к Феличиано и легонько потряс за плечо. Ловино сел на соседнюю кровать. Испанец подсел к нему. - Ты как, в порядке? - Да, - итальянец отвёл взгляд в сторону. Венециано старательно изображал куль. Или просто скомканное одеяло. - Я знаю, что ты не спишь ~ Феличиано высунул голову, и тут же шарахнулся от нависшего над ним Ивана. - Веее! Не бейте меняя! Ловино! - он стукнулся затылком о кровать и, съёжившись, завыл, теперь от ушиба. - Ты так давно не ел помидоров, что у тебя опять испортилось настроение? - Антонио продолжал с улыбкой доёбываться до Ловино, но тот решил его игнорировать. - А я всего-то хотел узнать выжил ли ты... Ладно, я пошел есть, - Брагинский ушёл, захватив с собой аспирин. - Ребята, пошли тоже есть! - предложил Антонио, поняв, что от Романо он внимания не добьётся - От помидоров и пиццы вам тут же станет легче! - Ага, конечно. Можешь меня понести, - с сарказмом отозвался Ловино. Венециано встал и оглядел себя. - Вее, мне, наверное, переодеться сначала надо. Я пойду в комнату. Встретимся в столовой, - он помахал рукой и выбежал из палаты. - Так что? Пойдём в столовую? - оставшись с опекуном наедине, Ловино посмотрел на него. *** Бернадет, проснувшись в комнате Романо, усиленно пыталась вспомнить как попала сюда, и когда ей удалось это сделать, девушка пожалела. Не обнаружив в комнате самого итальянца, Бернадет нереально обрадовалась и, встав, осторожно, опираясь на стену, двинулась в свою комнату. Голова раскалывалась, а ноги подкашивались, но это было ничто по сравнению с чувством стыда, которое охватило бедную шведку. Встретив Тино в коридоре, она замучено ей улыбнулась. - Ну вот и я сделала то, о чём потом буду сожалеть всю оставшуюся жизнь. - Что случилось? - Лучше не спрашивай. Извини, не поможешь ли мне добраться до столовой, уж больно пить хочется? - Конечно, помогу! Пойдем! - Пошли, - шведка оперлась рукой на плечо Тино. - Ханатамако, за мной! *** В столовой собралась добрая половина всего коллектива. Саша ел йогурт. Штефан пил чай и сетовал на плохую погоду. А Гилберт, осыпая учителей всеми немецкими ругательствами, бухал пивом. Перед ним уже стояли пять пустых бутылок. Вдруг, ёмкости начали опрокидываться, запахло гарью. - Это что ещё... - прусс непонимающе уставился на них. В столовую зашел Иосиф. - Доброго утра! Бутылки начали вращаться. - Что за чертовщина? Юдифь строго глянула на банки и бутылки, те попадали. Иосиф, которому всё это надоело, щелкнул пальцами и банки разбились. - Иосиф! Ты сдурел? Кастрюля на плите опрокинулась. Саша держал в руке баночку с йогуртом, задумчиво облизывая ложку. - Что это там гремит? - Зачем портить вещи? Ты идиот, у которого просто чуть больше силы, чем у других! - с упрёком сказала Юдифь. - Эта чертовщина... чувствует злодей смерть его близко! – зло сказал русский, проигнорировав девушку. - Это твое присутствие банкам не понравилось. - Моя посуда! Банки восстановились - Спокойно. Штефан начинал нервничать, чувствуя чьё-то присутствие. - А ты прекращай дурить! Что тебе нужно? - громко спросила Юдифь у нечто. Стаканы с чаем, которые Тино взяла для себя и Бернадет, разбились. Послушалось хихикание. - Ой! - воскликнув девушка. - Ай, как больно! - она осмотрела свои ладони. Осколки располосовали кожу. - Узнал он меня. Встретились мы с ним в коридоре... - Иосиф, ты олень! - Не, ну круто, чё... Посуда моя портится... - Мне скучно! - послышались завывания в вентиляции. Болгарин посмотрел в сторону источника звука, а позже успел поймать падающего Штефана. Уже рефлекторно. - Что вообще произошло? - тот непонимающе осмотрелся, лишь бы снова не зависнуть от изумрудных глаз напротив. Иосиф сжал рукоятку меча. - Выходи, нечистая! - А зачем жизнь нам портишь? Другого придумать фантазии мало? – возмутилась Терра-Грация. Иван заметил парня с зеленоватыми волосами и Гила рядом. "Это наверное тот самый Иосиф." Он направился в их сторону. Зелёноволосый размахивал мечом. - Не получится! Иди сюда, нежить! Столовые приборы полетели веером по всей кухне, в том числе и ножи. - Это ты меня нежитью назвал? - Посуда портится... Шведка, хоть её ещё мутило от похмелья, отбивалась от посуды с помощью алебарды, защищая и себя, и Тино. Вентиляция взорвалась под взглядом Иосифа, однако, там уже никого не было. - Нет. Эту тварь, - ответил он негодующему Ивану, который, тоже что-то уловив, поднял трубу. Прусс выхватил револьер. Юдифь подошла к Тино и провела ладонями над её. Раны затянулись. - Спасибо, Юдифь. - Иди, а то здесь ещё раз можно покалечиться. - Хорошо, - сказала Вайнямёйнен и выбежала из столовой. Бернадет подобрала лающую Ханатамако и двинулась следом. - Нам бы тоже лучше убраться отсюда. - Ясно, ну... мне пора... - Штефан высвободился из рук Саши, но споткнулся и упал прямо на битый кусок посуды. Из раненной руки пошла кровь. - Нда... Короче, мы в медпункт, – сказал болгарин. *** В медпункте Штефан позволил медсестре обработать рану, после чего обратился к Саше: - Спасибо, что ты всегда со мной, что помогаешь мне. Мне приятно. И я, кажется, люблю тебя, - смутившись собственных откровений, румын быстрым шагом вышел из комнаты. Саша остался краснеть в кабинете. *** - Ох, доберусь я до вас! Нечисть проклятая. На русского напали! Второй раз не пройдет. Вокруг Иосифа резко задымило - Ты не спас меня! - резкий женский голос дошел до высокой ноты, от чего всем пришлось зажать уши. Иосиф застыл и перестал что-либо предпринимать. - Я... как же... Прусс выстрелил в дым, но пуля отскочила от трубы Ивана и попала в стул. К счастью для всех. - Ты что творишь, а? Дым рассеялся так же быстро, как и образовался. Всё стихло. Юдифь покачала головой, а потом схватила за шиворот того, кто учинил все беспорядки. - А теперь ты извинишься! - но её руку обожгло, а полтергейст исчезла. - Какое вредное существо, - Юдифь дёрнула рукой. - Больно же. Иосиф обхватил голову руками. - Я стрельнул в нечисть! - Я не нечисть! - Иван начинал сердиться. - Но если ты хочешь, то стану. - Да причем тут ты?! Иосиф резко закричал и разломил мечом стол. - Психи повсюду... - произнёс Ваня, глядя на зелёноволосого. - Проклятые твари... За живое же заденут... - Что это было? - Я бы тоже хотел знать. Это ты Иосиф? Мужчина вдруг снова задержал взгляд на Иване. - Да, - он протянул ему руку. - Александр-Иосиф Брагинский, - как-то отстраненно. - Как неожиданно. Иван Брагинский, - светловолосый пожал ладонь и пристально поглядел на парня. Тот оживился. - Брагинский?! - Да, Брагинский. Но тебя я впервые вижу. - Скажи, а... Твою мать не Марией звали? - Так звали мою прапра… прабабушку. - Моя дочь была Марией, – Иосиф вздохнул. - Её убили... лет 5 назад. Ты очень похож на неё, - он нахмурился. - Соболезную. Это немного неожиданное сходство. - Но это странно. Если бы ты был моим родственником, то ты был бы мертв. Ох, - Брагинский схватился за голову. - Пожалуй, я начну сначала, - он пригласил Ивана за стол. - Это всё этот злодей! Он продержал меня в галерее черт знает сколько! И наложил на меня что-то. Я не старею... *** В столовку заглянули Тони и Ловино. - Никто не видел Феличиано? Гил, ты не видел Веню? Мы собирались поесть пиццы с помидорами, он ушел приодеться, а потом пропал. - Нет, - Байльмидт, тем временем, опустошал холодильники, пользуясь отсутствием повара. - Скорее всего, он с братом... - Но Ловино пришёл со мной сюда... - Эм... Прусс, - итальянец нервно улыбнулся и помахал рукой. - Упс... - тот обернулся, чтобы взглянуть на пришедших. - Ну, давайте его поищем? - Пошли искать Веню. Может, он заблудился, - испанец перед уходом успел разжиться помидорками. - Держи, - он предложил Ловино перекусить. Тот взял помидор и поднёс к губам. Антонио солнечно улыбался ему. Романо только хмыкнул, но, незаметно для испанца, тоже улыбнулся. *** Венециано вывалился из шкафа Гилберта. Он чувствовал себя как-то неуютно. Возможно, дело было в пышном зелёном платье, которое почему-то оказалось надето на него. Феличиано с трудом поднялся, ноги заплетались в юбке. - А тебе идет! - послышалось хихикание за спиной Вени и по комнате распространился запах гари. Венециано резко обернулся на голос и упал, не удержав равновесие на каблуках. Он закашлялся, после чего поднялся, чтобы взглянуть в зеркало. Тоненькая девушка никак не состыковывалась в сознании парня с его вчерашним отражением. Сходство давала лишь причёска. Варгас наклонил голову, и девушка в зеркале наклонила голову. Он помахал рукой, и девушка повторила его действия. Наконец итальянец понял, в чём подвох, запаниковал, сделал шаг назад, наступил на подол платья и снова рухнул, взвизгнув. - Ты такой дураааак! - истерический смех на высоких нотах сотряс воздух вокруг парня. - Вее, что здесь происходит? - испугался тот. Он поднялся и подбежал к двери, при этом снова чуть не упав, но открыть её не вышло. Гилберт закрыл дверь снаружи от непрошеных гостей. - Ты теперь девочка, глупенький, - голос призрака звенел вокруг. - Интересно, грудь у тебя тоже выросла? - Я-я... Я не девочка! - возмутился Феличиано. *** Антонио и Ловино как раз проходили мимо комнаты Гилберта, лопая помидорки. - Ты чувствуешь, Лови? - испанец остановился. - От сюда несет гарью, а это, вроде, комната твоего друга. - Я не удивлён. Это же Гил. - А ты и поверил!! - пронзительный смех был слышен даже через дверь. - Кто-нибудь, откройте! - послышался тонкий девчачий голос от туда же. - Феличиано!? - Романо, который узнал даже искаженный голос брата, попытался открыть дверь. Антонио вытащил откуда-то свою секиру. - Веня, отойди! - и он рубанул по двери. Феличиано только успел отползти от неё. - Рушим академию, чё... Подоспевший Гилберт застыл. - Это моя комната, томатофил! Призрак обдала жаром Романо, напоследок пролетев сквозь него, от чего тот поёжился, и скрылась в академии. Перед парнями открылась картина милой девушки в пышном зелёном платье и с широко открытыми заплаканными глазами. - Это что с тобой? - Вее, я не знаю,- разревелся Феличиано ещё сильнее. - Чини дверь, припадочный! - не унимался прусс. - Феличиано?! - Прости, но я подумал, что в стенах этой академии стоит действовать побыстрее, - ответил Тони. Ловино перевёл взгляд на него. - Ты что-нибудь понимаешь? - Нет,- Антонио поглядел на Романо, задержал на нем взгляд чуть дольше положенного, потом вновь взглянул на Веню. Тот как будто стал ещё более тонкий. Он попробовал встать, но снова запутался в складках платья и упал. Тони его подхватил. - Изверги! - Гил ругался на немецком. - Спасибо - промямлил в сторону Феличиано. Ему было жутко стыдно от этого вида. Он покраснел от смущения. Гил схватился за сердце. Феличиано отошёл от Антонио. - Простите за мой вид, - он смущённо посмотрел в пол. Лицо горело и было красным как помидор. Романо не знал, что сказать. Романо был в шоке. - Вее, Ловино, что мне делать? - младший Варгас подошёл к брату и с надеждой взглянул в его глаза. - Эм... - Романо покраснел. - Спеееейн! Что делать? Венециано прижался к брату, тот неуверенно обнял его в ответ, и они вместе поглядели на испанца. - Может, тебе просто переодеться в мужскую одежду? - тот взглянул вначале на Веню, затем на Рому. Венециано попробовал снять платье, но у него не получилось. Наоборот, на попытку это сделать, оно затянулось ещё сильнее. - Вее, не выходит! Мне страшно! - снова заревел Феличиано. Ловино опять запаниковал. - Спееееейн! - Дверь кто будет чинить?! - Так, видимо, тебе придется некоторое время походить в платье. Если его не получится разрезать. Ловино, возьми себя в руки! Романо шмыгнул носом и жалобно посмотрел на опекуна. - Что вы здесь устроили? - до комнаты Гила дошла Юдифь, - О, Господи! - воскликнула она, заметив Феличиано, - Кто же опять над тобой так посмеялся?! - Опять? Что значит опять? - воскликнул Феличиано. - Да я вас расстреляю! – продолжал гнуть своё Байльшмидт. - Успокойся, Романо! К тому же вы ходили в подобном, правда будучи совсем детьми... Сейчас мы всё исправим. Гил, у тебя есть нож? - Что вы собираетесь сделать? Спееееейн! Прусс кинул нож. Фернандес поймал его и попробовал разрезать одежду на Феличиано. Не вышло. - Когда мы учились в том времени здесь, кто-то проделал с тобой такую же "шутку". Мы так и не выяснили кто, - покачала головой Юдифь, - Самое смешное было скрывать происходящее от остальных учеников, которые думали, что приехала сестра Феличиано, - хихикнула девушка. Парень стоял в непонятках. - Видимо, тебе и сейчас придется походить в виде девушки некоторое время, - сказал Антонио. - А с Ловино не происходило подобного... в далеком прошлом? Вы ведь про прошлое говорили? Гилберт напивался валерьянкой. - Правда это закончилось так же неожиданно, как и началось, - блондинка снова о чём-то задумалась и ушла, никого уже не замечая. - Вее, что за бред?! Почему я этого не помню? - итальянец схватился за голову, случайно ткнув локтем в глаз брату. - Ай! Веня увидел, что тот схватился за глаз, и тут же подумал о худшем. - Вее, прости меня! Я сильно ударил? Видеть можешь? - Вроде, нормально, - Ловино заморгал. *** - Это было в 13 веке, - решился наконец всё рассказать Иосиф. - Я спокойно учился в академии. Тут. У меня были... некоторые способности, - Иосиф щелкнул пальцами - стенд с кулинарными книгами обрушился. - И они очень не нравились директору. Этому барану. А потом... я встретил Дарью. Это была настоящая любовь. Мы поженились и у нас родилась дочь. Мария. А он... начал крушить академию и моих одноклассников. Он сошел с ума. Мы попытались помешать ему. Я мог это сделать, но... вмешалась какая-то девушка. Она сбила меня с ног, и он победил. Он убил ее у меня на глазах. А меня запер на веки в этой галерее! Будь она проклята. И он вернулся. Несколько лет назад. Лет 50... или 5. Он сказал, что убил Марию. И… у неё остался потомок. Но я думал, он уничтожил весь род. Расскажи мне о своей родне, - зелёноволосый выжидающе посмотрел на Ивана. - Как я уже сказал, Марией звали мою прапрапрабабушку. У неё тоже были некоторые способности, похожие на твои, так мне рассказывали. Однажды, будучи уже взрослой, она решила найти своего отца. Больше ее никто не видел. Мне о ней немного рассказывала моя прабабка по линии отца. А еще у меня две сестры, которые должны учиться в этой академии, но я их здесь не видел, возможно, они уехали. Директор пригласил меня недавно на замену недавно умершему учителю и поэтому я здесь. И у нас с директором сразу возникло взаимопонимание - мы одинаково друг друга невзлюбили. К тому же я недавно обнаружил, что эта академия чертовски странная. - Это она... Как я мог... Это просто уму непостижимо. Моя вина... Так, - неожиданно твёрдо произнёс Иосиф. - Раз так, тебя я не позволю убить. - И я тебя тоже, дедушка! Надо покончить со всей этой чертовщиной. - Как ты можешь проклинать меня! - взвизгнула призрак над ухом у Иосифа. - Если бы не я, то твой ребенок бы погиб! - Ты кто?! – зелёноволосый потянулся к мечу. Призрак отшатнулась и зарыдала. Она была неясно видна - черно-рыжим дымным облаком. - Я вынесла ребенка, а потом вернулась за тобой! Я тоже обладала силой! Но одно неловкое движение, и он покромсал меня ножом, а потом поймал тебя! Но я умерла не от ран, а от того, что моя сила обернулась против меня, и я уже не могла ее сдержать! - Я правильно понимаю, ты... - Я, - всхлип, - могла управлять огнем. Я думала, что странная. А потом я увидела тебя и мне стало легче, ведь я оказалась не одна такая, со сверхспособностями. Когда случилась бойня, Дарья пыталась спасти ребенка, но потолок рухнул на нее, и я вынесла девочку за ворота академии. А затем вернулась за тобой по ее просьбе. Но там был "ОН"!! Он искромсал меня, но не до смерти, и оставил гореть в моем собственном огне, зная, что я не смогу выбраться и остановить его! А потом он схватил тебя! Когда я в следующий раз пришла в себя, я была уже призраком, жаждущим смерти обидчика, навсегда запертым здесь! Я даже не знаю, почему все так произошло! - вся речь ее звенела на высоких резких нотах, полтергейст дымился на всю столовую. - А теперь и ты меня проклинаешь... - злобное шипение. - Кажется, она разозлилась, - заметил Ваня. - Эй, успокойся, твои труды не пропали даром! - Это ты помешала мне тогда? - Он опять гнёт свою линию, дурак! - призрак резко перестала клубить вокруг себя дым и отвернулась от Иосифа. Очертания её стали чуть четче. - Я собиралась тебе помочь. - Ты одновременно и помогла и навредила! - Я... я же не нарочно... Я... я просто упала, - всхлип, - Я не нарочно, - на полу начали прожигаться маленькие дырочки от слёз. - А вышло как всегда... - призрак вновь начала густо дымиться. - Могло быть хуже... – Иосиф вздохнул. - Она явно очень сильно расстроена своим промахом, - заметил Иван. - Я ухожу от вас. Знайте, души, умершие в боли и отчаянии в этой академии, поглотила тьма. И они попытаются причинить вам вред, - дым начал утекать в сторону выхода из комнаты. - Да... постой. В любом случае... спасибо тебе за Марию, - сквозь зубы произнёс старший Брагинский. - Можешь не благодарить! И без тебя знаю, что ты зол. И я тоже зла. На себя. И на всё и всех, - девушка утекла. Иосиф странно посмотрел на Ивана. - Знаешь, ты похож на меня. - Не волнуйся, мы всё уладим, - с верхних этажей донесся шум.- А пока, пойдем, узнаем, что там творится. *** Гилберт запивал валерьянку пивом. От помидоров, которые раздавал каждому "счастливчику" Антонио, у Феличиано поднялось настроение. - Вее, помидорка. Ловино же это никак не прокомментировал и молча поглощал овощ. - Гилберт, тебе плохо? - Феличиано обеспокоенно посмотрел на прусса. - Пошли в столовую поедим, а то помидоры кончились. - Гилберт? - венецианец подёргал парня за рукав. - Что?! - нервно отозвался альбинос. - Гил, что с тобой? – вмешался и Тони. - Тебе плохо? - обеспокоенно спросил Феличиано, широко раскрыв янтарные глаза. - Ничего. Тут... даже не в двери дело. В моей комнате была темная магия... - Гил? - парень уже не на шутку забеспокоился. Правда, его вид всё портил. - Все хорошо, - противореча собственным словам, Байльшмидт начал выносить зеркало. - Вее, Гилберт, что ты делаешь? - Венециано попробовал остановить прусса, обхватив его со спины. - Я же сказал... тут совсем что-то не так. Раньше такого не было... - Пошли, поешь, и тебе полегчает! И странно, что ты только сейчас заметил, как много здесь "не так". - Именно в моей комнате. Раньше все было спокойно. Вдруг из полуразбитого зеркала вылетел с воем вихрь. Он снёс Гилберта с ног и налетел на Романо, поглощая его в свой безостановочный поток воздуха. Послышался неразборчивый мат на итальянском. Зеркало разбилось. Гилберт, поднявшись, достал револьер. Антонио схватил Ловино за руку, и его унесло вместе с ним. - Томатный придурок! В итоге, Романо в костюме пирата, а Карьедо у него на руках в свадебном платье и в виде страстной красотки. - Оу, Романо, а тебе идет! - Э... - Ловино осмотрел опекуна. - Ну не фига себе. Тот засмеялся. - Женимся, что ли? Револьер в руке Гила вдруг нагрелся до раскаленного состояния. Но прусс успел выстрелить в вихрь, прежде чем он выпал. - Хе-хе-хе... К такому жизнь меня не готовила, - Ловино всё ещё не мог отпустить Антонио. От шока. Венециано поднялся с пола и снова вцепился в брата. - Вее, а кто эта красивая девушка? - младший Варгас пропустил всё веселье, т.к. тоже был снесён вихрем. - Ты можешь меня уже поставить, Ловино! - Я не могу... Ты же, вроде как бы, моя... жена. - Вее, а разве ты не Бернадет хотел взять в жёны? - Феличиано окончательно перестал понимать происходящее. - Что-то я уже... Не знаю. Так что? Женимся? - Ох, чертовщина! - Веее, Ловино, ты не можешь!!! - С чего это? Испанец покраснел. - Формально, он твоя мать, - попытка не пытка выкрутиться. - И что? Выйдя в коридор, Брагинские обнаружили Венециано, одетого в зеленое платье, Гила, ругающегося на непонятно что, и Романо, почему-то одетого как пират и держащего на руках страстную загорелую красотку с чуть светящейся кожей и в белом платье. - И что здесь происходит? - Черт знает что! - Мы видим. - Всё, мы женимся, - Ловино по-сильнее прижал к себе Антонио. Сзади подошла Тино - Что с вами? - Со мной всё в порядке, – сказал Лови. Антонио в непонятках даже не сопротивлялся, хотя кое-какую попытку предпринял: - Может, ты меня всё же поставишь? - на свое удивление голос Тони звучал как-то слишком женственно. - Нет. Веня повернул голову, заметил Ваню и снова покраснел до ушей. От испуга залепетал извинения. - Тут произошел какой-то бред и темная магия. - Стоит только отлучиться... - Как все идет кувырком, - закончил за дедушкой Ваня. - А у вас тут весело. - О, Венециано, ты выглядишь очень мило в этом платье! - сказала финка. - Приглашаю на свадьбу. - Они разгромили мою комнату! - Кому что... Венециано ещё сильнее опустил голову и ещё сильнее покраснел. - Романо, я бы хотел посмотреть на себя в зеркало. А то мне кажется, что со мной что-то не то.. - Я тебя донесу, - Ловино двинулся вперёд. - Главное, что ты сам живой, а комната переживет. Тино подошла к Вене - И как так получилось, что ты в платье? - Я не знаю.. Это всё шкаф. Я в него упал, а вылез уже так. - Стоп. Романо. Ты ничего не забыл?! - Проклятая нечисть... - Может вы уже прекратите? - Феличиано потянул брата за пиратский плащ. Ловино не собирался останавливаться. Вдруг его кто-то толкнул и он упал на испанца. Ловино чуть приподнялся. - Оу... Уже брачная ночь? - Ты про Бернадет помнишь? - Иван... - Не волнуйся, Венециано. Прости я не хотела тебя обидеть... - Ты не обидела, не волнуйся, - заволновался итальянец. - Брат, ну прекрати уже! - он изо всех сил дёрнул Ловино. Губы Антонио и Романо почти нашли друг друга, но Иван всё испортил, сняв за шкирку Ловино с Карьедо. - Ааааа! Жена! - Склероз у него. Какая она тебе жена, дитё ты малое? - Пойдем со мной, может, я помогу! – позвала финка Фелю. - Почему вы мешаете моему счастью!? Я же всю жизнь искал её! - Твоя любовь Бернадет! - Может он опоил его любовным зельем? - Антонио!!! Вдруг вихрь по чуть-чуть начал снова собираться, поднимая с пола осколки разбитого зеркала. - Ловино! - Сейчас я приведу его в порядок, - Ваня унёс Романо, под дикие вопли и требования его отпустить, в душ и засунул под ледяную воду. Антонио, путаясь в пышной юбке, встал и посмотрел в след удаляющемуся "женишку". Ему было приятно столь страстное желание Ловино на нём жениться, но всё же это несколько смущало. - Что происходит? – удивилась в очередной раз Тино. Фейспалм синхронно настиг Гила и Иосифа. Осколки завертелись по комнате, складываясь в стеклянную фигуру ребёнка. Гилберта вдруг кто-то обнял, от чего парню стало жарко. - Жена! - Романо уже на всех парах бежал обратно. Мокрый. На пути у него оказался Феличиано, но Ловино его снёс. - Уже глюки... Иосиф! Помогай! Зелёноволосый достал меч. - Моя жена! Иван стукнул Романо краном по голове и тот, упав на пол и успев прошептать "Жена", отрубился. - Теперь-то стало спокойнее. Финка подбежала к Феличиано - Всё хорошо? С Венециано, который упал в стеклянную фигуру, не всё было хоршо. Из головы потекла кровь, создавая узор на полу. - Романо! - Антонио кинулся к обесточенному парню. Старший Варгас приоткрыл глаза. - Что тут происходит? Томатный придурок, что с тобой!? - Ты хотел женится на Антонио и орал, что это твоя жена! – воскликнула Тино, пытаясь привести северного итальянца в чувство. - Да ладно!? - Романо присел и потёр пострадавший затылок. - Делааааа... - Ну да, так и было, - подтвердил парень, глядя сверкающими зелеными глазами на мокрого итальянца. - Эм... - Ловино шокировано посмотрел на него. - Круто, чё... - Ах, Лови, ты просто душка! "Душка" нервно засмеялся. - И... Что делать будем? Жениться, что ли? - Сейчас? - Антонио огляделся. - Здесь опять какие-то ужасы назревают, к тому же, пять минут назад я был парнем.. - Эм... Отложим на потом? Вдруг на Гилберте загорелась одежда. За спиной послышалось знакомое хихиканье, а затем напутствие: - Смотри, его не проткни. После этих слов Иосиф разрубил мечом тень позади Гила. Та развеялась, но в следующее мгновение захихикала за спиной Иосифа. Альбинос побежал в ближайшую ванную с целью потушить огонь. Русский развернулся и попал мечом прямо в тень. Полтергейст улизнула и спряталась за Ваней. - Не подходи к нему, тварь! - с этими словами старший Брагинский кинулся на призрака. Но его меч раскалился и мужчине пришлось отбросить его. После он схватил револьер прусса и выстрелил в тень. Не вышло. - Хватит пытаться меня убить!! - Хватит пытаться нападать! Не позволю. Гилберт вернулся с аптечкой. - Я всё равно никого не пыталась убить! Просто я стала полтергейстом! Хотела бы я добраться до виновника сего происшествия, да не могу! - Но почему?! - Потому что он боится, что мы победим его все вместе! Вот и возвел вокруг себя стену, через которую мы можем проходить только по одному - слабые для него. А он стал только сильнее. - Значит нужно пробить ее всем вместе! Ваня, который рассматривал рисунок, сложившийся из кровоподтеков Феличиано, поднял пострадавшего, чтобы осмотреть его рану. Парень был удивительно лёгким. Создавалось ощущение, что он совсем ничего не весит, а всю тяжесть придаёт платье. Много мелких царапин было на голове итальянца. Волосы на затылке окрасились в красный и слиплись. - С ним всё хорошо? - Тино с надеждой взглянула на Брагинского. - Кажется, еще чуть-чуть, и Венециано вновь станет призраком, - заметил Ваня. Финка взглянула на полумертвого парня и её глаза наполнились слезами. Русский взял аптечку у Гила, чтобы разобраться с раной. Неожиданно коридор начал преображаться, чтобы никто никуда не убежал. Постепенно потолок поднялся на несколько метров, перед ребятами появился мраморный алтарь. На постаменте сидел стеклянный ребёнок. - Давайте я устрою вам свадьбу, я ведь так для этого постарался! - улыбнулся и захихикал ребёнок. Он взмахнул рукой, и одежа Антонио заискрилась тысячами маленьких зеркал, а одежда Ловино преобразилась в дорогой белый костюм. - Возьмитесь за руки и произносите клятву вслед за мной! - произнёс стеклянный торжественно. Ловино взял Антонио за руки. В шоке. - Мне как-то не по-себе, - заметил Антонио, поднимаясь на ноги. - Не нравится мне этот стеклянный ребенок. Как будто он тянет энергию из Венециано, - испанец подобрал свою секиру. Ребёнок начал произносить клятву на неизвестном языке, делая паузы, чтобы те успели повторять. Романо, находясь в шоковом состоянии, приподнялся, но слова почему-то повторял. "Зачем я это делаю?" Вокруг них залетали зеркальные тончайшие бабочки, всё пространство вокруг украсилось разнообразными зеркальными цветами. Ловино посмотрел на опекуна. Испанец со всех сил рубалул по хрустальному ребенку, разбив его вдребезги. Тот разлетелся на миллионы осколков, но собрался под потолком в виде ангела. - Теперь подари ей поцелуй вечности! Иван, закончив с оказанием помощи раненному, недобро посмотрел на "ангела". Романо не мог сопротивляться. Он притянул к себе опекуна и исполнил просьбу ребёнка. «Ловино!» - Поздно... -А как же Бернадет? – шокированно произнесла Тино. Вихрь осколков завертелся вокруг пары, сжимая пространство вокруг них и прижимая двоих друг к другу. "Ангел" весело засмеялся и захлопал в ладоши стеклянным звоном. Испанец прижал голову Романо к груди и поднял секиру. Вихрь сжимал их, соединяя в одно создание. Ловино прикрыл глаза. Их тела начали сливаться. Полтергейст резко взлетела и, вселившись в "ангела", расплавила его. Зеркальный ребёнок с воем упал кляксой, а Антонио с Ловино рухнули ужасным недослившимся существом. - Где святая вода? - Ух ты ж... - Что стоишь, идиот, помоги им! Венециано открыл глаза и повернул голову в сторону брата. «О, нет, он всё-таки успел.» Иосиф склонился над четырехногим, четырехруким существом. Оно страдало от адской боли. - Могу попробовать разделить но... - Ловино... Антонио... - Феличиано протянул руку в сторону брата. - Венециано, ты жив! - Мне надо быть ближе... к ним... - он попытался встать. - Кажется, придется просить у Деда Мороза подарок на Новый Год раньше времени... - Какой подарок? - Скорее... - Чтоб эти двое стали нормальными, разумеется! Венециано подполз к созданию. - Прости меня... Вдруг, стало жутко холодно. Иосиф склонился над существом - Попробую я... Подул сильный ветер, посыпал снег. Народ неожиданно увидел огромного деда в шубе и с посохом. - Это он? – спросила финка. Иосиф застыл. - Что?! - Иван! Опять ты вызываешь меня в неположенное время! - Что поделать, никогда не знаешь, что вдруг может случиться. Сделай и в этот раз одолжение - помоги мне друзей расколдовать! - Кхм, так уж и быть! - Великан-Дед Мороз ударил своим огромным посохом. Тела Романо и Антонио разделились. - Но имей ввиду, тебе еще придется разделить их души! И будь осторожен в этом нехорошем месте. Иосиф нахмурился, глядя на старика. - Иван... Ты... Генерал Мороз исчез в метели. - Теперь их души... - Иван... это кто? - Это Дед Мороз, не так ли? Долго я в этой проклятой галерее был... Иван сидел немного ссутулившись. - Это Генерал Мороз, он же - Дед Мороз, покровитель русской зимы и России в целом. Мы с ним старые друзья. Кстати, первой с ним познакомилась именно Мария. Иосиф посерьезнел. - Кто бы сомневался... - Иди сюда. Положи руки на их сердца, - Феличиано подозвал Тино, а сам сложил руки в молитве. - Хорошо. Ловино и Антонио продолжали лежать в отключке на заметенном снегом полу. Последний был уже снова парнем, как и полагалось. Фели забормотал что-то себе под нос, что-то похожее на песнопение. Постепенно он начал бледнеть. Яркий свет окутал брата и испанца. Феличиано открыл глаза, когда они пришли в себя. - Я так испугался. Простите... - и он исчез. - Феличиано!? - Романо схватился за голову. - Ох! - Венециано! - Феличиано, ты куда? Ловино перевёл взгляд на опекуна и прикрыл рот руками. - Я столько всего натворил! Извини, Антонио! - он хотел к нему прижаться, но побоялся снова... - Надеюсь, все закончилось? – спросил прусс. - Боюсь, все только начинается, - ответил Иван - Феличиано потратился на починку ваших душ, - оповестила черно-рыжая ледяная девушка, глядя на Романо. По щекам того потекли слёзы. - Это я виноват! Если бы не я, то всего этого не было бы! Тони открыл глаза, заморгал. - Что случилось? Романо, что с тобой? А где Веня? - он сел. Гилберт устало уселся прямо на пол. Иосиф, нахмурившись, смотрел в окно. - И он больше не вернется? - печально спросила Тино. - Он... - Романо всё-таки прижался к испанцу и разревелся ещё сильнее. - Не знаю... - произнесла ледяная девушка загробным голосом. - Думаю... Вдруг белоснежные стены начали оплывать чёрной смолой, потолок сжался, и они оказались в грязном, воняющем помоями и гнилью помещении. Последний огонёк полыхнул и погас. Ловино вскрикнул и вцепился в Антонио. Тот крепко обнял парня в ответ и начал гладить его по спине, успокаивая - Где это мы? – финка огляделась. В глубине послышались шаги. Появился голубоватый огонёк. Иосиф схватил оружие. - Это я виноват, - повторял Варгас. - Тихо! К собравшимся медленно приближался свет от фонаря. - В ловушке, - подвела очевидный итог полтергейст. - Теперь мы все сгнием здесь! - она истерически засмеялась - Я виноват, - Ловино начал посмеиваться. Иван сжал кран в руке посильнее. - Что же делать?- запаниковала Тино. - Молчать! А ну без паники! Заткнулись и сели! - Успокойся, Ловино! - Вот вы где, - произнёс пришедший и поднял голубой призрачный фонарь на уровень глаз. Голубые глаза девушки отразили пламя. - Какие люди. И где же ты была? - Много бед натворили? - безэмоционально спросила Юдифь, не удостоив вопрос Гила вниманием. - Идёмте в академию. - Ты знаешь, куда делась душа Феличиано? - Ваня напрямую задал вопрос. Иосиф встал чуть впереди Ивана. - Где мы? Байльшмидт нахмурился. - Как хорошо, что ты пришла, а то я уже запаниковала... Антонио встал и поднял Ловино, чьи глаза отражали только боль и безысходность. "Феличиано..." - Душа того, кто умер здесь, навеки заперта. И если прошлое задеть, вернётся суета. Вернётся ад, вернётся боль, надежды и мечты. А если знать всё наперёд, что будешь делать ты? - пропела Юдифь во мрак коридоров. - Мы можем изменить прошлое? - поинтересовался Иван. - Прекрати читать свои стихи, тут человеку плохо! – сердито воскликнул прусс. - Прошлое изменить невозможно. Мы творим будущее, чтобы жить в настоящем. - А будущее можно, - Иосиф направился вперед. - Но ты хочешь сказать, что прошлое должно повториться? И тогда мы сможем его исправить. - Будущее мы не меняем, так как его нет. Его творит каждый по своему желанию. - А если бы тогда кое-кто не помешал мне... – русский вышел из коридоров. - Гилберт, ляг в моей комнате. Я не буду спать. Альбинос поморщился, но все же кивнул. Все разбрелись по своим комнатам. У Тино после всех событий совсем не осталось сил. Её довела до комнаты Юдифь. Антонио пошёл вместе с Ловино и пол ночи пытался его успокоить. Итальянцу удалось заснуть только под утро.